Глава 2 - Жаркий юг

      В густом лесу, покрытом слоем снега, несколько фигур мелькали между деревьями, утопая по грудь в сугробах. Впереди, в строю, шёл невысокий мальчик с чёрными волосами. Его изумрудно-зелёные глаза метались от одного солнечного зайчика к другому. Одетый в лёгкую безрукавку, обшитую мехом, он, казалось, не замечал холода этой земли.       Позади него плелись три девушки, укутанные в несколько слоёв одежды, но даже так они продолжали дрожать под натиском ветра. Каждая из них имела красные щёки от холода и недавней истерики. Всю дорогу они шли молча, не желая нарушать тишину. Долгие привалы становились частью их пути, с каждым шагом застывая в молчании.       Прошло уже четыре дня с того инцидента, но Рейвен до сих пор не мог успокоиться. Большая часть агрессии угасла, но вина не отпускала его. Он винил себя за смерть девушки, которая только начинала жить. Вхагар не имела права отнимать жизнь у невиновной. Прожившая сотни лет, она знала, что человеческая жизнь коротка. И вот так просто убивать её – Рейвен не мог этого простить. Но почему-то он не чувствовал вины за убийство бабушки. Он знал, что поступил правильно, всей своей сущностью. Лишь стыд перед матерью не позволял ему вернуться.       Пару всхлипов выдернули Рейвена из мыслей, напомнив, что несколько дней назад они похоронили девушку в мёрзлой земле, в никому неизвестном месте.       Ближе к вечеру, устроив привал, Рейвен поймал пару зайцев и приготовил их. Решив, что нужно поговорить с девушками, он начал делиться своими планами. Вдобавок, стереть им память было бы не лишним. Почему же Вхагар не сделала этого, Рейвен не знал, хотя они находили свитки с такими заклинаниями.       — Я оставлю вас в первой встречной деревне. Если у вас есть какое-нибудь пожелание... я виноват в случившемся.       Молодой дракон не сводил взгляда с костра, наблюдая, как поджаривается мясо зайца. Приятный запах дыма тянулся к его ноздрям. Он принюхался, потом отодвинул обед подальше от огня.       — Я... я бы хотела вернуться домой, — тихо произнесла сестра погибшей, закрыв лицо руками. — Хочу вернуть Риту. Хочу, чтобы всё это оказалось страшным сном, и я, наконец, проснулась!       Крик девушки эхом отозвался в лесу, распугав птиц. Под звуки быстрых взмахов крыльев её подруги прижались к ней и начали успокаивать. Казалось, что человек не может столько плакать, но Рейвен был свидетелем обратного. Он ощущал «запах» страданий и боли, но ничего не мог с этим поделать. Он даже прошептал себе, чтобы эта способность никогда не проявлялась у него. Иногда она помогала распознать ложь, понять, кто стоит рядом с тобой, даже если твои глаза закрыты, или обнаружить в еде яды и зелья, которые Вазирис часто приносил после очередного ограбления караванов.       Рейвен посмотрел в глаза каждой из девушек и медленно стер им память. Он удалил воспоминания о том, что они видели дракона. Однако стереть воспоминания о смерти сестры Рейвен не мог. Он не хотел лишать её таких важных моментов. Он считал, что люди должны ценить эти воспоминания. Через двадцать минут они снова отправились в путь. Ночью, пока девушки спали, Рейвен иногда принимал свою драконью форму. За них он не переживал — его запах отпугивал любых хищников.       Рейвен торопился найти ближайшее поселение, и наконец он его нашел. При их привычном темпе они бы добрались туда за пару дней, но Рейвен не хотел терять времени и подгонял девушек, чтобы они шли быстрее.       Они добрались до деревни ближе к вечеру. Холодный ветер бил в лицо, заставляя их прикрываться руками. Им повезло: как только они пришли, поднялась сильная метель, и почти сразу они оказались в безопасности. Мужчина пожилого возраста с тростью вышел из дома, когда их привели к его порогу. Седые волосы были зачесаны назад, а на его сухом, покрытом морщинами лице выделялся шрам, который уходил под бороду.       Он сопроводил их в дом и, пригласив на место у огня, спросил о причине их визита.       — Я путешествовал с отцом, — начал свой рассказ Рейвен. — Мы остановились в деревне, далеко отсюда. Мы думали, что кроме диких животных в лесу нет угроз. Но ночью на деревню напали странные люди. Они убили многих, в том числе и моего отца, — Рейвен старался говорить правдоподобно, при этом всхлипнул, делая паузу. — Я попытался помочь, но мой отец... Перед смертью он сказал нам спрятаться, дождаться, пока убийцы уйдут. Этот кошмар длился несколько часов. Мы слышали, как кричали люди, как звали на помощь...       — Ну, ну, — староста положил руку на плечо Рейвена, стараясь его утешить. — Ты молодец, малыш. Ты спас этих красавиц, а это многого стоит.       — Позвольте им остаться здесь. Я вернусь домой, а им некуда идти, — Рейвен смахнул слезу, не в силах скрыть боль.       — Конечно, юноша. Лишние руки нам не помешают. Ты поступил очень храбро.       Староста с густой бородой внимательным взглядом осмотрел девушек, а затем повернулся к Рейвену. Его карие глаза были полны сочувствия. Он был человеком, который видел много страданий и горя. Людей с поломанными судьбами, и сейчас его взгляд говорил о том, что он видел перед собой отчаявшихся людей, потерявших близких.       — Дома меня учили помогать нуждающимся, — Рейвен отвел взгляд, когда староста посмотрел на него.       Они поговорили ещё немного, и староста отпустил их в свободную комнату. Дракону разрешили остаться на ночь, и если погода позволит, он сможет отправиться домой на следующий день. Рейвен попросил девушек не раскрывать правду о произошедшем, по крайней мере, пока он не уйдёт. После тяжёлой дороги они быстро уснули. Мальчик прижался к блондике, успокаивая её каждый раз, когда она просыпалась от кошмаров.       Утро встречало дракона благоприятно: солнце поднималось в небе, пытаясь согреть ледяную землю. Он не стал прощаться с девушками; не дождавшись, пока они проснутся, Рейвен сообщил старосте, что уходит, и направился обратно в сторону поселения павших. До знакомой деревни он добрался намного быстрее, чем ожидал. Некоторые дома всё ещё курились, а разрушенные здания и тела людей — мужчин, женщин и детей — валялись на земле, покрытые снегом. Молодой дракон сжал руки в кулаки. Гнев вновь бурлил в его душе. Каждой клеточкой тела он ощущал ауру смерти. Почувствовав, как его желудок сжался, он отскочил за ближайшее дерево, не выдержав.       Рейвен никогда не чувствовал себя так ужасно. Медленно шагал к дому и старался не думать о том, что видел. Но картина с мёртвыми детьми не выходила из головы, как бы он ни пытался её забыть. Как только он увидел, что дом, где жили его соседи, исчез, он понял, что павшие сменили своё местоположение. Он мог бы найти их, но не стал. Дракон прогулялся ещё немного, наткнулся на могилу бабушки. Он бы даже не заметил этот бугорок, если бы не каменная плита, выглядывающая из-под снега. Рейвен не решился подойти. Он посмотрел на могилу издалека и направился на юг.

***

      Волны со всей силы били по деревянному помосту, накрывая его холодной водой. Доски промокли настолько, что поскользнуться на них было простым делом. Морская слизь покрыл собой всё, до чего могла достать и это очень сильно мешало многим грузчикам, когда они принимали товар. И вот в очередной день, когда корабли пришвартовались, а торговцы стали нанимать рабочих, молодой мальчишка побежал встречать одного из таких богачей, кому необходима физическая помощь. Он с улыбкой нёсся по дереву, игнорируя скользкую поверхность.       — Я вот удивляюсь с него,—бородатый мужчина в грязной одежде, от которого за милю несло рыбой, обратился к своему другу по несчастью,—вроде бы ребёнок, а груз таскает даже больше, чем я.       — Ну так он одарённый, Фред,—пробурчал второй рыбак.—Ты посмотри на него,—кивнул он головой в сторону мальчика.—Бегает по помосту, как угорелый и зарабатывает большего всех.       — М-да, даже немного стыдно из-за этого.       — Да брось ты. Мальчишка всего пару месяцев здесь работает. Ещё и магией владеет, поэтому и переплачивают.       