Глава 3

Солнце заливало ярким светом снег вокруг крепости, и она стояла неподвижной темной громадой, обдуваемая ветрами. Скайхолд встретил их знакомым полуденным оживлением. В Убежище Адаар никак не мог почувствовать себя своим, на своем месте: перед входом в дом ему приходилось нагибаться, чтобы не задеть рогами раму двери, на него смотрели с опаской, с подозрением — как обычно смотрели на рогатого коссита. Он давно покинул семью. А Вало-Кас никогда не останавливались в одном месте так надолго. Крепость Скайхолд стала первым местом, которое Адаар мог бы назвать домом после родительского пристанища. За время его отсутствия ничего не изменилось. Запах — опилки, талый снег, грязь, лекарства, эльфийский корень — и звук — молотки, лязг доспехов, оживленные разговоры — остались прежними. Но все это обрушилось на Адаара внезапно, стоило только пересечь мост. Он спешился, сказал подбежавшему конюшему: «Я сам», — и взял утомившуюся Пятнашку под уздцы. Сэра сползла с бока своей лошадки с явным облегчением, отошла на несколько шагов, шумно выдохнула. — Я все, это было круто, рогач, но мне надо выпить. Бык, спрыгнувший на землю, подмигнул ей: — Присоединяйся к нам, если захочешь. — Снова будете свои песни стремные орать, да? — с подозрением спросила Сэра. Бык широко улыбнулся: — А как же иначе. Ты тоже приходи, как будет время, Босс. Адаар кивнул. Солас просто попрощался и ушел, Бык и Сэра, переговариваясь, направились в таверну, Адаар с конюшим и четырьмя уставшими лошадьми остались одни. — Деннет уже прибыл? — спросил Адаар. — Да, милорд. Сразу взялся за все тут, сразу видно — человек любит свое дело, — конюший улыбнулся. Около стойл их встретил сам объездчик Деннет. — Приветствую, Инквизитор. Адаар кивнул, и Деннет подошел ближе, внимательнее рассматривая Пятнашку. — Ах, какая славная! И покладистая, как я погляжу, — он забрал у Адаара узду. — Слышал, морозногорские никогда такими покладистыми не бывают. — Устала просто, — сказал Адаар, ласково проводя по лошадиной шее. — Отдохнет — заупрямится. Деннет понятливо усмехнулся. — Хочу поменять ее на Асаараша. — Будет. — Как конюшни? — Дивно хороши! Каких только чудес я тут не насмотрелся! Инквизиция богата разными коняшками. И сразу видно, какие из них — лично инквизиторские. — По чему видно? — спросил Адаар с интересом. Помог расседлать Пятнашку. — Ухоженные такие, с именами. Вижу, как вы их любите. Адаар промолчал. Помочь им вышел Блэкволл. Оставив остальных лошадей заботам Деннета, Блэкволла и конюшего, Адаар вышел и, вспомнив о письме Лелианы, направился к Кассандре. Обычно она тренировалась в одиночестве у северо-западной крепостной башни, около кузницы, и в этот раз Адаар нашел ее там же. Иногда он присоединялся к ней — биться с Кассандрой было намного лучше, чем нарушать тренировки людей Каллена. Она не замечала его, пока он не подошел близко, но сразу узнала, убрала меч в ножны и сняла с руки щит. — О, ты наконец вернулся. Рада видеть, что ты все еще цел, — она скупо улыбнулась. Посмотрела прямо и строго. Было в ней что-то, остро напоминающее Шокракар. Адаар улыбнулся ей в ответ. — Едва ли медведи могли стать большой угрозой. — Медведи? — Да. В том числе. — Кажется, путешествие выдалось... разнообразным, — заметила Кассандра, и Адаар кивнул. Какое хорошее слово, точное. — Я еще ни с кем не виделся, — сказал Адаар. — Хотел сначала спросить у тебя. Что нового? Чего ждать? Лицо у Кассандры как-то неуловимо смягчилось. Наверное, она тоже находила смешным его привычку первым делом оглядываться на нее. А может, ей нравилось. Шокракар как-то сказала: «Повзрослей уже, ты не утенок, чтобы таскаться за мной по пятам. Пока не повзрослеешь — не дам тебе отряд, будешь только котлы драить и бинты стирать». Адаар повзрослел. Кассандра сложила руки вместе и заговорила: — Мы с Калленом собрали всю информацию, что у нас есть про Каэр Осуин, нужно решить