Балады и драки

Святой перевернулся на бок, и его глаза приоткрылись, затуманенные после ночи… ну, вы понимаете. Не говоря уже о том, что особенно раздражённый змей пытался проникнуть в его разум. — …Доброе утро, пушистик, — поприветствовала его Арти, лежа на животе и подперев подбородок скрещенными руками. — …Всё хорошо? Он слегка улыбнулся, приподнимаясь. — …Да. Спасибо. — …Да, без проблем, — ответила она, подняв руку и оперевшись на кулак. — Просто хотела убедиться, что то, что было у тебя на уме вчера… прошлой ночью, не было… проблемой. — О, это. Уверяю тебя, это было не так, — сказал он ей. — Какой-то кратковременный бред и… несколько неприятных воспоминаний — вот и всё. Она кивнула и на мгновение замолчала, пристально глядя на него. — …Что-то не так? — спросил он. — Нет-нет, — заверила она его. Она начала садиться. — Просто… ну, знаешь. Размышляю. Он на секунду задумался. — …Я знаю, что прошлой ночью было много всего, — сказал он. — Ещё раз спасибо, что… утешила меня. Я… я бы сказал, что ценю это, но не думаю, что это передаёт всю ценность. — …Я, — она замолчала, на мгновение отведя взгляд. — …я понимаю. Я обещаю, просто… просто доверься мне. Он снова на мгновение замолчал. То, как она это сказала, подразумевало, что она не только понимала ценность, но и… что эти события имели для неё ценность. — …Хорошо, — подтвердил он. — …Может, начнём день? Они направились к шпилям. Купол выглядел совсем по-другому, когда его не трепал шторм, и превращался в ледяной, застывший адский пейзаж. Провисшие провода и верёвки свисали между опорными стойками и стальными балками, покрытыми опавшими листьями и усыпанные снегом. Мох полз по колоннам, по куполу, по столбам. Листья, ягоды, все виды растительности — всё это удивительным образом присутствовало в этом месте. Памятник промышленности превратился в убежище для природы. Святой поймал себя на том, что улыбается, любуясь видом, залитым утренним солнцем. Святой быстро подцепил себе немного еды с помощью языка и лениво жевал, пока они шли и взбирались наверх. Техник, казалось, всё ещё была погружена в свои мысли. — …Э-эй, Святой, можно я… кое-что спрошу? — обратилась она к шепчущему ветру. — Без проблем, — ответил он. — …Что это за?.. Она сделала паузу и напряглась. — …Что?.. — начал Святой. Она схватила его за руку и бросилась бежать, из-за чего он чуть не подавился ягодой, которую ел. Она подбежала к краю стальной платформы, на которой они стояли, спрыгнула на нижний выступ и нырнула в нишу. — П-подожди, что это?! Крыло стервятника опустилось на выступ, и он повернул к ним голову. Его взгляд нашёл их и скользнул в туннель, не в силах проникнуть дальше в тесное пространство. — Я же говорила, что это место — отстой, — сказала она, отпуская его руку. Святой прочистил горло от наполовину прожеванного кусочка ягоды. — …Полагаю, это территория стервятников, — признал он, наблюдая, как существо извивается и корчится, пытаясь протиснуться внутрь и не преуспевая. Он ударился головой о верхнюю часть ниши, сориентировался и раздражённо заклекотал, щёлкнув челюстями. — Да! Что ты с этим сделаешь?! — насмехалась Техник, подходя опасно близко к клюву птицы. — Тебе нас не достать! Стервятник продолжал щелкать клювом и извиваться, ударяя крыльями по навесу. Почти против своей воли Святой почувствовал, как уголки его губ приподнялись в легкой улыбке. — Я могла бы снять эту маску прямо с твоего лица! — подзадоривала его спутница. — Но я не буду, потому что это будет больно, а он… — она указала на Святого. — …Здесь! Со временем Святой окончательно успокоился. Это было всего лишь безобидное развлечение. Она повернулась к нему и закатила глаза. Святой подавил очередной смешок, когда она пошла обратно. — Не знаю, когда этот идиот уйдёт, так что, наверное, я задам вопрос. — сказала