3.2. Два обратных хода через мой дом

Скай все еще говорила по телефону. Что-то насчет продуктов, одежды, туалетных принадлежностей и прочей ерунды. Она отправила Джинкс по электронной почте список вещей, которые ей нужно купить сегодня вечером, чтобы успеть на завтра. Джинкс разберется с этим позже — она просто хотела, чтобы Скай уже заткнулась; ей нужно было рассказать Экко. Выйдя из автобуса, она практически побежала домой. Было всего десять утра, и улицы были пустынны — ветер хлестал ее по щекам, вызывая слезы в уголках глаз. Легкие словно обожгло, но она должна была добраться до Экко сейчас. В конце концов Скай не нашлось, что сказать, но она заставила Джинкс пообещать, что они с Экко перезвонят позже. Она ввалилась в квартиру, скидывая туфли, и плюхнулась прямо на кровать Экко. Экко дернулся; тело Джинкс накрыло его ноги. Он выпрямился, протирая глаза. - Чт — Что происходит? Джинкс подвинулась и обхватила его лицо руками. Их лбы соприкоснулись. - Скай звонила мне, - Экко открыл рот. Его глаза превратились в летающие тарелки, когда он посмотрел на нее. - Мы одобрены? - Ты сделал это, Мальчик-спаситель, - рассмеялась она. - Этот комплекс живет, чтобы дожить до следующего дня. Его руки потянулись к ее запястьям. Глаза все еще были затуманены сном, и она подумала о том, чтобы ударить его по щеке, чтобы доказать, что все это не просто сон. - Мы одобрены? - Он повторил это, как будто не расслышал в первый раз. - Скай привезет ее завтра. - Завтра? - Он сжал ее запястья, прижавшись лбом к ее лбу. - Джинкс, что, черт возьми? - Господи, Экко, проснись! - Она встряхнула его за плечи. - Ты единственный, кто этого хотел. - У нас не... у нас еще даже нет всего этого дерьма. - Неважно, у нас впереди целый день, - простонала Джинкс. - И еще дурацкий список — любезно предоставленный Скай. Словно только сейчас заметив это, губы Экко расплылись в дикой, выгоревшей на солнце улыбке. Он привлек Джинкс к себе, обвив ее руками, и пуховое одеяло легло между ними тонкой шелковистой каймой. — Я же говорил тебе, — он говорил, уткнувшись ей в плечо, его дыхание было теплым, - я же говорил тебе, все получится. Я говорил тебе. Так и произошло. На самом деле, он повторял это всю неделю. Ей даже не нужно было говорить об этом — он как будто знал, в любом случае, каждый раз, когда она задумывалась об этом. Он трепал ее за щеку или дергал за косу и говорил, что все образуется. И он был прав. В тот момент она задумалась, может ли эта правильность исправить ее ошибку. Не всю, но часть. И на секунду она подумала, что, скорее всего, это возможно. Возможно, так оно и было. -- Экко был уверен, что в их квартире никогда не было так чисто. Потратив все утро на покупки, Экко и Джинкс провели остаток дня, чтобы убедиться, что их квартира готова к приезду Иши. Джинкс тщательно вымыла ванную, а Экко - кафельную плитку на кухне. Они постирали все простыни Иши и даже зажгли свечу — что-то сладкое и ароматное: лаванда, молоко и сахар. А Экко, который всегда старается изо всех сил, приготовил лазанью. Томатный соус, мясо и соус выложил на тонкие влажные пластинки макарон и покрыл толстым слоем сыра. Затем ему снова пришлось убирать со стола — без помощи Джинкс, потому что он был “тем, кто, как идиот, спонтанно решил приготовить еду сразу после уборки". В ту ночь Джинкс заснула на удивление быстро. Экко мог сказать, что теперь, когда они получили одобрение, она уже не так волновалась, как раньше, но все равно забралась к нему под одеяло, переплетя их ноги. Он ничего не сказал. Она ничего не ответила. Они долго сидели в тишине, пока Экко листал книгу для изучения языка жестов, подаренную от Скай. Джинкс, вместо этого, шумно листала TikTok, пока не заснула с телефоном на груди. Экко сорвал его с нее и положил на свой прикроватный столик. Во сне — в мирном сне — она выглядела по-другому. Почему-то больше походила на Паудер. Что было глупо. Они были одним и тем же человеком. Но, возможно, дело было в отсутствии волнения — в том, что она не могла защищаться, как