Часть 9. Первая кровь.

Восемь лет до начала окаменения. Стэнли шёл по коридорам Массачусетского технологического института, и его охватывало странное чувство: он был здесь чужим, солдатом в царстве чистого разума. Парадная форма морской пехоты США сидела на Стэнли безупречно. Тёмно-синий мундир с золотыми пуговицами, белоснежная фуражка и лакированные ботинки делали его почти неузнаваемым. Тот самый значок – Орёл, Глобус и Якорь – гордо сиял на его груди. Мимо идущие студенты с нескрываемым любопытством провожали его взглядом, но Стэнли не замечал этого. Столовая института встретила его шумной болтовнёй и ароматным запахом какао. Всюду сновали студенты, они умудрялись за столом одновременно есть, читать, строчить в ноутбуках и листать конспекты. И в самом дальнем углу у панорамного окна откуда был чудесный вид на зеленый двор института, за столом, заваленным схемами и книгами, сидел Ксено. Он был погружён в изучение какой-то сложной диаграммы, его палец быстро скользил по строчкам, а на губах играла знакомая Стэнли сосредоточенная ухмылка. Он почти не изменился, всё тот же зализанный назад седой волос открывавший выпуклый широкий лоб, разве что лицо выглядело ещё более исхудавшим и невыспавшимся. На белоснежном лабораторном халате, с которым Ксено не расставался кажется никогда, красовалась эмблема MITа. Стэнли подошёл и молча остановился напротив деликатно кашляя в кулак. Ксено, не поднимая головы, пробормотал: - Отвали Лоусон! Я тебя с самого начала предупреждал, что твои вычисления бред собачий..! - Принято к сведению, - тихо сказал Стэнли. Ксено вздрогнул и резко поднял голову. Его черные глаза, привыкшие к цифрам и формулам, широко распахнулись от изумления. Он несколько секунд молча смотрел на Стэнли, на его форму, на значок, переводя взгляд с его коротко стриженных волос на ставшие ещё более твёрдыми черты лица. - Чёрт возьми… Стэн? – наконец выдохнул он. – Это… действительно ты? - Вроде я, – уголки губ Стэнли дрогнули в лёгкой, почти невидимой улыбке. Ксено вскочил, с грохотом отодвинув стул, и, забыв о всех своих чертежах, сжал Стэнли в объятиях. Затем отступил на шаг, всё ещё не веря своим глазам. Несколько студентов бросили в их сторону любопытные взгляды. - Так значит, это не шутка? Ты и вправду… – он ткнул пальцем в его грудь, прямо под значок. - Морпех. Настоящий! - А что, бывают другие? – насмешливо проговорил Стэнли снимая фуражку и садясь за стол, стараясь не задеть хаос из бумаг. – А ты…вижу не изменяешь себе… всё ещё в своём царстве науки… - О да! – Ксено снова вспыхнул, сгребая бумаги в кучу. - Слушай, ты не представляешь! Мы тут работаем над новой системой накопления энергии, основанной на принципах… – он замолчал, увидев выражение лица Стэнли. - Ладно, потом. Просто знай, что это революционно. Он отодвинул свои чертежи и внимательно, по-старому изучающе, посмотрел на друга. - Ну, и как оно? Твоё «пекло»? - Горячо, – коротко ответил Стэнли, отламывая кусок пиццы с тарелки Ксено. - Но ничего такого, с чем я бы не справился. - По твоим скупым сообщениям я так и понял. «Я – морпех». – Ксено передразнил его. - Ты мог бы и немного подробнее объяснить, знаешь ли. Я тут, бывало, формулы выводил, чтобы рассчитать вероятность твоего выживания после целого года молчания. - Высокая была? – поинтересовался Стэнли, с наслаждением жуя пиццу после армейского пайка. - Смехотворно низкая. Но ты, как всегда, опроверг все мои расчёты. Трудно было хотя бы весточку послать? - Ты же знаешь, первый год самый сложный. У нас забирают все личные вещи… - Не думаю, что для тебя это было проблемой. Ты просто решил поиграть на моих нервах… Они помолчали, и это молчание наполненное годами дружбы ощущалось родным. - Знаешь, – вдруг начал Ксено, понизив голос. – Он бы… он бы гордился тобой, Стэн. Твой отец… Стэнли кивнул, глядя в окно. На лужайке под ивой сидела группа студентов умиротворенно ведущих беседу. На скамейках расположились парочка пожилых