она, слегка пожав плечами. — Что… на что похоже море пустоты? Глаза Святого слегка расширились от удивления, и он наклонил голову. Затем он на мгновение задумался. — …Ну, это… сложный вопрос, — ответил он. — Ты можешь уточнить? — Я… я не знаю, — пробормотала она. — Просто… ты, кажется… ненавидишь это. Очень сильно. Святой тихо вздохнул и опустил голову. — …Наш пернатый друг улетел, — заметил он, подняв взгляд. — …О, круто, — она перевела взгляд с него наружу в молчаливом вопросе. Он подошёл к ней и продолжил размышлять, пока они снова шли по навесу. — …Короче говоря, это не море, — сказал Святой немного погодя. — Пустота меня не пугает. Она просто напоминает мне о… том, чего я на самом деле боюсь, — он посмотрел на свою руку. — …Чего? — с лёгким беспокойством спросила Техник. — …Себя, — ответил он. Она, казалось, не удивилась, хотя это откровенное заявление вызвало у неё лёгкое огорчение. — …Что я могу сделать. Что я мог бы сделать, — он снова посмотрел вверх. — …Я… Не в моей природе поступать так, как я поступаю. Я не могу избавиться от кислотной пустоты в своей крови и от пронзительного сияния своего взгляда. — …Но… ты сказал, что можешь изменить свою форму, — напомнила она. — …Не так, — сказал он со смесью боли и серьёзности. — Это константы. Я могу только замаскировать их. Отключить своё зрение, наполнить свои вены сущностью обычного существа. Связать себе руки и ноги, сковать себя этой сетью. Только так остальные смогут сбежать. Она была тихой. — …Прости, — тихо извинился он. — Я не хотел… мрачно размышлять вслух. Я… — Нет-нет, всё в порядке, — заверила она его. — Тебе тоже нужно чувствовать. Я просто… — она слегка вздохнула и отвела взгляд. — …наверное, мне хотелось бы что-то с этим сделать. Внимание Святого привлекла, пожалуй, наименее заметная часть этого высказывания. "Тебе тоже нужно чувствовать". Святой не думал об этом с такой точки зрения. По крайней мере… не в течение длительного времени. — …Я думаю, ты только что это сделала, — мягко сказал он. Она слегка оживилась. — …Хм. — пробормотала она. Купол закончился, сломанный и обрушенный. Они вернулись в колонны и на их мосты, протискиваясь через туннели и перелезая через выступы. Святой продолжал размышлять. — …Тебя это пугает, Арти? — спросил он, когда они стояли на выступе колонны. — …Я имею в виду пустоту. Это… вполне естественно, учитывая, во что я её превратил. Она бросила на него несколько удивленный взгляд, затем приняла задумчивый вид. — …Не… совсем, — ответила она. — Если я думаю об этом, то вспоминаю, что никогда не доберусь до него, так что… ну, знаешь. Это просто заставляет меня задуматься об… отголоске и… о том, что там внизу. Она сказала, что никогда не доберётся до него, почти не скрывая того факта, что считает себя неисправимой. Это немного расстроило Святого. — …Я мог бы рассказать тебе о нём, — предложил Святой. Теперь, осматривая высоту над головой, она остановилась. — …Хорошо, — подтвердила она, пожав плечами и бросив взгляд на меня. — Следуй за мной, мы идём сюда. — …С чего мне начать? — спросил он, пока они балансировали на ненадёжных перекладинах и смотрели вниз с большой высоты. Она на мгновение задумалась, стоя на шесте и оглядываясь по сторонам. — …Каково это — спускаться? — спросила она. — …Ты предпочитаешь длинную или короткую версию? — спросил он. — Или, скорее, сколько поэтической пылкости я могу добавить? Она фыркнула. — Рассказывай. Зная тебя, в любом случае будет непонятно. Святой усмехнулся в ответ на её выпад. — Очень хорошо. — …Поначалу зловеще, — начал он. Они проползли в трубу и начали подниматься по ещё одному вертикальному стволу. — Скалы расступаются и открывают подземные пещеры, хотя после индустриализации древних их стало больше, чем обычно. — Затем они опускаются всё ниже и