2

За окном лил осенний дождь, добавляя и в без того холодный дом прохлады. Вязанный Эрикой свитер мало спасал, а теплые колготки давно уже стали несуществующей роскошью. Разгуливая по дому с голыми ногами под длинной юбкой не удивительно, что Лиза то и дело отхаркивала в ужасающих потугах литры выходящей вязкой мокроты. Поставив перед Мэйсоном горячий чай, девушка скользнула ладонями по голове сидящего рядом за столом мальчишки. Уже с несколько минут мужчина недоверчиво косился на свою полупустую тарелку с нетронутым ужином. — Это какая-то шутка? — грубо спросил он и отодвинул от себя еду. — Не поняла? Оторвавшись от мытья посуды за уже ушедшими девушками, Лиза уставилась на своего супруга. Подозревала, что его не устраивает качество еды. И количество. Но не в ее правах блуждать по ближайшим поселениям в поисках завалявшейся сносной провизии — это была его работа. Верить словам Мэйсона мало хотелось, но в эти девушки верили — в ближайшем населенном пункте с несколько месяцев назад осела одна из группировок. Возможно, они заняли уже и другие. Вылазки теперь были слишком опасным приключением. Хоть и необходимым. — Я хочу нормально пожрать. — Так сходи в город и принеси чего-нибудь, — устало проговорила Лиза и повернулась обратно к тазу с водой, продолжив вымывать тряпкой грязную тарелку. За ее спиной перестали биться о посуду ложки детей. Те явно заволновались. — Что ты сказала? — Что слышал! — она кинула тарелку обратно, забрызгав грязной водой свой новый сиреневый свитер. Обернулась. — Ты должен был еще вчера сходить в город, Мэй! У нас еда заканчивается, я говорила тебе об этом не раз! — Я? Должен? — его взгляд метнул такую искру, что захотелось сейчас же провалиться сквозь землю. Пальцы мужчины сжались в кулаки на столе. Плохой знак. — Так, ребят, ужин закончен. С нетерпением ожидая этих слов от девушки, дети резво спрыгнули со своих стульев. — Нет. Они доедят. Под угрожающий взгляд те аккуратно сели на свои места, опустив головы. Воцарилось напряженное молчание. Лиза выдерживала зрительный контакт с несколько мгновений, но вскоре сдалась под тяжестью и опустила глаза. Это могло закончится чем угодно. Лишь бы опять не отправил в подвал. С грацией хищника Мэйсон встал со своего места. Обошел стол, мимоходом довольно грубо толкнув голову мальчишки, и встал напротив Лизы, своим напором заставив ту вжаться в стоящую позади кухонную тумбу. Схватил пальцами ее подбородок до боли в деснах. — Что еще за хрень, — Мэй подхватил пальцами ее кулон на шее и открыл его, непонимающе вглядываясь в открывшиеся взору фотографии. Напрягся. — Кто это? — Не знаю, — пролепетала в ответ сквозь насильно стиснутые губы. Рывком порвав цепочку, он откинул украшение озлобленно на пол. — Что там, по твоему мнению, я должен? — прохрипел он в ее лицо. Зажал пальцами ее волосы у корней и грубо наклонил, окуная лицом в таз с водой. Она пыталась вырваться. Замычала в воду. Сжала пальцами края тяжелого таза, пытаясь опереться и вырваться, и в этот момент он ее отпустил. Таз упал с грохотом бьющихся о пол тарелок. Хватая ртом воздух и убирая с лица мокрые волосы, Лиза отшатнулась обратно к тумбе, с ужасом глядя на спокойного мужчину: — Чтобы все доели, — он пригрозил испуганным детям пальцем и вышел с кухни. — Лиза, Лиза! — зашептала Милена и слезла с братом со стульев, присаживаясь рядом с девушкой, осевшей на пол. Закрыв лицо руками, та немо заплакала, пока дети пытались ее обнять за вздрагивающие плечи. Это не могло быть правдой. Она не могла по собственной воли с ним остаться. Не могла родить от этого монстра. Это все просто страшный сон. Прижав к себе детей, девушка поцеловала каждого в волосы и прижала сильнее к себе, краем глаза заметив вошедшую Эрику. Та оглядела беспорядок на полу. Присела на корточки рядом и ласкового провела ладонью по колену Лизы. — Когда-нибудь все обязательно устаканится. Твой муж одумается… — Он не мой муж. Я уверена в этом. Я понятия не имею, кто этот человек… — Не говори так. — А как говорить? — Лиза впилась в девушку озлобленным взглядом. — Ты знаешь, что я ни черта не помню. И глубоко сомневаюсь, что он выдает себя за того, кем он является на самом деле, — прошипела настолько тихо, насколько могла. — Но он помогает всем нам… Лиза видела, как Эрика мнется от неуверенности в своих же словах. Но, что они могли сделать? В доме двое детей. Шесть ртов, которые надо кормить, а это сделать нереально без вылазок, на которых женщины бесполезны. На местной прожженной земле нельзя ничего толком вырастить. Собаки признают только в нем хозяина. Они все подохнут в ближайший же месяц без него. — Ты все еще думаешь, что ваши мужья умерли из-за болезни? — надавила на больное, заставив соседку болезненно сморщиться. — Он отравил их. Я уверена. — Зачем ему это? Какая-то чушь. — Неужели он никогда не заходит к вам по ночам поболтать? На этот вопрос Эрика совсем стушевалась. Выпрямилась, схватила стоявший рядом веник и молча принялась убирать с пола осколки в совок. Лиза осторожно подняла валяющийся в луже кулон.

