Глава 2. Первое дело Малфоя

Неуверенно ступая, Драко приближался к Аврорату. Впереди виднелась дверь в отдел расследований. Интересно, все уже в курсе, что теперь он — часть их группы? Гарри рассказал им? Как они отреагируют? Плевать как они отреагируют. Его не должно волновать чужое мнение. Зарплата. Вот что должно его по-настоящему заботить. Он пришел сюда зарабатывать деньги, чтобы нормально жить, поэтому мнение его новоиспеченных коллег ему не интересно. Малфой тряхнул головой, отгоняя мысли, и толкнул дверь от себя. Дин склонился над столом Гарри, и они что-то бурно обсуждали. Дафна сидела за своим столом, который находился чуть поодаль от остальных, почти в углу, и изучала свои записи. Клайд перезаряжал пистолет. Пистолет? Драко нахмурился. — Всем привет, — наконец произнес он, желая обратить на себя внимание. Дин выпрямился, кивнул и отправился за свой стол. Клайд пробубнил что-то вроде «доброе» и продолжил заниматься пистолетом. Дафна помахала Драко рукой, улыбаясь во все тридцать два. Картера на рабочем месте не оказалось. И замечательно. — Доброе утро, — ответил Гарри. — Готов приступить к работе? — Да, конечно, — кивнул Малфой. — Новое убийство? — Не совсем. Убийство произошло три дня назад. Я хочу, чтобы ты прочитал материалы дела и поделился размышлениями. Твой стол вон там, в углу. Малфой посмотрел в направлении, которое указывал Гарри. Его стол был меньше, чем у остальных. Лакированная деревянная столешница блестела от редких солнечных лучей, падающих из окон. Стол был пуст — на нем стояла лишь одинокая рабочая лампа. Рядом стоял обычный деревянный стул. У Драко сразу же созрел вопрос: — А можно мне другой стул? Гарри в недоумении уставился на Малфоя. Затем посмотрел на стул. — А этот чем тебя не устраивает? — удивился он. — Ненавижу сидеть на жестком, — прошептал Драко, словно это был секрет. Поттер почесал затылок. Слизеринец был почти уверен, что Гарри считает эту просьбу идиотской. — У нас все стулья одинаковые. Извини. Он пожал плечами и положил документы на новое рабочее место Малфоя. Ладно. Придется денек потерпеть. Как только Драко уселся и открыл папку, дверь распахнулась, и в кабинет влетела Гермиона Грейнджер. Драко потерял дар речи. Он уставился на нее. Она что здесь делает? Гриффиндорка нисколько не изменилась. Та же копна каштановых волос, те же серьезные карие глаза и тот же вздернутый нос. Прошло больше трех лет, как он последний раз видел ее, но Гермиона Грейнджер все еще походила на ученицу Хогвартса — хрупкая, молоденькая и с огнем в глазах. Чего нельзя было сказать о самом Драко. Огонь в его глазах давным-давно потух, а нищенская жизнь и год заключения в Азкабане сделали свое дело, и теперь Малфой выглядел на порядок старше — ему легко можно было дать тридцать. Увидев Малфоя, Гермиона остановилась как вкопанная. Драко внимательно наблюдал за ее реакцией. Очевидно, у нее был такой же вопрос. — Гарри, — позвала она, не сводя глаз с Малфоя. — Можно тебя на минутку? Они отошли в дальний угол и стали громко шептаться, но различить слов Драко не смог. Он лишь усмехнулся и принялся читать материалы дела. С Грейнджер он поговорит позже. В деле говорилось об убийстве некоего Боба Хартли. Предположительно, его убила жена — она сама призналась в этом. Умер от огнестрельного ранения в сердце. На теле обнаружены следы борьбы, что говорит о том, что перед смертью он с кем-то дрался. На затылке гематома, а на углу кофейного столика найдены следы крови Хартли, следовательно, перед смертью он упал и ударился. Свидетелей нет, выстрела никто не слышал. Насколько Драко понял, раз жена призналась в убийстве, они и не спешили опровергать эту версию, однако если Гарри отдал ему это дело, значит, он все-таки не уверен. — Почему ты сомневаешься в ее виновности? — прямо спросил он у Гарри, когда тот подошел к нему. — Она выпивает и употребляет, — просто ответил тот. — И в момент убийства была не в себе. Возможно, она просто убедила себя, что убила мужа, будучи под кайфом. Стэн считает, что тут все ясно, но я с ним не согласен. Решил спросить тебя. При упоминании Картера Драко фыркнул. Он с самого начала стал сомневаться в его способностях, когда услышал тот откровенный бред, который Стэнли нес на собрании день назад. — Я хочу съездить на место убийства. А потом я должен поговорить с подозреваемой.

