Катарис восхождения

Когда на следующее утро Техник проснулась, Святой снова мурлыкал. Ритмичная вибрация в его груди, нежная, счастливая улыбка на лице, когда он свернулся калачиком в её объятиях. Её сердце замерло, когда она увидела эту картину. Он был таким маленьким, таким хрупким… Она мягко выдохнула и прижалась лбом к его лбу, чувствуя, как в горле закипает ком. Она не могла подобрать слов или мыслей, чтобы описать это, она просто… хотела быть рядом с ним. Она обхватила его щёку когтями и закрыла глаз, пытаясь вдыхать это чувство и в то же время ограждая себя от него. Через некоторое время Святой пошевелился. — …Доброе утро… — сонно пробормотал он, моргая. — …мм, — она хмыкнула. — …Хорошо спалось? Святой зевнул и высвободился из её объятий, разминая ноги и руки. — …Да, — спокойно подтвердил он, мягко улыбаясь, — …спасибо. Ей удалось улыбнуться в ответ, хотя она и не могла понять, не выглядит ли её улыбка натянутой. — …Я… сейчас встану. Он кивнул, и она отползла в сторону, вытянув лапы и встав на ноги. Святой тоже встал и стряхнул пыль со своего меха. — А как насчет тебя? — спросил он. Она на мгновение замолчала, пытаясь понять, что он имеет в виду. — …О, спалось… Э-э… хорошо. — В хорошем смысле или в плохом? — уточнил он, наклонив голову. Она фыркнула. — Чёрт его знает, — она повернулась к двери. — Пойдём, мы почти выбрались из этих проклятых пещер.

***

Святой не мог сказать, преувеличивает она или нет. Во всех туннелях было так же темно, как и в остальных, даже когда пещеры сужались и расширялись, уменьшались и увеличивались. В тени они всё чаще замечали шевелящиеся водоросли, а следы старой промышленности становились всё более заметными вместе с пауками, которые их заполонили. И становилось… холоднее. Сквозь щели в потолке проникало больше ветра и снега. Но это всё равно не шло ни в какое сравнение с тем, с чем они сталкивались на поверхности. — Сюда, — скомандовала Техник, ведя их по очередному извилистому коридору. — Кажется, мы близко к обрыву. — Обрыву? — Святой повторил вопрос. — Обрыву, — подтвердила она. — Обрыву, конечно, — пробормотал он. — Как я мог забыть…? Они проползли ещё несколько туннелей, прежде чем выбраться в большую пещеру, украшенную различными растениями, металлическими балками, торчащими из земли, и, конечно же, отвесным склоном, ведущим к дальней тропе высоко над ними. Разрушенные железнодорожные конструкции и упавший неподалёку вагон создавали впечатляющую картину. Святой задумался, как давно эти проржавевшие гиганты треснули и упали. — Мы что, будем по этому карабкаться? — спросил Святой, глядя на снующих поблизости многоножек. Техник усмехнулась. — Нет. Это было бы сложно. Где-то поблизости должен быть вырыт туннель, который ведёт к рельсам наверху. Святой на мгновение задумался о том, как мог существовать такой туннель, прежде чем вспомнил о многоножках, окружавших его. Хотя это не слишком его утешило. Она действительно нашла щель в почти вертикальной стене из грязи, протиснулась в неё и поползла дальше. Святой последовал за ней в темноту. Он вернулся к своим безмолвным, блуждающим мыслям. Угрозы, события, из-за которых появились эти туннели, существа, которые по ним ползали. Но он продолжал думать о ней. Это почти отвлекало. Что-то в ней… не давало ему покоя. Она была рядом, когда он нуждался в ней. И она пыталась делать это более успешно, и она… почти пыталась отплатить ему за помощь, которую он ей оказал. Пусть и грубым, прямолинейным способом. Но в её глазах, в её поведении всё ещё читался глубокий конфликт. Она по-прежнему иногда избегала его взгляда, но почему? Не из-за ненависти, не из-за отвращения, возможно, из-за конфликта из-за того, что она медленно менялась, но это казалось неправильным. Не из-за его происхождения, она ясно дала это понять. Не