профессоров обмениваясь высокими идеями лениво покуривая трубки. Всюду царила атмосфера неприкосновенности, своего рода интеллектуального заповедника, где самые страшные битвы происходили на полях научных журналов, а главным оружием была мысль. Стэнли наблюдал за этим миром, и его охватило двойственное чувство. Часть его, вымуштрованная армейской дисциплиной, скептически отмечала: «Мягкотелые. Не знают, что такое настоящая проблема.» Но другая, более глубокая часть, с тоскливой ноющей признательностью осознавала, что смотрит на ту самую жизнь, ради защиты которой он и его товарищи будут проливать пот и кровь в пыльных задворках мира. Эта мирная, упорядоченная идиллия была тем самым щитом, который они держали на своих плечах, и тем самым смыслом, который оправдывал всю грязь и жестокость их работы. Однако, этот день был слишком хорош, чтобы омрачать его подобными мыслями. - Как поживает твой профессор? – переменил тему Стэнли. – Как там его…Холт? - О! – глаза Ксено снова загорелись. – Крейг Холт…он… сложный. Гений, без сомнений. Но иногда у меня такое чувство, что я для него больше подопытный кролик, чем студент. Он постоянно тестирует мои пределы. Но черт возьми, Стэн, возможности, которые он мне даёт! - Главное, чтобы твои пределы не взорвали пол-Бостона, – с намёком сказал Стэнли. - Всего лишь четверть, не драматизируй, – отмахнулся Ксено. - Слушай, а куда тебя… вас, отправляют дальше? - Следующие два месяца идёт продвинутая боевая подготовка. После – школа снайперов, изучение баллистики и маскировки. А может, ещё что. - Снайпер-разведчик? – Ксено присвистнул. – Элегантно! Я тем временем могу разработать для тебя что-нибудь… портативное. У профессора Холта есть дочерняя компания при институте временами выполняющая заказы для армии. Мне там предложена должность главного инструктора. - Ты смотри, не успел закончить MIT, а уже при хорошей работе… - Ты же не думал, что я тут штаны просиживаю, - надменно вскликнул Ксено закинув ногу на ногу, - кстати, благодаря связи с Холтом я узнал, что Пентагон разрабатывает новый проект по улучшению выносливости солдат. По крайней мере так звучит официальная версия. Слышал что-нибудь? - Краем уха, - ответил Стэнли откидываясь на спинку стула, - меня это не особо интересует… - Холт говорит, что вокруг этого проекта «Адам» ходят сомнительные слухи. Будь бдителен. - Мне приятна твоя забота Ксено, но мы живём в свободной стране. Участие в этих экспериментах сугубо добровольное. И потом, я лучший среди новобранцев и не нуждаюсь в апгрейдах… Ксено закатил глаза восклицая: - Ты сама скромность… Они просидели ещё час, за разговорами, которые были квинтэссенцией их дружбы – Ксено без умолку рассказывал о своих проектах, а Стэнли вставлял короткие, ироничные комментарии, служа якорем его гениальной, но хаотичной энергии. Когда Стэнли поднялся, чтобы уходить, Ксено вдруг стал серьёзным. - После подготовки, вас, возможно, отправят на различные задания в странах третьего мира и….смотри не помри там… - У меня есть кому прикрыть спину, - Стэнли надел фуражку бросив напоследок, - А ты… не разнеси институт до моего следующего увольнения. Он вышел из столовой, оставив Ксено среди его формул. Стэнли, выходя на залитый солнцем бостонский тротуар, чувствовал, что какая-то часть его души, оставшаяся в том унылом городке с лабораторным корпусом, наконец-то обрела покой. Они оба были на своих местах. И это было главное. *** Эль-Хадия. Аравийский полуостров. Пол года спустя… Самолёт C-130 «Геркулес» с рёвом понёсся в сторону взлётной полосы в Эль-Хадии. В его металлическом чреве, пристёгнутые к грубым нейлоновым сиденьям вдоль бортов, сидел «Отряд Снайдера» во главе с сержантом Хейлом. Внизу уже просматривался пыльный, раскалённый город на краю пустыни, где ультрасовременные небоскрёбы соседствовали с глинобитными домами. - Отряд внимание! – вскликнул Хейл стараясь перекрикнуть гул мотора. - Страна-Эль-Хадия – номинальный