Глава 29. Вечеринка. Часть третья

Драко стоял один в лаборатории библиотеки Рейвенкло, хмуро глядя вслед Грейнджер и Лавгуд. Малфоев не отсылают прочь. Им не приказывают. У него возник соблазн проигнорировать приказ Грейнджер найти Теннанта и вернуться в спальню. Эта ведьма появится в его постели через сорок минут, и он заставит ее понять, заставит... — Драко? — Изобель стояла перед ним, щурясь в очках, которые снова надела. — Что? — набросился на нее он, и она вздрогнула. Драко вздохнул — она-то тут ни при чем, а орать на рейвенкловку — верный способ оказаться вышвырнутым с вечеринки. — Что такое, Изобель? — спросил он мягче. Изобель опустила взгляд на прозрачный рукав своего черного платья, под которым Драко заметил контур маленького клочка пергамента. Салазар, что на этот раз? — Драко... — ведьма глубоко вдохнула и начала снова. — Драко, мне очень понравилось общаться с тобой, и я рада видеть, что ты не воплощение зла. Драко нахмурился. — К тому же, ты можешь быть довольно обаятельным, — застенчиво продолжила Изобель. — Хотя меня удивляет, что ты настолько безнадежен в учебе. Но я уверена, у тебя все получится, если приложить усилия, — поспешно добавила она, опасаясь, что обидела его. Однако Драко лишь покорно кивнул, и она продолжила. — Я считаю, что сложившиеся обстоятельства требуют... требуют... ох, прошу прощения. Рейвенкловка взглянула на рукав, читая текст через ткань, и кивнула. Драко едва не застонал — похоже, Изобель подготовила целую речь. Чертовы рейвенкловцы. — Ах, да, — девушка продолжила более уверенно, — обстоятельства требуют более обдуманного подхода к... — Она снова заглянула в шпаргалку. — Изобель, ради Салазара, просто прочитай, что хотела сказать, — Драко бросил взгляд на дверь, ведущую вглубь библиотеки. — О, спасибо. — Ведьма с облегчением вынула из рукава пергамент. — Драко, мне было приятно познакомиться с тобой поближе, и я рада, что слухи о твоих злодеяниях и развращенности оказались... несколько преувеличенными. — Всего лишь несколько? — лениво протянул Драко. Изобель проигнорировала его, упорно продолжая читать. — Я также благодарна, что ты обратился именно ко мне за помощью в учебе, в которой так отчаянно нуждаешься. Разбираться с твоими... примитивными проблемами оказалось весьма приятно. — Изобель, — прорычал Драко. — Однако, по моему собственному мнению и после консультаций с другими, я считаю, что романтические отношения с тобой, несмотря на заманчивость перспективы и твой соблазнительный образ плохого мальчика, который отчаянно жаждет быть перевоспитанным хорошей девочкой... Драко уставился на нее, от возмущения не в состоянии вымолвить ни слова. — ... И хотя это, несомненно, пошло бы тебе на пользу, учитывая твои сложности с возвращением в приличное общество, не говоря уже о прискорбном отсутствии академических или социальных талантов... Изобель опустила пергамент. — Честно говоря, Драко, — сказала она, — сложно поверить, что ты сам починил тот Исчезательный шкаф и впустил всех этих Пожирателей смерти в школу. Наверняка тебе кто-то помогал. — Никто мне не помогал, — выпалил он. — Эти Исчезательные заклятия довольно капризные, если произнесенное тобой заклинание или движения палочкой не идеально точны, это может вызвать непредвиденные эффекты или откаты... — Я знаю, — сквозь стиснутые зубы процедил Драко. — Ты закончила? — Почти. — Очки Изобель сползли на кончик носа, когда она вновь посмотрела на пергамент. — Как я уже говорила, маловероятно, что такие отношения поспособствуют достижению моих собственных целей, и мое время лучше посвятить более стабильному — пусть и менее харизматичному — романтическому партнеру. Она бросила на него странный взгляд, почти с сожалением, затем продолжила: — В заключение хочу подчеркнуть, что попытки держать тебя в узде окажутся утомительным занятием с непредсказуемым результатом, и с этой задачей лучше справится более строгая и властная ведьма. Изобель сложила пергамент и спрятала его в рукав. Затем снова прищурилась, глядя на Драко. — Ты не рассматривал возможные варианты среди гриффиндорок? — Нет, — солгал Драко. — Гриффиндорки обожают безнадежные случаи и... — Благодарю за ценные советы, — ледяным тоном произнес Драко. — Я не хотела... — Изобель запнулась, выглядя расстроенной. — Я просто пыталась... — Знаю, — сказал Драко. — Спасибо, Изобель. Он легонько коснулся ее руки. Драко сам не понимал, за что благодарит — время, проведенное вместе, не приблизило его ни на шаг к его целям — но Изобель, кажется, успокоилась и подняла голову с надеждой во взгляде. Драко моргнул. Она ведь не ждет, что он ее поцелует? При всех? После того, как она так прямолинейно и нелепо завершила их... что бы это ни было? Сбитый с толку, Драко одарил ее неопределенным кивком, который можно было трактовать как