из-за раздражения, если верить её словам. Итак… что бы это могло быть? Может быть, он был неразумен. Возможно, надеялся. Он старался не выдавать желаемое за действительное, но… что, если… …Что, если она разделяет его чувства? Голос громко выругался прямо перед ним. Затем Техник попятилась назад. — БЕГИ! БЕГИ! ПОСПЕШИ, ПУШИСТИК, НАМ НУЖНО УБРАТЬСЯ ОТСЮДА! Она сбила Святого с ног ещё до того, как он успел осознать, что она, вероятно, велела ему бежать от хищника. Он поднялся и пополз так быстро, как только мог, по туннелю. Вверх, направо, сквозь пыль и темноту, его разум лихорадочно искал, что могло так сильно напугать её. Затем что-то ударило его по ушам. Скользящий звук, разбрасывающий грязь и прорезающий землю. Он выскочил из туннеля вслед за Техник и ненадолго остановился, чтобы посмотреть, куда она направляется. Она на мгновение оглядела комнату, пока не заметила скалу. Она раздражённо стиснула зубы. — Планы меняются! — крикнула она, подбегая к стене. — Мы взбираемся! Святой бросился за ней и немного подтянулся, остановившись над ней и пытаясь найти, за что ухватиться. Техник карабкалась под ним, отбрасывая грязь и обломки со скалы при каждом отчаянном рывке. Она чуть не поскользнулась, прежде чем он успел схватить её за руку, и чуть не упала сама, прежде чем удержалась. Он слегка подпрыгнул и слабо подбросил её вверх; к счастью, треск означал, что она резко прыгнула, и она снова ухватилась за стену. Чуть ниже, среди коричневых и чёрных пятен, появился хищник. Красная сколопендра, мерцая усиками, забралась на стену. Святой и Техник взбирались по стене так быстро, как только могли. Бог следил за своей спутницей и помогал ей, когда мог. Пыль и грязь, которые Техник поднимала во время подъёма, замедляли насекомое, но оно всё равно быстро приближалось. Святой снова поймал её за запястье, помог ей передохнуть, а затем она снова взлетела вверх. Они приближались к выступу. Когти Техник не нашли ничего, кроме рыхлой земли, и она начала падать. С треском она врезалась в груду обломков и попыталась ухватиться за что-нибудь, царапая и скребя когтями. Сколопендра догнала ее и вцепилась одной головой ей в ногу. Святой едва успел осознать произошедшее, как снова повис вниз головой, а Техник пиналась и рычала. Он должен был как-то её спасти. Он зацепился языком за единственную чешую алой смерти. Он оказался на спине зверя, прикреплённый к одной из чешуек. Он лихорадочно искал выход. В порыве то ли полнейшей гениальности, то ли полного отсутствия инстинкта самосохранения он просто прыгнул на противоположную голову и вцепился в неё, как разъярённый, обезумевший яйцежук. Почти в замешательстве голова отцепилась от стены и начала падать. Святой сорвался, каким-то образом сумел ухватиться за стену и начал карабкаться обратно к Техник. Воспользовавшись замешательством сколопендры, она вонзила свои когти в безглазую голову, и вторая половина упала. Им двоим удалось вскарабкаться на вершину стены, в то время как сколопендра упала в грязь далеко внизу. С небольшой помощью Техник наконец забралась на выступ и спрыгнула в безопасное место. Слизнекоты на мгновение затаили дыхание, и Техник, неловко оттащив себя немного дальше от выступа, рухнула в грязь. Святой на мгновение замер рядом с ней, а затем тоже лёг. — Адский огонь…— пробормотала Техник, прежде чем перевернуться. — Конечно, чертова сколопендра должна была быть там… Святой слегка усмехнулся, несмотря на обстоятельства. — С нашей-то удачей как могло быть иначе…? Техник вздохнула. — Заткнись… Они ещё немного пришли в себя. Святой поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы она была ближе, и был почти немного оскорблён этим желанием в сложившейся ситуации. — …По крайней мере, мы ближе к воротам, — признала Техник. — Давай двигаться дальше.