***

Лизе не удавалось спокойно даже смотреть на детей. Избегала их присутствия правдами-неправдами. Занимала свободное время любой глупостью, лишь бы перестать думать о своей после потери памяти единственной, и, наверняка, самой главной в жизни, неудачи. Мэйсон куда-то дел тела близнецов, и не было места, где она могла почтить их память. Это неправильно. Все, что происходило в этом доме, больше походило на неудавшуюся шутку, чем на правду. Жестокий сюр. Ей казалось, что она была бы хорошей матерью. Даже в нынешних реалиях. Даже в условиях проживания с ее личным монстром. К вечеру ливень плавно перешел в сильный шторм. Деревья опасно скрипели под порывами ветра, из водостоков бешеным потоком хлестала вода, так и норовя сломать последние целые половицы веранды. Самое страшное в происходящем было то, что они вряд ли смогут услышать лай. Допивая очередную кружку чая в кромешной темноте на любимом месте у окна в гостиной, девушка вглядывалась в уличную темень. Воображение то и дело рисовало очертания монстров в лесу в каждом свете молнии. Не хотелось идти наверх. Мэйсон допил последнюю бутылку самогона. Вряд ли бы ее присутствие рядом с ним обернулось чем-то хорошим. В очередной резкой вспышке у деревьев мелькнул собачий хвост. Потом еще. И еще. Отставив кружку на столик, Лиза из последних сил напряглась в попытке вслушаться и застать, не дай бог, собачий лай. Ветер на мгновение стих. Собаки драли свои глотки. — О, нет… Забежав наверх в спальню, девушка принялась трясти мужчину. — Мэй, вставай. Мэй! Но тот бесполезной тушей продолжал валяться, мямлил что-то несуразное и пытался оттолкнуть ее, как надоедливую муху. — Мэй… — отчаянно шепнула напоследок девушка. Он не встанет. Она не знает, что делать. Судорожно порыскав руками под кроватью, Лиза не обнаружила там пистолета. Ящичек прикроватной тумбы полетел на пол. Вещи из шкафа тоже. Этот пьяный ублюдок перепрятал единственное оружие. Девушка начала долбить в двери соседок: — В подвал! Срочно в подвал! Сонные подруги выскочили в коридор и, заразившись паникой, быстро похватали своих детей и ринулись по лестнице вниз вместе с Лизой. За стеклом входной двери при очередной молнии показалось опаленное лицо и раздался трескающий вопль. — Бегом вниз, давайте, — поторопила детей девушка и ринулась позади остальных. Дверь в подвал оказалась заперта. Остановившись у бледно-оранжевой двери между магазином техники и ателье с выбитыми стеклами, мужчина дернул за ручку. Еще раз. И еще. — Черт, черт, черт! — выругался он и пнул запертую дверь, вновь обернувшись в сторону приближающихся стрекочущих звуков. Темечко окатило холодом, стоило дернуть за ручку запертой двери. Лиза отпряла назад. — Что нам делать? Четыре пары испуганных глаз смотрели на нее в несдерживаемой панике от ожидания. Лиза не знала. Она уже ничего не знала. Из кухни раздался треск битого стекла. В несколько тяжелых шагов обуглившееся тело оказалось рядом с ними и схватило ребенка за руку, рывком подбрасывая вверх. Девочка ударилась об потолок. По коридору разнесся хруст сломанной кости. Девушки закричали. Лиза дернулась в сторону от упавшего у ее ног тельца и бросилась к гостиной, хватаясь за стену, под стрекочущий вопль за спиной. Повернула у лестницы и замерла. Панорамное окно у камина разбилось. Прыжком внутрь забралась тварь и ринулась в ее сторону. Схватив стоящий у входной двери стул, она со всего размаху ударила веспа по голове и тот отшатнулся в сторону, удержавшись за дверной косяк. Входная дверь слева от девушки от очередного толчка извне распахнулась и ударилась о стену. На пороге несколько веспов. За спиной Лизы продолжался хаос звуков разрушения. Крики. Монстр после удара встал. Его тут же отбросило назад пулей в голову. Отбросило другого выпущенной пулей с высоты лестницы. Опустившись на пол и закрыв голову домиком под неутихающие оры и шмякающие звуки падающих на пол чьих-то влажных органов, Лиза досчитала лишь до трех, пока ее кто-то не схватил за плечо. Рывком утянули