Глава 16. Психоматрица

Драко направился в библиотеку, с упрямой решимостью завести интрижку с третьей по счету ведьмой в этом году. По крайней мере, на этот раз не будет ни глупых оплошностей, ни бешеных низзлов. Видите, Министерство, я обучаемый. Изобель МакДугал сидела за своим обычным столом с подругой, обе что-то усердно строчили на пергаментах. Драко замер у раздела, посвященного магическому поведению, чтобы внимательно ее рассмотреть. Сегодня ее светлые волосы были собраны в пучок, а очки, казалось, вот-вот слетят с носа. Если повезет, она будет... — Пожиратель смерти! — прошипел чей-то голос. Драко с трудом удержал невозмутимое выражение лица. Его взгляд метнулся к двум бледным мордашкам, выглядывающим из-за полки. Второкурсники, не старше. Он коснулся палочки в кармане, пытаясь наложить невербальное жалящее проклятие, но вместо этого на лицах мальчишек неожиданно появились клоунские носы. Они снова скрылись за полкой, и Драко услышал топот убегающих детей. Он обернулся и увидел мадам Пинс, стоящую в пяти шагах от него. Крепко сбитая библиотекарша все больше походила на свои любимые книги: пергаментная кожа, чернильно-черные волосы. На ней была гладкая коричневая мантия, щедро расшитая золотыми нитями. — Мистер Малфой, — сухо произнесла она. — Мадам Пинс, — Драко все еще держал руку на палочке в кармане, и книга выдвинулась с полки, слегка толкнув его в плечо. — Я просто ищу информацию, — мягко сказал он. — Работаю над собой. Драко вытащил книгу и приподнял ее. Чтение книг по саморазвитию было частью ЛОХ (Личностной Оптимизации Характера) — обязательной программы в рамках его испытательного срока. По его мнению, это была совершенно бессмысленная трата времени. Он уже был лучшей версией себя — в этом году он не намеревался никого убивать и не применял Круциатус, не так ли? Не его вина, что его лучшая версия себя была не слишком хороша. Мадам Пинс сузила глаза, но ничего не сказала, лишь удалилась в раздел астрономии с какой-то странной усмешкой на губах. Испытав облегчение, Драко направился к своей цели, которая теперь сидела одна в окружении стопки книг. — Добрый вечер, мисс МакДугал, — сказал он, подходя к ее столу. Он старался не выглядеть угрожающе, но когда ты высокий и одет во все черное, это не так просто. МакДугал подпрыгнула на стуле и стиснула перо в руке. Неужели она действительно не заметила его? — У тебя чернила потекли, — сказал Драко. Рейвенкловка выронила перо, затем достала носовой платок, чтобы вытереть руку. — С-спасибо. Теперь она смотрела на Драко — точнее, на книгу в его руке. Которая, как он осознал только сейчас, имела броское название: «Слёз поток — и сон глубок: Техники самопомощи при душевных ранах». Драко готов был провалиться сквозь каменный пол. А еще лучше — поджечь книгу Инсендио, стереть память рейвенкловке Обливиэйтом, а потом провалиться сквозь каменный пол. Но этот план был нежизнеспособным, поэтому Драко просто замер, нависая над девушкой и стараясь не сверлить ее взглядом. — Я могу вам помочь, мистер Малфой? — тихо спросила она. — Да, — ответил Драко. — Моя таблица психоматрицы… не сходится. — Ч-что с ней не так? — Число Сердечного Желания, — Драко постарался вложить в голос озабоченность, хотя ничего тупее в жизни не слышал. Он до сих пор не мог поверить в то, что эту чушь включили в программу ЖАБА по нумерологии. Профессор Вектор твердила, что преподает психоматрицу «исключительно в академических целях», но Драко не мог не заметить блеск в ее глазах, когда она разглагольствовала о «расчетах душевных стремлений». — И что же там говорится? — МакДугал выглядела удивленной тем фактом, что ей приходится обсуждать сердечные желания Пожирателя смерти. Драко сунул идиотскую книгу на полку за спиной и расстегнул портфель, надеясь, что рейвенкловка оценит тисненую черную кожу и пряжки из палладия. Но та лишь вжалась