Глава 37: Последствия

*Лянь Ю. Ближе к вечеру.* Солнце начинало садиться за островом, и Оливер увидел, что самолёты, пилотируемые несколькими доступными членами Лиги, приближаются к острову. Оливер посмотрел на другую сторону пляжа, где Саманта крепко обнимала Уильяма. Уильям выглядел потрясённым, но Оливер не мог его винить. Обыскав Томми, они обнаружили у него провод, ведущий обратно к лодке. Всё, что было сказано, транслировалось Уильяму, включая тот факт, что Оливер был его отцом. Затем Оливер перевёл взгляд на центр пляжа, где Томми удерживали и охраняли Тацу, Слэйд и Рэй, а также несколько убийц. Перебор? Возможно, но Оливер не хотел рисковать. — Он слишком опасен, чтобы оставлять его в живых, — заметила Нисса, подойдя к нему. — Я знаю… но сначала я хочу кое-что попробовать, — сказал Оливер, и она с любопытством посмотрела на него. — Что же? — Я хочу попытаться спасти его, — Оливер поднял руку, когда она начала возражать, — я знаю, знаю, хорошо? Но если бы я дал Слэйду лекарство, а не пытался его убить, может быть, всё было бы по-другому. Моя мама умерла не для того, чтобы я продолжал совершать те же ошибки. — А если не сработает? — Тогда я убью его, — заверил он её, и она кивнула. — Хорошо. Итак, как ты предлагаешь спасти мистера Мерлина? — спросила Нисса. — Магия сделала это с ним; может быть, магия может это исправить, — сказал Оливер, доставая телефон и набирая номер. — Оливер, — ответил голос с акцентом. — Джон. — Это был ровесник собаки. — Более чем. Ты помнишь, что должен мне услугу? *Стар-Сити, убежище Лиги. Ночь.* Томми лежал на полу без сознания, а Оливер, Константин, Нисса, Тея, Лорел и Рой стояли вокруг. — Значит, ты собираешься изгнать из Томми нечистую силу? — растерянно спросила Тея. — Не совсем, лапа, — Константин покачал головой, — что бы этот Шаман ни сделал не так, это заставило тёмную сторону Томми жить своей жизнью. Все тёмные мысли и порывы, которые у него когда-либо были, всё плохое и извращённое в нём, без чего-то хорошего, что могло бы это обуздать, взяло верх, сформировав своего рода вторую личность. Мы собираемся очистить его душу, вернуть его к тому, кем он когда-то был, убрав другую личность. Надеюсь. — «Надеюсь»? — обеспокоенно повторила Лорел. — Ну, ничего подобного раньше не случалось. Нет никаких гарантий, что это сработает. Или что Томми будет тем, кем он станет, если сработает. — Что тебе нужно, Джон? — спросил Оливер. — Мне нужно, чтобы двое вошли в его разум, — сказал Константин, к всеобщему удивлению, — чтобы найти настоящего Томми. — Я сделаю это, — тут же сказал Оливер и шагнул вперёд. — Не обижайся, приятель, но сейчас ты не в лучшей форме, чтобы показать Томми всё самое лучшее, не так ли? — спросил Константин, и Оливер зарычал, но согласился. — Я сделаю это, — Лорел шагнула вперёд. — Я это сделаю, — вызвалась Тея. — Нет, Тея, ты беременна. Ты должна думать о ребёнке, — возразил Рой, сразу же забеспокоившись о Тее и своём будущем ребёнке. — Беременная, а не инвалид. Кроме того, он мой брат, — сказала Тея, взглянув на неподвижную фигуру Томми, прежде чем снова повернуться к Рою. — Всё будет хорошо, ладно? Рой хотел возразить, но взгляд Оливера остановил его. Что бы он ни сказал, если бы он умолял, плакал или кричал, она всё равно бы это сделала. Он не мог её остановить, только поддержать. Поэтому Рой просто сухо кивнул с непроницаемым выражением лица. Тея поцеловала его в щёку, прежде чем подойти к Лорел. — И что теперь? — Вы двое, встаньте