Глава 2. Победа.

С началом новой учебной недели всё понемногу становилось на свои места. Коридоры вновь наполнились голосами, шуршанием пергамента и запахом чернил. Офелия, словно обрубив невидимую нить, не вспоминала о Томе, по крайней мере, внешне. Она позволила себе раствориться в привычной суете: занятия, обсуждения домашних заданий, встречи с друзьями. На выходных должен был состояться матч по квиддичу между Слизерином и Когтевраном - событие, которое всегда собирало толпу зрителей. Девушка пришла вместе с друзьями, села ближе к трибуне и, как ни в чём не бывало, вела оживлённые разговоры. Реддл тоже пришёл, но сидел вдали на противоположной стороне в кругу знакомых слизеринецев. Смотрел матч без особого интереса, так как не был ярым фанатом квиддича. Возможно, он и вправду посетил это мероприятие, чтобы понаблюдать за ней. Однако пока что наблюдала только когтевранка. Всякий раз, тайком посматривая на него, она лишь видела полное безразличие. Его томный взгляд метался от одного игрока к другому, не выдавая какой-либо эмоции, будто ему всё наскучило. Он пришёл не за игрой, а за победой Слизерина. Правда, Блез так не думала. Её не устраивал такой расклад, а значит отступать она не намеревается. Волшебница добьётся от слизеринца первой реакции, иначе в их собственной игре та проиграет. Офелия наслаждалась своей компанией. Особенно ярко ученица смеялась рядом с однокурсником по имени Оскар. Чистокровный волшебник, отличавшийся особыми заслугами в астрологии. Они неплохо общались, и девушке показалось, что сейчас прекрасная возможность для того, чтобы укрепить их приятельские отношения. На этот раз она будто специально позволяла себе чуть больше: дольше задерживала зрительный контакт, прикасалась к руке, смеялась над каждой фразой. А один раз, будто случайно, коснулась края его бедра. Трибуны гудели. Матч выдавался особенно напряжённым. Холодный ветер носился над полем, срывая аплодисменты и крики болельщиков. Счёт оставался равным, ещё чуть-чуть и кто-то точно упустит победу. В какой-то момент их взгляды пересеклись. Том не отвёл глаз. И Офелия тоже. Всё внутри дрогнуло, дышать стало тяжелее. Вопреки ожиданию, он не отвернулся и не взбесился. Лицо оставалось безмолвным, даже ленивым. Но на мгновение можно было уловить и что-то иное. Предупреждение. Победил Когтевран. Когда матч закончился, толпа начала расходиться. Волшебница последовала за своими друзьями праздновать победу в забегаловке Хогсмида. - Вы идите, мне надо кое-что забрать в гостиной. - радостно произнесла девушка. На деле, ей попросту хотелось побыть в тишине, ощущая неприятное послевкусие произошедшего. - Ну ты уж сильно не задерживайся. Я думаю кое-кто будет очень скучать за время твоего отсутствия. - подмигнула Белла, кивая в сторону когтевранца. - Ладно-ладно. - рассмеялась Блез, чувствуя себя неловко. И всё-таки от Реддла её мало, что отличает. Использовала человека в свою угоду, забывая, что повелась на провокацию Тома. Могла бы и дальше молчать, а не вводить знакомого в заблуждение. "Плевать. Пусть позлится чуток." С этими мыслями она направилась к гостиной, раздумывая над тем, так ли сильно её поступок повлиял на слизеринца. Что ж, ответ пришёл быстро. - Чёртова дрянь. - он появился из ниоткуда, словно выслеживал с самого начала. - Вздумала шлюхой быть? И прежде чем Офелия успела обернуться, жёсткая рука схватила её за предплечье, вторая толкнула в стену с такой силой, что камни глухо отозвались по спине. - Да кем ты вообще себя возомнила? Верила, что я шучу. Ни капли, идиотка. - Пусти! - раздражённо произнесла та, наблюдая, как его длинные пальцы поднимаются выше. - Настолько задело моё времяпровождение с