союзник США, но кишит местными кланами и религиозными радикалами! Задача: Обеспечить безопасность делегации Госдепа, которая проводит переговоры с местным правителем, шейхом Халедом аль-Бади, о продлении договора о военном присутствии. Это всем понятно?!! - Так точно!! – хором отозвался отряд. Песок. Он был повсюду. Мелкий, жёлтый, проникающий под одежду, в рот, в механизм винтовки. Солнце Эль-Хадии палило немилосердно, отражаясь от белых стен старого форта, где проходили переговоры. «Отряд Снайдера» по команде сержанта Хейла занял позиции по периметру. Они больше не были новобранцами в камуфляже. Они были морпехами. Стэнли и Сэм заняли крышу здания напротив, откуда открывался вид на весь внутренний двор форта. Стэнли лежал за своей снайперской винтовкой M2010, его тело было неподвижно, но внутри всё пело от напряжения. Это был не учебный полигон. Внизу ходили реальные люди, и его работа – не допустить, чтобы кто-то из них стал мишенью. Он сканировал толпу, лица, окна, крыши. Лиам с пулемётом M249 занял позицию у главных ворот. Его мощная фигура была грозой для любого, кто думал штурмовать вход. Он нервно покрутил ствол, чувствуя вес ответственности. «Мама, ты не поверишь, где я сейчас…» - пронеслось у него в голове. Марти с биноклем и планшетом крутился рядом с Хейлом, его задача – отслеживать радиоэфир и сообщать о любом движении. Он был их глазами и ушами, и от его внимательности зависело всё. Сержант Хейл стоял в тени арочного проёма, его лицо было каменной маской. Марти знал, что сегодня сержант находился в дурном расположении духа и с особой угодливость выполнял все поручения. Перед вылетом ему позвонил кто-то из выше стоящих и Марти заметил по мере разговора как стремительно менялось лицо сержанта Хейла. Он не знал суть разговора, но чутье подсказывало парню, что это связано с зачастившим в корпус майором Тобиасом Кроу. Сам Хейл стоял словно изваяние, вновь и вновь проигрывая в голове неприятный разговор с майором: - Сержант, - в голосе Кроу сквозило нетепение, - Поздравляю с первым назначением. - Благодарю, сэр. - Слышал от наших инструкторов много хвалебных отзывов о вашем маленьком отряде. В отчётах вы мало упоминали об их успехах. Это нехорошо... - Потенциал "отряда Снайдера" не до конца развит, майор. Они способные ребята, но многое на них возлагать не стоит... - Позвольте это решать мне. Предоставьте детальный отчёт о поведении каждого из них в стрессовой ситуации. Их физиологические реакции. Считайте это частью моего проекта. Эти слова не давали Хейлу покоя. Он смотрел на Лиама и Марти дежуривших у главных ворот и видел не просто солдат, а подопытных кроликов, на которых положил глаз безумный учёный из Пентагона. Он поклялся защищать своих парней, а теперь был вынужден вести их на задание, зная, что за их действиями пристально следят недобрые глаза. *** Стэнли лежал на раскалённой бетонной плите крыши, весь его мир уменьшился до двух окружностей: глаза правого и перекрестия оптического прицела. Он вёл монотонный, выверенный осмотр сектора, который ему поручили. Окна, балконы, крыши, толпа внизу. Его дыхание было ровным, тело недвижимым, несмотря на сорокаградусную жару. Это была медитация. Рутина. Но спустя мгновение в прицеле пронеслась цель. На плоской крыше одного из глинобитных домов, в трёхстах метрах к востоку, возникло движение. Не резкое, а скользящее, как тень. Мужчина. На голове – клетчатый платок куфия, защищавший лицо от солнца и пыли. Одет мужчина был в грязную, выцветшую дишдашу, длинную рубаху. Но не это привлекло внимание Стэнли. Его взгляд, заточенный на деталях, выхватил три нестыковки, которые словно сигнал тревоги, врезались в сознание: 1. Обувь. На ногах у мужчины были не традиционные сандалии, а почти новые, крепкие армейские ботинки. В этой нищей части города они выглядели чужеродно и настораживающе. 