по обе стороны от него и возьмитесь за руки, — скомандовал Константин, и они так и сделали: Тея встала слева от Томми, а Лорел — справа, и они взялись за руки. — Небольшое предупреждение: эта тёмная личность не отпустит Томми без боя. А теперь… начнём представление. Константин начал бормотать что-то на языке, которого никто из них не понимал, размахивая руками, и сразу же начали происходить разные вещи. Пол задрожал, свет замигал, Томми открыл глаза, его зрачки были белыми, и он закричал от боли. *В сознании Томми.* Лорел и Тея появились в тёмном коридоре, вокруг них было что-то похожее на туман. Лорел нахмурилась, оглядываясь по сторонам, коридор казался ей очень знакомым. — Разве это не… — Особняк Куин… — закончила за неё Тея. В коридоре эхом разносился детский смех. Лорел и Тея огляделись, но не увидели никаких признаков детей. Устало они пошли по коридору, пытаясь найти источник звука. Они зашли в комнату и открыли дверь. Сначала их ослепил яркий свет, но затем он померк, и Лорел увидела сцену, которая согрела её сердце. Юный Оливер, Томми и Лорел окружили кроватку, в которой лежала малышка Тея и смотрела на них, хихикая при виде их лиц. — Афина? Её будут мучить в школе, — заметила юная Лорел, по-видимому, не замечая присутствия Лорел и Теи. — Я зову её Тея. Я пытаюсь заставить маму и папу называть её так, но мама упрямится. Но не волнуйся, Тея, я тебя прикрою, — сказал юный Оливер, скорчив ещё одну глупую рожицу, отчего малышка Тея снова захихикала, а юный Томми улыбнулся. — Что это? — растерянно спросила Тея. — Это был первый раз, когда мы с Томми увидели тебя после того, как твои родители привезли тебя домой из больницы, — сказала Лорел, нежно улыбаясь воспоминаниям. — Олли не мог дождаться, когда мы познакомимся с тобой. Томми в то время жил у тебя, потому что Малкольм уехал, а Олли упросил моего отца позволить мне приехать, когда они привезут тебя домой. Внезапно по комнате пробежал холодок. Юный Оливер и Лорел, а также малышка Тея в своей кроватке внезапно исчезают в тёмном тумане, а на лице юного Томми появляется выражение ужаса. — Нет! — закричал он и выбежал, по-видимому, не обращая внимания на Лорел и Тею, когда проходил мимо них. — Томми, подожди! — крикнула Лорел, когда они с Теей побежали за ним. Однако, когда они вышли из комнаты, Томми нигде не было видно. Лорел посмотрела на Тею, но, к её ужасу, Теи тоже нигде не было. Лорел обернулась, и кто-то сильно ударил её. Лорел отлетела в конец коридора и больно упала на спину. Она застонала, начала садиться и в шоке уставилась на того, кто её ударил. — Теперь он мой, — сказал Прометей, обнажая меч. Тея бродила по коридору в поисках Томми. Услышав что-то похожее на плач, она пошла на звук. Она толкнула дверь и в ужасе уставилась на происходящее. Томми, уже взрослый, стоял на коленях на полу и рыдал, окружённый телами. Не просто телами, а телами Оливера, Лорел, Мойры, Квентина, её самой… — Томми? — Он заставил меня это сделать, — сказал Томми, глядя на нож в своей руке, пропитанный кровью, — мой отец… он сделал из меня монстра… такого же, как он. — Томми, ты не монстр, ты не он, — решительно сказала Тея, когда он вошёл в комнату. — Как ты можешь так говорить после всего, что я сделал? — сокрушенно спросил Томми, глядя на нее снизу вверх. — К Рою, к Олли, к тебе? Боже, я похитил сына Олли и пыталась заставить Олли убить меня, чтобы Уильям возненавидел его! — Это был не ты, понимаешь? Это была другая личность внутри