угодно, и отступил назад, испытывая неловкость, но вместе с тем невероятное облегчение. Он направился в кабинет трансфигурации, но Теннанта уже не было в кресле, в которое его отшвырнула Грейнджер. Неужели волшебник сумел проскользнуть мимо, пока Драко слушал речь Изобель? Он обошел комнату, отодвигая занавеси и гобелены, открывая уютные уголки для чтения — большинство из них были заняты парочками. Перед ним оказался длинный узкий гобелен, изображавший Чародейку Мелисанду, подносящую мужу вино из Рокового Кубка. Лицо Мелисанды было искажено яростью, но ее супруг, казалось, с радостью принимал напиток. Наверное, к тому моменту он уже жаждал смерти. Драко отодвинул гобелен и обнаружил, что узкий проем ведет в самый просторный уголок для чтения из всех. Там стоял небольшой диван, на котором сидел Теннант — все еще в облике Финч-Флетчли. По обе стороны от него расположились две ведьмы, нежно поглаживая его по голове. — Это просто ужасно, Джастин, что на тебя вот так наложили проклятие, — проворковала брюнетка. — А ты всего лишь пытался защитить Грейнджер от этого ужасного... Малфоя! Обе девушки пискнули и прильнули к Теннанту. Драко закатил глаза. Теннант подмигнул Драко и притянул их еще ближе. — Не смей его проклинать! — воскликнула другая девушка. — Да, пожалуйста, не причиняйте мне вреда, мистер Малфой, — сказал Теннант. Драко замер, не зная, как поступить. А что сделала бы Грейнджер? — прошептал в его голове тихий голос разума, который он слышал нечасто. Напряжение в теле начало спадать. Коснувшись палочки в кармане, он едва слышно пробормотал заклинание. — Джастин, что происходит с твоими волосами? — обеспокоенно спросила темноволосая ведьма. — В них появились светлые пряди, — сказала другая. — Мне больше нравилось, когда они темные. Глаза Теннанта округлились, и он мгновенно высвободился из девичьих объятий. — Мне пора, милашки, — сказал он, поднимаясь. — Я что-то неважно себя чувствую. Шлепнув ближайшую ведьму по заднице, он направился к выходу из алькова. Драко отступил, давая Теннанту протиснуться — что было возможно лишь благодаря худощавой фигуре Финч-Флетчли. Девушки последовали за ним, но Драко не отставал от Теннанта ни на шаг. Пока они проходили через зал Магических существ, он прошептал еще одно заклинание, применив Энгоргио к левой руке Теннанта — тот ускорил шаг. Теннант выскочил в проход за портретом, и Драко бросился за ним, но был остановлен Джинни Уизли, которая преградила ему путь к винтовой лестнице башни Рейвенкло. Драко непроизвольно моргнул. Сегодня Уизлетта надела юбку и вязаный джемпер, который выглядел кошмарно в сочетании с ее заплетенными в косу волосами. Гигантская золотая буква G на джемпере мерцала в свете ламп. — Малфой! — крикнула Уизли, и он едва не застонал. Чудесно, рыжеволосая ведьма решила, что он пялится на ее грудь. Отличный способ заполучить репутацию хуже, чем у Теннанта, идиот. — Уйди с дороги, — резко сказал Драко. — Пытаешься прорваться на вечеринку, а? — Уизли достала палочку. — Убирайся, и чтобы я тебя здесь больше не видела. — Я и пытаюсь уйти с вечеринки, ты, психопатка... — Где Роули? Уверена, он тоже пробрался сюда. Салазар, у этой ведьмы пугающе хорошая интуиция. — Вы вдвоем что-то натворили, а теперь пытаетесь сбежать, — прошипела рыжеволосая ведьма. — Что вы сделали? — Я ничего не сделал, — сказал Драко, стараясь не начать ерзать. Он подумал, что можно просто отодвинуть Уизли в сторону, но она была высокой для девушки и держала палочку наготове, а нападение на героиню войны — верный путь обратно в Азкабан. Глаза Уизли сузились. — Легилименс! Застигнутый врасплох, Драко поднял свои щиты на мгновение позже, чем нужно, и перед его мысленным взором вспыхнул образ: Гермиона кружится в его объятиях, улыбается, а ее локоны игриво подпрыгивают вокруг лица. «У тебя есть будущее…» Уизли отшатнулась, широко раскрыв глаза: — Гермиона?! Драко воспользовался ее замешательством, резко рванул вперед и оттолкнул гриффиндорку, одновременно бросив за спину щитовые чары. Он совсем не горел желанием испытать на себе ее знаменитый Летучемышиный сглаз. Он бросился вниз по винтовой лестнице башни, на каждом пролете заглядывая в коридоры. Теннант наверняка спрятал где-то одежду — после трансформации форма Финч-Флетчли ему уже не подошла бы. Разве что он сразу направился... В нашу спальню. Драко достал часы: 21:50. Драко громко выругался, заставив нескольких студентов на лестнице шарахнуться в сторону. Он вспомнил, что задернул полог кровати, но не наложил защитные чары — вспышка белого света может быть заметной, не говоря уже о том, что Теннант мог услышать, как Грейнджер появится. Мерлин, это катастрофа. Гермиона даже не подозревает об опасности. Она может остаться один на один с Теннантом — и это будет полностью виной Драко.