2. Поведение. Он не вышел подышать. Он вынырнул из люка и сразу прижался к низкому парапету, его движения были быстрыми, целеустремлёнными, лишёнными обычной для местных жителей расслабленной медлительности. 3. И самое главное – взгляд. Мужчина не смотрел по сторонам, не любовался видом. Его взгляд, тёмный и прищуренный, был прикован к одной точке – внутреннему двору форта, где в этот момент дипломаты пожимали руки. И тут из-за парапета блеснул длинный, неуклюжий цилиндр. РПГ-2. Советский гранатомёт. В руках фанатика. Время для Стэнли не просто замедлилось. Оно распалось на кадры, каждый из которых горел в его мозгу ослепительной вспышкой. Мозг, работающий подобно компьютеру, уже выдал решение. Выстрел в туловище - это гарантированная нейтрализация. Инструкторы вдалбливали это месяцами. «Центр массы, Снайдер! Центр массы!». Но вместе с решением пришло и острое осознание, будто его окунули в ледяную воду. Он сейчас убьёт человека. Не бумажную мишень или силуэт на полигоне. Живую, дышащую плоть. Он увидел, как под тонкой тканью дишдаши шевельнулась грудная клетка, вдох. Этот человек, имени которого он не знал, возможно, молился перед этим, думал о семье, ненавидел или был уверен, что творит благое дело. Мысль пронеслась со скоростью света: «Я могу остановить его, не став убийцей. Не переступив черту. Ещё нет.» Голос Марти в наушнике: - Сержант! Движение на крыше…! Голос Хейла, резкий, как удар: - Снайдер! Крыша, восток! Стэнли не ответил. Его палец уже лежал на спуске. Он видел, как плечо мужчины напряглось для выстрела. Медлить было нельзя. Сделав микроскопическую поправку, Стэнли сместил перекрестие с центра груди вниз и вправо. На бедро. На массивную кость, которая выведет из строя, но не убьёт. Щёлк-бум. Звук выстрела был глухим, впитавшимся в раскалённый воздух. Стэнли почувствовал привычную отдачу в плечо. В оптическом прицеле он увидел, как мужчина на крыше дёрнулся, словно его ударили плетью. Его нога подкосилась. РПГ выпал из его рук и с грохотом ударился о бетон. Стэнли видел, как мужчина схватился за бедро, из которого уже сочилась тёмная жидкость, окрашивающая светлую ткань. Он услышал, или ему показалось, что услышал короткий, приглушённый крик. Стэнли наконец сделала выдох не замечая, что не дышал уже несколько минут. - Цель нейтрализована, – его собственный голос показался в наушнике чужим. - Угрозы нет. Только тогда он позволил себе оторвать глаз от прицела. Его руки были сухими и холодными, несмотря на жару. Внутри царила оглушительная тишина, контрастирующая с начавшейся внизу суматохой и паникой. Он не чувствовал триумфа, лишь ледяную пустоту и тяжёлое, грубое осознание своей собственной, безжалостной силы. Временная база отряда располагалась в ангаре на окраине Эль-Хадии. Глиняные стены, пропахшие бензином и пылью. В центре стоял походный стол, сколоченный из ящиков, вокруг него – такие же импровизированные табуреты. Воздух был густым и горячим, его едва шевелил старый вентилятор, гудящий как умирающий шершень. Ребята сидели за поздним обедом – разогретыми в микроволновке пайками. Они скинули бронежилеты и шлемы, остались в темно-зеленых футболках, пропитанных потом, и камуфляжных штанах. Руки у всех были грязными, под ногтями засохший песок Эль-Хадии. Парни негромко вели ничего незначащие беседы, а Сэм – душа компании, вновь сыпал историями о своих любовных похождениях. Стэнли молча ковырял вилкой макароны с сыром. Его обычно бесстрастное лицо было задумчивым, взгляд отсутствующим. Он смотрел куда-то сквозь стену, словно снова видел ту крышу, падающего человека и расплывающееся на его бедре алое пятно. - Эй, Стэнли, - Лиам весело ткнул его локтем, нарушив ход мыслей. Сам он напротив ел с небывалым аппетитом. - Ты в порядке? Выглядишь, паршиво… - Хороший выстрел, куколка, - проговорил Сэм, стараясь разрядить обстановку. - Обезвредил угрозу. Молодец. Только я бы на твоём месте этого мерзавца замочил! - Да ладно тебе, - Лиам пожал плечами, в его голосе уже не было былого энтузиазма. - Меньше мороки с отчётами. Видимо Стэнли