Глава 2

Он тяжело вздыхает и садится на корточки. — Когда вы умрете, Какаши съедет с катушек. Его главной целью на многие годы станет только выполнение поставленной миссии. Ему будет все равно на товарищей, на человеческие жизни. Он будет убивать по приказу тех, кто пытается давить на вас сейчас, чувствуя помеху в вас. Они будут пользоваться им, даже когда он потеряет свою команду, они не остановятся. Из-за этой потери в будущем разразится еще одна война. Намного страшнее этой. Может быть вы могли бы повременить со своей кончиной, и дать сыну больше поддержки в будущем? В конце концов, лучше умереть за правое дело, чем для потехи властьимущих стариков, м? Я замолкаю, пытаясь отдышаться, а он отклоняется и внимательно смотрит мне в глаза. Этот контакт длится достаточно долго. Жду насмешек, неверия, думаю, что вот-вот он меня выгонит. Но вместо этого, он садится прямо возле открытых сёдзи на пол и продолжает смотреть. — Откуда ты знаешь? — он склоняет голову в бок и продолжает сканировать меня. — В будущем... — начинаю я, но он не дает мне продолжить. — Откуда ты знаешь, что Данзо-доно давит на меня? Ты следишь за мной? — я совершенно невоспитанно закатываю глаза. — Данзо-"доно", — я ставлю кавычки пальцами, — хитрый и совершенно бесчестный жук. Он может сколько угодно оперировать честью шиноби, когда у самого за пазухой ничего нет. — Кроме шаринганов, думаю я. Сакумо хмурится. Он не понимает, кто я и какое право имею так говорить о достопочтенном Данзо. Нет. Скорее всего, он не понимает, откуда пятилетнему ребенку что-то знать. Я закусываю губу, судорожно размышляя. Импульсивность плохое качество. — Честь шиноби, — начинаю я, — мой отец много говорит о ней моему старшему брату. Но что такое честь шиноби? Преданность. Верность. Исполнение приказов. Спасение жизней. Это ли? А если шиноби прикажут убить новорожденного ребенка, потому что за это заплатили, это тоже честь? Вы не отмоете свою репутацию самоубийством, Сакумо-сама. И Какаши не будет легче от этого. Преданность? Да. Но преданность кому? Селению как таковому? Сомнительно. Коноха — это не набор жилых построек, это не Хокаге или старейшины. Коноха — это люди. И вы спасли своих людей. — Умрет еще больше из-за моего решения. Я мог бы минимизировать эти потери. — Люди умирают каждый день, а шиноби вообще расходный материал. Идет война. И она продлится еще очень долго. Однажды такой же гениальный шиноби, как вы, поведет вашего сына и его товарищей на смерть. Он оставит все на тринадцатилетнего джонина Какаши, а сам помчится в другое место, чтобы минимизировать потери и вырвать победу, но стоило ли оно того в долгосрочной перспективе? Я видела, что нет. — Ты видела? — приподнимает бровь Сакумо. — Видела, но это большой-большой секрет, — заговорщицки говорю ему я. — Возможно, проживи вы еще несколько лет, спасли бы и своего сына, и его команду. — Это бы что-то поменяло в долгосрочной перспективе? — я задумываюсь. — Слишком много переменных, — после недолгого молчания отвечаю я. — Подумайте о том, что я сказала. А я зайду завтра, если вы не против. Он молчит, не спуская с меня глаз. Я вижу, что стены дома уже окрашиваются в ярко оранжевый, и понимаю, что мне давно пора домой. — Я не против, — наконец отвечает он. Я киваю и разворачиваюсь на пятках, сразу переходя на бег. Что же я наделала? Набатом звучит в моей голове, но я быстро успокаиваю себя. В этом мире можно объяснить, что угодно, но с импульсивностью нужно поработать. У меня не так много времени, но я должна использовать его с умом. Шикаку умрет от старости. Я клянусь себе в этом.

