Глава 5. Соперники века.

Неделя до приёма началась необычно. Не с таинственного письма или внезапного происшествия, а с того, что Том Реддл впервые подошёл к ней на глазах у остальных. В кабинете зельеварения царил полумрак. Окна запотели от пара и дыма, что поднимался из котлов, словно сама комната вздыхала в такт ученикам. Девушка сидела за последним столом у дальней стены, где, по случайности или умыслу, оказалось свободное место. Белла сегодня заболела, и пустота по левую руку внушала странное ощущение уязвимости. Она уже начала раскладывать компоненты, когда рядом кто-то сел. Не громко, но с точностью, отточенной временем. Том. Слизеринец не произнёс ни слова, просто опустился на табуретку рядом, как будто это было само собой разумеющимся. Ни удивления, ни пояснений. Только тихий шелест его мантии, и мимолётный взгляд, внимательный, но отрешённый. - Твоя партнёрша не пришла. - сказал он чуть позже, глядя на аккуратную горку сушёных лепестков базилика на её доске. - А ты внезапно оказался один. - ответила она, без укора, просто подтверждая. - Совпадение. - прозвучало почти лениво. Они начали варить зелье - эликсир чистого сна. Работа шла в тишине, нарушаемой лишь звоном ножей, всплесками воды, тихим кипением. Однако у Блез всё шло не так: отвлекалась на тепло рядом, на то, как тот, не говоря лишнего, вымеряет каждый грамм ингредиента с почти алхимическим благоговением. Волшебница замешкалась. Настойка гусиной желчи пролилась чуть больше, чем нужно. Цвет жидкости изменился. Не резко, но достаточно, чтобы вызвать тревогу. - Стой. - прервал её мысли ученик, и не дожидаясь реакции, протянул руку. Его пальцы легли поверх ладони, неожиданно тёплые. Он сдвинул руку в сторону, сам быстро капнул противоядие и размешал отвар по часовой стрелке. Всё пришло в норму. - В следующий раз, медленнее. - продиктовал юноша. Этот жест был почти незаметен, но отдался в груди гулким эхом. Их взгляды пересеклись, и в этот короткий миг время будто смазалось. Всё происходящее вокруг: голоса, бульканье зелий, скрежет посуды - стало фоном. Она кивнула, пытаясь вернуть себе равновесие. Зелье же тихо светилось ровным сиреневым оттенком, идеальным. Как и тишина, что вдруг установилась между ними. Не напряжённая, а наполненная странным, глубоким смыслом, который пока не требовал слов. Но это мгновение нарушил голос, сладковатый и нарочито вкрадчивый: - Ну надо же… Какая неожиданная, но, смею сказать, весьма приятная картина. Когтевранка едва заметно вздрогнула, отдернув руку. Том чуть приподнял бровь, не убирая ладоней с рабочего стола, будто вовсе не чувствовал неловкости. Они обернулись. К ним неспешно приближался профессор Слизнорт с чашей в руках и характерной улыбкой на лице: широкой, немного самодовольной, но вполне доброжелательной. - Какая слаженность движений! - воскликнул он. - Что ж, если результат столь же хорош, как и взаимодействие между вами, я бы предложил повторить это партнёрство и на следующем уроке. Мужчина прищурился, слегка склонив голову, словно подмечал нечто большее, чем просто хорошо сваренное зелье. Офелия лишь улыбнулась, опустив взгляд в котёл. Щёки её тронула не зельеварительная жара. Гораций любил подмечать всё, что признавал любопытным. И неважно, было ли это уместным или нет. Профессор в последний раз оглядел их с ног до головы, и удалился так же внезапно, как появился, оставляя за собой легкий след лавандовых духов. - Пожалуй, тебе стоит чаще ошибаться. - спокойно произнёс Реддл, склоняясь ближе, чтобы проверить цвет отвара. Она почувствовала, как уголки губ непроизвольно дрогнули, но в следующий момент к ней вернулась сосредоточенность. После зельеварения, в коридоре, полном учеников девушку встретил Чарли. Ничего необычного. Троица всегда ошивалась где-то после уроков. Её мысли всё ещё вертелись вокруг зелья, которое они варили с Томом. Оно