рассчитывал, что мы сможем допросить нападавшего… В ангаре воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом вентилятора. Все понимали, что Стэнли сознательно избежал убийства. - А если бы он всё-таки успел выстрелить? - Сэм посмотрел прямо на Стэнли. Его взгляд был серьёзным, но без осуждения. - Если бы из-за твоего выбора кто-то из наших или этих яйцеголовых дипломатов получил бы гранатой в голову? Стэнли медленно поднял на него глаза. - Он не успел бы. Я всё просчитал. Сэм тяжело вздохнул и отодвинул тарелку. - Слушайте, я… я знаю, о чём вы все думаете. Как бы подольше сберечь свою совесть, так? - Что в этом такого?- неуверенно спросил Марти. - Да ничего! Только с такими мыслями в армию не идут! - Он помолчал, собираясь с мыслями. - Мне было шестнадцать, когда я убил своего отца. Он был тем ещё куском дерьма. Целыми днями пил не просыхая и в один из таких дней он пришёл домой пьянный и злой как чёрт. Начал колотить мамашу. Я встал между ними. Он достал дровяной нож. Тяжелый такой. Сказал, что прирежет нас обоих. Я просто схватил со стола металлическую вазу и со всей дури… - Сэм сжал кулак, его костяшки побелели. –…Я не хотел убивать старика, но видимо не рассчитал силу – даже в том возрасте я был крепким. Он сдох на месте. Сэм выдохнул, и из его могучей груди будто вырвался сдавленный стон. - И знаете что? Через неделю умерла и мать. Побои её всё-таки довели. В прошлом мне постоянно снилась перекошенная морда отца в луже крови и я просыпался посреди ночи и думал: «А мог ли я по-другому?». Теперь понимаю, что не мог. Мало того, я сожалею, что не грохнул его раньше, тогда мать была бы жива. И вот что я тебе скажу, куколка – в этом мире полно людей, которые заслуживают пулю в лоб…Таких нужно кончать сразу, пока бед не натворили. Все молчали, переваривая его слова. Даже Стэнли смотрел на Сэма новым взглядом. В этот момент в тени, на ящике с боеприпасами сидел покуривая сержант Хейл. Он тяжело поднялся, подошёл к столу, и его фигура в потрёпанной камуфляжной форме казалась монолитом в этом шатком мире. - Уокер прав, - его голос был низким и весомым. – Мерзавцев в мире хватает. Но убийство – это крайняя мера. - Он упёрся руками в стол, наклонившись вперёд. - Вы выбираете нажать на спуск только тогда, когда уверены, что иного выхода нет. Выбор этот необходимо делать с холодной головой. Ваша душа будет искать оправдания. Но запомните раз и навсегда: безопасность миллионов американцев, которые спокойно спят в своих кроватях, покупают хот-доги и смотрят бейсбол, - она важнее. Она важнее ваших душ. Он посмотрел прямо на Стэнли. -Ты сделал выбор сегодня, Снайдер. Спас жизнь тому ублюдку. И это твоё право. Но однажды наступит день, когда у тебя не будет выбора. Или когда цена твоего милосердия будет измеряться жизнями твоих товарищей. Помни об этом и не теряй хладнокровия. Такова наша работа. Мы – те, кто делает грязную работу, чтобы другим было чисто. Хейл выпрямился. - А теперь доедайте и идите чистить оружие. Завтра новый день. И поменьше философствуйте – солдатам это вредно… Он развернулся и ушёл вглубь ангара, оставив отряд в задумчивости. Стэнли снова посмотрел на свою тарелку, но уже не видел её. Он слышал эхо выстрела, видел перед собой бородатое лицо нападавшего, и чувствовал тяжесть слов сержанта. Он пересёк черту. Но самая большая, самая страшная черта была ещё впереди. Самолёт C-130 «Геркулес» с рёвом оторвался от взлётной полосы в Эль-Хадии. Отряд Снайдера, после успешного выполнения миссии, возвращались домой на базу. Стэнли смотрел в иллюминатор. Раскалённая пустыня, похожая на потрескавшуюся кожу, уходила вниз, уступая место бирюзовой полоске Персидского залива. И тут его взгляд зацепился за другое зрелище. Пара истребителей F/A-18 «Хорнет» легла в вираж, сопровождая их транспортник. Они были похожи на двух стремительных, изящных хищников, играющих рядом с неуклюжим китом. Солнце вспыхнуло на их фюзеляжах, и Стэнли поймал