ниже, пока металл и сталь перестают служить материалом для конструкции, и ты получаешь небольшой набор пещер. Они естественны, но только в том смысле, что не созданы руками человека. Они просто появляются по мере того, как море разъедает скалу. Они поднялись на вершину колонны. Техник посмотрела на него, ожидая продолжения объяснения. — …А у тех, кто не в курсе, будут только усиливаться зловещие предчувствия, — продолжил он. — Но когда ты знаешь цель, знаешь их… о, это прекрасно. — …Их? — спросила она. Святой на мгновение задумался. — …Честно говоря, я… думаю, что это лучше сохранить в тайне. — сказал он. — Ради радости и удивления. Клянусь, я не стану скрывать от тебя неприятные истины. Это не так. Какое-то время она задумчиво смотрела на него. — …Я хочу знать, что будет потом? — нерешительно спросила она. — …Это твой выбор, — ответил он. — Но я уверяю тебя в одном. Самое страшное, что ты там увидишь, — это то, что с тобой заговорят. И он позаботится о том, чтобы тебе не причинили вреда, ни физического, ни иного. Он увидел, как уголки её губ приподнялись в улыбке. Это его очень обрадовало. — …Я попробую. — сказала она. — Что дальше? Святой кивнул. Он мельком взглянул на дорогу впереди. Она сделала то же самое и на мгновение задумалась. — …Давай найдём место, где можно немного расслабиться, — предложила Арти. — Ты меня зацепил. Непреднамеренная параллель с червями была такой же забавной, как и… смутно болезненной. Они нашли нишу в навесе и сели. Арти подтянула колени к груди и скрестила на них руки, выглядя почти как маленький ребёнок, которому рассказывают сказку, несмотря на её обычно нейтральное выражение лица. Эта картина согрела его сердце. — …Скала начинает растворяться и извиваться, — начал он снова. — Золотисто-чёрное сияние пронизывает зубчатые стены, когда сияющие золотые огни падают с потолка на цель внизу, освещая колонны из изысканного, замысловатого камня неизвестного происхождения. Земля колышется и прогибается под твоими ногами, а до твоих ушей доносится звук. Она, казалось, была заинтригована. Святой почувствовал, как на его лице появляется улыбка, в то время как что-то более мрачное сжимало его сердце. — …Вот тут-то обнадеживающий идеал и начинает… спадать. Она слегка отшатнулась, выглядя слегка озадаченной. — Странные звуки наполняют твои уши, когда ты достигаешь комнаты, где камень мерцает, как вода. Ледяная жидкость заполняет дно последней пещеры и собирается в центре, издавая этот холодный, громкий гул, — продолжил он. — Это… пустотное море. Он сделал паузу, чтобы подобрать слова для продолжения. — …Как будто это просто лужа? Её вопрос отвлёк его от размышлений и вызвал у него смех. Прежде чем он успел извиниться, она тоже рассмеялась. — Прости, прости. Продолжай. — предложила она, слегка улыбнувшись. Святой тоже улыбнулся и вернулся к официальности. — …Тогда… ты должна плыть вниз, — просто сказал он. — Холод рассеивается, как только твоя голова оказывается под водой. Последние остатки скалы образуют золотую завесу над чернотой, и хотя твои руки и ноги кажутся тяжёлыми, как будто ты в воде, ты остаёшься совершенно сухой. Ты не можешь дышать, но тебе это больше не нужно. Она кивнула, все еще выглядя очарованной. —…Занавес растворяется, и перед тобой остаётся… пустота, — продолжил он. — Но… она не пуста. Внизу, танцуя в вихрях… горят огни. Большие. — …Ты продолжаешь плыть. Статическое электричество нарастает, становясь всё громче и громче, вызывая… неприятный страх. Атмосфера гнетущая, непостижимая и почти враждебная. По мере того, как огни приближаются, эти огромные щупальца тоже становятся ближе. Она начала выглядеть немного обеспокоенной. — Змеи, достаточно большие, чтобы посрамить надстройки, извиваются, колыхаясь в пустоте. Свет — это их головы, они создают помехи. Ты