в спинку стула, словно ждала, что из сумки выпадет проклятый артефакт или отрубленная голова. Стиснув зубы, Драко достал свиток и развернул его на столе. Если повезет, она заметит, как он напортачил с гласными. Она заметила. — Ой-ой, — протянула ведьма. Драко уселся напротив без приглашения, но она не возразила и даже не подняла глаз. Отлично. — Вычисления гласных могут быть сложными, — пальчик рейвенкловки скользнул по его криво расставленным десятичным разделителям. — Но это не оправдание для игнорирования дополнительных расчетов для звука Й в «Малфой». Драко изобразил покаянное выражение лица: — Я думал, это гласный. — Только если он звучит в составе гласной буквы. Вот, например, Яксли — две гласные буквы, а не три. Она вдруг моргнула, и Драко застыл. Блядь. Корбан Яксли — один из самых кровожадных Пожирателей смерти, ныне гниющий в Азкабане. Пока шли суды, «Пророк» с упоением расписывал его зверства. И теперь, помимо прочих заслуг, у Корбана оказалось идеальное с нумерологической точки зрения имя, чтобы проиллюстрировать ее слова. Ебаные гласные. Драко посмотрел на МакДугал — та уставилась в ответ, ее карие глаза расширились, а имя Яксли все еще висело в воздухе, словно гнилостный запах. И что теперь? — Направь меня, — тихо произнес он, звуча более потерянным, чем хотелось бы. Его голос... дрожал. Эта была плохая идея. Сцена в классе С еще не выветрилась из памяти, и он явно был не в той форме, чтобы очаровывать женщин сегодня. К счастью, МакДугал восприняла вопрос буквально. (Не то чтобы рейвенкловцы славились своей чуткостью). — Вам нужно пересчитать производные гласных, мистер Малфой, — с воодушевлением сказала она. — Смотрите. — Она начала вносить пометки в его пергамент, позволяя призраку Яксли медленно раствориться. — Магическая психоматрица — наука тонкая. Ваши расчеты дали Число Душевного Стремления 8: амбициозность, склонность злоупотреблять властью и положением для причинения вреда. — Быть того не может, — сказал Драко. МакДугал снова моргнула, и он ответил ей легкой улыбкой. Она робко улыбнулась в ответ. Затем она вновь склонилась над его пергаментом и приступила к вычислениям, от ее пера разлетались брызги чернил. — Вы не только неправильно интерпретировали букву Й, но и проигнорировали позицию гласных в вашем имени, а ведь они указывают на ваши самые сокровенные желания. Драко невольно поднял брови при этих словах, и МакДугал залилась румянцем. — Ну и какое же у меня число? — спросил он. Только бы не дурацкая тройка. И уж тем более не жалкая шестерка. У Малфоев все же были стандарты. — Это… Внезапно все нерасставленные книги взмыли со столов студентов и поплыли к своим полкам. Библиотека закрывалась. — Ой-ой, — растерянно пробормотала МакДугал. Она вскочила на ноги и начала собирать свои книги, бросив полный сожаления взгляд на свиток по астрономии, который улетел прочь. МакДугал попыталась закинуть тяжелую сумку на плечо, но Драко вытянул руку и перехватил ее. — Я провожу тебя, — сказал он. — Ты так и не назвала мое Число Сердечного Желания. — Это… Но Драко уже шагал к выходу, зная, что ей придется пойти за ним. Так и вышло — Изобель покорно поплелась за ним в коридор. — М-мистер Малфой, вам не нужно провожать меня. Ваше число двойка. — И что это значит? — спросил он, хотя прекрасно знал ответ. — Моя сумка, — вдруг четко произнесла девушка, опомнившись. Видимо, в библиотеке она всегда впадала в подобие транса. — Вы знаете теперь свое число. Можете идти. Драко состроил обиженное выражение лица: — Конечно. — Он протянул ей сумку. — Прости. Его мгновенное извинение явно застало рейвенкловку врасплох. Хм, многообещающая тактика. Извиняться было просто, если на самом деле не испытываешь ни капли раскаяния. Совсем иное дело, когда слова шли из сердца — тогда грудь сжимало, а горло перехватывало, не давая вымолвить ни звука... — Двойка