14. Отблеск луны в воде

Одри  Папка, добытая мной месяц назад не помогла мне от слова совсем, гораздо успешнее в этом был рассказ Миранды – я хотя бы узнала, как попала в приют. В остальном же – те пять листов, что я периодически перечитывала содержали в себе события нескольких бесед, что со мной проводили. На все вопросы, ответы были одинаковые: не помню, не знаю, помогите пожалуйста. А последние два листа вообще содержат информацию про организацию опеки надо мной. М-да… Снова тупик. Может стоит обратиться в полицейский архив? Только вот будет ли их папка хотя бы на два листа толще, чем это? Я почему-то сильно сомневаюсь…  *** – Одри, я тебе в третий раз повторяю – зачёта у тебя нет! Ты появилась на парах пять раз за семестр! Это не позволительно для будущего специалиста. У тебя есть две недели до каникул, чтобы закрыть минимум пять пропусков. – Но… мистер Лансер, я же хорошая студентка, неужели вы не можете пойти мне на встречу?  Делаю самый страдальческий голос из всех, что есть в моем запасе, однако на старого пердуна это не влияет.  – Пять пропусков, Грейсвуд и потом поговорим.  Выставив у меня перед лицом влажную, большую ладонь с оттопыренными пальцами, препод дает понять, что диалог окончен. Вот же мразота… Все преподаватели даже не глядя на пропуски поставили хорошие баллы, а тут влипла... Возможно стоит обратиться к любимой мисс Катри – она точно сможет мне помочь. *** Дверь на кафедру оказалась закрытой, но я так просто не сдамся. Кинув сумку с вещами на пол, сажусь рядом в ожидании женщины. Минуты текли одна за одной, а мои мысли теперь занимал какашка – Лансер, а Синнер. После его обалденного подарка и сумасшедший ночи мы переписываемся каждый день. Он скидывает видео с выступлением участников, а я смеюсь с того, как ему там скучно и всё бесит. Оказывается, Малек может быть не только научной глыбой, ну и обычным собеседником, который не любит капусту, но обожает рагу. Может приготовить ему, когда приедет?  Ты думаешь вы вместе?  Снова мерзкий смешок отца появился в голове… Отстань от меня. – Одри, ты чего тут сидишь?  Уставший голос профессора Катри раздается очень близко и я вздрагиваю. Как всегда идеально выглаженный брючный костюм пудрового цвета – хорошо сочетался с седыми локонами, и дорогими украшениями. Обычно, светящиеся тягой к знаниям голубые глаза женщины, были какими-то печальными и немного красными.  – Здравствуйте, доктор Катри, я ждала вас… Быстро поднявшись на ноги и подобрав вещи с пола, я снова оказываюсь на голову выше миниатюрной светилы психиатрии. Молча кивнув, Ханна Катри открыла дверь кабинета и пропустила меня внутрь. Расположившись за идеально чистым столом, профессор откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди.  – Что стряслось?  Так, включаем овечку, Одри, ты умеешь.  Виновато опустив голову, я прикладываю руки ко рту на пару секунд, а затем вздохнув смотрю на свое спасение. – Мистер Лансер отказался поставить мне зачёт, и теперь я не знаю, что мне делать. Я очень переживаю за свой академический рейтинг.  Шмыгнул носом и убрав прядь за ухо,  подпираю щеку рукой и рассматриваю канцелярию в черном стаканчике. Пару минут профессор молчит и осматривает столы своих коллег.  – Ты просишь помощи?  – Да, мне очень стыдно… Деликатным, но чётким движением ладони, женщина прерывает меня.  – Каждому нужна помощь, дорогая. Я прекрасно понимаю, почему ты пришла именно ко мне. Думаю, я знаю как тебе помочь... Видишь ли, мой коллега Джон Лансер – питает глубокое уважение к студентам, которые помогают делать универ лучше.  Еле удерживаюсь от того, чтобы закатить глаза. Гребаный Лансер портит жизнь всем. – Хотите, чтобы я приняла участие в каком-то форуме? – Не совсем, Одри… думаю, он оценит твоё стремление в помощи по освобождению нижнего этажа.  