себя на мысли, что замер, заворожённый этой картиной. Он не просто видел самолёты. Он чувствовал их. Чувствовал ту мощь, ту свободу, то абсолютное превосходство над землёй, которую они олицетворяли. С высоты в десять тысяч метров та грязь, пыль и ограниченность поля боя, которую он только что покинул, казались такими… мелкими. База Корпуса морской пехоты «Кэмп-Леджен» в Северной Каролине встретила их прохладным влажным воздухом, пахнущим скошенной травой и соляркой. После сдачи оружия и короткого медосмотра их отпустили в казармы. Возвращение было странным. Стэнли прошел через реальную угрозу, видел кровь, а здесь всё было по-старому: идеально подстриженные газоны, крики сержантов на плацу и солдаты, бегущие на ужин. Вечер опустился на базу «Кэмп-Леджен», окрасив небо в багровые и сиреневые тона. Стэнли, вместо того чтобы идти в клуб или в казарму, нашёл себя на краю лётного поля, у огромного ангара, где стояли на техническом обслуживании несколько истребителей. Охранник, узнав одного из парней, вернувшихся из Эль-Хадии, кивнул и пропустил его. Войдя внутрь, Стэнли замер. Ангар был похож на собор, посвящённый богу скорости и мощи. Под высоким сводчатым потолком, в свете жёлтых рабочих фонарей, стояли в безупречном строю «стальные птицы». Воздух был густым и сладковатым – смесью авиационного керосина, горячего металла и озонового воздуха. Он медленно шёл между ними, и его пальцы инстинктивно тянулись к гладкой, холодной обшивке, но он останавливал себя, боясь оставить след. Его губы беззвучно шептали названия, как заклинания, выученные в далёком детстве, когда он и Ксено склеивали модели на полу его комнаты в Милфорде. «F/A-18E Super Hornet… Двухдвигательный, палубного базирования. Максимальная скорость – Мах 1.8», - промелькнуло в голове, когда он остановился перед самым грозным из них. Его взгляд скользнул по крылу сложной геометрии, по створкам шасси, по контейнерам с высокоточным вооружением, подвешенным под фюзеляжем. Рядом стоял штурмовик AV-8B Harrier II. «…С вертикальным взлётом и посадкой. Отец летал на таком…» - мысль оборвалась, острая и болезненная. - Красивые звери, правда? - раздался спокойный, знакомый голос сзади. Стэнли обернулся. В проёме ангара, освещённый заходящим солнцем, стоял сержант Хейл. На нём не было его обычной каменной маски. Лицо было усталым, но спокойным. - Сержант, - Стэнли вытянулся по струнке. - Вольно, Снайдер, - Хейл медленно подошёл и встал рядом, тоже глядя на «Хорнет». - Я тебя увидел издалека. Ты словно тень среди этих исполинов, думал, заблудился. - Нет, сэр. Просто… смотрю. - Вижу, что смотришь, - Хейл хмыкнул. - Не как зритель. Как… понимающий. И даже знаешь названия, ТТХ. Стэнли молча кивнул, чувствуя лёгкую неловкость. - С отцом модели собирали? - спросил Хейл, и в его голосе не было привычной грубости, лишь какая-то редкая, простая человечность. - С другом, Ксено. Хейл внимательно посмотрел на него, и его взгляд вдруг стал далёким, будто он видел не Стэнли, а кого-то другого. - У меня тоже был такой друг. В Техасе. Молодыми мы каждый вечер гоняли на старом «Шевроле» около военной базы ВВС «Шеппард» и молились хоть об одном пролетающем истребителе, чтобы посмотреть. - Он помолчал. - Ты на него похож. Не внешне конечно, но духом. Глаза его так же горели, когда он на небо смотрел. Стэнли слушал, внимательно не в силах вымолвить слово. Сержант Хейл никогда не ворошил свое прошлое в присутствии подчиненных, казалось лишь один Стэнли пока удостоился такого доверия. - Мы поступили на службу в армию одновременно. Два дурака из глубинки, которые верили, что могут принести пользу людям. Как сейчас помню его счастливое лицо… - Где он сейчас, сэр? – осторожно спросил Стэнли дабы поддержать диалог. - Погиб на задании. – ответил Хейл внимательно глядя на Стэнли. - Его звали Дэн…Дэн Снайдер… Стэнли замер. Воздух в ангаре показался густым и тяжелым. - Дэн…Снайдер…? – голос был прерывистым, - Вы…знали моего