***

Дальнейший путь был похож на предыдущие, если не считать встречи с красной сколопендрой. Хотя, когда они карабкались по вагонам, воздух казался холодным, ветер хлестал их, а сквозь потрескавшиеся своды иногда пролетали снежинки. Пещеры подходили к концу. — Мы почти на месте, — сказала Арти, оглядываясь на Святого через промежуток между вагонами. Он наклонил голову, а затем тоже перепрыгнул через пропасть. — Это так? — Да. Как только мы доберёмся до той пропасти, дальше будет легко, — подтвердила она. — …Ты упомянула о… пропасти заранее? — через мгновение спросил Святой. — …Я не знаю. — Хм, — хмыкнул он. — Пожалуй, я подготовлюсь к следующему восхождению. Они приготовились. По мере того, как они продвигались вперёд, холод усиливался, а свет становился ярче. Они приближались к поверхности. Техник повела их по ряду туннелей, мимо пауков и насекомых. Среди оранжевых камней и грязи всё чаще попадалась живая трава. Пока они не добрались до пещеры, которая вела вверх. Они вскарабкались по склону и прошли дальше по туннелю, мимо ещё одних зарослей живой травы за крутым поворотом. Они пробирались по туннелю с неровными стенами, пока наконец не выбрались на поверхность. Техник подпрыгнула от звука ветра, который мгновенно превратился из приглушённого свиста в пронзительный вой. Их чувства на мгновение помутились, буря была подобна взрыву дроби. — Чёрт возьми! — выругалась она, прикрывая рукой глаза от колючего снега. Они стояли на выступе в большой, почти вертикальной расщелине, которая расширялась, как трещина, и не было видно выхода. Святой всё ещё наполовину прятался в туннеле, съёжившись от холода. — Почему здесь всегда так чертовски холодно?! — закричала Техник. — Мы слишком долго пробыли под землёй! — ответил он сквозь бурю. — Наши чувства уже не так устойчивы к холоду, как раньше! Его спутница пробормотала что-то неразборчивое себе под нос, вероятно, ругательство. Затем она начала осматривать неровные стены расщелины. — Там, наверху! — крикнула она, указывая на выступ на противоположной стене. — Отголосок должен быть где-то рядом! — Арти, это же…! — Я знаю, что это похоже на стену, но он там есть! — перебила она. — Я упала туда, когда впервые спустилась с этого чёртова утёса, он там есть! Святой тяжело вздохнул и немного выбрался из туннеля. Он взглянул на Арти, безмолвно спрашивая, затем посмотрел вперёд. Он прыгнул в пропасть и ухватился за другой край, чувствуя, как холод обжигает кожу, пока он держится за холодные камни. Он развернул Техник и жестом показал ей, чтобы она сделала то же самое, несмотря на усилившийся ветер. Она побежала и неуклюже прыгнула, преодолев дополнительное расстояние и врезавшись в стену, обхватив рукой Святого. Он чуть не упал, но сумел удержаться на поверхности. Техник нашла опору и снова прыгнула, найдя более надёжную точку опоры над ним. Она пробиралась вверх, борясь с ветром, и Святой делал то же самое, медленно подтягиваясь языком. Пропасть была почти вертикальной, но не настолько, чтобы можно было повиснуть на краю и нормально подтянуться. Холод продолжал пробирать его сквозь шерсть, но он старался держаться. Они нашли небольшой выступ, скорее опору, которая была достаточно большой, чтобы выдержать их вес. Арти снова поставила когти на стену, но поскользнулась. Она выругалась и крепко прижала руку к груди, как будто порезалась. — Ты в порядке?! — Святой спросил, перекрывая шум ветра. — Да, да! — крикнула она в ответ, словно раздражённая. — Просто… чёрт, холодно, мои руки… Святой обеспокоенно поморщился. Ни один из них не был настолько привычен к холоду, насколько мог бы быть, но у Святого был мех. Защита Техника была полностью внутренней, оставляя её кожу уязвимой для пронизывающего холода. — Сколько нам ещё идти? — спросил Святой, запрыгивая на маленький выступ рядом с ней и беря её за руки. — Н-не слишком далеко? — ответила она. — Какого чёрта я дрожу?! — Ты не привыкла к холоду, — повторил Святой, подходя ближе, чтобы она могла слышать его голос. — Будь терпелива. Ты справишься с болью, я знаю. Она отвела от него пристальный взгляд. — Пойдём, — твёрдо сказал он, отступая на стену. Теперь его шерсть была белой. — У нас мало времени! Они продолжали идти, и каждый раз, когда рука Техник соскальзывала, камень ранил её пальцы. Святой помогал ей, где мог, опираясь на камни и подтягивая её, чтобы она могла оттолкнуться. Хотя каждый толчок, казалось, причинял ей ещё больше боли. Святой запрыгнул на стену, затем снова оглянулся, чтобы проверить свою спутницу. Она всё ещё карабкалась вверх, слегка дрожа, но решительно. Он начал отворачиваться. Треск камня привлёк его взгляд обратно. Она падала. Он мгновенно спрыгнул вниз, вытянув язык как можно дальше и схватив её за руку. Каким-то чудом или благодаря выбросу адреналина он удержал хватку и притянул её к себе, подтягивая