***

Драко расхаживал по дому, внимательно изучая обстановку. Он был похож на туриста в музее, который увлеченно рассматривает каждый экспонат. Малфою не хватало разве что фотоаппарата в руках. Дом Хартли был небольшой, одноэтажный, но не уютный. На камине не было ни ароматической свечи, вазы или статуэтки, какие обычно ставят люди для создания домашней атмосферы. На подоконниках не стояло цветов. Кухонные шкафчики были наполовину пусты. На поверхностях едва заметным слоем осела пыль — этот дом несколько дней стоял без хозяев. — И что ты хочешь здесь найти? — поинтересовался Гарри, наблюдая, как Малфой передвигается по гостиной, заглядывая в каждый угол. — Все, что смогу, — ответил тот. — Здесь неуютно. Они недавно переехали? — Да. Меньше месяца назад приехали из Америки. Видимо, не успели обжиться. Драко кивнул. Учитывая то, что Дженна злоупотребляет алкоголем и наркотиками, у нее явно были дела поважнее, чем семейный быт. Ничего особенного не заметил Малфой в этом полупустом доме, но ему не давал покоя один факт — никто не слышал выстрела. Совсем рядом расположен дом их соседей, которые были дома в момент убийства Хартли, и если они не видели, кто приходил к Бобу в тот день, то они точно должны были слышать выстрел. Но они не слышали. Даже если предположить, что у них громко играла музыка, или они были увлечены друг другом, все равно должны были слышать. — Он был редактором в одной магической газете? Что говорят его коллеги? — Все как один утверждают, что врагов он себе нажить не успел. Очень общительный и приятный человек. Быстро влился в коллектив, — пояснил Гарри. — В коллективе может и не успел. Но откуда им знать о его частной жизни? — задался вопросом Малфой, открывая дверцу платяного шкафа. — Замечание резонное, но что такого он должен был сотворить за этот месяц жизни в Лондоне, что некто решил его убить? — Коллег отметаем. Он был новичком в коллективе и скорее всего пытался понравиться. Обычно дерьмо из людей вылезает позже, чем через месяц знакомства, — констатировал Драко. — Друзей, как я понимаю, он не успел завести. — Остается жена, — вздохнул Гарри. — Остается жена, — задумчиво повторил за ним слизеринец. — Но не могла она, будучи под кайфом, стреляя, попасть прямо в сердце. Выстрел уж очень точный. Это странное совпадение. Наконец Малфой остановился посреди гостиной. Снова осмотрелся вокруг. Пустой камин, злополучный журнальный столик, о который ударился головой Хартли, темно-зеленый диван с несколькими подушками разных цветов. Вот слева лежат бежевая и желтая, справа — только бежевая. Всего три. Странно. — Три подушки. Это странно, да? — озвучил он свою мысль. Драко уставился на диван, склоня голову, пытаясь понять. Что-то здесь было не так. Мысль крутилась перед ним, словно назойливое насекомое, но он никак не мог ее поймать. Гарри подошел и остановился рядом. Оба глазели на диван, не двигаясь. Малфой напряженно думал, а Поттер просто ждал, что коллега озвучит очередную блестящую догадку. — Может, валяется где-то в доме, — предположил Гарри, пожав плечами. Но Малфоя уже осенило. Он выскочил из дома и побежал к мусорным бакам, стоящим в конце улочки. Домов здесь немного, должно быть, мусор вывозят не так часто. Он перегнулся через край одного из баков и стал вынимать мешки, полные мусора. Где-то за спиной ему кричал Гарри, но он не слышал. Следующий бак. Мешок. Еще один. И еще. Гарри приближался, звук его голоса был все слышнее, но Малфой был сосредоточен на другом. Когда очередной мусорный бак опустел, Драко посмотрел на дно и победно улыбнулся. В этот момент подбежал Поттер, чертыхаясь. Он остановился и посмотрел на дно бака. Там лежала недостающая продырявленная желтая подушка. Вся в крови. Драко повернулся к Гарри. — Вот почему никто не слышал выстрела. Его заглушили подушкой. Тот, кто убил, Хартли, был трезв и явно не желал, чтобы у убийства появились свидетели. Его жена здесь ни при чем.