***

Глупо было думать, что один из сильнейших шиноби прислушается к пятилетке, но это случилось. На самом деле, я была шокирована, узнав на семейном ужине, что Сакумо Хатаке ушел в отставку. Я предполагаю, что его отправили туда принудительно за совершенную ошибку. Я не могла вырваться на следующий день, чтобы повидать его, но не стало неожиданностью, что такой деятельный человек не будет сидеть на месте. Через три дня после нашей встречи я узнала, что Сакумо работает в военной полиции. Боже, клянусь, этот мужчина всеми мыслимыми и немыслимыми способами собрался умереть. Сам того не зная. Представляешь, малыш, Сакумо Хатаке в подчинении у Фугаку Учиха, новоиспеченного главы клана и капитана полиции. Уму не постижимо. На самом деле это довольно необычно, что Учиха взяли кого-то к себе из вне, но и к тому моменту не было такого напряжения, как я помню из прошлой жизни. При этом, я думаю, что Фугаку, как минимум, сделал это не просто так, а максимум — враг моего врага — мой друг. Было бы неплохо понимать политическую повестку внутри деревни, но для начала мне нужна хотя бы информация. Я надеялась, в глубине души, что Сакумо повлияет на Фугаку в самом хорошем смысле. Но только время покажет станет оно так или нет. Моя цель с Хатаке пока была достигнута. Следующим шагом у меня был Минато, но это случилось бы через какое-то время, поэтому я сосредоточилась на главной цели — Шикаку. В передышки между миссиями я задавала брату тысячу вопросов касательно его положения, моего положения, положения клана в деревне, Интересовалась отношениями между кланами и всех их выпуском, потому что это было действительно важно для меня. Я подслушивала все разговоры отца с Шикаку, чтобы иметь представление о примерной ситуации на войне. Но этого было мало: лишь сухие факты да размышления Шикаку. В шесть лет меня не отправили в академию, зато сослали на уроки клановых девиц, которые, я к слову, впитывала как губка. Я старалась запоминать и развивать все, что вкладывали в мою голову. Однако при первом же походе на торговую улицу упала лицом в грязь. Я не смогла сосчитать рё, не поняв, какой в этой системе меньший наминал. Было жутко обидно слышать довольно громкие шепотки о том, какая дура родилась у главы клана Нара. Сначала, конечно, неприятно, но потом я решила, что это определенно пойдет мне на пользу. Никто ничего от меня не ждёт. Кроме удачного замужества. И я никому не должна. Кроме того, чтобы сделать зятем достойного человека. Кто-то в моем возрасте думает о таком. Правильно. Никто. Когда мне было шесть с половиной, наш отец скончался. Он разнервничался из-за чего-то и сердце не выдержало. Вообще-то он прожил достаточно долго для шиноби, заставшего не одну войну. — Почему ты плачешь, имото? — шепотом спросил Шикаку на похоронах отца. Его экстренно выдернули с миссии, чтобы попрощаться с отцом и занять его место в клане. Почему же я плакала? Не знаю. Мы были не то, что близки, я совершенно не знала этого человека. Но эта смерть была первой в моей новой жизни, и может это повлияло на меня? — Несмотря ни на что, он был моим отцом, — Шикаку смотрел вдаль и молчал. Не знаю, о чем он думал, но надеюсь, не о смерти. — У тебя доброе сердце, Ясу, — он опустил на меня глаза, потянулся и подхватил меня на руки. — После принятия клятв, я снова ухожу на миссию, — на грани слышимости сказал он. — Присмотри за кланом, прислушивайся к разговорам. — Мне нужны деньги, — быстро ответила я, какое-то время я уже думала о том, где мне брать информацию. Он казался удивленным, но кивнул, отводя глаза к тому, что осталось от нашего отца. Шикаку не вернулся ни в следующем месяце, ни через два, и даже не через три. Его миссия затянулась на восемь месяцев. Этого времени оказалось достаточно, чтобы я стала вхожа в управление полиции, и чтобы развернулась моя шпионская сеть. Деньги, которые я взяла у Шикаку, а точнее просто пользовалась состоянием наследника Нара, я пустила в дело. Гражданское население оказалось самым верным решением в поиске кадров. Почти все шиноби, клановые или бесклановые, пользовались услугами обычных жителей. Кланы нанимали себе прислугу из гражданских, бесклановые — стриглись у них, пользовались различными услугами. В общем, я стала семилетней девочкой, которая знает почти все. Почти, потому что Хьюга не нанимали прислугу из чужаков, не стриглись и много не болтали. Их клан оказался намного более закрытым, чем Учиха. В Хьюга ичизоку попасть было труднее, чем