кем-то, кроме тебя, что безосновательно называешь меня шлюхой? Похоже, у тебя большие проблемы с головой. - Сейчас у тебя будут большие проблемы, если не закроешь рот. Какая же ты тупая! Серьёзно надеялась, что твои выходки останутся без внимания? Офелия посмотрела на него с вызовом, но внутри что-то сжалось. Игра становилась опасной. До палочки не дотянуться, его хватка была крепкой. Если бы ей только удалось пробудить в себе что-то тёмное, но действий Тома недостаточно - нужно больше. Должно произойти такое, что вызовет в ней не азарт и страх, а злость и гнев. - А я должна спрашивать у тебя персональное разрешение, что можно, а что нельзя? Я тебе не принадлежу, Реддл. Проснись и оставь мечтания позади. - твёрдо ответила волшебница, даже не пытаясь отстраниться. Голос её звенел от напряжения, но взгляд оставался прямым. Том не отпрянул. Наоборот пальцы, с ледяным спокойствием, скользнули выше, к её шеи, будто изучая изгибы ключицы и тонкую линию артерии, что пульсировала под кожей. Одно неловкое движение, и он мог бы перекрыть всё. - Ты удивительно самоуверенна, будучи бессильной. У тебя нет ни палочки в руках, ни защиты, а лишь клятва, что приковывает тебя ко мне. - произнёс он низко, переходя на шёпот. - Последнее слово не за тобой, кому кто принадлежит. Правила пишу я. Парень не повысил голос. И не нужно было. В этих словах чувствовалась власть, не требующая доказательств. Реддл смотрел на неё сверху вниз не с яростью, а с уверенностью превосходства. Угроза в нём была не прямолинейной, но от неё бросало в дрожь. - Или ты надеешься на свою силу, что так долго подавляла? - голос звучал насмешливо, с оттенком хищного любопытства. - Можем сейчас и проверить. Реддл резко сократил расстояние между ними, и в следующее мгновение девушка почувствовала, как её спина вновь ударилась о холодный камень. Не больно, но достаточно резко, чтобы перехватило дыхание. Он прижал её плотно, будто намеренно вдавливал в стену, оставляя на ней отпечаток своей власти. Его руки крепко сомкнулись вокруг шеи, подчёркивая хрупкость границ между властью и безумием. Вцепляясь так, что пульс под кожей стал уязвим, как никогда. Давление нарастало, и уже невозможно было различить, где кончается угроза, а где начинается действие. - Скажи мне, Офелия. - прошептал волшебник, почти касаясь губами её уха. - Ты всё ещё думаешь, что не принадлежишь мне? Пальцы сжимались всё крепче, перекрывая дыхание, и её слова так и не сорвались с губ. Она чувствовала, как воздух становится роскошью, как каждая секунда тянется вечностью. Но в глазах не было страха. Слизеринец встретил твёрдость и упрямую дерзость, ту самую, что с самого начала манила и бесила до невозможности. Блез не пыталась оттолкнуть его, не кричала, не умоляла. Лишь пристально смотрела в его глаза, выжидая до чего тот дойдёт. Дистанция сокращалась, настолько, что дыхание смешалось. Между их лицами не осталось и нескольких сантиметров. Казалось, ещё миг и всё сорвётся в бездну, где уже не останется ни логики, ни контроля. Он чувствовал её пульс под своими пальцами, ощущал, как тот стучит под кожей. Собственный был таким же учащённым, но Том бы скорее помер, чем признал это. Внезапно юноша осознал - ломать Офелию будет веселее, чем думалось на первый взгляд. Только вот Реддл не знает, какие подводные камни ожидают его в пучине неизвестности. И кто, кого первого сломает. Конечно, если волшебник не задушит её прямо сейчас. Парень не ослабил хватки сразу, как бы отпечатывая в голове этот момент. И только потом, почти неохотно, отпустил, не отводя пристального взора. Когда парень отступил, она резко вдохнула, словно возвращая себе право на жизнь. Воздух ворвался в