серебряный щит. Он убрал прядь волос с ее лица. У него перехватило дыхание. В тусклом, влажном свете его комнаты она казалась почти купающейся в золоте. Ее ресницы — темные, каштановые — обрамляли тонкую молочно-белую кожу под глазами. Ему казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди, хотя он и не был уверен почему. Скорее всего, из-за беспокойства о завтрашнем дне. Они, конечно, подготовились, но все равно этого было недостаточно. И Экко всегда беспокоился, что он что-то забыл. Он закрыл книгу и потянулся, чтобы выключить свет, бросив последний взгляд на Джинкс. Он смотрел, как растворяется ее золотистая в свете лампы кожа. Вместо этого ее силуэт был окутан тонкими полосками лунного света, проникавшего сквозь ставни. Он лег на спину, и Джинкс прижалась к нему — движение было механическим, врожденным. В ту ночь он был единственным, кто с трудом мог заснуть. Он то просыпался, то снова проваливался в сон. Как только взошло солнце, он поднялся вместе с ним. Он налил себе чашку кофе и подождал, пока Джинкс проснется, всего несколько часов спустя. Она ввалилась в гостиную и застала его с книгой в руках. Он пытался запомнить жест. Джинкс вытянула руки над головой, и между ее шортами и топом показался кусочек упругой кожи. Экко быстро отвел взгляд, отхлебывая кофе. - Как давно ты встал? Экко пожал плечами. - С восходом солнца. Джинкс улыбнулась. - Подходит. Экко не понял, что это значит, но улыбнулся в ответ. Джинкс взяла себе кружку — какую-то из Вегасса, прошлым летом они вернулись из поездки. Джинкс присоединилась к нему на диван. Снаружи Экко слышал шум городской жизни. Мимо проносились машины, щебетали птицы. Люди начинали свой день. - Итак, Скай сказала, что в два часа, верно? Экко кивнул. - Да. У нас впереди целое утро. Джинкс бросила на него быстрый взгляд. — Ты... - она запнулась на полуслове. - Ты нервничаешь. - Конечно. - Экко толкнул ее локтем. - А ты нет? - Я думаю, - нахмурилась Джинкс. - Вероятно, по другим причинам. Он знал, что творится у нее в голове, и очень хотел, чтобы это прекратилось. - С ней все будет в порядке, - заверил Экко. - Мы об этом позаботимся. Она выглядела так, будто хотела возразить ему, но не стала. Вместо этого она снова подняла щит. Обратилась к тому, что умела лучше всего — юмору, сарказму, шуткам. - Ты достиг пика, мальчик-спаситель. - Она потянулась, чтобы чмокнуть его в нос. - Это самое спасительное, что может быть. Остаток утра тянулся бесконечно. Они поели хлопьев на диване, прежде чем по очереди принять душ. На улице было необычайно холодно — холоднее, чем должно быть в это время года, — и Экко натянул свой самый толстый свитер. Джинкс, которая всегда мерзла, но почему—то никогда этого не чувствовала, была одета в одну из его футболок. Какая-то мешковатая вещь из колледжа, о существовании которой он даже не подозревал. Ее волосы все еще были заплетены в те же косички, и Экко вдруг понял, что не помнит, когда в последний раз видел их распущенными. К часу дня Джинкс уже расхаживала по комнате, а Экко все еще корпел над книгой. Страницу за страницей он пытался запечатлеть в своей памяти. Важные дела. Как только пробило два часа, в их дверь позвонили, и она ожила. Почти в самый разгар. Экко взбудоражил их, их квартира была на втором этаже. У них даже не было возможности постучать. Экко открыл дверь и расплылся в улыбке. Он не видел Ишу целый месяц. В тот день, когда ее выписали, она, казалось, была недовольна этим. Она снова и снова просила его сыграть с ней в последний раз в UNO, прежде чем ее отправят к Бабетте. Он, конечно, согласился. Но в конце концов Скай сказала ей, что пора идти, а у Экко были другие пациенты, которых нужно было принять. Иша захныкала — ее зажившая рука махала ему на прощание, — но он пообещал скоро увидеться с ней снова. - Проходите! Экко поманил их вперед, и Иша осторожно ступила внутрь. Ее глаза внимательно осмотрели комнату, затем слегка расширились, когда она заметила Джинкс на пороге кухни. - Похоже, у тебя новенькая