отца? - Да, как оказалось… - Я не…понимаю. От вас не было ни намёка… - Ты же не думал, что подобная новость сделала бы меня снисходительней к вашему отряду!? Отнюдь, солдат! Сержант был верен себе и по лицу Стэнли скользнула понимающая улыбка. - Понял вас, сэр. - Ну, если говорить совсем честно, то я сам узнал об этом лишь пару месяцев назад. Думал, мало ли Снайдеров на этой земле. Да и как я сказал, внешне ты на Дэна совсем не похож, но вот темперамент... Он был лучшим из нас. Прирождённый пилот. А я… я быстро понял, что моё место на земле, с парнями, которые пашут в грязи. Так наши пути и разошлись, но мы старались поддерживать связь. В конце концов – именно Дэн познакомил меня с Бекки, моей женой, и я безмерно благодарен ему за это… Стэнли не мог отвести взгляда жадно вслушиваясь в каждое слово. Человек, который муштровал его, ломал и снова собирал, который стал для него ближе, чем кто-либо за последние полтора года... этот человек был живой нитью, связывающей его с отцом. - Тяга к небу у тебя наследственная, сынок. Я это ещё на стрельбище заметил. - Я морпех, сержант, - тихо сказал Стэнли, как будто пытаясь убедить в этом самого себя. - Морпех – это навсегда в душе. Даже если ты будешь на Луне. - Хейл повернулся к нему, и его лицо стало серьёзным, но по-прежнему беззлобным. - Слушай меня, сынок. Программы есть. Для таких, как ты. Не каждый офицер, получивший погоны в Вест-Пойнте, может то, что можешь ты. У тебя есть то, чему не научишь – чутьё. И если таково твое желание… - Он сделал паузу, выбирая слова. - …я не стану тебя держать. Наоборот. Я знаю людей. Могу поговорить. Подать рекомендацию. Стэнли смотрел на него широко раскрытыми глазами. Стать пилотом? Это было больше, чем он мог ожидать. - Не знаю, что сказать, сэр. - Ничего и не говори, - Хейл снова повернулся к самолётам. - Просто знай. Дверь есть. И она для тебя открыта. Когда будешь готов. А пока… - он тяжело вздохнул, и в его голосе снова зазвучали знакомые, сержантские нотки, но на этот раз без злобы, а с какой-то странной грустью, - …пока ты лучший снайпер, который есть у меня. И я не намерен тебя отдавать. Ни Кроу, ни ВВС. Пока не придёт твоё время. Уяснил солдат?! - Так точно, сержант! - Ладно, иди уже. Завтра в пять подъём, а ты тут по музеям шляешься. Стэнли кивнул и последний раз окинул взглядом стальные силуэты в ангаре. Теперь они виделись ему не просто машинами. Они виделись будущим. Ночь того же дня Хейл сидел в своём кабинете, заполняя послеоперационный отчёт. На экране компьютера горела стандартная форма. Он печатал сухим, казённым языком: «…задание по обеспечению безопасности дипломатической миссии выполнено в полном объёме. Угроза нейтрализована силами подразделения. Потерь среди личного состава и гражданских лиц нет. Рекруты показали удовлетворительный уровень подготовки…» Его палец замер над клавишами. «Удовлетворительный уровень» Он посмотрел на полку, где стояла фотография его жены Бекки с новорожденным сыном в руках. Потом его взгляд упал на пустой ящик исходящей почты, адресованной майору Кроу. Хейл снова посмотрел на экран. Он должен был приложить подробный отчёт о каждом члене отряда. Особенно о Снайдере. Именно такие данные искал Кроу. «Идеальный базовый профиль». Рука Хейла потянулась к мышке, чтобы открыть файл с личными делами. Но вместо этого он резко дёрнул шнур питания от системного блока. Экран погас. «Технический сбой, - мрачно пробормотал он себе под нос. - Отчёт утрачен. Придётся восстанавливать по памяти. Как-нибудь потом». Он встал и подошёл к окну. На плацу маршировало новое пополнение. Он смотрел на них и видел лица своих парней – Стэнли, Сэма, Лиама, Марти. Сержан считал их своей ответственность, а не Пентагона, Кроу или ещё кого-либо. Он знал, что не сможет скрывать их таланты вечно. Но он мог дать им время. Время стать сильнее. Время понять, кто они. Прежде чем за ними придут, чтобы сделать их тем, кем они, возможно, быть не хотели.