Часть 13

Габи проводит ладонью по запотевшему после купания зеркалу и, опёршись руками на тумбу, вглядывается в своё отражение. Под глазами залегли едва видимые тени: теперь черты её лица ещё сильнее контрастируют с бледной кожей. Одно из самых видимых последствий голода помимо вечно разъедающей горло жажды. На диете из человеческой крови таких сильных колебаний замечено никогда не было. Девушка устало выдыхает и хмурится, всё ещё приглядываясь к изменениям своей внешности. Глаза привычного насыщенного карего оттенка в последние пару недель заметно посветлели — стали прозрачно-ореховыми. Теперь можно с полной уверенностью заявить, что Габи действительно становится похожа на Калленов. При мысли об этом девушка мрачно усмехается и, завернувшись в полотенце, выходит из ванной комнаты. Поездка в Сиэтл усложнила многое. После приезда домой, Мисси долго допытывалась, что произошло, но Габриэлла лишь сухо поведала о том, что никакой дельной информации найти не удалось. Ей не хотелось грузить тётю лишними переживаниями по этому поводу, хотя мысленно она раз за разом возвращалась в ту библиотеку. Перед глазами всё ещё стоял обрывок бумаги и отчаянное множество неразрешённых вопросов. Она не обладала даром провидения как Элис или хорошей интуицией как Мелисса, но что-то ей подсказывало — ничем хорошим эта история не закончится. Впрочем, тётя, заметив излишнюю нервозность Габи, списала это на причастность Джаспера. Девушка тщетно пыталась разубедить её в этом, но Мелисса только понимающе улыбалась и качала головой. Отчасти, конечно, Мисси была права, но Кларк не хотела признаваться в этом даже самой себе. Спасало то, что последняя неделя в Форксе выдалась солнечной, а потому Каллены практически не появлялись в школе. В ином случае, Габи даже не знает, как бы выдержала немногочисленные уроки за одной партой с Хейлом. Кларк вздрагивает от стука в дверь и выныривает из своих мыслей. Она даже не заметила, как Мисси шла по коридору. — Эй, комарик, я ухожу на ночную смену, — мягко произносит тётя, заглянув в её комнату. Она кидает на Габи внимательный взгляд и хмурится. Кажется, даже забывает о том, что ей пора выходить из дома. — Габи, ты выглядишь болезненно, — с укором произносит Мисси, мягко дотрагиваясь до лица девушки, — Тебе пора сходить на охоту. — Кажется, как раз этим я сейчас и займусь, — согласно кивает девушка. Появление Мелиссы действительно заставляет Кларк болезненно поморщиться: горло снова начинает неприятно саднить. Полукровка понятия не имеет, как именно голод влияет на обычных вампиров, но за собой она частенько замечает ухудшение своих рефлексов. — Ты пойдёшь одна? — удивлённо моргает тётя и отстраняется. — Может быть стоит набрать кого-то из ребят? — Мисс, я взрослая девочка, — устало выдыхает Габи. Сил на препирательства у неё нет, — Мы уже выяснили пределы моих возможностей, и поверь мне, я смогу осилить охоту в одиночку. Тётя недовольно поджимает губы и неуверенно кивает. Она оставляет на лбу Габи лёгкий поцелуй, а затем прощается и выходит из её комнаты. Полукровка ещё буквально минуту прислушивается к тому, как Мелисса одевается в коридоре, а затем выходит из дома и садится в машину. Полукровка стягивает с головы полотенце, позволяя влажным каштановым кудрям рассыпаться по плечам. Скользнув по комнате задумчивым взглядом, Габи решает выхватить из шкафа свободный спортивный комплект тёмного цвета, состоящий из простых хлопковых шорт и футболки. Вряд ли в тёмное время суток она наткнётся в лесу на людей, а портить очередную одежду ей не хочется. Прошлую белую футболку, заляпанную в крови, пришлось выкинуть. Габи неспешно одевается, размышляя над тем, насколько сильно будет беспокоиться Мисси. Решив напоследок всё-таки черкануть ей короткое сообщение, она оставляет телефон на рабочем столе и собирается уже направиться к выходу, как чувствует проходящий по спине поток прохладного ветра. Мысль о том, что окно в её комнате было закрыто, мелькает в голове слишком поздно. И полукровка не успевает дёрнуться, потому что сзади её обхватывают крепкие руки. Габи удивлённо распахивает глаза и уже хочет сделать рывок, но кто-то цепко хватает её за запястья, а