лёгкие, обжигающим комом, с привкусом страха и гнева. Волшебница не сделала ни шага назад, не отпрянула, но напряжение в теле выдало всё. Колени дрожали, а сердце бешено колотилось в груди. Девушка облокотилась на стену, прикрывая глаза, и поглаживая болящее горло. На шее остались красноватые полосы, неровные, будто выжженные. Следы пальцев были слишком чёткими, чтобы их можно было списать на случайность. Она ощущала их каждой клеточкой кожи, словно они горели, напоминая его поступок. Том смотрел на неё, молча. В глазах мелькнуло что-то едва уловимое, почти досада, как будто он сам не до конца осознавал, как далеко зашёл. Раздражение, но не раскаяние. Никогда. Магия. Мысль вспыхнула у него в голове, как холодная искра. Слизеринец мог бы убрать эти следы одним взмахом палочки. Скрыть улики, стереть это безобразие, будто ничего не было. И скорее всего, именно это он и сделает. Не из заботы - из расчёта. Из желания не оставлять после себя улик, не давать ей возможности использовать это против него. Ведь Офелия нечто большее, чем просто пешка. Реддл поднял руку, собираясь навести палочку на её шею. Он не сказал ни слова. Только внимательный взгляд скользнул по лицу, будто изучая каждую черту, каждую эмоцию, затаившуюся во мраке. Кончик палочки коснулся ужасающего места. Легчайшее движение, почти как ласка, но с намерением, от которого бросало в дрожь. С тихим шорохом следы исчезли, словно их и не было. Кожа вновь стала ровной, бледной, но ощущение чужих рук, сдавливающих горло, осталось глубже, чем могла добраться магия. Никаких извинений. Никакой вины. Только неотрывный взгляд и неуловимая улыбка, в которой было что-то пугающее. Блез была неподвижна, стараясь выровнить неспокойное дыхание. Глаза её затуманились болью и упрямством, но голос прозвучал удивительно ровно: - Подонок. - Приходи в полночь сюда же. Повторишь это снова. Он выдержал паузу. И уже твёрже, с угрозой в голосе, сказал: - Надеюсь, что хотя бы сейчас ты поняла, что я не шучу. Если же нет - разберусь с твоим дружком Оскаром. И не думай, что раз тебя не задушил, то и его тоже оставлю в покое. Офелия почувствовала, как сердце сжалось. Рисковать нельзя. Нужно принять его волю, но быть готовой к отпору. Это было в первый и последний раз. Она позволила показать ему на что тот способен, но дальше будет её черёд. Том осмотрел девушку с ног до головы, убеждаясь, что когтевранка дышит. Если дышит, то всё в порядке. Остальное не важно: ни её чувства, ни мысли. Офелия же посмотрела на него только тогда, когда тот ушёл. Не от страха или разочарования, а от презрения и злобы. Игра продолжается. Только, кто теперь возьмёт на себя управление - другой вопрос. - Ты чего не вернулась, Ли? - плаксиво встретила волшебницу Браун. - Чарли достал своими разговорами про каникулы в поместье! - Да просто устала чутка. Решила побыть в тишине. - спокойно произнесла ученица, входя в пределы гостиной. Ощущения, конечно, были так себе. - Где же ты пропадала? Оскар был с нами, или уже успела обольстить другого счастливчика? - шутливо хихикнула Белла. Да уж. Кажется, этот счастливчик слегка переборщил с ухаживаниями. Она до сих пор не могла нормально шеей пошевелить. - Прогуливалась по коридорам. Скажи, что на меня нашло? Оскар же не думает, что это было всерьёз. - устало ответила Офелия, присаживаясь на край кровати. - Э-э, я думала он тебе и вправду понравился. Ладно, одной заботы меньше, а то я устаю наблюдать за размолвками в личной жизни одного друга, а тут придётся за двумя гонятся. - Ха-ха. А как же твоя личная жизнь? - поинтересовалась Блез, аккуратно разминая мышцы. - Всё скучно. Хотя каникулы прошли неплохо, ну ты же знаешь, что в маггловском мире всё