и вправду получилось крайне удачливым, но примечательно отнюдь не это. - Ну здравствуй, новоиспечённая соратница Тома Реддла. - знакомый голос, в котором всегда чувствуются отголоски шутливости. Парень стоял, вальяжно опершись о стену, скрещивая руки на груди. Губы дёрнулись в лёгкой ухмылке, а солнечный свет подсвечивал золотистые волосы. - Очень смешно. - ответила та, выпрямляясь. - Я от тебя не отстану, пока не удостоверюсь, что ты не под зельем притяжения. Потому что, Офелия, такое увидеть можно раз в сто лет. - Да-да, конечно. Подумаешь два однокурсника решили просто поработать вместе. Для тебя это девятое чудо света? - Для меня не прямо-таки. А вот, если Белла об этом услышит, она, как ты знаешь, валяется с температурой, то точно решит, что у неё жар галлюцинации вызвал. Соперники века вдруг становятся напарниками. Да ещё и зелье вышло без взрывов и сарказма. Это же что-то новенькое! Волшебница не сдержала лёгкого смеха. - "Соперники века". Не смеши. Это уж точно не повод для слухов. Просто.. обстоятельства сложились. - Ага. Ну, если ещё пару раз "обстоятельства сложатся", я начну ставить на вас ставки. - подмигнул Андре. - Это ты умеешь. Не хочу тебя разочаровывать, но так будет лишь на зельеварение. И то только тогда, когда Гораций вновь начнёт плести свои необоснованные догадки. - Надо будет как-нибудь его подговорить. Она покачала головой, но в глубине души ощущала, как тепло слов цепляется за что-то важное. Неужели правда всё начало казаться.. иначе? - Спасибо, что развлекаешь меня. - усмехнулась когтевранка. - Всегда пожалуйста. Ладненько, удачи наткнуться на Реддла. Я отлучаюсь к своей ненаглядной Энн. - уставше сказал ученик. Видимо, как всегда, в его личной жизни полно страстей в духе "холодно-горячо". Блез не успела что-либо ответить, как парень вырвался вперёд, оставляя её наедине со смешанным чувством. Оставшиеся дни до приёма словно потекли в медленном ритме, обыденном, но в какой-то мере утешительном. Девушка по-прежнему проводила вечера в компании друзей, растянувшись с книгой на диване у камина в гостиной или устроившись с пером и свитком над домашним заданием. К огорчению своей совести, она не раз ловила себя на том, что витает в облаках. Когда Браун выздоровела, то, разумеется не упустила возможности узнать обо всех недавних новостях. Так Андре и проговорился, не жалея, ни единой потраченной минуты. Всё было слишком нелепым, чтобы Офелия продолжала выслушивать их радостные доводы. То, как они безобидно глумились над этой ситуацией, вызывало в ней смесь испуга и предвкушения. Конец недели выдался на удивление тёплым, лучи солнца скользили по мозаичным витражам, окрашивая стены коридора в янтарно-розовые оттенки. Замок постепенно замирал. Одни уже отправились к ужину, другие в гостиные. Волшебница неспешно шла по переходу к башне библиотеки, когда вдруг услышала знакомые шаги. Они были уверенные, немного тягучие, словно тот, кто их издавал, не спешил, но точно знал, куда идёт. Она обернулась. - Удачно, что ты одна. - произнёс Том, подходя ближе, в привычной тени своей чёрной мантии. Он, как обычно, держался прямо, почти неприступно, но в голосе скользнула нота ожидания. - Случайность. - отозвалась Блез с лёгкой полуулыбкой. - Или ты начал учить мои маршруты? - Я просто умею быть в нужное время в нужном месте. Парень на мгновение задержал на ней взгляд, затем коротко кивнул на скамью у окна. Окно распахнуто, лёгкий вечерний ветер колыхал занавесь. - Приём в поместье уже в воскресенье. Есть кое-что, что мы должны обсудить. Когтевранка опустилась на край скамьи, Реддл сел рядом, не оставляя между ними слишком большого расстояния. - Я разузнал, что собрание будет масштабным. Не просто формальный вечер - это демонстрация. Их род давно не устраивал приёмов, и теперь, вероятно, они хотят напомнить о своём весе. - Думаешь, тайник