Часть 6

Лишь ощутив мягкость и тепло его губ, Гермиона поняла, что произошло, и, отшатнувшись, судорожно вздохнула. Смотря на Тома широко распахнутыми глазами, она не могла поверить в то, что сделала. У нее словно отняли волю и наслали морок, что затмил ее рассудок. Наверное, именно так чувствуется Империус. Риддл казался не менее ошарашенным ее порывом, чем она сама. Его рука, что прежде нежно поддерживала ее запястье, теперь слегка болезненно сдавливала тонкую кожу. Несколько мгновений он напряженно смотрел на нее, будто не зная, как реагировать. Но уже в следующий миг его ладони обхватили ее лицо, и все ее страхи растворились под натиском эмоций, что взорвались в ее груди, когда Том углубил поцелуй, настойчиво втолкнув свой язык в ее приоткрытый от удивления рот. Вцепившись в его локти, Гермиона нервно сжала мягкую ткань его водолазки, а затем ее сознание словно отключилось, оказавшись не в состоянии воспринимать реальность происходящего. И прикрыв глаза, Грейнджер позволила ощущениям поглотить себя. Она просто не могла противиться тому, что происходило. Его вкус буквально пьянил ее, лишая разума. Том целовал ее жадно, неистово, наполняя сердце сладким удовольствием и заставляя обмякшее под его натиском тело дрожать. И когда он отстранился, продолжая касаться своим носом кончика ее, Гермиона с трудом смогла разомкнуть веки. Все вокруг было будто размыто, и она видела перед собой лишь его яркие лазуритовые радужки. Риддл смотрел на нее с непонятным выражением лица, но его затуманенные глаза отчетливо сверкали любопытством. — Мне нравится твой способ говорить «спасибо», — прошептал он, проведя большим пальцем по ее припухшей от поцелуя нижней губе, слегка оттянув ту вниз. Лишь от звука его голоса мысли начали постепенно приходить в порядок, и когда носа коснулся запах гари, сознание окончательно вернулось к реальности. — Что-то горит? — спросила она неуверенным, все еще дрожащим от эмоций голосом, и Том слегка нахмурился, будто пытаясь понять смысл ее слов, а затем, резко повернувшись, рванул к плите. — Салазар раздери! Только сейчас Гермиона вспомнила, что до всего произошедшего Том готовил панкейки. Но сейчас сковородка дымилась, а на ее поверхности виднелись лишь угли. Пока Риддл возился с подгоревшим завтраком, Гермиона воспользовалась моментом, чтобы прийти в себя. Она чувствовала, как горели ее щеки и пылали кончики ушей, и, отвернувшись к окну, начала делать глубокое успокаивающие вдохи, стараясь успокоить сердце, что загнанно билось в груди. Теперь она точно знала, что означало выражение потерять голову. — Эту партию панкейков спасти не удалось, — прозвучал за ее спиной голос, и Грейнджер резко обернулась, встречая взгляд, неожиданно полный озорства, — но, думаю, жертва того стоила. Непроизвольно улыбнувшись, Гермиона смущенно потупила взор от явного намека в его словах. — Готовить без магии оказалось опасно, — произнесла она несколько виновато, понимая, что все случилось лишь из-за ее неосторожности. Том шагнул к ней и, приподняв ее подбородок пальцами, заставил смотреть ему в глаза. В них все также читалось веселье, но взгляд все равно оставался серьезным и невероятно пронзительным. Грейнджер сглотнула. — Тогда я возьму это на себя, — прошептал он, наклоняясь к ней так близко, будто хотел снова поцеловать, — и с радостью приму твою благодарность. Идем завтракать. Снова сбив ее с толку своей близостью, Риддл лишь мимолетно коснулся ее губ своими и, резко отстранившись, вернулся обратно к плите, оставив Гермиону в полном смятении.

