Кожа к коже // LeeKnow / NC-17

Сквозь пелену сна пробивалось ощущение чего-то мягкого и пушистого, настойчиво требующего внимания под ладонью. Когда живешь в одном доме с мужчиной и тремя своенравными котами, становится неразрешимой задачей с закрытыми глазами определить, кто именно сейчас жаждет нежности, тычась в ладонь, словно говоря: "Я здесь, люби меня". Приходится приоткрыть веки, чтобы утонуть в ехидном взгляде. Взгляде, который совершенно не вязался с той кошачьей наглостью, с которой владелец этих красивых, цвета темного меда, глаз только что бесцеремонно ткнулся в ее ладонь, требуя ласки. — Ты вернулся. — Тихое утверждение, наполненное спокойствием, ставящее точку и одновременно означающее начало. Теплые руки обвивают талию, притягивая ближе, кожа к коже, словно нет преграды в виде тонких тканей одежды. Ее глаза еще сонные, и умиротворенно закрываются, когда Минхо нежно прикасается губами к нежной коже за ухом. Каждый его поцелуй – это признание, каждое прикосновение – обещание. — Хо… Теплое и родное прозвище, слетевшее с приоткрытых губ, ласкает его слух, пока по молочной коже мурашки начинают свой побег. — Я скучал, — Минхо наконец шепчет что-то, впервые за этот вечер, не прерывая легких, дразнящих касаний губами за ухом. Его дыхание горячее, обжигающее, а слова проникают глубоко в сердце, отзываясь там приятным трепетом. Он чувствует, как она расслабляется в его объятиях, как доверяет ему полностью и безоговорочно. Он своими словами и действиями, губами и пальцами, нежностью и настойчивостью, сметает полудрему. — И я скучала, — она приоткрывает глаза, поворачивая голову, чтобы встретить взглядом ухмылку. Беззлобную, лишь слегка самодовольную, но все же теплую и родную. — очень. Теплыми, сухими ладонями пробирается под ткань футболки, приподнимая ее, открывая небольшой участок кожи своим глазам. Она позволяет, радуется прикосновениям и необходимому трепету. Наконец он освобождает ее от просторной ткани, которая вмиг показалась тесной и такой ненужной. Длинными пальцами - подцепить резинку нижнего белья, заставить вздрогнуть и напрячь мышцы от желания и предвкушения Она привычным движением седлает накаченные бедра, и склоняется за поцелуем, пока ее волосы свисают, словно прикрывая их шторкой от зрителей, которых нет. Шелковистые пряди щекочут его кожу, а аромат ее волос дурманит, лишая воли. Минхо настойчиво проникает языком в ее рот, испытывая жажду, которая росла в нем, пока он не оказался рядом с ней на кровати. Этот поцелуй – это признание, это обещание, это потребность быть ближе, слиться в одно целое. Она ловко пробирается руками к поясу брюк Минхо, подцепляя пуговицу — удивительно легко. Ли улыбается ей в губы, шепча слова о настойчивости и ненасытности. Но сам срывается, нетерпеливо снимая мешающую одежду с них двоих, чтобы действительно — кожа к коже — и без преград. И все же снова он оказывается сверху, наслаждаясь её красотой. — Я так долго ждал этого, — оставляет легкие поцелую на виске и щеке, спускаясь к шее, чтобы впиться губами в податливую кожу, — так хотел. — движение рук по коже непрерывно, пока не достигает горячительной влаги между ног, и на его лице опять растягивается ухмылка. Она цепляется за плечи Минхо, ищет его взгляд и ловит его губы своими, пока его пальцы прикасаются к клитору легко, со знанием, как сделать лучше, как заставить сердце заходиться в бешеном ритме. Ноги под ним раздвигает и подается бедрами навстречу, прося о большем, но не желая молить, хотя близка к этому. Оставляет поцелуи на плече, когда ее внимание привлекает соблазнительное адамово яблоко на его шее. И припадает губами к нему, заставляя Минхо издать рваный вдох. — Искушаешь? — Кажется, его глаза сверкнули в полумраке — Перестань меня дразнить, Хо. — Взгляд немного затуманен, пальцами она зарывается в его волосы на затылке, не причиняя боли. Он прикусывает покрасневший кончик ее уха и исполняет ее просьбу, встречаясь с ее теплой влажностью своим членом. Вырывает из груди вздохи, беспорядочно целует губы, сминает их в страстном порыве, расцеловывает щеки, лоб, веки, каждый миллиметр ее кожи, словно выучивая ее наизусть. Двигает бедрами ей на встречу, именно так, как хотят они оба. Одной рукой он придерживает ее талию, сжимая ровно на грани, чтобы не причинить боли, лишь приятная хватка, словно якорь, удерживающий ее в этом водовороте страсти. Чувствует, как ее кожа горит под его ладонью, как вздрагивает ее тело в ответ на каждое его движение. Каждый вздох, движение, взгляд, наполнены вниманием друг к другу, позволяя каждому получить желанную волную удовольствия, показать их страстную заботуи заботливую страсть. Первые рассветные лучи золотом очерчивают контуры тел, переплетенных в любовных объятиях, подчеркивая красоту и хрупкость момента.