рука, мелкая. - Джинкс подошла ближе, и Иша застыла на пороге, словно ее все еще не было в квартире. Она все еще стояла на их коврике в прихожей. Скай, конечно, тоже была там, она цеплялась за сумку Иши, висевшую у нее за спиной. Это была маленькая сумка. - Ну же, Иша, - фыркнула Скай. - Теперь это твой дом, помнишь? Иша прошла чуть дальше — достаточно близко, чтобы заглянуть в гостиную и кухню. Она тоже приблизилась к Экко, в то время как Джинкс нахмурилась, увидев руки Скай. - Это все ее вещи? Скай кивнула. - Не так уж много, я знаю. Но так бывает со многими детьми. - Все хорошо. - Экко бросил взгляд на Джинкс. Ее лицо было напряженным, и Иша не сводила с нее глаз. - Мы купили ей кучу новых вещей. - Разве это не прекрасно? - Скай заставила себя улыбнуться Ише, но девочка снова смотрела по сторонам, стоя рядом с Экко и впитывая в себя все происходящее. Она выглядела ошеломленной и смущенной. Экко понял. Он тоже ненавидел суетиться перед Бензо. Первые несколько дней всегда были самыми тяжелыми. Незнакомец в доме незнакомца. Странные звуки. Незнакомые запахи. Незнакомые люди. Это было отвратительно. Но Экко хотел, чтобы переход был как можно более плавным. — Эй, — Экко слегка коснулся ее плеча, и Иша подняла на него глаза. - Хочешь посмотреть свою комнату? Знаешь, Джинкс очень усердно работала над ней. Ее совиные глаза заблестели. Она кивнула твердо и неожиданно — так же решительно, как в тот день, когда они спросили, не хочет ли она переехать жить к ним. Экко взял ее за руку. Секунду Иша колебалась. Она посмотрела на него снизу вверх, словно пытаясь вспомнить, кто же он такой на самом деле. Без медицинской формы он выглядел по—другому, он был не похож на медбрата, готового помочь, и больше походил на обычного парня. Но Иша, казалось, нашла сходство, потому что позволила ему накрыть свою руку своей, пока он вел ее к комнате. Джинкс наступала ему на пятки, Скай тоже следовала за ними. - Если тебе не понравится, - уже начала Джинкс, - мы всегда можем что-нибудь изменить. Но Иша не расслышала ее слов. В ту секунду, когда Экко открыл дверь спальни, на ее лице появилось выражение, которого он никогда раньше не видел. Благоговение, абсолютное благоговение. Комната была небольшой — никогда не была, даже когда в ней стояли два зеркальных письменных стола, - но была уютной. Они оставили жалюзи закрытыми, и янтарные звезды, которые Джинкс приклеила к потолку, превратили все в мед. Волшебные гирлянды были развешаны над длинными рядами оконных проемов низкие и вздымающиеся, как горные вершины. Стены были голубыми, как и просила Иша, только они были разрисованы разными рисунками. Голубые облака, кролики, птицы. Посередине комнаты лежал небольшой узорчатый ковер — деревянные полы могли стать холодными, но они все равно купили ей кучу носков и две пары тапочек. Были развешаны плакаты — правда, всего несколько штук. Джинкс хотела, чтобы у Иши была свобода творчества. И, конечно же, еще несколько мягких игрушек были разложены в ряд на узорчатом пуховом одеяле ее кровати, которое было прижато к окну. Некоторое время Иша просто смотрела. Ее рука свободно лежала в руке Экко, глаза не мигали. Затем, в конце концов, она зашла внутрь, осматриваясь. Впитывая все это. - Если что, ты можешь потрогать все, что угодно. Это не музей. - Джинкс стояла, прислонившись к дверному косяку. - Это все твое. Ты можешь со всем этом возиться. Иша повернулась, чтобы посмотреть на нее. Когда Джинкс заговорила, казалось, что внимание Иши сосредоточено на чем-то другом. Как только стало ясно, что Джинкс не шутит и не заберет свои слова обратно, Иша осторожно провела рукой по мягкому пуховому одеялу своей кровати. Она погладила каждую из головок своих трех новых игрушек. Она заглянула в ящики своего деревянного комода — Джинкс бережно хранила его — и открыла рот от удивления, обнаружив, что все они забиты одеждой. То, что было на ней сейчас, выглядело довольно поношенным — потрепанный комбинезон и полосатая зеленая футболка. Она тоже не сняла куртку — классический