этот вопрос как можно скорее. Орден Искателей всегда славился своими духовными устоями, и те беспорядки, что происходят в нем сейчас, не могут не натолкнуть меня на самые худшие ожидания. Безусловно, орден мог бы стать нам достойным союзником. К тому же я и сама не могу оставить это просто так. Мы готовы отправиться в путь, как только ты решишь, все карты на руках у Каллена. — Лелиана упоминала, что он нездоров. — Он, — Кассандра замялась, — беспокоит меня. Ты же знаешь о его особых обстоятельствах? Адаар кивнул, Кассандра вздохнула. — Это непросто для него, и, смею предположить, он слишком сильно концентрируется на самой проблеме, — она поджала губы. — Его нужно отвлечь. Каллен хорошо справляется со своей работой, и работа — то, что хорошо его занимает. Поговори с ним, сам все увидишь. Адаар нахмурился. — Лириум заставляет его слишком остро чувствовать. Кассандра неловко усмехнулась: — Я полагала это природной особенностью его натуры. Ветер шелестел в кронах деревьев, Кассандра смахнула челку со лба. — Я думаю отправить его в Эмприз-дю-Лион, — сказал Адаар. — Там нас ждет крепость Суледин. Хорошая битва — это не бесконечное бумагомарание. Ему поможет. — А ведь иногда я начинаю верить, что в тебе появляется больше чуткости, — Кассандра присела на деревянный спил в тени крепостной стены. — Битва не может решить все проблемы, Инквизитор. — Я знаю, — возразил Адаар. — Я умею решать разные проблемы, и ты знаешь, что я это умею. Но хорошее сражение — это то, что помогает всегда, когда проблема — это ты сам. Подумав, Адаар добавил наверняка: — Самое верное решение. Кассандра покачала головой, упираясь локтями в колени. — Что ж, в любом случае, поговори с ним. Нас ко всему прочему ждет бал в Зимнем дворце, — она поморщилась. — Вот уж чему бы я предпочла битву. — Жозефина бы сказала, что нас ждет политическая битва, — заметил Адаар с ухмылкой, и Кассандра цокнула языком. — Вот только не надо делать вид, что тебе они нравятся! Ладно. Каллен нам нужен на балу. Лелиана и леди Монтилье — тоже. Думаю, кому-то придется остаться, хотя этикет предполагает, что милорд Инквизитор возьмет собой все свое ближайшее окружение. — Я что, по их мнению, должен прибыть туда со свитой? — удивился Адаар, потерев шею. — Да, — отрезала Кассандра. — Но этого не будет, так что хорошенько подумай, кого ты с собой возьмешь на эту битву. Адаар медленно кивнул. Они помолчали, погрузившись в невеселые раздумья о предстоящем событии. Балы, политика, сложная риторика были для него темными дебрями, даже хуже, чем дебри, потому что где только Вало-Кас не приходилось выживать — через что они только не пробирались. Но балы, условности, императрица Селина. Адаару приходилось и раньше решать проблемы высоких господ, но иначе, надежнее, чаще всего — одним точным ударом. Единственным доступным в Зимнем дворце оружием станут слова. И как же плохо он с ними обращался. Адаар напомнил себе: это — тоже неизбежная часть его нынешней жизни. — Кстати, — начала вдруг Кассандра, — за время твоего отсутствия у нас случилось что-то с поставщиками картофеля. Если тебе интересно, спроси интенданта. Говорили, забавная история. — Чем интенданта Тренн не устроили поставщики картошки? — Иди и у... Погоди, — Кассандра вгляделась в него пристальнее и сказала: — Тренн больше не интендант. — Почему? Кассандра смерила его взглядом и кривовато улыбнулась: — Хочешь сказать, ты ни разу к интенданту не заглянул, пока мы в Скайхолде? — Да как-то не к спеху было, — растерялся Адаар. — Всемилостивый Создатель! — Да я даже не знаю, где его найти, — ответил Адаар, чувствуя, что пытается оправдаться. Кассандра коротко хмыкнула. — Да вот же! — Она ткнула пальцем в сторону деревянной двери в паре шагах от них, прямо напротив таверны. Несмотря на серьезный тон, лицо ее было скорее веселым, чем злым, так что Адаар пожал плечами и направился в указанную сторону. Дверь