тебя, — сказала Тея, опустившись перед ним на колени. — Это часть меня. Часть, которую я всегда чувствовал глубоко внутри себя. Монстр внутри меня, — потрясённо сказал Томми. — У всех нас есть что-то такое, Томми, — мягко сказала Тея, пытаясь успокоить его хрупкую психику, — внутри каждого из нас есть добро и зло, и мне пришлось узнать об этом на собственном горьком опыте. Главное — не позволять этому управлять тобой, в твоём случае — буквально. Помоги нам, Томми, помоги нам спасти тебя». Тея осторожно протянула руку и забрала нож из рук Томми, прежде чем они услышали грохот. Не раздумывая, Тея вскочила и выбежала из комнаты, повинуясь инстинктам. Она была потрясена, увидев Лорел на полу, а Прометея, стоящего над ней с поднятым мечом. — Остановись! — крикнула Тея, и он усмехнулся. — Ты пришла сюда, чтобы подраться, сестрёнка. Я бы сказал, что ты нашла, с кем, — сказал Прометей, прежде чем бросить в неё сюрикен. Тея увернулась от сюрикена и бросилась вперёд с окровавленным ножом в руке. Прометей легко обошёл её, схватил за руку и отбросил в сторону, попутно выхватив у неё нож. Тея тяжело приземлилась на землю и посмотрела на тёмное альтер-эго своего брата, который крутил в руках меч. — Вы думали, что пришли сюда, чтобы спасти Томми. Но на самом деле вы пришли сюда, чтобы умереть. Рёв привлёк их внимание, и Прометей поднял голову, когда Томми бросился на него, перепрыгнув через Тею и Лорел, и повалил на пол. Прометей выронил меч и нож, и они покатились по полу. Томми ударил Прометея достаточно сильно, чтобы сбить с него маску, и на мгновение растерялся, увидев своё собственное лицо. Прометей воспользовался удивлением Томми и ударил его, прежде чем отбросить в сторону. — Что, думал, сможешь прийти сюда и спасти положение? — усмехнулся Прометей, поднимаясь на ноги. — Мы с тобой — две стороны одной медали, мы знаем ходы друг друга. Внутри и снаружи. Единственная разница в том, что я не связан твоей слабостью. Ты слаб, Томми! — Если для того, чтобы быть сильным, мне нужно быть убийцей-психопатом, я с радостью останусь слабым, — сплюнул Томми, и Прометей ухмыльнулся. — Вы с Оливером действительно братья, Томми, вас обоих сдерживает чувство морали, несмотря на всё, что вы сделали. Вы… Что бы ещё ни собирался сделать Прометей, он не успел закончить. Меч внезапно пронзил его грудь. Прометей ахнул от боли, оглянулся через плечо, и изо рта у него хлынула кровь. Лорел стояла позади него, презрительно глядя на него, прежде чем выдернуть меч. Он закашлялся кровью и рухнул на пол, глядя на неё, пока свет не померк в его глазах. Внезапно комнату озарил белый свет. *Убежище Лиги.* Лорел и Тея разжали руки и пошатнулись, Нисса и Рой поддержали их. Томми не реагировал, и все посмотрели на него. — Почему он не просыпается? — спросил Оливер у Константина, который просто удивлённо смотрел на неподвижное тело Томми. — Почему он не просыпается?! Внезапно комнату наполнил стон. Оливер оглянулся на Томми и увидел, что тот открыл глаза и моргает, привыкая к свету. Тем, кто его знал, было ясно, что что-то изменилось. Безумие ушло из его глаз, уступив место глубокой боли, отразившейся в его голубых глазах. — Томми, — сказал Оливер, подходя к нему и опускаясь на колени. — Олли… прости меня, — сказал Томми и начал всхлипывать. — Всё в порядке, — Оливер рывком поднял его и крепко обнял, сам начиная плакать, выпуская наружу все эмоции, которые сдерживал с тех пор, как узнал, кто такой Прометей, — это был не ты… это был не ты.