языком. Ему удалось взобраться с ней на выступ и опустить Техник на землю, но он всё ещё крепко обнимал её. Он задержался на мгновение, словно желая убедиться, что ему действительно удалось это сделать. Она сделала то же самое, застыв в замешательстве. Она слегка дрожала, её тело боялось пронизывающего холода. — …Ч-что? — спросила она себя в замешательстве. — Я держу тебя, — тихо сказал он. — Ты в безопасности. Она помолчала еще мгновение. — Ладно… — Готова продолжать? — …Д-да. Они продолжали карабкаться, цепляясь когтями и царапая путь вверх по неровной поверхности. Теперь Святой дрожал от холода, буря наконец-то пробралась сквозь его шерсть и окрасила её в более тёмный оттенок белого. Он не знал, насколько близко они были, но надеялся, что достаточно близко. Техник, казалось, всё ещё пробирал холод, но она была более решительной, возможно, более уверенной. Они карабкались и подтягивались, пока Святой не нашёл небольшую трещину в стене, что-то вроде входа в пещеру. — Вот оно! — закричала Техник, подтягиваясь к Святому, который сидел на выступе. — Пошли! Она схватила его за руку и потащила вниз по выступу, разбрасывая камни и обломки. Святой чуть не упал, но удержался благодаря ей. Они упали на землю, и Святой прижался к ней, чтобы согреться, и она, казалось, рассеянно ответила на его жест, позволив ему положить руку ей на плечо. Она потащила их вперёд, к небольшому туннелю. Его чувства начали притупляться от холода, но ему показалось, что он слышит, как она бормочет себе под нос: "Пожалуйста, пусть это будет так", слегка стуча зубами. Ей было теплее, чем большинству, но она прижимала к себе и его, и свою свободную руку, словно они замёрзли. Они, спотыкаясь, спустились в туннель, и она протащила их через него, на мгновение остановившись… Внезапный взрыв тишины был почти ошеломляющим. Бурлящее время и эхо реальности, сливающийся, мерцающий призрак, парящий прямо перед ними. Святой чуть не упал, а Техник споткнулась и упала вперёд. Ветер стих, и холод исчез, оставив лишь воспоминания на коже слизнекотов. Растения усеивали пещеру, покачиваясь и изгибаясь в волнах призрачного мира. — Маленькие зверушки! — мерцающий голос разносился в волнах пространства вокруг него. — Но не такие бестолковые, как остальные? Нет, конечно, нет! В конце концов, они нашли меня. Святой обнаружил, что Техник, спотыкаясь, уходит от отголоска, нащупывая что-то, как будто она что-то уронила. Он с удивлением обнаружил, что она искала его, потому что, добравшись до его ног, она вскарабкалась и прижалась к нему, словно ища тепла или защиты. — О, но эти… о, они тоже не просто звери. — задумчиво протянул призрак, слегка наклонив голову. — Возможно, я ошибся в своих суждениях. Во-первых, один из них боится меня… Техник отпрянула ещё немного. Звучание этого отголоска было уникальным, почти незаметный стук, щёлканье, похожее на лёгкий дождь по крыше. К ним добавлялись зловещие высокие звуки, гармоничные низкие гулы. Зловещая мелодия существа, которое не могло покинуть ни пустоту, ни землю. Арти приложила когтистую руку к виску. Похоже, близость и внезапность отголоска сказались на ней так же, как и на Святом. Он обнял её в ответ и осторожно усадил, тихо шепча ей что-то успокаивающее. — Тебе не меня нужно бояться, великая грешница, — эхо разносилось по маленькой пещере, отражаясь от стен. — Это внизу. Не так уж и далеко, могу добавить. Похоже, ты шла прямо к нему, когда споткнулась о мою расщелину. Тем не менее, в конце концов, оно поглощает всех. Кажется, Техник немного пришла в себя. Святой нежно успокоил её, взяв за руку. — Не нужно бояться, но всё же нужно. Возможно, я просто устал от своих… лет, недель, десятилетий, циклов, одного из них, — продолжал бормотать отголосок. — Ха! Даже время ускользает от меня сейчас… как и всё остальное. Сотрёт с лица земли, бросит в огонь. Будь то десятая или тысячная жизнь. — Подумать только, я считал себя таким важным. Что я мог бы, что мы могли бы быть центром жизни, — продолжал он. — Но теперь я вижу, что всё перед лицом этой черноты исчезает. Слизнекоты наблюдали за происходящим в каком-то неловком молчании. — …И всё же я задаюсь вопросом… — размышлял он. В его голосе появилась новая задумчивая интонация. — …Действительно ли мы так ничтожны, если сами вершим свою судьбу? Разве я не важен, хоть и ускользнул от хватки времени? Является ли это проклятие признаком влияния? Он задумался на мгновение. Святой наклонил голову, пытаясь понять, что он имеет в виду. — …Я полагаю, это каждый решает сам. Возможно, впервые он полностью сосредоточил свой взгляд на двух слизнекотах. — …Временная свобода, вечный покой или бесконечная значимость. — Возможно, для вас двоих это вечная возможность или вечный побег. Он издал мерцающий резонанс, что-то вроде смешка. — Интересно, что решат маленькие зверьки.