О нет! Нижний этаж – самое худшее, что может случиться со студентом. Уже второй год там собираются делать ремонт, но из-за прошлого ректора туда сносили весь хлам.  – Мне нужно что-то помыть там?  Накрашенные губы мисс Катри растянулись в улыбке, она издала тихий смешок.  – У нас хватает уборщиц, а вот людей готовых разбирать архивную прессу… Ну… посидеть пару часов за пыльными папками в целом не так плохо.  – Когда нужно заняться этим?  – У тебя есть ещё занятия сегодня?  – Нет.  Зачем я сказала правду?… могла бы отсрочить свою участь хотя бы до завтра. – Вот и иди, тебе нужно в кабинет 1.6, там куча работы. Завтра расскажу Джону о твоих успехах и зачёт у тебя в кармане. *** Идти по слабо освещенному коридору было немного страшно, я чувствовала себя очень уязвимой. На нижнем этаже нет окон, а лишь редкие, небольшие, с жёлтым свечением лампочки. Я в фильме ужасов… Ура! Вот нужный кабинет. Какой кошмар… В крохотном кабинете с тремя партами творился настоящий бедлам: куча ящиков с пыльными, пожелтевшими страницами занимали почти все помещение, на маленькой тумбе возле сломанной доски стоял шредер и мусорное ведро. Так, ну в целом если сразу все вывалить из ящиков и уничтожать, то часа за три может и справлюсь. Надо было еды с собой взять. *** – И ты представляешь? Даже не перезвонил мне!  Уже сорок минут из трубки доносится злой голос Мавен, которая поссорилась с Паркером, а я как хорошая подруга выслушиваю все это. Боже, дай мне сил… Старенький шредер работает на износ вот уже полтора часа, а бумаги от этого меньше не становится. – А ты не собираешься ему звонить?  Достав из второго ящика последнюю перевязанную верёвкой пачку со старыми газетами, я по привычке пробегаю глазами по первой полосе десятилетней давности.  – Нет! Я не хочу унижаться перед Уиллом.  У подруги почти истерика. – Рут, это не унижение, а необходимость компромисса. Вы оба как… Глаза цепляются за новость криминального характера, заключённой в тёмную рамку. Фото даже прикрепили.  «Университет психиатрии на пятой улице сегодня утром пережил настоящий ужас. Убита студентка третьего курса…»  На выцветшем фото можно разглядеть чёрный мешок, лежащий на ступеньках универа, полицию и сидящего возле трупа парня с большими, полными печали глазами.  Он похож на… Стоп... Не похож – это он и есть! Иней разливается по моим венам, спина мгновенно вытягивается как струна. Какого черта… – Малек.  Что произошло? Почему за годы учёбы тут, я не слышала об этом случае?  – Как Малек? Одри, почему как мистер Синнер?  Мавен явно удивлена такому сравнению, но почти сразу переключается на размышления о любви. Звон в ушах не дает разобрать следующую гневную тираду Рут. – Я перезвоню.  Подруга кажется меня даже не услышала, и я просто прервала звонок. Что тут случилось десять лет назад? *** Интернет помнит всё. Раньше – это утверждение наводило ужас, а сейчас я испытываю благодарность. Обнаруженный новостной сюжет двух минутной длительностью пересмотрен раз семь. Мне уже нет никакого дела до Лансера, мусора и планов на день. Шмыгнув носом и убрав с щек очередную порцию слез, я снова нажимаю на воспроизведение ролика. Молодая журналистка рассказывает об ужасной находке в одном из кабинетов на втором этаже. Затем на экране появляются три фотографии жертвы – Кристины Ирвин. На первом фото белокурая девушка с мамой, они в праздничных нарядах – отмечают выпускной из школы. Второе фото – пасмурная погода, а Кристина стоит под розовым зонтиком и широко улыбается. Какая же она красивая… Третье фото разбивает мое сердце: девушка стоит в легком летнем платье и прикрывает удивленное лицо ладонью, а напротив стоит на одном колене, с кольцом в руке – Малек Синнер. Совсем юный, с горящими глазами и идеальной улыбкой. Я никогда не видела на его лице такой искренней влюбленности и обожания. Они должны были пожениться…