означает стремление к миру, гармонии и балансу, — продолжила МакДугал. — Вы — человек непоколебимой преданности. Слизеринская выучка Драко сработала на удивление четко, иначе он бы попросту открыл рот от удивления. Мерлин, ну и бред же эта магическая психоматрица! — Вы сами верите в это, мисс Макдугал? — спросил он. — Это действительно неожиданно, — призналась она. — Но числа не лгут. — Признаю, в моей жизни мало было места миру, гармонии или балансу, — скорбно произнес Драко. Он нарочно не сделал шаг вперед ближе к ней. Он был просто парнем в коридоре. Нечего бояться. Но МакДугал, судя по всему, не оценила его стараний. Она переступила с ноги на ногу, готовая в любой момент рвануть прочь. — А у тебя какое число? — спросил Драко. — С-семерка. — А, искательница истины. — Драко попытался улыбнуться. — Тебе ведь хочется узнать, не так ли... Изобель? Каково это? — Он снова вернулся к своей фирменной фразе. Ее глаза сузились: — Что именно «каково»? Драко моргнул. — Э-э… — Думай! Но рейвенкловка уже уперла руки в боки и пристально смотрела на него, парализуя его разум. — Я… э-э… Провал. Девушка фыркнула и развернулась к выходу. — Скоро отбой, — сказала она. — Спокойной ночи, мистер Малфой. Он наблюдал, как она удаляется, задрав нос, и почувствовал знакомый прилив досады и возбуждения. Она фыркнула на него. Мелькнул образ другой ведьмы — той, что раз за разом отвергала его. Драко усилием воли выбросил эти мысли из головы. Приятная болтовня о его «сердечных желаниях». Это хорошо, сказал он себе. Это прогресс. Драко развернулся, направляясь в подземелья и планируя свой следующий ход. Завтра — презентация того жалкого горшка с пыльным ростком. Идеально.

***

Драко сидел на кровати, полуобнаженный, в очках, со «Справочником Брунгильды по уходу за магическими растениями» на коленях, когда знакомая белая вспышка и глухой удар о матрас возвестили о появлении Грейнджер. — Не смогла удержаться, да? — протянул он, не отрывая глаз от таблицы с данными о цветущих растениях умеренных широт. — Я не понимаю, — Грейнджер звучала растерянно. Она стояла на коленях на покрывале, в пушистом красном халате, с огромным белым полотенцем, обернутым вокруг головы. Драко поднял бровь, в этот раз стараясь не спешить с выводами. — Ты осознаешь, что сейчас для тебя ложиться в свою кровать — все равно что ложиться в мою? — Но я и не была в своей кровати! — выпалила она, и халат слегка разошелся. Воротник предательски сполз, заставив Драко задуматься, есть ли что-то на ней под халатом. — Не рассказывай мне сказки, — сказал он, перелистнув страницу. — Ты такая влажная. — Я была даже не в спальне! — Грейнджер звучала так, словно была на грани истерики. — Я была в ванной старост! И вдруг… моя палочка! — Она начала шарить глазами по постели, одной рукой придерживая полотенце, другой — халат. Драко отложил справочник, пытаясь разглядеть при тусклом свете свечи, была ли она обнажена под халатом. Она принялась раскидывать подушки, нервничая, а у него закружилась голова от цветочного аромата ее шампуня или мыла. Полотенце соскользнуло, открывая влажные, завивающиеся локоны. Драко пялился на нее, когда она повернулась к нему с обвинением во взгляде, будто это он украл ее сраную палочку. Вода поблескивала на ее лбу и щеках, и капли стекали по шее к ее... — Малфой! — взорвалась она. — Обрати на меня внимание! — Я весь внимание, — сказал он, отбрасывая справочник. Он был полностью сосредоточен на этой влажной, сладко пахнущей женщине перед ним. Она излучала тепло, очевидно, после горячей ванны, а халат сполз, обнажив бедро. Она совсем не походила на ту злую, чопорную ведьму из класса С, и Драко ощутил, как узел где-то в груди ослаб. Она была здесь. Не с этим своим пафосным паффом. — Ты всецело завладела моим вниманием, Грейнджер, — мягко произнес он. — Ты хоть представляешь, как сейчас выглядишь?