действительно находится там? Юноша на секунду замолчал, будто выбирая, как ответить. - Я не просто предполагаю его существование. Я видел записи, обрывки упоминаний в старинных магических сборниках. Всё указывает на то, что одно из помещений в западном крыле поместья хранит то, что доступно лишь избранным. В прежние времена такие тайники создавались не для хранения золота, а для хранения знаний, которые могли бы перевернуть привычные устои. - И ты собираешься просто войти туда, будто тебе по праву это принадлежит? - тихо усмехнулась Офелия, изучая его взгляд. - Разумеется, нет. - он медленно выдохнул. - Доступ туда ограничен чарами рода. Но я нашёл лазейку. Один из уцелевших свитков семейства Мраксов указывал на механизм доступа, которым пользовались в исключительных случаях. Это не ключ. Это проявление силы и памяти. Собеседница нахмурилась: - Памяти? Том кивнул: - Магия крови, наложенная на стены. Чтобы войти, необходимо пробудить фрагмент родовой энергии. У большинства она исчезла, но не у меня. Я последний, кто носит имя Мраксов, даже если под чужой маской. А чтобы не сработали защитные чары необходимо сказать зашифрованную фразу. Её смысл утерян, однако я разгадал часть. Остальное, надеюсь, откроется, когда увижу сам тайник. - Звучит... рискованно. - сказала та тихо, почти шёпотом, что-то внутри сжалось. - Что, если он не откроется? - Тогда я найду другой путь. Но я не собираюсь возвращаться с пустыми руками. - уверенность - его второе "я". - Лестрейндж небось всё разболтал своим родителям про меня. Они знают мою настоящую фамилию. Правда вскроется. - Ты не солгала. Ты просто вспомнила другую ветвь. Поверь, на этом приёме будут те, кто менял свои фамилии десятки раз. Главное, как ты её подашь. Офелия чувствовала, как по спине пробегает тонкая дрожь. Её окутало предчувствие, они играют в странную, опасную игру, правила которой до конца ещё не известны. - Значит, мы всё обговорили? Реддл слегка склонил голову, словно прислушиваясь к ней внимательнее, чем показывал. И, наконец, произнёс: - Почти. Осталось только выбрать маску. - Имеет ли это значение? - Имеет. - ответил он после паузы, откинувшись спиной к прохладной стене замка. - Там, среди чистокровных, всё имеет значение. Даже цвет перчаток или изгиб пера. Образ - это не просто маска. Это то, как ты заявляешь о себе… без слов. Волшебница задумалась, опустив взгляд. - А ты? Кем ты будешь? - Тем, кем и всегда. Кто наблюдает, не показывая лица. - сказал слизеринец, и вытянул из-под мантии небольшой тёмный футляр. Он раскрыл крышку. Внутри лежали две аккуратные, явно сделанные вручную маски. Одна - глубокого чёрного цвета с тонким серебряным плетением, вытянутыми линиями, почти как у театральной трагедии, но сдержанной. Вторая - зеркальное отражение первой, но чуть мягче в изгибах, словно дыхание, повторяющее голос. - Не скажи, что сам делал? - усмехнулась девушка. - Конечно нет. - улыбнулся волшебник. - Я только придумал. Заставить сделать - дело техники. Особенно когда ты умеешь правильно выбирать слова и людей. Она взяла свою маску, осторожно провела пальцем по серебристой нити. - Знаешь, ты пугающе серьёзен в таких мелочах. - Это не мелочи, если хочешь, чтобы тебе поверили. - парень наклонился чуть ближе. - Люди любят видеть образы. Маска говорит больше, чем лицо. Он выпрямился, вновь став собранным и почти равнодушным. - Примерь. Убедись, что она тебе подходит. Офелия поднесла маску к лицу и на миг заглянула в его глаза из-под серебристого узора. Её голос стал тише: - Подходит. Даже слишком. Том уже собирался обернуться, как будто разговор подошёл к концу, но замер, вспомнив что-то важное. - Возьми своё кольцо. Надень его, только если что-то пойдёт не так. Если почувствуешь, что в опасности. - И ты поймёшь это? - Да. - просто ответил слизеринец. - Я должен знать, где ты. Моё будет на пальце.