***

— Дженна, это наш консультант Драко Малфой. Он хотел бы поговорить с вами. Девушка лишь кивнула. Она сидела напротив Драко за столом в допросной, сгорбившись и качаясь взад-вперед. Лицо ее ничего не выражало. Только в глазах ее читалась тоска, но по мужу ли она тосковала или по очередной дозе — непонятно. — Здравствуйте, Дженна, — поздоровался Малфой, внимательно изучая подозреваемую. Она снова кивнула и опустила глаза. Драко обернулся на Гарри, стоящего сзади, и тот кивнул, давая разрешение начать. — Чего бы вам больше всего хотелось сейчас, Дженна? Она резко подняла глаза, явно ожидая других вопросов. — Какая разница? Все равно мне придется ближайшие несколько лет гнить в тюрьме. Мои желания уже не имеют значения. — И все же? Дженна вздохнула, отведя глаза, представляя то, чего хотела бы. — Выпить. Я хочу выпить и покурить. Малфой еще в начале встречи заметил уродливые ожоги на ее алых губах. Она баловалась крэком. — Если вы в подробностях опишете нам день убийства вашего мужа, мы отпустим вас, и вы сможете осуществить оба ваших желания, Дженна. — Правда? — воскликнула она, переводя неверящий взгляд с Малфоя на Поттера и обратно. Гарри кивнул. — Постарайтесь вспомнить все. С самого утра. Дженна бегала глазами по столу, лихорадочно вспоминая все, что только могла. Она перестала раскачиваться и сложила руки в замок. Повисло недолгое молчание. Гарри и Драко ждали ее рассказа. — Ну, утром Боб ушел на работу, я осталась дома. Смотрела телевизор, пила вино, болтала с подружкой по телефону. Я еще не нашла работу, поэтому пока сижу дома. Потом вино кончилось, и я нашла у Боба в заначке виски. Стала пить виски. Было скучно. Потом вернулся Боб, увидел, что я выпила его виски, и накричал на меня. Он ушел к себе в кабинет, а я пошла за дозой к другу. Его зовут Ник. Там мы покурили, и мне стало хорошо. Когда я вернулась, Боб снова накричал на меня, потому что я была под кайфом. И мы начали ругаться. И... — она замолчала. — В каком часу вы вернулись от Ника? Дженна замотала головой, давая понять, что не помнит этой подробности, но тут же встрепенулась. — Около девяти. В восемь я вышла от него, потому что Молли — это девушка Ника — должна была вот-вот вернуться с работы, а она недолюбливает меня. Я шла пешком и вернулась около девяти. Да, точно, — Дженна кивнула сама себе. — И вот вы вернулись домой, Боб увидел вас. Что было дальше? — Он стал кричать на меня, обзывал, — она всхлипнула. — Угрожал развестись со мной. Он всегда говорил о разводе, когда мы ругались. Надеялся, что это меня встряхнет и заставит задуматься над тем, как я живу. Но она так и не задумалась. — Мы долго кричали друг на друга. Потом я взяла пистолет из комода. Я разозлилась и хотела напугать Боба. — Пистолет всегда хранился в комоде? О нем знал кто-то, кроме вас? — Боб получил разрешение на оружие и сразу купил пистолет после того, как нас ограбили. Это было еще в Америке. Он говорил, что это всего лишь для самообороны, что ему так спокойнее. Мы никогда не пользовались им. И никто не знал, что у нас есть пистолет. Слезы застилали глаза Дженны. Воспоминания