Двое мужчин толкали тележку, которая была полностью забита рыбой. Каждая вторая была размером больше средней собаки, и цена ей соответствовала. Они решили сменить тему и вернуться к прекрасным формам Лизы – работницы местного борделя, который они посещают раз в неделю. Конечно, Фред хотел бы почаще заглядывать к прелестным дамам, но зарплата мужчины не позволяла тратить так много. Но он не отчаивался; один поход в бордель был равноправен семи бутылкам дешёвого поила, которого здесь называлось – ром. И его хватало на пару недель, если Фред экономил и пил только один. Поэтому мужчины не особо-то и грустили.       В это время, Рейвен, который уже пару месяцев живёт в тёплых краях Эсторда, взвалил на себя пять ящиков с неизвестным для него товаром, по крайней мере так считали торговцы. Молодой дракон уже давно запомнил запахи всех привезённых товаров и мог с уверенностью сказать, что в этих ящиках было дорогое спиртное, спрятанное в дорогие шелка и ткани.       Мальчику было в радость заняться чем-то подобным, поэтому он и задержался в этом порту. Поначалу, непривычно жаркая погода приносила сильный дискомфорт. Молодой дракон потел, и одежда его всегда была полностью мокрой. Но он приспособился и теперь спокойно переносил жару и холод. Это же можно сказать и о людях, которых он изучал, пытался прочесть, и всей своей сущностью старался познать людскую жизнь.       — Ой, малыш,—услышал он приятный голосок обворожительной дамы, что опёрлась на перила местного бара.—Ты снова поднимаешь тяжести!       — И вам привет, Роза,—улыбнулся Рей.—Это моя работа, как-никак.       — Но ты же ещё маленький.—Эта женщина всегда уговаривала Рейвена бросить эту работу. Причём доводы её всегда были одни и те же.       — Ничего страшного, Роза. Как у вас дела?       — О, мои дела просто отлично. Уже четвёртый клиент за сегодня. Вот, вышла подышать воздухом и пообедать,—показала она изящной ручкой в сторону заведения.       Рейвен сразу понял суть её работы и не мог как-либо осудить девушку. Всё же в этом мире нужно находить средства, чтобы хоть как-то выжить и не помереть с голоду. Он с улыбкой вспоминал, как по незнанию согласился посетить их «легальное» заведение, как хвасталась Роза. Больше он туда не ходил.       Он стоял по середине дороги, держа три огромных деревянных ящика, словно они ничего не весили. И ему повезло, что сегодня здесь было не так много народу, и он никому не мешал.       — Народу у вас сегодня много,—захихикал он,—не стоит так напрягаться.       — О, ты переживаешь за меня? Ты такой милый, Рейвен,—Роза поправила свои рыжие волосы.—Знаешь, ты единственный здесь, кому я бесплатно сделала бы приятно.       Она медленно провела языком по пухлым губам, и озорно подмигнула дракону. Если бы она знала, что аппетит этого мальчика она не в силах унять. Он и сам ещё об этом не знает.       — Хорошо, Роза, мне нужно идти,—улыбнулся Рейвен, пытаясь сменить тему.—Хорошего дня.       — И тебе, малыш,—девушка потрепала его волосы, и виляя попой, пошла в сторону заведения.       Рейвен не отрывал взгляда от её фигуры, пока она не скрылась за дверью. Закрыв глаза, он выдохнул, пытаясь успокоиться. Эта женщина вызывала в нём чувства, которые он пока не мог понять.       Быстро завершив работу, Рейвен поспешил к торговцу, который его нанял.       — Дяденька, — махнул он рукой, останавливаясь возле мужчины.       У того были пышные усы, зализанные назад волосы, скрытые под странной шляпой, и дорогой черный камзол, украшенный золотыми узорами. От него исходил странный запах, который Рейвен не мог точно определить. Дракон не мог понять, зачем этот мужчина так тщательно ухаживает за собой.       Торговец, стоя на деревянной подставке, чтобы не испачкать туфли, кричал на мужчин, которые загружали ящики в телеги.       — Ах, Рейвен, мальчик мой, — улыбнулся он, заметив дракона. — Как всегда идеально выполнил работу. Не то что некоторые, — он скинул взгляд на остальных. — Ты за оплатой?       — Да, — протянул Рейвен руку, в которую тут же упал мешочек, наполненный серебряными монетами.       — Пересчитай.       — Я вам доверяю, — убрал он мешочек в карман. — Вы лучше скажите, почему остальных купцов сегодня нет?       — А, тут такое дело, — мужчина обернулся, как будто проверяя, не подслушивает ли кто-то. — Недавно по Эсторду прошёл слух, что на севере обнаружили сбежавших "павших". Многие мои коллеги отправились туда.       — Что? — сердце Рейвена замерло. Эти слова вызвали в нём страх, который он никогда не испытывал. Его лицо оставалось таким же улыбчивым, но внутри всё кипело. Он надеялся, что это всего лишь слух.       — Ах да, ты ведь ещё юн, — торговец с облегчением взглянул на Рейвена. — Понимаешь, давным-давно в небесах Эсторда властвовали драконы. Ты не ослышался. Настоящие драконы! Огромные, величественные, с крыльями, затмевающими солнце. Они были в точности такими, какими их рисуют художники. Как рассказывал мой дед, люди, эльфы, гномы, зверолюды и драконы заключили союз, чтобы одолеть Короля Мёртвых. Ты можешь мне не верить, но всё было именно так. Дед говорил, что нам повезло, что драконы сражались на нашей стороне. А вот когда он вспоминал, как после войны люди предали их и напали... ох, как же он ругался.       Рейвен слушал рассказ торговца, изображая заинтересованность. Все эти события он уже слышал от матери и бабушки, а кому, как не им, знать истину?       — Я не политик, и все эти заморочки мне безразличны, — усмехнулся торговец. — Правильно поступили наши предки или нет — мне не судить. Но вот что я знаю точно...       Мужчина наклонился ближе, понизив голос:       — У павших могут быть редчайшие артефакты, древние свитки — вещи, за которые можно выручить баснословные деньги. Поэтому через два дня я отправляюсь на север.       — А вы уверены, что это не просто слухи? — насторожился Рейвен. Мысль о том, что его родичей могут поймать и загнать в клетки, наполняла его тревогой.       — Сказать наверняка не могу, парень, — пожал плечами торговец. — Единственный способ узнать правду — отправиться с королевской армией.       Рейвен задумался, машинально разглядывая землю у своих ног.       — Ладно, — наконец вымолвил он. — Пойду домой. А вам удачи, дяденька торговец.       — Спасибо, мальчик мой. Я пробуду в пути больше месяца, так что тебе стоит найти подработку.       Рейвен махнул рукой и зашагал прочь от порта, его мысли вихрем кружились в голове. Единственный способ узнать, в порядке ли его родные, — отправиться на север. Стыд за убийство бабушки давно притупился, и он мог бы вернуться, но как отреагируют драконы? Будут ли они его ненавидеть? Прогонят, едва увидев? Или... простят?       Покинув порт, он оказался на оживлённой улице трущоб. Здесь было чище, чем в дальних районах, и криминальные элементы не стремились захватить этот уголок. Город находился в нескольких сотнях километров от столицы, а потому воришки и убийцы нечасто показывались здесь.       Патрули хоть и были редки, но всё же порой проходили по улицам, удерживая равновесие между порядком и хаосом.       Добравшись до улицы, усеянной небольшими тавернами и харчевнями, Рейвен замедлил шаг. Обычно он заходил в одно проверенное место, где подавали свежую рыбу, но сегодня хотелось чего-то нового. Окинув взглядом вывески, он вдруг заметил одну, покрытую незнакомыми символами. В Эсторде был лишь один язык, и все надписи всегда были на нём, но эти странные иероглифы выглядели загадочно и необычно.       Подойдя ближе, он увидел заведение, украшенное алыми фонарями и фигурками бумажных существ, неспешно покачивающихся под потолком. Перед стойкой выстроились пять высоких деревянных стульев, а за прилавком стояла пожилая женщина. Её кожа имела редкий, почти бронзовый оттенок, а глаза казались прищуренными, будто она постоянно улыбалась. На ней было красное одеяние без рукавов, с десятками крошечных пуговиц, спускающихся вниз стройными рядами.       Будучи невысокого роста, Рейвен легко прошёл под низкой занавеской у входа и с некоторым трудом взобрался на стул.       — Привет! — весело улыбнулся он, демонстрируя свою детскую непосредственность.       — Здравствуй, юноша, — ответила хозяйка, её морщинки разгладились, когда она заметила мальчишку. — Желаете отужинать у нас?       — Да! А что у вас есть? — Рейвен сразу уловил её необычный акцент.       — О, у нас множество вкусных блюд, — женщина достала меню, в котором, к его облегчению, были знакомые слова. Там значились блюда из говядины и курицы, овощи в таинственных соусах, но больше всего его удивило обилие риса — он был в каждом втором блюде.       Рейвен задумчиво почесал подбородок, не зная, что выбрать.       — Давайте ваше фирменное блюдо! — наконец решил он, возвращая меню.       Женщина чуть сузила глаза, её улыбка стала загадочнее.       — Боюсь, я вынуждена тебя предостеречь, юноша. Оно слишком острое.       — Я справлюсь! — с уверенностью заявил Рейвен. Он ни разу не пробовал ничего острого и не понимал, о каком испытании идёт речь. — Я точно выдержу!       Старушка слегка склонила голову набок, словно изучая его, затем кивнула и позвала:       — Дорогой!       Из глубины заведения выглянула голова старика. Он был точь-в-точь похож на хозяйку — тот же оттенок кожи, такие же пронзительные глаза. На его голове был повязан белый платок, гармонирующий с поварским кителем.       — Да? — его взгляд на мгновение сузился, оценивая Рейвена, будто он пытался понять, не причиняет ли мальчик неудобств его жене.       — Этот юноша желает попробовать наше фирменное блюдо, — женщина изящно указала на него ладонью.       — Да?! — старик вскинул брови, затем его выражение смягчилось. — Ты уверен?       — Конечно! Готовьте своё лучшее блюдо, что бы это ни было! Я выдержу всё!       Старик расхохотался, его смех был глубоким и добродушным. Затем он исчез в глубине кухни, а Рейвен, предвкушая необычный ужин, огляделся, наслаждаясь загадочной атмосферой этого странного места.       Пока муж женщины готовил для него угощение, Рейвен решил воспользоваться моментом и расспросить хозяйку об их происхождении. Ему было любопытно узнать больше о таинственных надписях, покрывающих стены, и о бумажных созданиях, мягко колышущихся от дуновений воздуха.       — А откуда вы? — спросил он, с интересом наблюдая за движением её тонких пальцев, ловко протирающих фарфоровую чашку.       Женщина слегка склонила голову, её взгляд стал задумчивым, будто она мысленно переносилась в далёкие края.       — Мы пришли из земель, скрытых за Грозными хребтами, — наконец ответила она. — Там, где солнце садится в багровые воды и ветра поют песни на языке духов.       Рейвен широко раскрыл глаза. Ему никогда не доводилось слышать о подобных землях.       — И эти знаки на стенах? Это ваш язык? — он провёл пальцем по одной из резных дощечек.       Женщина кивнула.       — Да, это древний язык нашего народа. Он хранит истории, которым сотни лет.       — Простите за этот вопрос, — Рейвен слегка замялся, пристально вглядываясь в старушку, чей облик, казалось, был затенён чем-то древним и необъяснимым. — Что вы делаете здесь? У вас, наверное, остались родственники там, за морем?       Старушка мягко улыбнулась, но её глаза, блеснувшие на мгновение, тут же потухли, словно в них вспыхнул и тут же погас далёкий огонёк воспоминаний. Едва слышный треск пронзил воздух — чаша в её руке покрылась паутиной трещин. Густая алая жидкость заструилась по её сморщенной коже, но она лишь равнодушно посмотрела на рану, словно это было нечто привычное.       Рейвен почувствовал, как внутри него сжалось что-то тяжёлое.       — Простите, — он отвёл взгляд, испытывая странное чувство вины.       — Ничего страшного, юноша, — тихо проговорила она, вытирая кровь краем потёртого плаща. Ветер на улице завыл сильнее, и на мгновение Рейвену показалось, что в нём слышится шёпот на древнем языке. — Просто... Мы с мужем, возможно, последние из нашего народа. Королевство Эсторда уничтожило всех, кто жил рядом с Островами Драконов.       Она замолчала, но теперь в её взгляде было нечто иное — не тоска, а затаённый огонь, отголоски древней магии, что некогда пронизывала её народ.       