за чью-то спину, передали в руки другому мужчине, и так по веренице из нескольких человек ее вытащили в ливень под непрекращающиеся выстрелы внутри дома. Сквозь пелену дождя она видела яркие вспышки сквозь открытую входную дверь. Кто-то бежал по лужам позади. Лиза обернулась и, увидев в свете молнии поскользнувшегося в луже монстра, ринулась к заднему двору, где была еще одна тропа в лес. Наступила босой ногой на игрушечную машинку в грязи и упала на спину. В глазах мелькнули звезды. Стрельба не утихала. Уткнулась ладонью в землю у своей талии, пытаясь подняться. Под пальцами словно влажная пленка. Схватилась за нее и приподняла, тут же вскрикнув. Рядом с ней лежала разорванная туша одной из псин. — Вставай! Ну же! Грубым движением кто-то поставил ее на ноги, схватил за кисть и потащил за собой к заднему двору. Женщина. Лиза тряпичной куклой поддалась, оббегая с незнакомкой свой дом босыми ногами по грязным лужам и тут же нырнула в открытую дверцу автомобиля. Скользнув по старой кожаной обивке промокшей юбкой, девушка прижалась боком к закрытой двери и закрыла уши руками. Пыталась сжаться, скукожиться, исчезнуть молекулой в пропитанном кровью и криками воздухе. Выстрелы, стрекот, вопли и порывистый ураганный ветер сливались в единую липкую субстанцию. Обволакивало, подбрасывало новые картинки в истерзанный потугами мозг. — Эй. Что-то коснулось ее локтя и тут же исчезло, стоило Лизе вздрогнуть и сильнее вжаться боком в дверцу автомобиля. Звуки извне постепенно исчезали, оставляя за собой лишь свист ветра. Слышала, как поочередно в салон кто-то садился в уставшем молчании, а после автомобиль резво сорвался с места. Тогда она подняла голову и взглянула на каждого. Спереди сидели мужчины. Рядом с ней девушка. За той еще один паренек. Все грязные. Мокрые. В крови. Держали оружие мертвыми хватками. Ее не посадили между ними — значит, она вряд ли пленница. Автомобили, судя по известной ей информации, уже давно были не на ходу, и данный факт внушал новую порцию настороженности. Они явились прямиком в момент нападения. Значит, следили либо за веспами, либо за их домом — и то и другое не внушало доверия. Машину жутко трясло. Лиза схватилась за края переднего сидения пальцами, пытаясь удержаться на месте, последовав примеру других — те держались свободными руками за что угодно. — Куда мы едем? — вырвалось у Лизы. Она посмотрела на девушку рядом с собой — не больше двадцати пяти, неаккуратный пучок темных волос, вымокшая насквозь джинсовая куртка. — Увидишь. Имей терпение. После получасовой встряски девушка увидела перед автомобилем резко включившиеся фонари. Те освещали железные ворота в высокой бетонной стене, створки которого сразу начали медленно разъезжаться, стоило подъехать ближе. Что-то в них было знакомое, как и в чувстве резко родившегося панического страха. Как только они въехали, а ворота позади закрылись, девушка методом тыка обнаружила кнопку на двери и выскочила из автомобиля под дождь, оглядываясь по сторонам. Редкие фонари освещали начинающуюся рядом с ними улицу из небольших пригородных домишек, претерпевших неоднократную починку. Вокруг лужи и грязь. К ним стали приближаться безоружные мужчины. Из-под прикрытых ставень на окнах пробивался еле заметный свет. — Это все? Вытащили только ее? — спросил мужчина в дождевике, появившийся из-за дверей самого близкого к ним дома. — Кого успели. Веспы стали быстрее, — ответил водитель и, кинув напарнику свое ружье, без лишних слов поспешил куда-то вперед по улице. — Дай-ка я на тебя посмотрю. Незнакомец подошел ближе и оглядел девушку под тусклыми светом замигавшего фонаря. Убрал с ее лица мокрые волосы. Взял за кисти и осмотрел руки. Без предупреждения скользнул ладонью под ее волосы, пощупав сзади шею, словно что-то выискивая, пока девушка напряженно стояла без какого-либо движения. Кивнув остальным, те стали расходиться, а незнакомец движением руки позвал Лизу за собой. — Тебе тут бояться нечего. Мы пытаемся зачистить территорию, так