тех роковых минут возвращались к ней. Она заново переживала тот вечер, руки ее затряслись, соленые капли побежали по щекам, падая куда-то на колени девушки. Молчание. Драко больше не задавал вопросов, ожидая, что Дженна соберется с духом и опишет последние минуты их ссоры, последние минуты жизни ее мужа. — Я размахивала пистолетом, Боб просил положить его на место, пятился от меня. Он закрывался подушкой. Ему было страшно. — Какой подушкой он закрывался? Той, что с дивана? — подозреваемая закивала. — Он закрывался желтой или бежевой подушкой? Дженна посмотрела на Малфоя как на дурачка. — Понятия не имею. Это разве важно? — Вашего мужа убили, миссис Хартли. Ему выстрелили прямо в сердце, заглушив выстрел подушкой. Так что, да. Это важно, — отчеканил Драко. Тон Малфоя и его слова произвели впечатление. Дженна задумалась. Зажмурила глаза, силясь вспомнить. — Он назвал меня сумасшедшей, выставил вперед руки. Я тыкала в него пистолетом, мне было смешно. Он резко схватил подушку с дивана. Она была... Она была... Бежевая. Да, большая бежевая. Желтые подушки меньше размером. Он закрывался той, что побольше. Она была бежевая. Драко обернулся на стоящего позади Гарри и многозначительно взглянул на него. — Вы помните, как стреляли в него? — спросил Поттер, не выдержав долгой паузы и давящего взгляда Малфоя. Девушка медленно замотала головой. — Я помню, как он выхватил у меня пистолет, крепко обнял, пытался успокоить. И я отключилась в его руках. А позже очнулась с пистолетом в руке и увидела Боба на полу. И я подумала... Я подумала... Что убила его, — последние слова Дженна еле смогла выговорить и тут же разрыдалась, уронив лицо в ладони. — Но вы ведь сомневаетесь в этом? — Я ни черта не помню. Я вообще во всем сомневаюсь! — воскликнула она. — Я была под кайфом и могла сотворить все что угодно. У меня уже была похожая ситуация. Драко перебрал лежащие перед ним документы и вытащил нужный лист пергамента. — На предыдущем допросе вы сказали, что проснулись, укрытая пледом, — прочел Малфой. — Как вы это объясните? Убили мужа и решили прилечь и вздремнуть? — Боб накрыл меня. Девушка произнесла это таким будничным тоном, будто была твердо уверена в этом. Все находящиеся в допросной замерли и замолчали. До Дженны добралось осознание. — Боб уложил меня и накрыл пледом, когда я отключилась. Я чувствовала сквозь сон, как он кладет меня на диван. Он еще что-то сказал, но я не слышала. Я была почти без сознания. Боб был еще жив, когда я вырубилась. Он был жив! Я не убивала своего мужа! Последнее предложение прозвучало из ее уст победным тоном. Она с надеждой смотрела на Поттера и Малфоя, ожидая, что они согласятся с ней. Ведь она вспомнила такую важную деталь. Они не могут ей не поверить после этого! — Я абсолютно того же мнения, миссис Хартли. И поэтому мы вас отпускаем. Вы свободны. Правда, мистер Поттер? Малфой встал. Он не увидел замешательства на лице коллеги. Гарри был вынужден признать, что Дженну нужно отпускать. — Да. Вы свободны, миссис Хартли. Только попрошу вас не покидать город. Вы можете нам еще понадобиться.