желтый дождевик, потрепанный возрастом. - Значит, - Джинкс вошла в комнату и положила руку на бедро. - Тебе нравится? Иша не колебалась. Она утвердительно кивнула, и Экко понял, что сейчас самое время воспользоваться хотя бы частью того, что он узнал из этой книги. Он подошел к Джинкс и присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с Ишей. Он сжал правую руку в кулак и потряс вверх-вниз. Это был знак согласия. Иша широко улыбнулась в ответ. Он заметил, что у нее выпал один из передних зубов. Или, может быть, он просто никогда раньше не видел, чтобы она так широко улыбалась — настолько широко, что были видны все ее зубы. Джинкс вздохнула над ними. Она казалась раздраженной, но улыбка на ее лице выдавала ее. - Наверное, теперь мне нужно выучить этот секретный язык жестов, да? Иша посмотрела на нее снизу вверх, все еще взволнованная. Она сжала руку в кулак и потрясла — да. -- Скай ушла, но не без того, чтобы не побеспокоиться об Ише в последний раз. Экко спросил, не хочет ли она остаться на ужин, но у Скай были другие дела. Она обняла девочку и попросила ее вести себя прилично, но Иша только пожала плечами и помахала на прощание. А потом они остались одни, только втроем, в самый первый раз. И именно так все и должно было быть сейчас. Джинкс все еще не могла осознать этого. Они с Экко так долго были одни. И теперь Иша была здесь — тихая и любопытная. Экко провел для нее экскурсию по квартире. Экскурсия была недолгой — квартира была не очень большой. Сначала она осмотрела ванную, гостиную, кухню — Джинкс показала ей, в каких ящиках спрятаны все вкусные закуски. Потом комната Экко — большая, с письменным столом, придвинутым к окну. И затем инструменты Джинкс — в беспорядке были развешаны по всем углам, свисая, как рамки, с гвоздей, вбитых в стены. Показав ей обе комнаты, Иша пристально посмотрела на них, словно пытаясь сообразить, что к чему. Джинкс показалось, что малышка снова видит их насквозь — такими прозрачными, проницательными совиными глазами. Экко, должно быть, тоже это почувствовал. Он прочистил горло и потер затылок. - Почему бы нам не распаковать твои вещи? Распаковывать было особо нечего. Несколько свитеров, джинсовая куртка из грубой ткани, одна пижама, поношенная кепка. А в самом низу лежал тот самый кролик. Иша ахнула, когда увидела его, и быстро потянулась, чтобы положить его на кровать, прислонив к подушкам. Джинкс не смогла удержаться от смешка. - Ты еще не придумала имя для этой штуки? Иша оглянулась и покачала головой. Она выглядела немного пристыженной из-за этого. Джинкс пожала плечами. - Это придет тебе в голову, мелкая. Позже, отправив лазанью в духовку, Экко начал готовить гарниры. Джинкс тем временем вместе с Ишей просматривала Netflix, пытаясь найти ей что-нибудь для просмотра. Без Экко Иша казалась более осторожной — она держалась на расстоянии, плюхнувшись на противоположный конец дивана. Джинкс запнулась. Что, черт возьми, вообще смотрят семилетние дети? - У тебя есть любимый мультик? Иша, сидевшая на другом конце дивана, отрицательно покачала головой. -Реально? - Джинкс что-то пробубнила. - Свинка Пеппа? Блуи? Ничего из этого? Иша снова покачала головой, на этот раз сильнее. Почти оскорбленно. Может, это было для детей помладше. Джинкс не была уверена — что, черт возьми, она могла знать о детском телевидении. Когда она была маленькой, они с Вай тайком смотрели "Гриффинов" после того, как Вандер засыпал на "Ла-Зи-Бой". Возможно, Ише нравились "Гриффины". Экко никогда не оставлял это без внимания. Джинкс решила, что фильм был бы лучше. Приближалось Рождество, поэтому она просто остановилась на Гринче. Джинкс бросила взгляд в сторону, чтобы убедиться, что Иша в восторге, а затем метнулась в гостиную и вспомнила, как мало они приготовили к Рождеству. У них даже елки не было — ни венков, ни оленей, ни лент. Возможно, Иша тоже подумает, что она похожа на Гринча. - Паудер. - Экко поставил миску с салатом на середину обеденного стола. - Ты не поможешь накрыть на стол? Джинкс