на ваш дом и вышли. Дома тепло, согреешься. Только в этот момент девушка осознала, как сильно дрожала от пробирающего ветра по мокрой коже. Зайдя в первый дом, ее тут же буквально укутало теплом, заставив разнежиться. По правую руку за аркой свет мягко перекатывался волнами по деревянному полу, и оттуда слишком умиротворенно звучал треск горевших полений. — Заходи, не бойся, — он указал ладонью в гостиную. — Я пока принесу тебе что-нибудь из одежды. Ведомая любопытством, Лиза шагнула в гостиную и ахнула, увидев в конце небольшой комнаты разведенный камин. Рядом стоял небольшой диван в поношенной временем обивке, столик, стакан с недопитой жидкостью цвета свежего чая. Окна были забиты досками. И никто не вел ее. Никто не стоял над душой. Лестница, по которой поднялся только что хозяин дома, была пустой. Не веря до конца в сложившуюся ситуацию, Лиза подошла несмело к огню и села рядом, выставив поближе к пламени свои ладони. Вскоре появился снова мужчина и кинул одежду на диван, а ботинки поставил рядом на пол. — Как вас зовут? Тот остановился, ранее готовясь выйти. Мазнул по девушке по-отечески добрым взглядом. — Фред. — Я Лиза. Тот невесело усмехнулся чему-то своему, неловко взъерошив свои седые волосы на затылке. Ему, определенно, было некомфортно в ее обществе. — Спасибо, что вытащили оттуда. — Хотели вытащить всех, так что… благодарить не за что, милая. Совершенно. Тем более меня. — Давно вы здесь? — Около полугода. Некоторые постоянно меняются с пришедшими новичками. Несколько человек и я — живем здесь с момента прибытия отряда. Мельком рассчитав в голове сроки, Лиза поняла. Это и был ближайший населенный пункт. Это и было тем местом, куда, по словам Мэя, пришла какая-то группировка, в связи с чем приходить на эту территорию стало опасным мероприятием. Но пока никакой явной опасности она не заметила. — Сюда из нашего дома приходил несколько раз мужчина, Мэйсон. — Да, такой был, — Фред задумчиво кивнул, вспоминая. — Отказался от нашей помощи. Мы предлагали ему перебраться сюда с семьей. Не совсем рай, конечно, но безопаснее. Конечно, предлагали. Конечно, он отказался. В этом был весь Мэй — не подпускать никого к своему хрупкому властвованию. И это стоило жизни им всем. Он убил всех своим раздутым эго. Рассмеявшись, девушка потерла лицо ладонями и вновь уставилась на огонь. Они огонь разводили довольно редко из-за возможного раскрытия местонахождения для заплутавших веспов. Но всегда, когда это происходило — Лиза собиралась с остальными жителями у камина, и они рассказывали друг другу глупые истории, от которых дети с восторгом приоткрывали рты. Эмили больше не сделает этих чертовых бумажных корабликов. Питер не встанет разинув рот, любуясь небом. Наспех смахнув вырвующуюся слезу, девушка подползла на коленях к дивану и взяла в руки одежду. — Пойду наверх, не буду тебя беспокоить. Правая дверь от лестницы — можешь переночевать сегодня там. На кухне что найдешь — все твое. — Большое спасибо. — Спокойной ночи, — ободряюще улыбнувшись, мужчина медленно скрылся за аркой и со скрипом лестницы поднялся наверх. Лиза поспешила скинуть с себя промокшее и провонявшее отходами платье и переодеться. Теплый свитер, джинсы. Ботинки, пусть и большие для ее стопы, но до одури теплые. Ничто так не поднимает настроение, как чистая и теплая одежда. На волне нервной радости та зашла в соседнюю комнату — это оказалась кухня. В верхних шкафчиках трясущимися руками она смогла найти только пустые банки и пакеты. Под раковиной была бутыль на несколько литров с неясной розовой жидкостью. В тумбе рядом оказалось несколько целых банок с фасолью. Выискав в выдвижном ящике открывашку, Лиза прижала ее к банке и пару раз прокрутила, поймала первые волны ворвавшегося на кухню аромата консерв, как услышала закрывшуюся входную дверь. Четыре грузных шага берцовых ботинок. В полутьме кухни появился незнакомый силуэт и замер в метре от нее в нерешительности. Молчание переросло в зарождающуюся волну шока. — Джей?