***

— Ты училась в Хогвартсе? — неожиданно спросил Том, устраиваясь в кресле напротив нее. После того, как они провели завтрак в тишине, время от времени обмениваясь лишь взглядами, Том позволил ей изучить свою небольшую библиотеку в гостиной, а сам скрылся в спальне со словами, что ему нужно несколько часов побыть в одиночестве. Гермиона не стала уточнять, зачем ему это было нужно, решив, что и так слишком сильно вторглась в его личное пространство. Тот факт, что большая часть книг касалась зельеварения и магических свойств различных растений Албании, в том числе Змеиных деревьев, стер остатки сомнений, зачем Риддл прибыл сюда, но вопросов меньше не стало. Зачем ему было селиться именно здесь, в глуши, а не в городе? Сколько времени он уже провел без магии? Кому принадлежал дом? Гермионе с трудом удалось абстрагироваться от них. Сев на диван, она свернулась калачиком и постаралась полностью погрузиться в чтение случайно выбранной книги, но разум то и дело продолжал возвращаться к прежним размышлениям, переставая воспринимать написанные строки. И когда над ее ухом внезапно раздался голос Тома, она обнаружила, что уже давно просто пялилась на страницы, и за это время за окном успело стемнеть. Она даже не заметила, как прошел день. — Я… да… я училась на Гриффиндоре, — сбивчиво пролепетала девушка, резко возвращаясь в действительность. — А… ты? — она слегка запнулась на обращении, поскольку они не обсуждали этот момент, но сам Риддл еще с прошедшей ночи обращался к ней на «ты», да и после произошедшего между ними было бы странно обращаться к нему иначе. Он сидел напротив нее с бокалом огневиски, острые грани которого завораживающе поблескивали в отсветах огня. — Слизерин, — ухмыльнулся Том и, заметив ее взгляд на бокал, махнул им в ее сторону. — Хочешь выпить? — А… нет, крепковато для меня. — Есть вино, — произнес он, очаровательно склонив голову вбок. — Скоро будет готов ужин, аперитив перед едой будет кстати. — Ужин? — удивленно переспросила девушка. Неужели она настолько ушла в себя, что даже не услышала шума на кухне. — Не заметила, как ты вернулся. — Наверное, задремала. Извини, что пришлось оставить тебя одну на весь день. Но мне нужно было провести несколько экспериментов, которые зависят от фазы луны. — Экспериментов? — оживилась Гермиона, но тут же одернула себя. — Это ничего, тебе не за чем нарушать свой привычный график из-за меня. А… вино подойдёт, спасибо. Слегка прищурившись, Риддл прошелся взглядом по ее лицу и, элегантно поднявшись, прошел на кухню. Вернувшись с бокалом для нее, на этот раз он присел рядом и, вальяжно откинувшись на спинку дивана, вновь устремил на нее задумчивый взгляд. — Позволишь спросить, как ты оказалась здесь в такую метель? Гермиона сделала осторожный глоток, стараясь отвлечься от его колен, что практически касались ее ног, и сосредоточиться на разговоре. — Я путешествую по Европе с прошлого лета. В Албанию прибыла чуть больше недели назад, чтобы изучить Змеиные деревья, и решила несколько дней пожить в палатке в лесу. Все было хорошо, пока вчера я не проснулась, практически заваленная снегом. Том внимательно слушал ее, и Грейнджер поразило, насколько заинтересованным он выглядел. Обычно мужчины мало вникали в то, что срывалось с ее языка, если это не было восхвалением их достижений, а некоторые люди сторонились ее, называя заносчивой и высокомерной. Даже ее родной дядя прямо говорил, что она была куда красивее, когда молчала, как и положено женщине. — Погода в этих горах совершенно непредсказуема. Поразительно, как ты смогла продержаться целый день. Грейнджер почувствовала, как от его похвалы по ее щекам вновь разлилась волна тепла, явно окрашивая их в алый, и невольно закусила губу. — Повезло, что я набрела на твой дом. Спасибо, что позволил остаться. Риддл искренне улыбнулся ее словам, и на его лице явно читалось удовольствие от того, как он на нее влиял. — Какие именно свойства Змеиных деревьев тебе интересны? — неожиданно перевел он тему. — Целебные свойства экстракта из его листьев. У них низкий срок годности, и этих деревьев очень мало на планете, к тому же до них можно добраться только пешком, поэтому экстракт очень дорогой, но действует значительно эффективнее при лечении ран, чем бадьян. Я хочу изучить, будет ли разница в качестве и периоде заживления, если делать экстракт из листьев разного возраста, почек и сушеных листьев. И будут ли теряться свойства, если делать сухой экстракт, — запальчиво рассказывала Гермиона, совершенно забывшись от возможностью поделиться с кем-то своими мыслями. Лишь когда ее глаза случайно метнулись к Риддлу, она слегка замешкалась, увидев, каким пристальным взглядом он следил за ней, и продолжила говорить уже более спокойно. — Я надеюсь, что исследование поможет мне снизить стоимость использования этого экстракта, и тогда… — Это сможет спасти чью-то жизнь, когда счет идет на секунды, — закончил за нее Том, удерживая ее взгляд. — Не могу не восхититься твоими целями. Смущенно опустив взгляд, Гермиона не смогла сдержать широкой улыбки.