чуточку проще. Там сходишь в кино - и уже романтика. - Да.. в каком-то роде ты права. "Мне бы такую романтику, а не сломанную шею." - В школе, безусловно, интереснее. Чего стоит один взгляд от Реддла на тебя. - Что? - ошарашенно воскликнула когтевранка. - Ну на сегодняшнем матче.. Чарли что-то засмотрелся не туда, а потом и меня подключил. Вот умора была! Мы, конечно, не хотели прерывать вашу беседу с Оскаром, но ты бы видела это зрелище. Такой колючий взгляд, нам потом обоим поплохело от его суровости. - рассмеялась Браун. По пояснице Офелии прошёлся холодок. Она упустила того, чего так усердно добивалась. В итоге и напоролась на последствия. - Вам показалось. - Да нет же! Может, позвать Андре для пущей убедительности? - Не надо.. - не успела закончить та, как Белла разразилась криком. - Эй, Чарли, подойди! В их комнате тут же появился светловолосый парень, перешагивая через порог. - Чего? Мы там вовсю готовимся праздновать провал слизеринецев. - усмехнулся когтевранец. - О, Офелия вернулась. Девушка одарила его встречной улыбкой, чувствуя смятение от следующих слов: - Ты же видел псевдо непреклонность Реддла, когда, на деле, тот чуть ли не разрывался от недовольства! - Любишь ты преувеличивать, Браун. Да я голову повернул - вижу слизеринец пристально смотрит на Офелию. Подумаешь, чуть-чуть побледнел. - Это для тебя преувеличение! Я видела явную злость. - Да какая злость! Желваки свои напряг всего-то. Там небось все его поклонницы попадали, что у Реддла в кои-то веке эмоция вместо кирпича. - Ой, да ты просто боишься, что в кругах его поклонниц есть твоя пуффендуйка. Кирпич то красивый. Их споры обычно не оканчиваются ничем хорошим, пока Блез не встрянет. А слушать про то, как они обсуждают Тома, да ещё и приплетая при этом её, сил нет. - Хватит вам! Смотрел не смотрел, какой смысл. Небось просто взъелся из-за проигрыша своего факультета. - вымолвила волшебница, стараясь закончить этот разговор, как можно скорее. - А ты права! Где ему ещё дыру прожигать, как ни на тебе. Новая учебная неделя, вот и злиться, что уже где-то продул. - поддержал её Чарльз. - Хм, да это логично. Странно, что он вообще пришёл на матч. Я думала, он в свободное время репетирует свой загадочный образ. - пошутила другая девушка. Вот и славно, что они остаются в неведении, чем Реддл занимается на самом деле. Чем меньше те знают, тем лучше. Так её друзья будут оставаться в безопасности. - К чёрту слизеринца! Все вниз, там уже давно идёт празднество. - возбуждённо выразился волшебник. Гостиная Когтеврана была погружена в суматошное ликование. Синие и бронзовые ленточки разлетались по воздуху, кто-то зачаровал потолок, чтобы он отражал звёздное небо, в самом центре была команда квиддича. Ребята заслужили внимание и похвалу за сегодняшнее событие. Смех, хлопки по плечу, радостные крики - всё сливалось в гулкое эхо триумфа. Кто-то из старших студентов тайно притащил флягу с огневиски, не боясь хвастливо её продемонстрировать. - Только по чуть-чуть. - сказал ученик, лукаво усмехаясь. - В честь заслуженной победы! Офелия сначала отказалась, но под напором друзей, под звонкий смех и приподнятое настроение всё же не устояла. Первый бокал обжёг горло тёплым огнём, словно подстёгивая пульс. Глотать было больно, но терпимо. Второй, слегка разлил тепло по щекам, смягчил мысли. Она даже позабыла о болючем ощущении. Та расслабилась, позволив себе не думать, не оглядываться, не искать в толпе знакомый силуэт. В этот вечер она смеялась: легко, искренне. Окутанная мягким светом камина, среди друзей и победного шума, волшебница будто вновь стала собой. Но где-то внутри, в самой глубине, напряжение всё ещё тлело, как жар под пеплом.