была не заперта, и Адаар вошел без стука. Комнатку заливал теплый желтый свет факелов. У стены стояло несколько столов, на один из них опирался человек. На протяжный скрип петель он вскинул голову: — Наконец, я же сказал пошевеливаться, это!.. — он осекся, когда разглядел Адаара, и побледнел. — Ох, это вы. То есть: приветствую, Ваша милость! Я — интендант, Моррис. Сэр Моррис, я полагаю. Дела идут хорошо: много новых людей, торговля движется, никаких чрезвычайных ситуаций не возникало, милорд. Интендант Моррис выглядел взволнованным, суетливо переступал с ноги на ногу, кусал губы. Насколько Адаар мог себе представить особенности задач интенданта такой огромной крепости, как Скайхолд, излишняя впечатлительность тут точно была не в чести. — А интендант Тренн, — спросил Адаар, — где она? — Она, — Моррис закашлялся, — у нее, так сказать... были — и есть, конечно же, как я понимаю, — определенные взгляды, которые ваши подчиненные, как я смею предполагать, нашли не вполне соответствующими, милорд, так что... Так что она, безусловно, все еще служит в Инквизиции, просто, если позволите заметить, не на первых ролях. Милорд. Адаар оглядел нового интенданта с головы до ног еще раз. Моррис скрестил руки на груди, плечи у него напряглись, он неровно сглатывал и слишком очевидно нервничал. Адаар не имел ни малейшего представления, что это вообще за человек, поэтому он спросил: — А вы подходите на это место? — Увидев, как Моррис побледнел еще сильнее, Адаар пояснил на всякий случай: — Оно важное. — У моей семьи довольно обширные связи по всему Тедасу. Мои родственники занимают важные посты в Орлее и Ферелдене. Это был не тот ответ, который Адаар хотел услышать, поэтому он уточнил, чуть раздраженно: — Ладно. А что вы умеете? — У моей семьи несколько торговых договоров с богатыми домами Тевинтера и с Орзаммаром. Моррис нервничал, голос у него дрожал. Это должно было куда-то привести, и Адаар надавил: — А что вы умеете? — Я, с вашего позволения, милорд, буквально средоточие всех этих торговых путей! И я собираюсь наладить самую широкую сеть ресурсов по эту сторону Недремлющего моря, по меньшей мере. И это, чтобы вы понимали, совсем не так просто. Но! Но — я сумею справиться с этой задачей. Скайхолд не будет знать нужды ни в чем, это я вам обещаю, милорд! В конце речи его голос сорвался. Адаар подумал, что на место интенданта Скайхолда человека выбирал либо Каллен, либо Лелиана, либо Жозефина. Учитывая «обширные торговые связи», вряд ли Каллен, но это было не важно: мнению всех троих Адаар вполне мог довериться. — И как все идет? — спросил он. — Людей становится все больше, так что наши требования к поставщикам растут. Пришлось кое-что поменять, надавить тут и там. Это было... Что ж, это было увлекательно! Его слова напомнили Адаару о том, с чего все началось. — А что там с поставщиком картофеля? — поинтересовался он. Моррис замялся на мгновение, но серьезно ответил: — Он отказался сотрудничать с нами по астрологическим причинам. Адаару показалось, что он неправильно расслышал. — Что? — переспросил он, напрягая слух. Моррис прокашлялся и пояснил: — Наш поставщик — теперь бывший поставщик, разумеется, — сообщил, что Мореплаватель в этом месяце не благоволит торговым сделкам на западе. Я счел за лучшее не настаивать. Адаар подавил удивленный вздох и осторожно кивнул. — Что ж, — сказал он, переживая короткое потрясение. — Продолжайте работу. — Рад служить вам, Инквизитор. Адаар вышел. Дела ждали его в главном зале, в ставке командования, нужно было непременно подняться к Лелиане. Нужно было сходить в библиотеку к Дориану. Адаар повертел головой, размял шею. Косая остроугольная тень уже наползала на каменную стену таверны и белую скамейку возле нее. Двое солдат на арене устроили тренировочный бой, еще несколько ждали за ограждением, усевшись на мешки и бочки, кто-то полировал оружие. Металлический лязг