***

— Я бы и не додумался проверить эти подушки, но Малфой... Гарри восторженно пересказывал детали обыска в доме Хартли. Гермиона, Клайд Уоррингтон, Дафна слушали его с неподдельным интересом, и лишь Стэнли Картер сидел за своим столом и косился на них с недовольством. — Поразительное везение, — хмыкнул он. — Ваш друг, кажется, меня недолюбливает, — обратился Драко к коллегам. — Он ненавидит всех, или только я удостоился такой чести? — Перестань. Он просто не в настроении, — успокоил Гарри. — Лучше расскажи, как ты додумался до этого? — Я привык подмечать детали. То, что многим кажется мелочью, на самом деле может оказаться важнее очевидных фактов. Жаль, пока не удалось понять, кто мог желать смерти Боба. — Мы поймаем его, — ободряюще сказал Гарри. Дафна гордилась Драко. Ее радостное лицо, широкая улыбка, обращенная к Драко, говорили о многом. Они не общались долгое время, но Малфой помнил, что старшая Гринграсс была доброй и отзывчивой — ничем не была похожа на своих чистокровных родителей. Гены дали сбой, наверное. Гермиона не знала как реагировать на Драко. Он пытался рассмотреть ее эмоции, но не мог понять, что она испытывает сейчас. Она была смущена, удивлена, но вот ее отношение к тому, что он теперь ее близкий коллега, Драко не мог прочитать. — Я приятно удивлен, — Клайд пожал руку Малфоя в знак признательности. — Рад, что ты в нашей команде. Драко пожал его руку и улыбнулся. В целом, его устраивала его новая команда. Но вот Стэнли, напоминавший павлина, которого лишь однажды Драко видел в зоопарке, выбивался из коллектива. Картер имел раздутое самомнение и считал, что он лучше всех. Видимо, остальные привыкли к его поведению, и не видели ничего особенного в этом. Для Драко, как для новичка, Стэнли слишком выбивался из общей картины. — Слушай, я хотел пригласить тебя на новоселье, — прервал его мысли Поттер. — Послезавтра. Придешь? От мыслей о празднике, где очевидно будет много людей, Драко почти передернуло. Он ненавидел сборища. Малфой нахмурился. — Я, пожалуй, откажусь. Много дел, знаешь ли. — Да какие дела? Выпивать в одиночестве в ветхом баре? Давай, соглашайся, — подначивал Гарри. — Я хочу видеть тебя на этом празднике. Отказ не принимается. Поттер похлопал Драко по плечу и поспешил на выход. Малфой вздохнул. Так или иначе, нужно познакомиться со всеми поближе, чтобы было проще находить общий язык. Драко не мог этого отрицать. Чтобы впоследствии влиять на коллег, заручаться их поддержкой, полагаться на них, нужно было наладить контакт. Он должен был быть готов к этому. Драко с некоторых пор одиночка, но ведь нельзя всю жизнь оставаться таковым. Может, судьба дает ему шанс обрести друзей, которых, как выяснилось, у него никогда не было? — Я уже сутки как твой новый коллега, а ты еще ни разу не заговорила со мной. Ноги подвели Малфоя к Гермионе, хотя он толком и не задумывался о том, чтобы заговорить с ней. — Да как-то не было возможности, — смущенно ответила она. — Я рада, что ты теперь с нами. Гермиона Грейнджер неловко переминалась с ноги на ногу около своего рабочего стола. Не было в ней того задора и своенравия, которые он наблюдал в ней в Хогвартсе. — А я пока не знаю, радоваться этому или нет. Поживем — увидим, — ответил он, смотря прямо ей в глаза. — Как твои дела? Давно здесь работаешь? — Не то чтобы, — пожала плечами она. — Я попала сюда чуть позже Гарри. Мы с Роном жили в Румынии, но когда расстались, я вернулась в Лондон. Кстати, да. Драко задавался вопросом, где же