второй ладонью закрывает рот. Всё это происходит буквально за доли секунды. Её ночной посетитель явно не человек, а потому попытка закрыть Габи рот кажется обоснованной только в одном случае: сделать одно короткое движение и свернуть девушке шею. Паника не успевает захлестнуть Кларк, потому что она делает короткий рваный вдох, и привычный запах наполняет лёгкие. Она чуть расслабляется, понимая кто стоит сзади. Джаспер. Но затем осознание происходящего заставляет её буквально захлебнуться в раздражении и агрессии. Из горла против воли вырывается рык, и полукровка совершает ещё одну попытку отстраниться. — Ты с ума сошёл? — практически рычит девушка, когда блондин расслабляет руки и позволяет ей выскользнуть из кольца своих рук. Она резко разворачивается к нему лицом, понимая, что Джаспер как-то уж слишком пристально её оглядывает. Он подозрительно мрачен, нет привычной насмешки и расслабленности в движениях. — Ты вообще в курсе, насколько ухудшились твои рефлексы из-за голода? — задаёт он вопрос, причём максимально серьёзным тоном. — Ты даже не заметила, как я приблизился к твоему дому, запрыгнул на подоконник, а потом пробрался в спальню. — Так может не стоило этого делать? — возмущённо восклицает Габи. — Как насчёт смс, Уитлок? — Габриэлла, до тебя не доходит, что вместо меня это мог быть кто-нибудь другой? — приподнятые брови блондина и ожидание ответа заставляют Кларк растерянно потупиться. Она действительно совсем позабыла о том, что тот, кто нарочно уничтожил страницы книги мог иметь определённую цель. И пока они до конца не знали намерений этих незнакомых вампиров, можно было бы вполне обоснованно предположить, что ей являлась Габи. — Элис что-то видела? — тихо уточняет полукровка, мигом растеряв весь свой яростный запал. — Пока ничего конкретного, всё те же незнакомые лица изредка мелькают в её видениях, — кивает головой вампир, а затем продолжает: — Но это не мешает тебе быть немного осторожнее. — Я как раз собиралась на охоту, — морщится полукровка, не понимая, откуда у Джаспера такая тяга к лишним нотациям. Габи щёлкает выключателем света, а затем молча проходит мимо блондина и выскальзывает из окна. Приземлившись на траву, она вдруг понимает, что стоит босиком, но возвращаться обратно за обувью желания нет. Джаспер ловко приземляется рядом с ней. — Что ты вообще здесь делаешь? — задаёт Габи очевидный вопрос, обращая внимание на то, что глаза у вампира максимально светлого оттенка. Значит, он был на охоте совсем недавно. — Мелисса должна была позвонить Карлайлу ровно в тот момент, когда она отъедет от дома. Она беспокоится по поводу твоего состояния, — хмуро отвечает вампир. — И, кажется, не зря. — Я тебя сейчас ударю, честное слово, — выдыхает устало Кларк, а затем срывается с места. Джаспер без лишних усилий равняется с ней. Они мягко бегут по сухим веткам и листьям, и полукровка с удивлением замечает, что даже несмотря на отсутствие обуви её ничуть не заботит этот факт. — Ты же в курсе, что у вампиров от голода рефлексы лишь обостряются? Мы обращаем внимание на добычу, наш организм вырабатывает яд при любом удобном случае, поэтому нам сложнее себя сдерживать, — произносит вампир на бегу. — Ты же наоборот становишься слабее. Неделя без охоты — это приличный срок, Габриэлла. — Джаспер, — девушка резко останавливается, тем самым заставляя вампира сделать тоже самое. — Я поняла свою ошибку — охотиться чаще. Не стоит продолжать читать мне нотации. Я не доставлю тебе больше никаких неудобств. Тебе в принципе не стоило приходить ко мне домой и устраивать этот спектакль. Габи тщетно пытается понять, что чувствует вампир, но все его эмоции скрыты за непроницаемой маской. Он лишь стоит напротив, что-то внимательно обдумывая, и, кажется, изучает эмоциональный фон полукровки. — Не воспринимай мои слова как нотации. Ты слишком долго жила среди людей, и привыкла к тому, что находишься на вершине этой пищевой цепи, — блондин делает широкий шаг вперёд, оказываясь непозволительно близко, и полукровка рвано выдыхает. — Но ты далеко не на вершине. Я просто прошу тебя быть осмотрительнее. И я хочу, чтобы у тебя был хоть небольшой, но всё-таки шанс позаботиться