застонала. Они были не из тех людей, которые накрывают на стол. Обычно они ели, сидя на диване, но Джинкс решила, что хочет произвести хорошее впечатление. Лучше бы этой фигне с сервировкой стола не продлиться долго. - Если я должна. Иша бросила на нее любопытный взгляд, и Джинкс только тогда поняла, что Иша знает ее только как Джинкс. Она хотела объяснить, но Иша уже вернулась к наблюдению за Гринчем, который уныло брел в Уовилл. Джинкс разложила салфетки и приборы, пока Экко доставал лазанью из духовки, выкладывая на каждое блюдо салат и пасту. - Ой, а ты полил ее арахисовым маслом? - Нет, - сказал Экко. - Это не подойдет к пасте. - Тогда я не буду это есть. - Джинкс. - Экко нахмурился. Он понизил голос. - Произведи хорошее впечатление. Она копирует тебя. Брови Джинкс нахмурились. - О чем ты говоришь? - Разве ты не видела, как она сидит на диване? - Он жестом показал Джинкс, чтобы она посмотрела на Ишу. Она сидела, уткнувшись подбородком в колени. Джинкс часто сидела так же — большую часть времени она даже не замечала, что свернулась калачиком. Джинкс нахмурилась. - Она просто сидит. - Не веришь мне, ладно, - усмехнулся Экко. - Но, по крайней мере, ешь салат, чтобы сохранить свои внутренности. Джинкс не заботилась о своих внутренностях, но она заботилась об Экко. И соответственно, об Ише, подумала она. И вот позже, когда они втроем сидели за ужином, а Гринч тихо пел где—то позади них, Джинкс отправила в рот вилку с листьями салата. Иша, сидевшая напротив нее, сделала то же самое. Она проигнорировала взгляд Экко, хотя и чувствовала, как его глаза - Я же тебе говорил - сверлят ее. В конце концов Экко нарушил молчание. - Как все прошло? он спросил. - С Бабеттой. Тебе было весело? Иша только пожала плечами. Боже, им пришлось пройти долгий путь, чтобы подписать контракт. - Разве Скай не говорила, что она живет у пляжа? - Экко все еще пытался. Благослови его господь. - Разве это не круто? Иша снова пожала плечами, но на этот раз едва заметно кивнула. Она уронила вилку и сжала кулак, дрожа. Это было все, что они услышали от нее в тот вечер. Она выглядела уставшей. Джинкс могла себе представить, что так оно и было. Переезжать было тяжело, даже если у тебя было так мало вещей. Новые места давались нелегко, и Иша прожила в трех домах меньше двух месяцев. В четырех, если считать больницу. Это было бы тяжело для любого. После ужина Джинкс вымыла посуду, пока Экко помогала Ише готовиться ко сну. Она пыталась досмотреть Гринча, но ее веки закрывались каждые пять минут, и в конце концов Экко просто выключил телевизор и пообещал, что они досмотреят его завтра. - Джинкс? Она обернулась, держа в руке кухонное полотенце и вытирая внутреннюю поверхность кружки. На Ише была пижама с принтом акулы, которую они купили в Таргете, и она стояла рядом с Экко с усталыми глазами. Джинкс чуть не надулась. Ребенок выглядел очаровательно. - Иша хотела пожелать спокойной ночи. Она отставила кружку и полотенце и направилась к Ише. Девочка, казалось, даже не вздрогнула, когда Джинкс протянула руку, чтобы взъерошить ей волосы. Прошло немного больше времени с тех пор, как она видела ее в последний раз, и она все еще была взволнована. Но волосы достаточно длинные, чтобы заплетать их в две короткие пряди, если она захочет. Иша проследила за прикосновением, одарив Джинкс улыбкой. - Спокойной ночи, малышка. Экко долго не возвращался. Он помог ей вымыть посуду, и они вместе плюхнулись на диван. - Ей нравится кровать? - Думаю, она уснула, как только ее голова коснулась подушки. Джинкс улыбнулась. И нахуй эту старую, скрипучую больничную койку. Какое-то время они смотрели какое-то дрянное реалити-шоу, пока глаза Экко не начали закрываться, как у Иши. Он, спотыкаясь, подошел к кровати и, схватив ее за пальцы, потянул за собой, движение было интуитивным. Затем, словно поняв, что он имел в виду, его рука внезапно отпустила ее. - Я бы пришла, но… Я еще не устала. - Нет, нет, все в порядке. - Экко поднес руку к лицу. — К тому же, нам нужно... э-э-э... Нам