должна продолжать плыть сквозь их бессмысленные извивания и дальше вниз. — …Я напоминаю тебе, что я был бы рядом с тобой. Её беспокойство немного рассеялось. Она выпрямилась, словно напоминая себе, что это всего лишь история. — …И тогда… тебя судят. — И тогда тебя сочтут достойной. — …И твой цикл распадается. Его рассказ закончился, и Арти уставилась на него. Отчасти он уже сожалел, что рассказал ей об этом, и боялся, что напугал её. Возможно, он позволил своему внутреннему рассказчику взять верх… … — …Хм, — подтвердила она. — …Круто. В её голосе не было неуверенности, когда она это сказала. Не было беспокойства. Не было страха. Просто… нейтральный интерес. Как будто ей рассказали забавный, но в целом незначительный факт. — …Немного мягко сказано, — отметил Святой. — Да, — сказала она, откинувшись на руки. — Но, типа… ну, понимаешь? Просто история, — несмотря на её слова, она, похоже, не была уверена, что это преувеличение или миф. Святой на мгновение задумался. — …Полагаю, это было бы затруднительным при описании неописуемого, — признал он. — …Да. Думаю, это оно, — согласилась она. — Типа, это круто. Жуть. Но… наверное, не совсем то, что нужно, понимаешь? — …Полагаю, что да, — подтвердил Святой. Какое-то время они неловко сидели. Стервятник пролетел мимо их входа, заметил их и решил присоединиться к разговору. Они молча наблюдали, как он пытается влиться в беседу, но у него ничего не выходит, и он в отчаянии бьётся головой о потолок или пол. — …Ты когда-нибудь просто… задумывался о том, как ты добился того, что имеешь в жизни? — спросила Техник. — …Да, — подтвердил Святой. — Хотя это не один из таких моментов. Техник медленно кивнула. Стервятник всё ещё клевал и рвал их. Под ними раздался оцифрованный звук сброса давления, несколько приглушенный. Потом еще один, ближе. — О, ты, должно быть, ГРЕБАНЫЙ… Техник бросилась бежать и нанесла упреждающий удар. Особенно храбрая циановая ящерица, привлечённая интересом стервятников, набросилась на неё и повлекла их обеих обратно в туннель. Стервятник попытался схватить одну из них, но не смог и в гневе захлопал крыльями по туннелю. Святой отскочил и прижался спиной к стене напротив выхода, пока его спутница боролась со зверем. Отчасти ему хотелось напомнить ей о заживающей ране, хотя он сомневался, что это поможет. Техник получила преимущество, перекатилась через ящерицу, вонзив когти ей в шею, и ударила её головой о стальной пол. Ящерица зарычала и сбросила её, швырнув в сторону стервятника и едва не откусив ей руку. Челюсти стервятника сомкнулись вокруг туловища Техник. Ящер отступил и зарычал на хищника, оглядываясь по сторонам. Пройдёт совсем немного времени, и он заметит его. Мысли Святого бешено скакали, пока вся ниша сотрясалась от попыток стервятника взлететь. С громким криком ярости Арти выпустила заряд, который отбросил её и стервятника к потолку. Вершина его маски треснула, и он, потеряв сознание, выскользнул из туннеля. Арти уже летела на сапфировую рептилию, когда Святой услышал, как реактивные двигатели птицы снова заработали и подняли её в небо. Техник вцепилась в ящерицу, перекатилась и снова оказалась у неё на спине, прижимая её к земле. Она вонзила когти в бронированный череп и стала скрести, раскалывая и отрывая чешуйчатые осколки. Она взяла один из крупных осколков и вонзила его прямо в глаз ящерицы. Зверь с рёвом отпрянул назад и швырнул её на стену. Он развернулся и прижался к противоположной стене, а Техник с рычанием поднялась на ноги. Полуслепые противники мгновение рычали друг на друга, пытаясь найти возможность получить преимущество. Еще одно хлопанье крыльев, металл ударяется о потолок над головой. Ещё один стервятник просунул голову в туннель и уставился на драку. Было одно отличие. У этого вокруг головы был богато