о себе в случае чего. Его слова звучат как своеобразное переживание. И Габи на секунду теряется, не ожидая такого поворота событий. Она думала, что Джаспер лишь раздражается из-за того, что ему приходится нянчиться с ней из раза в раз. В голове мелькает брошенная им фраза: «Если бы я не захотел, я бы не поехал с тобой в Сиэтл даже на один день, Габриэлла» И ведь действительно, чем больше Кларк узнаёт этого вампира, тем больше она убеждается в том, что вряд ли Джаспера можно заставить что-то делать против его воли. — Хорошо, — кивает девушка, а затем отворачивается и продолжает свой путь. Дальнейшая их дорога проходит в полном молчании. Габи наслаждается бегом, не обращая внимание на течение времени. Хейл даже ничего не говорит в тот момент, когда они пересекают границу с Канадой и спустя время окружающий пейзаж значительно меняется: под их ногами начинает едва слышно хрустеть снег, а местность вместо холмистой становится горной. — Ты ведь говорил, что хищники приятнее на вкус? — полукровка чуть замедляет шаг, а затем и вовсе останавливается. — В паре километров отсюда есть пумы, — тихо подмечает вампир, и Габи чуть прислушивается. — Давай подойдём чуть ближе, — предлагает он. Полукровка покорно следует за блондином, и спустя некоторое время мягко останавливает его жестом, понимая, что сейчас она может в полной мере учуять хищников. Джаспер кивает и делает короткий шаг назад, предоставляя Габи полную свободу действий. Девушка делает глубокий вдох и прислушивается. Действительно, несколько крупных пум к северо-западу бродят в надежде поохотиться. Эта мысль кажется полукровке забавной: они даже не подозревают, что спустя время сами окажутся добычей более опасного хищника. Она подбирается ещё чуть ближе, выбирая для охоты самого крупного самца. Его кровь, в отличие от оленьей, действительно пахнет намного приятнее. Конечно, не сравнится с человеческой, но даже тот факт, что эта тёплая и ароматная жидкость поможет остудить пожар в её горле, заставляет все мышцы в теле напрячься. Габи совершает рывок, молниеносно преодолевает расстояние между ней и хищником, крепко цепляется за густой мех животного и впивается зубами прямо в горло. Всё это происходит скорее по наитию: девушка действительно не осознавала, насколько сильно ей необходимо пропитание. Она осушает бедную тушку хищника буквально за несколько минут. Попытки сопротивления со стороны пумы кажутся ей абсолютно бессмысленными. Вампиры были правы: она, несомненно, превосходит в силе любое животное даже в таком состоянии. Все звуки вокруг стихают, Кларк даже не обращает внимание на то, что происходит поблизости. Есть только сладкое ощущение тёплой крови, которая с каждым глотком приносит неимоверное облегчение. Жар в горле чуть стихает, и спустя время полукровка отталкивает обескровленную тушу пумы. Габи мягко встаёт и чуть поворачивает голову в сторону, замечая, что Джаспер стоит совсем поблизости. Он прислонился плечом к дереву и теперь внимательно наблюдает за девушкой. Мысль о том, что Уитлок наблюдал за её охотой заставляет девушку смущённо потупиться. — Лучше? — с ленцой интересуется вампир, когда Габи приближается к нему. Снег под её босыми ступнями едва слышно похрустывает, но пронизывающего холода полукровка не ощущает. — Определённо, — усмехнувшись, кивает она. Джаспер внимательно оглядывает её лицо, цепляется взглядом за губы, и его глаза привычно меняют свой оттенок, перетекая к более тёмному. Она может с лёгкостью это заметить даже в это время суток: ночь достаточно ясная и в заснеженной местности есть свои преимущества. Девушка не понимает, чем вызван такой интерес со стороны вампира, пока он не произносит: — Со временем ты научишься быть чуть аккуратнее. Вспомнив их первую совместную охоту, девушка дотрагивается кончиками пальцев до своей щеки, ощущая на коже что-то тёплое и вязкое. Джаспер, невольно замерев, внимательно наблюдает за каждым её движением. И есть в нём в этот момент что-то хищное: мышцы напряжены, глаза чуть прищурены, а дыхание поверхностное. Внутри возникает какое-то странное и ненормальное желание. Низменное. Жаркое. Не отрывая от Джаспера взгляда, Габи подносит ладонь ко рту