нужно вернуться к обычному сну. Постарайся вернуться к нормальной жизни, ради Иши. Джинкс ссутулилась. Она много раз забиралась в постель к Экко, но никогда не спала с ним целую неделю подряд. Только на прошлой неделе. Она подмигнула ему. Не то чтобы этот совместный сон что-то значил. - Мечтай о моих объятиях, Мальчик-спаситель. - Ага, - усмехнулся Экко. - И об этом холоде, который ты излучаешь. -- Как только телевизор наскучил, Джинкс взялась за книгу по языку жестов. Она была подробной и объемной, с изображениями, показывающими, как выглядит каждый знак. Но Джинкс нужно было больше визуальных эффектов. Она смотрела видео до двух часов ночи, имитируя движения собственными руками, пытаясь запомнить их. Она и не подозревала, что уже так поздно, пока не услышала тихий топот ног по полу. Джинкс посмотрела налево и увидела Ишу, которая стояла на пороге коридора, наполовину спрятав голову в тени. Этот кролик был у нее на руках, и она выглядела так, словно колебалась. Она, наверное, надеялась, что найдет Экко вместо нее. - Привет. - Джинкс, сидя на диване, закрыла ноутбук. - Клопы кусали? Иша немного отошла в сторону. Она только моргнула. Внезапно все, что она знала о жестах, казалось, исчезло. - Не можешь снова заснуть? Иша кивнула. Она все еще выглядела усталой, потирая глаза тыльной стороной ладони, ее волосы были в беспорядке растрепаны на макушке, пижама вся измята. Первая ночь на новом месте всегда была самой тяжелой. - Мы со сном тоже не лучшие друзья, - простонала Джинкс. - Но я нашла способ надрать ему задницу. Хочешь посмотреть? Иша с любопытством кивнула и последовала за Джинкс, которая повела девочку в ее комнату. Она жестом велела Ише залезть обратно под одеяло, затем села на край матраса и указала на потолок, залитый янтарным светом. - Когда мы были маленькими, мы с сестрой иногда рассказывали друг другу истории. Это помогало мне заснуть, - сказала Джинкс и откашлялась. - Но однажды ей пришлось уехать. И мне пришлось на какое-то время начать придумывать свои собственные истории. Иша уставилась на нее, ее лицо сияло. - Видишь эти звезды? Это созвездия. - Джинкс подняла глаза. - Я могла бы рассказать тебе историю, если хочешь. Но если ты когда-нибудь захочешь проявить творческий подход, это может помочь. Джинкс указала налево. - Это Андромеда, - начала она. - Она принцесса, но не из сказок. Больше похожа на ту, что прикована к скале и ждет появления монстра. В греческой мифологии она должна была стать жертвой, чтобы спасти свое королевство. Дерьмовый концерт, на самом деле. Джинкс слегка усмехнулась. Ее матери всегда нравилась греческая мифология — она проповедовала ее почти как истинную религию. Именно поэтому Джинкс так много знала. - Но я всегда считала все это глупостью. Я представляла, как она вырывается на свободу. Никаких рыцарей, никаких спасателей. Только она и ее сообразительность. Решила, что заслуживает лучшего, понимаешь? Она указала на другой конец потолка. - А это Лепус. - Иша проследила за ее жестом. - Это должны были быть уши кролика, но я немного изменила угол наклона. Теперь они выглядят как крылья. Лицо Иши просветлело. Она указала на своего кролика, затем на созвездие Лепуса, и Джинкс удивленно подняла брови. - Лепус? Ты так хочешь ее назвать? Иша кивнула, прижимая к себе крошечное создание. Джинкс пожала плечами. - Ладно. Лепус. Почему бы тебе не написать об этом историю — дать ей крылья? Иша кивнула и уже укладывалась. Джинкс помогла ей поплотнее закутаться в одеяло и собралась уходить. - Спокойной ночи, малышка. Но прежде чем она успела выскользнуть, Иша заскулила. Джинкс обернулась и увидела, что Иша, нахмурившись, протягивает ей кролика. Его толстая голова изогнулась. У Иши появились три новые игрушки, к тому же более дорогие, и все равно она любила этого глупого кролика больше всего на свете. - И спокойной ночи, Лепус? Иша радостно кивнула, откидываясь и закрывая глаза. Кролик — Лепус — прижался к ней. И Джинкс клянется, что видела, как эта чертова штуковина подмигнула.