украшенный набор гарпунов. Техник бросилась вперёд и толкнула голубую рептилию в сторону монарха, надеясь, что тот примет ящерицу за добычу. Первый гарпун пронзил брюхо зверя и заставил его хвост взорваться, отбросив его к потолку, полу, а затем вытолкнув из ниши прямо на стервятника. Стервятник снова набросился на слизнекотов. Техник в ярости закричала, стиснув зубы. Она пригнулась и уставилась на короля, когда тот приготовился к запуску второго гарпуна. — АРТИ! — крикнул Святой, делая шаг вперёд. Механический удар. Взрывной волной его отбросило к стене. Прямо перед тем, как гарпун пронзил её, Арти вызвала взрывную волну, которая отбросила гарпун, который бессильно упал на пол. К тому времени, как Святой сориентировался, она прыгнула вперёд и всем своим весом навалилась на соединительный провод гарпуна, прижав ящерицу к полу и развернув её рога в сторону от туннеля. Техник медленно двинулась вперёд, стараясь не отрывать ноги от проволоки, пока стервятник бился в её руках. Святой мог только представить, какой ненавистью горели её глаза. Теперь ближе. Проволока попыталась втянуться, и гарпун повернулся в её сторону. Она схватила его, подождала, пока механизм остановится, и отбросила гарпун. Стервятник забился сильнее, быстро осознав, что полностью в её власти. Он безрезультатно выстрелил другим гарпуном в потолок. Она не сдвинулась с места, продолжая идти вперёд и прижимая голову монарха всё ниже и ниже к земле. Он изо всех сил бил своим телом, щёлкал челюстями, тянул и толкал свои гарпуны, хлопал крыльями по туннелю, пытаясь хоть как-то выбраться. Техник дотронулась до его головы и на мгновение склонилась над ним. Она напряглась и двинулась вперёд… затем остановилась. Святой заметил, что она бросила на него едва заметный взгляд. Еще один момент напряжения. Оскалившись, она вонзила зубы в его маску и сорвала её, оставив на его обнажённой голове небольшие порезы и царапины. Она шагнула вперёд и снова зарычала, глядя в его испуганные глаза. По-прежнему скалясь, она медленно отступила назад и сошла с проволоки. Стервятник со свистом вернулся на своё место, выбрался из ниши и улетел.

***

Слизнекоты решили, что на один цикл этого более чем достаточно, и направились к укрытию. По счастливой случайности они наткнулись на растение с попкорном. Через пять минут Святой был удовлетворён. Когда Техник закончила с растением, в нём не осталось семян. Они нашли укрытие, поднимаясь всё выше по башням. Святой представлял, что в следующем цикле они найдут отголосок. Техник рухнула на землю, измученная событиями дня и ночи. Святой сел, обхватив себя руками и дрожа. Потеря фонаря сказалась на его способности сохранять тепло, и теперь жгучий, воющий ветер имел над ним ещё большую власть. Но он и раньше выживал без источника тепла. Всё будет хорошо, даже если теперь потерянное тепло ощущается довольно неприятно. — Уф… — Техник застонала. Святой слегка усмехнулся, увидев её измождённый вид. — Тяжёлый денёк, да? Она приподнялась и бросила на него слегка обеспокоенный взгляд. — …О, чёрт, ты… ты в порядке? — спросила она, подходя ближе. — Я даже не заметила, что тебе холодно… — Н-нет, я в порядке, — заверил он её. — П-просто холодно. Непривычно без л-лампы. На мгновение она выглядела немного растерянной. — …Хорошо. Я просто… буду рядом. — сказала она, осторожно ложась рядом с ним. — На… случай, если тебе станет холодно. Она явно пыталась найти повод, чтобы не лежать на противоположных сторонах навеса. Он хотел указать ей на это, надеясь, что это поможет ей стать чуть менее замкнутой. Хотя… возможно, это оправдание было адресовано не ему. Возможно, она просто хотела убедить себя. — …Очень хорошо. Спасибо, — тихо сказал Святой, ложась рядом с ней. — Спокойной ночи, Арти. — …Ночи, Святой, — ответила она. — Увидимся завтра.