В этот момент вернулся её муж с большой резной тарелкой, покрытой узорами, напоминающими старинные заклинания. Он поставил её перед Рейвеном, и мальчик с любопытством уставился на огромное количество тонко нарезанного мяса, пропитанного алым соусом, который переливался магическими искрами. Едва он вдохнул густой аромат специй, как его ноздри защекотало, а в горле зашевелился жар. Чихнув, он едва не выпустил небольшое облачко пламени, но вовремя его подавил.       Старушка протянула ему две изящные палочки из черного дерева с вырезанными на них символами, испускавшими слабый голубоватый свет. Рейвен нахмурился, не понимая, как можно есть этим инструментом. Он схватил палочки по одной в каждую руку и попытался подцепить кусочек мяса, но оно ловко ускользало. Пожилая пара, едва сдерживая смех, наблюдала за его попытками. Вскоре старушка, сжалившись над мальчиком, дала ему вилку, выполненную из серебра с навершием в виде змея, и дело пошло быстрее.       Как только первый кусочек коснулся его языка, мир вокруг будто на мгновение исчез. Вкус был насыщенным, многослойным: сначала нежная сладость, затем пряная горечь, а после огненная острота, пробирающая до костей. Глаза Рейвена расширились, а из груди невольно вырвался низкий гортанный звук удовольствия. Его лицо слегка покраснело. В этот момент он почувствовал нечто странное — словно энергия блюда пронизывала его, наполняя тело новой силой. Его ладони задрожали, а в груди разлилось ощущение мощи, словно внутри него пробудился древний дух огня.       — Это... Это невероятно! — воскликнул он, тут же запихивая в рот следующий кусочек.       Пожилая чета с удивлением уставилась на него, словно перед ними возник сам древний дракон их легенд. Огонь в глазах Рейвена плясал, отражая мерцание магического соуса. В этот момент он почувствовал нечто необычное — как будто его истинная сущность стремилась выйти наружу. Он заставил себя глубоко вдохнуть и подавить это ощущение. Никто не должен был знать, кем он был на самом деле.       — Удивительно, — прошептала старушка, её голос был тихим, как шелест осенних листьев. — С таким удовольствием свою стряпню ешь только ты, дорогой.       — Странно... может, я добавил мало перца? — пробормотал старик, почесывая седую бороду. Его глаза, мутные от возраста, всё ещё светились искоркой былого озорства.       Рейвен в это время с громким стуком поставил пустую тарелку на стол и крикнул:       — Ещё! — Его глаза, яркие, как угли в печи, горели от восторга, а изо рта вырывался пар, словно он был драконом, а не человеком. Слёзы, вызванные остротой блюда, катились по его щекам, но он их не замечал, слишком увлечённый вкусом.       — Ты мне уже нравишься, паренек! — рассмеялся старик, его смех напоминал скрип старого дерева. Он развернулся и исчез за занавеской, ведущей на кухню, где в котле кипело нечто, от чего воздух наполнялся ароматами специй и дыма.       — Чёрт, это было невероятно, — пробормотал Рейвен, с благодарностью принимая чашу с водой из рук старушки. Он выпил её одним глотком, чувствуя, как жидкость гасит огонь на его языке.       — Рада, что тебе понравилось, — улыбнулась старушка, её морщинистое лицо озарилось теплом. Она взяла грязную тарелку и направилась к кухне, но вдруг остановилась.       В этот момент Рейвен услышал шаги. Его ухо, острое, как у зверя, слегка дёрнулось. К заведению подходили люди. Он издалека уловил лязг брони, но не подал виду, решив, что это очередной патруль городской стражи. Однако что-то в этом звуке было не так — слишком громко, слишком агрессивно.       Занавеска распахнулась, и перед ними появились четверо мужчин. Впереди шёл высокий мужчина с сальными каштановыми волосами, спадавшими на лицо, изрезанное шрамами. Его броня, сероватая и покрытая грязью, выглядела так, будто её не чистили со времён последней войны.       На поясе висел длинный меч, но по потёртым ножнам было ясно — это дешёвая поделка, а не оружие воина.       — Эй, старуха! — крикнул он, его голос был грубым, как скрежет камней.       