и с какой-то маниакальной медлительностью обхватывает губами указательный палец. На языке чувствуется сладость свежей крови. Глаза вампира опасно сверкают в полумраке, и он отталкивается от дерева, подаваясь вперёд резче чем обычно. Это занимает ровно один стук бешеного сердца Габи. Ледяное прикосновение его пальцев, зарывшихся во влажные волосы на затылке, обжигает; у неё нет ни сил, ни желания для сопротивления. Блондин склоняется к её лицу и замирает буквально на долю секунды, будто анализируя эмоции Кларк. Но анализу места нет. В коленках Габи дрожь, а в груди пожар. Она сама подаётся чуть вперёд, безмолвно прося близости. И Джаспер накрывает её губы своими. Он целует настойчиво, требовательно и властно: другого она и не ожидала. Полукровка податливо приоткрывает рот, впуская его язык, и отвечает робко и неумело. Ослабевшие пальцы цепляются за ткань его футболки, и Габи неосознанно притягивает его ещё ближе к себе. От соприкосновения их тел крышу сносит напрочь. А Джаспер всё чувствует. Его язык толкается чуть вперёд, проходится по кромке зубов, сплетается с её. Поцелуй выходит чуть смазанным, влажным и жарким. Его губы — лёд, но прикосновения всё равно опаляющие, несмотря на кардинально разную температуру их тел. Габриэлла крепко жмурится, до разноцветных бликов перед глазами. Ей практически не нужен воздух, но ощущение — что она задыхается. Джаспер чуть отстраняется, мажет губами по щеке, цепляет зубами мочку уха до электрического разряда по телу. И с губ девушки срывается полувсхлип. Она тщетно пытается сфокусировать свой взгляд, но картинка перед глазами предательски плывёт. Ещё сильнее впивается пальцами в его плечи, почти до онемения, лишь бы удержаться на ногах. Ластится к нему всем телом словно кошка. Под ладонями крепкие словно сталь мышцы. Губы Хейла снова возвращаются к её губам: истязают, дразнят, дурманят. Холодный ветер шумит в кронах деревьев. А запах Джаспера кружит голову, обволакивает. Габи кажется, что он уже проник под её кожу — намертво. Ей не хочется, чтобы это заканчивалось, но вампир всё же отстраняется. Прислоняется своим лбом к её, мягко обхватывает ладонями лицо. И в глазах Хейла пляшут медные всполохи. — Нам пора возвращаться, — говорит он, и напоследок касается пальцем нижней губы Габи, чуть оглаживает контур, гипнотизирует. Будто размышляет, стоит ли поцеловать её ещё раз. Полукровка едва находит в себе силы кивнуть и отстраниться. Джаспер мягко выпускает её из своих рук и отворачивается. Габи несколько раз моргает, пытаясь прийти в себя, а затем срывается с места. Ей даже жаль, что на неё не действует холод. Возможно, это помогло бы полукровке немного отрезвить рассудок. Кларк пытается сосредоточиться на беге. Мышцы приятно отзываются на каждый её шаг, сердце постепенно возвращается к своему привычному ритму. Но только в груди остаётся какое-то приятное и тёплое ощущение. Глаза невольно выхватывают из темноты фигуру Джаспера, что бежит чуть впереди неё. И впервые в жизни она искренне радуется, что ему в дар хотя бы не досталась телепатия. Такого вороха жарких мыслей в голове он бы точно не вынес. Дорога назад тянется мучительно медленно, и полукровка изо всех сил старается отвлечься и не думать о произошедшем. Ей хочется побыть наедине со своими чувствами, и прожить их пока тоже в одиночку. Спустя время вдали виднеются очертания её дома, и они с Джаспером чуть замедляются, а потом и вовсе переходят на шаг. Габи не знает, что нужно говорить в таких случаях. Она прикусывает губу, медленно подходит к своему окну и поднимает голову, размышляя. — Габриэлла, — её имя снова режет слух, и полукровка оборачивается, встречаясь с пронзительным взглядом Хейла. Он улыбается в своей привычной манере — криво и чуть насмешливо. А затем делает несколько широких шагов по направлению к Габи, склоняется и оставляет на её губах короткий и влажный поцелуй. Габи рвано выдыхает, едва поборов в себе желание зацепиться за него и снова притянуть к себе. — Спокойной ночи, — едва слышно произносит он. — Спокойной, — отзывается Габи и, пытаясь скрыть рвущуюся наружу улыбку, провожает фигуру вампира взглядом. Точка невозврата осталась уже далеко позади.