вразнобой наполнял воздух, заглушая голоса. Адаар прошел мимо, намереваясь подняться по ступеням в главный, тронный зал, когда вдруг увидел разведчицу Хардинг, внимательно наблюдавшую за ареной. Он подошел к ней. — Привет, — весело поздоровалась она. — Мне казалось, ты занимаешься разведкой? — Не думала, что мы пересечемся здесь. Мы ненадолго: пополнить запасы, сменить состав. Но не меня, я незаменима, — она легко рассмеялась, и Адаар улыбнулся ей. — Давно ты в Скайхолде? — Несколько дней. — А мы только вернулись. Что здесь нового? — Много всего, — Хардинг пожала плечами. — Варрик приходил поболтать, рассказывал истории про Хоука и Киркволл. Он очень ждал вашего возвращения, кстати. Наверное, что-то срочное. А еще леди посол Монтилье прислала мне корзину цветов в благодарность за работу. Она такая милая. — Так и есть, — согласился Адаар и почувствовал, как захотелось улыбнуться шире. — Очень милая. — А еще я недавно видела Дориана. Он все-таки ужасно симпатичный, — в ее голосе появилось что-то странное: опасение и мечтательность одновременно. Адаар напряженно выдохнул. Подумал: «Мне надо поговорить с ним», — и обернулся на возвышающуюся громаду Скайхолда. — Тогда увидимся. — Обязательно, — улыбнулась Хардинг, и Адаар, помедлив, вошел в «Приют Вестника». Пока он здесь, можно было проверить Быка и Сэру. И, может, выпить что-нибудь после долгой дороги. Было еще слишком рано для громких праздников и попоек, и в таверне стоял приглушенный гул голосов, отчетливо звучало каждое слово песен Мариден. В нос ударил запах темного эля, прожаренного мяса, влажного дерева, горящего масла. На третьем шагу пол знакомо скрипнул под его весом. Народу было мало. Мариден приветливо ему улыбнулась, Крэм отсалютовал бутылкой. Адаар кивнул ему и прошел к стойке. Кабо поднял голову, дернул ртом — вроде как тоже знак приветствия. — Инквизитор, — сказал он, откладывая полотенце в сторону, — рановато сегодня. — Недавно вернулись, — ответил Адаар, облокачиваясь на стойку. — А, с дороги. Чего налить? — Пока ничего, — Адаар покачал головой. — Что нового? — Да как сказать, — Кабо почесал щеку. — На днях какие-то отбросы разворотили мне стол на втором этаже, так мы с Крэмом их вышвырнули взашей, чтобы неповадно было. Картошка кончается — Моррис мне говорит, мол, вертитесь пока так, чтоб его демоны драли!.. Мальчишка ваш, ну тот, который с приветом, прикармливает ворон мне под крышей. Что еще? Да по-всякому. Там, где продается выпивка, нет места скуки, Инквизитор, тут все время что-нибудь да случается. Адаар хмыкнул себе под нос. — Действительно. А что-нибудь особенно интересное? Кабо задумался на мгновение, а потом самодовольно ухмыльнулся: — Тевинтерец проспорил мне три бутылки вина. — Какой тевинтерец? — уточнил Адаар, и Кабо хохотнул. — Точно. Все забываю, что здесь теперь слишком много тевинтерцев развелось... Маг. Дориан. Как он ругался! Но теперь у меня в запасе есть две бутылочки хорошего тевинтерского вина. Одну мы все вместе тут и приговорили. Адаар мимоходом подумал, откуда у Дориана настоящее тевинтерское вино здесь, в Морозных горах, но отмахнулся от этой мысли — не за этим он пришел в таверну. — Но в основном все спокойно, — продолжил Кабо. — Люди еще не устали обсуждать Адамант. Байки про Стражей теперь пользуются большим спросом. Адаар кивнул и оставил Кабо. Прошел вглубь, пригнулся под лестницей. Бык по обыкновению развалился у самого дальнего окна. — Снова привет, Босс, — разулыбался он, когда увидел Адаара. — Закончил с делами? — Нет, — ответил Адаар, и Бык хмыкнул. — Присоединяйся к нам, если дела терпят. Выпьем. Давно хочу познакомить тебя с моими ребятами. Это было неплохое предложение, хорошее, от такого не стоило отказываться. На мгновение Адаар пожалел, что не может в ответ познакомить Быка с его, Адаара, ребятами из Вало-Кас. — Выпьем, — сказал Адаар, и Бык, свистнув, махнул Крэму рукой.