Уизли. Видимо, Грейнджер оставила его в другой стране. И в прошлом. — Ты извини, что так резко пропала тогда. Я должна была предупредить. Надо было передать хотя бы записку через Патрика... — Брось, — махнул рукой Драко. — Ты ничего мне не должна. Ты и так много сделала для меня. Гермиона покраснела на последних словах и неловко улыбнулась. Грейнджер навещала его в Азкабане, чего не обязана была делать, но Драко льстило ее внимание. Ее визиты поначалу удивляли и сбивали его с толку, он не знал, о чем с ней говорить. Иногда они просто сидели и молчали. И этого было достаточно. Да, вскоре он привык к ней и даже ждал ее прихода, но когда прошел месяц, а Гермионы все не было, Малфой понял, что визиты вежливости окончены. Он не расстроился. Он и так уже получил порцию доброты, которой не заслуживал. Драко приказал себе ценить то, что имеет. Грейнджер вообще могла не приходить к нему, и тогда бы он провел целый год в гордом одиночестве, а благодаря ей Малфой узнавал, что происходит в мире, делился мыслями, которые ежедневно его атаковали, словно рой пчел, да и просто был кому-то интересен. Когда его посадили, ни один из его друзей однокурсников не написал, не навестил. Всем было наплевать на него. Жив ли он вообще или умер от пневмонии в холодной камере? Какая разница. У всех была своя жизнь. Блейз, Тео, Пэнси, Астория. Та же Дафна, которая сейчас смотрит на Драко, открыв рот, и та не поинтересовалась делами Малфоя. Ему было неприятно осознавать, что все эти люди ему не друзья, раз даже не удосужились передать крошечную записку или прийти хоть один раз, но он не винил их. После войны проблемы были у всех, и его чистокровным однокурсникам было чем заняться вместо того, чтобы навещать Малфоя в тюрьме. Да и мысли его вскоре были заняты не тем, как поживают его драгоценные однокурсники, когда-то называющиеся его друзьями, а одной леди, что начала писать ему письма. Джейн Бьюкенен. Она была на пару лет младше Драко и училась на Когтевране. Малфой как ни пытался, не мог вспомнить такой ученицы, но по правде говоря, он вообще мало кого помнил с других факультетов Хогвартса. Бросив попытки восстановить в памяти хотя бы то, как выглядит эта Джейн, Драко наслаждался общением. Она писала ему пару раз в месяц, не меньше. Поздравляла его с Рождеством, с Днем рождения и еще с какими-то праздниками, о существовании которых Малфой даже и не знал. Интересовалась его самочувствием, рассказывала о себе. Свой интерес к нему она не пыталась скрыть и в одном из первых писем призналась, что он ей симпатичен еще со школы, и она хотела бы пообщаться с ним поближе, когда он освободится. Малфой не мог загадывать так далеко, но был не против. Тот факт, что им кто-то интересуется в таких обстоятельствах, зная, что он лишился всего и теперь он уже не тот Малфой, которого все знали в Хогвартсе, его приятно удивлял и радовал. Он дал себе слово, что если он доживет до конца срока и обстоятельства позволят — он обязательно встретится с этой Джейн. Для этого придется отправиться к ней в Уэльс. Но после освобождения из Азкабана ему стало не до личной жизни, да и былой интерес пропал. Они переписывались все меньше и меньше и вскоре совсем перестали общаться. Последнее письмо, которое отправила ему Бьюкенен, датировалось февралем нынешнего года. Прошло больше полугода, как они прервали контакт. Но сейчас, когда Малфой вспомнил о загадочной Джейн, ему захотелось снова написать ей. Он обязательно займется этим на днях. Нужно только найти ее адрес.