в дом к Сандайме. И это невероятно меня бесило. Конечно, между мной и исполнителями должен был стоять другой человек. Никто бы не принял всерьез маленькую девочку. И в этот раз мне на помощь пришла моя мать. Раньше я не осознавала, какой хитрой и расчетливой она была. Да я даже об этом никогда не задумывалась. Здесь в большинстве своем патриархальная система. Если ты жена главы клана, то обязана только рожать, растить детей и держать лицо. Но при близком рассмотрении это оказалось совсем не так. Первые сомнения закрались в мою голову на клановых занятиях. Там нам преподавали историю, политическое мироустройство, народную медицину, основы строительства, планирование бюджета, основы техник всех известных кланов, элементарность чакры, генетические совместимости, оленеводство. Это помимо танцев, чайной церемонии, готовки, шитья, садоводства. В общем, даже девушки Нара, не занимающиеся наемными убийствами или разработкой стратегии, не так просты, как кажется. Знаешь, малыш, что я знала из прошлой жизни обо всем этом массиве? Правильно. Ни-че-го. Кроме разве что готовки, но вряд ли здесь по достоинству оценят окрошку или карбонару. К тому же до меня все долго доходило. Все это было привычно людям с их менталитетом, культурным бэкграундом, да и хотя бы детской чистотой. Я же в этом плане уже была готовой картиной. Так что вера людей в то, что я довольно недалекая персона, укрепилась. Наверное, Шикаку было за меня стыдно, но меня это мало волновало. У меня были свои цели. Главная цель. Ну одна из. Вряд ли я могу спасти Шикаку, если помру сама. Умирать во второй раз ужасно не хотелось. А еще я совершенно безвозвратно полюбила брата. В прошлой жизни я всегда была одна. У меня не было ни братьев, ни сестер. У меня не было на кого опереться. А теперь есть. И это до безумия приятное чувство. Шикаку очень привязан ко мне, я это видела. Еще с младенчества. То, как он смотрел на меня, невозможно было интерпретировать по-другому. Конечно, со всеми этими тренировками, миссиями, кланом и войной, мы редко проводили время вместе. Но от этого не становились чужими. Я думаю, что и Шикаку тогда видел во мне поддержку. И я сделала все, что смогла семилетняя девочка, чтобы исполнить его наказ. Благодаря кое-какому знакомству с Сакумо у меня был повод забежать в Учиха ичизоку, но я очень долго набиралась на это храбрости. Больше внимания я уделяла информации, принесенной мне от исполнителей. Конечно, выходило довольно дорого, но без этого было никуда. Могла ли я за десять лет такой работы пустить клан по миру? Могла. Поэтому я должна сделать задуманное в короткий срок. Наработать базу, союзников, пытаться думать на десять шагов вперед. Благо с воспоминаниями о прошлой жизни, это возможно. Итак, спустя четыре месяца после ухода брата на войну, я решила его больше не ждать, и хотела взять все в свои руки. Мой план состоял из нескольких пунктов. 1. Максимально сблизиться с Сакумо. Почему, спросишь ты. Ну, это довольно логично. Хотя бы потому что он уже думал, что я что-то там вижу в своей дурной маленькой голове. Кроме того, что он знал об этом, он решил поверить в бредни малолетнего ребенка. К тому же за всей своей шпионской работой, сбором информации, институтом благородных девиц я и не заметила, как прошли два года с нашей последней встречи. И это необходимо наверстать. 2. Минато. В тот момент я еще не понимала, стоит ли рассказывать кому-то еще о своем «даре». Да мне и не поверили бы. Плюс я не хочу вовлекать в свое дело кучу людей. Более того, я решила не спускать на тормоза его близость к Сандайме. Тогда мне казалось, что будет достаточно одного несостоявшегося покойника Сакумо. Который к тому же сильно старше, мудрее и опытнее меня. Если я буду его направлять, он сможет лично разобраться со всем предстоящим дерьмом. Что возвращает нас к пункту 1. 3. Учиха. А точнее Обито, но это мы плавно возвращаемся к пункту 2, а потом и к пункту 1. 4. Зецу. Главное зло этого мира, и гребанный инициатор конца света. Самое ужасное, что и его я могу понять. Он слишком предан и верен своей матери. А кто из всех этих людей не предан? Кто-то готов отдать жизнь за Родину, кто-то за семью, кто-то за друзей, кто-то за идею, а кто-то за свои цели. Думаю. Жить бы было проще, будь у них всех такой же темперамент, как у мужчин Нара. Но и к этой жиже на хромой кобыле не подъедешь. Все снова упирается к Сакумо. Дальнейшее планировать было бы глупо, пока я не продвинусь по Хатаке.