Позади него стояли ещё трое, в похожей броне. У одного она была чище, у другого — ещё грязнее. Их улыбки, кривые и отвратительные, говорили о том, что они пришли не за едой.       — Время платы, — ехидно произнёс их главарь, оглядывая заведение.       — Мы уже заплатили на прошлой неделе, — лицо старушки стало каменным, улыбка исчезла, как утренний туман. Мельком взглянув на Рейвена, она незаметно схватила нож, спрятанный под стойкой.       Услышав шум, старик вышел из кухни, неся в руках тарелку с дымящимся мясом. Он замер на мгновение, увидев незваных гостей, но быстро оправился и поставил еду перед Рейвеном.       — Что вы здесь делаете? — его голос, обычно добродушный, теперь звучал твёрдо и холодно. — Мы уже заплатили вам на прошлой неделе.       Старик шагнул вперёд, заслоняя собой жену. Его глаза, обычно добрые, теперь сверкали, как лезвия.       — Так, Король издал указ о повышении налогов, — усмехнулся главарь, его голос был сладким, как яд. — Теперь плата составляет сто золотых.       — Сто золотых? — старушка ахнула, её рука с ножом дрогнула. — Это же грабёж!       — Грабеж? — главарь рассмеялся, его смех был похож на рычание дикого зверя. — Это закон, старуха. Или вы хотите, чтобы мы напомнили вам, что бывает с теми, кто не платит?       Рейвен слушал вполуха, поглощая сочное мясо, которое таяло во рту, словно облако ароматов и специй. Дела стражников его не волновали. Он не искал конфликтов, особенно с людьми. По крайней мере, пока его не трогали. Но когда главарь начал угрожать пожилой парочке, Рейвен остановился. Медленно прожевывая кусок, он поднял глаза и посмотрел на старушку, стоящую за спиной мужа. Она встретила его взгляд и, словно прочитав в его глазах что-то, едва заметно покачала головой.       — Тогда в следующем месяце мы заплатим, — с тяжестью в голосе произнёс старик, его руки сжались в кулаки, но он сдерживался.       — Нет, так не пойдёт, — главарь усмехнулся и опустился на стул рядом с Рейвеном. — Ты заплатишь сейчас, или мы разнесём твою забегаловку.       Он смахнул с прилавка листочки меню, которые разлетелись по полу. Затем схватил один из красных фонарей, висевших у входа, и с силой бросил его на пол. Бумага смялась, а свет погас, оставив лишь тлеющие угли. На мгновение в заведении воцарилась тишина.       Именно в этот момент стража заметила Рейвена. Он сидел, спокойно отправляя в рот последние кусочки мяса, словно вокруг ничего не происходило.       — Слышь, пацан, — главарь повернулся к нему. — Свали на хрен отсюда.       Рейвен не ответил. Он продолжал есть, словно не слышал угроз. Если старушка попросила не вмешиваться, он не будет. Но его спокойствие лишь разозлило главаря.       — Слышь, я к тебе обращаюсь! — мужчина вскочил со стула и схватил Рейвена за волосы.       В следующее мгновение Рейвен оказался на улице, кувыркаясь по земле. Его туника, некогда чистая, теперь была испачкана пылью и грязью. На улице люди замерли, увидев, как из забегаловки вылетел мальчик.       Рейвен медленно поднялся, отряхиваясь. Его глаза, обычно спокойные, теперь горели холодным огнём. Он посмотрел на заведение, откуда доносились грубые смешки стражников.       — Ну что, старик, теперь ты заплатишь? — голос главаря звучал изнутри.       Рейвен сжал кулаки. Воздух вокруг него начал вибрировать, словно сама реальность дрожала от его гнева. Он шагнул вперёд, и земля под его ногами слегка затрещала, покрываясь тонким слоем инея.       — Эй, ты! — раздался голос одного из стражников, стоявших у двери. — Ты ещё не нахлебался?       Услышав голос своего «брата» по оружию, главарь повернулся, и его взгляд упал на Рейвена. Вокруг мальчика клубилась пыль, поднимаясь вверх спиралями, словно невидимые руки взрыхляли землю. Воздух вокруг него дрожал, наполняясь густым магическим напряжением. Главарь усмехнулся, обнажив желтые зубы, и медленно поднялся со стула. Занавеска позади него взметнулась вверх, подхваченная внезапным вихрем, который исходил от Рейвена.       — Так ты одаренный, — прошипел он, проводя языком по сухим губам. — Ну что ж, пацан, прости, но ты слишком ценен, чтобы тебя просто так отпустить. Епископ заплатит за тебя целое состояние. Давай, успокойся и иди с нами. Не заставляй нас ломать тебе кости.       Он уже мысленно подсчитывал золото, которое получит за мальчика, но не заметил, как его друзья замерли в ужасе. Их лица побледнели, а глаза расширились, словно они видели не мальчика, а нечто древнее и ужасное. Главарь же смотрел в зелёные глаза Рейвена, в которых плясали отблески магического пламени, но видел только ярость.       — Ясно, — он снова усмехнулся, но в этот раз его голос дрогнул. — По-хорошему ты не хочешь.       Он выхватил из ножен клинок, лезвие которого было покрыто рунами, светящимися тусклым красным светом. Сделав два шага вперёд, он вдруг остановился. Его друзья не двинулись с места. Они стояли, словно вкопанные, их лица искажены страхом.       — Вы чего, блять? — рявкнул он, оборачиваясь. — Этого пацана испугались? Да он же сопляк, даже гримуара нет, ни посоха, ничего! Давайте, быстро, или я вас самих порву!       Он махнул рукой, приказывая им двигаться, но они лишь переглянулись, их губы сжались, а пальцы дрожали.       — Они тебя не послушают, — раздался спокойный, ледяной голос Рейвена. — Ты один.       — Что? — главарь обернулся, его лицо исказилось от злости. — Ты че мелишь, падла?       Рейвен не ответил. Он просто поднял руку, и воздух вокруг главаря сгустился, превратившись в невидимую ловушку. Мужчина почувствовал, как его тело сковало, словно невидимые цепи опутали его с головы до ног. Он попытался двинуться, но его мышцы не слушались.       — Что за чертовщина? — прохрипел он, но его голос был едва слышен.       Рейвен повернул ладонь, пальцы его медленно сжались, словно он держал в руке невидимый шар. Ветер вокруг главаря завыл, поднимая пыль и обрывки ткани. Люди вокруг замерли, наблюдая, как мальчик, казавшийся таким беззащитным, теперь управлял силой, которая заставляла их кровь стынуть в жилах.       Стражник закричал, когда его доспехи начали сминаться, как бумага. Металл скрипел и ломался, впиваясь в его тело. Кровь брызнула из-под обломков брони, но не упала на землю — она зависла в воздухе, как будто время вокруг главаря остановилось. Рейвен сжал кулак.       Кости затрещали, словно сухие ветки под ногами. Крик главаря превратился в хрип, а затем в тишину. Его тело сжалось, как будто невидимый великан сжимал его в ладони. Кровь, плоть и металл смешались в один кровавый комок, который с глухим звуком упал на землю.       Тишина.       Никто не осмеливался пошевелиться. Рейвен опустил руку, его глаза всё ещё горели холодным зелёным светом. Он посмотрел на оставшихся стражников, и те, не сговариваясь, бросились прочь, спотыкаясь и падая, оставляя за собой следы страха.       Рейвен остановился, вглядываясь в кровавый шар, который еще несколько мгновений назад был человеком. Он повернулся к забегаловке, где старик, дрожащими руками, прикрывал свою жену, словно пытаясь защитить ее от невидимой угрозы. Его глаза, полные страха, одновременно светились благодарностью. Рейвен вздохнул, чувствуя горечь утраты — больше он не отведает фирменного мяса, которое так мастерски готовил хозяин забегаловки.       Он уже собрался уйти, как вдруг услышал тихий, но твердый голос:       — Спасибо.       Это была старушка. Ее глаза, несмотря на возраст, горели мудростью, словно она видела больше, чем обычный человек. Рейвен улыбнулся, кивнул им и, осознавая, что теперь они стали его невольными союзниками, развернулся. Он знал, что сбежавшие стражники уже мчатся к своим командирам, и скоро за нимначнется охота. Городские ворота, вероятно, уже закрыты, а магические барьеры активированы. Пожилая пара, если успеет, покинет этот город до рассвета, но Рейвен понимал, что его собственная жизнь здесь закончена.       Он больше не сможет работать на старого торговца, и не сможет проводить вечера с Розой, слушая ее смех и наблюдая, как ее рыжие волосы переливаются в свете огня.