Часть 14

      Тайны Земли       – Значит, они почти все перебрались на Землю и Марс? — спросил Командующий. — Очень интересно. Нет, в легенды про Атлантиду я верю — почему не верить, так как в истории Земли слишком много всего такого… необычного. Что же до Марса, то отчёт о первом полёте «Бурана», читали все, как я знаю? Там как раз контакт с Марсианскими Силами Обороны упоминался. Собственно, как только закончим со всеми делами — к ним отправится группа для установления полноценного контакта. Что же до поисков Атлантиды…       – Шеф, а там что-то могло остаться? Всё же, как я понимаю, очень много лет прошло… — спросил заместитель начальника по экономическим вопросам, майор Дитрих Шмидт, принятый в связи с появлением, собственно, ФЭО…       – Тут такое дело… Что-то могло остаться, так как цивилизации просто так не исчезают. Конечно, вряд ли нам удастся найти склад, забитый космическими кораблями, или суперкомпьютерами, но… кто знает, что именно там могло уцелеть? Какие-нибудь записи о том, что с ними случилось, какая-нибудь другая, не менее важная информация… Сейчас, Дитрих, информация так же важна, как и новые пушки или корабли…       – Но, расходы на эти изыскания…       – Будут покрыты из бюджетов стран-основателей проекта. Тем более, что если мы найдём что-то, что будет представлять собой, например, ценность для историков, или кого-то ещё — они нам за это ещё и заплатят. Сколько мы получили на перевозке археологов в Пояс?       – Несколько десятков миллионов долларов… И очередь продолжает расти…       – Вот видите! А там был найден всего один бункер. Конечно, Пояс исследован не более, чем на несколько долей процента, но, тем не менее, потенциально там могут быть и другие находки, важные для учёных. Так что, поиски Атлантиды я считаю важным делом. Какие могут быть предложения по этим вопросам?       – Шеф, если запустить на орбиту много спутников для полного сканирования океанов на предмет… ну. чего-то… необычного? — спросил капитан Гриндштейн.       – Юрий, а Вы, никак, серьёзно решили такими вещами заняться?       – Ну, мне понравилось работать с учёными, шеф. С одной стороны — не всегда понимаешь, о чём они говорят, с другой — есть стимул изучить что-то новое.       – Так, идея хорошая. Тем более, что таких спутников можно сделать немало — запустить-то мы их сами сможем — при помощи носителей. Ещё вопросы?       – Шеф, — снова встал Юрий. — Есть предложение, пусть на спутники поставят ещё и детекторы радиоактивности.       – Зачем?       – Понимаете, такое дело… Раз информация в том компьютере была на санскрите… Я посмотрел в Сети, чем известен этот язык вообще. Индийский эпос… Все эти «махабхараты» и прочее… Я пробежал выдержки из всего этого дела — и там, такое ощущение, реально, применения ядерного орудия описаны. Ну, я и решил — если уж есть такая возможность, то пусть проверят, может удастся хотя бы места найти, где такое может быть… Просто, чтобы проверить — насколько эти тексты вообще могут быть… правдоподобными.       – Хорошо, я дам спецам задание на эту тему. Ещё вопросы? Отлично, тогда все свободны.       Офицеры разошлись. Все, кроме Изабеллы. Она посмотрела на Командующего.       – Шеф, а на самом деле, что ты там найти хочешь?       – Ты на «Буране» когда летела, ничего не заметила?       – Ну… Перегрузки, невесомость, всё, как и должно быть…       – Понимаешь, Иза… Двигатели, что сейчас стоят, что на «Буране», что на носителях — они позволяют летать с очень хорошими ускорениями. Беда только в том, что человеческий организм этих ускорений просто не выдержит. Потому и пришлось носители гонять к Поясу чуть ли не на минимальной мощности. Они могут быстрее — но люди не выдержат таких перегрузок. Если у тех, кто там жил, могли быть образцы таких технологий — то мы просто обязаны попробовать их найти. Если не найдём… В общем, летать мы будем очень медленно и недалеко…       – А они точно есть, такие технологии?       – Ну, как тебе сказать… Ты ведь те корабли, что хотели в нас стрелять там, на орбите той планеты, сама видела… Вряд ли они на мизерных ускорениях ходили. Да и…       – Да, извини, не надо было спрашивать.       – Кстати, как твои занятия по навигации?       – На тренажёре всё хорошо получается.       – Очень хорошо. Значит, скоро буду из тебя полноценного астрогатора делать…       Что такое «спутник»? На самом деле — очень сложное устройство, которое, в силу того, что они имеют немало индивидуальных особенностей, собирается чуть ли не вручную. Как правило, спутники имеют довольно мощные антенны — для связи с Землёй, солнечные батареи и прочее. Всё это находится в корпусе, и имеет довольно большие размеры. Да, не стоит забывать и про размеры, куда просто стараются «впихнуть невпихуемое», при этом, идя на компромиссы буквально во всём. Как правило, программы для систем управления пишут «с нуля», а времени на то, чтобы всё это отладить и проверить на ошибки, как всегда, не хватает. Всё это так, но, когда в НИИ, занимающийся разработкой спутниковой техники, внезапно приходят несколько вежливых молодых людей, одетых в странного вида военную форму, и, показывая документы, дающие полный «карт-бланш» на всё, просят сделать им серию спутников с заданными параметрами, на них все очень странно смотрят. Потом оказывается, что документы — вполне себе настоящие, все печати подлинные, и начинаются споры на тему того, что так сделать просто нельзя. «Почему?», — искренне удивляется главный, высокий молодой (пока ещё) человек, с сединой в волосах. — «Потому, что Вы, наверное, забыли про ряд деталей!»…       В результате выяснения отношений оказывается, что «Контора», представляемая человеком, планирует сама, своими силами, запустить эти спутники, и это будет… отличаться от тех способов, какими это делается обычно. И вот теперь уже начинаются настоящие споры, на тему того, как именно это всё спроектировать, какого оно должно быть размера, и на какой строк автономности рассчитано. И только лишь получив ответы на все эти вопросы, специалисты НИИ начинают проектировать эти спутники… И очень хорошо, что заказ не единичный, а вполне себе массовый — так как это позволяет снизить себестоимость производства… Конечно, заказ будет готов не завтра — и не послезавтра, но — недели через две всё будет готово… А пока — так как дело новое — вывод спутников на орбиту, пилотам ВКС придётся начать тренировки того, как это лучше сделать…       – Выход на заданную орбиту — есть! Скорость — есть! Начинаю сброс! — доложила Надя.       – Отлично. Спутник на орбите. Переходи на следующую!       – Принято, командир!       «Носитель», отработав маневровыми двигателями, начал менять орбиту. Вообще манёвров было много, и девушки немало хвалили «американскую школу подготовки», когда масса манёвров для «шаттла» делалась на ручном управлении. На словах американцы много говорили о мастерстве своих пилотов, но, как подозревал Командующий (и, скорее всего, не зря), у них просто на тот момент не было такой автоматики, чтобы обеспечить эти манёвры при помощи автопилота. На носителях эти системы были, но тут, в самом деле, работа была просто филигранной, так что сейчас Надя и Мардж, буквально обливаясь потом от усилий, работали на тренажёре, «сбрасывая спутники» на орбиту Земли. Было трудно не физически, но морально — надо было не просто «выйти на заданную орбиту», но и обеспечить при сбросе нужную скорость, чтобы сброшенный спутник не просто отработал заданное количество времени, но и в самом деле успел пройти над всей поверхностью Земли. Всего было заказано тысяча спутников, так что в итоге в операции «Глаз с неба» были задействованы не только «Валькирии», но и другие группы в составе ВКС.       В «базовой комплектации» носители не имели никаких манипуляторов в грузовом отсеке — так как при работе в атмосфере они были не так уж и нужны. Этот недостаток показал себя во всей красе во время первой операции в Поясе, так что, на носителях, которые полетели туда со второй сменой, манипуляторы уже появились. Сначала — кустарные, но, начиная с третьей модели, манипуляторы, при помощи которых можно было как раз выводить спутники на орбиту, или забирать что-то с орбиты…       Тренировки шли просто ударными темпами — и, наверное, в какой-нибудь «частной лавочке» люди бы уже задали вопросы, типа: «А нафига оно нам надо — даже за такие деньги?», но здесь… Здесь случайных людей не было изначально. В Силы Обороны Земли изначально шли те, кто хотел защитить Землю, помочь стать ей на самом деле сильной планетой. Эти люди были готовы работать с полной самоотдачей, чтобы их планета была защищена от любой угрозы. Так что, несмотря на то, что пилоты под конец дня просто падали от усталости, никто даже в мыслях не говорил, что «Нам столько не платят, чтобы так вкалывать!».       Позвонили по видеосвязи из НИИ, предложив усовершенствование — так как спутники были небольшими, сделать системы сброса — что-то вроде «магазинов», откуда бы они просто «выстреливались» по необходимости. После того, как была показана видеопрезентация того, как это должно работать, Командующий согласился, предупредив, что, если будут отказы, он за себя не отвечает. Неизвестно, приняли это всерьёз, или шуткой, но пообещали сделать хорошо.       Ну, а дальше — оставалось лишь готовиться к работе. Пилоты продолжали тренировки — сначала на симуляторах, но потом пришлось подниматься по настоящему — чтобы отработать все те же действия в невесомости. Просто до того невесомости особо никто и не видел — несколько минут ожидания и дозаправки перед полётом в Пояс — и всё. Просто в том же Поясе, когда жили на «Базе» — на астероиде какая-то гравитация была, по самому Поясу летали с мизерным, но всё же ускорением, а на орбите пришлось бы работать в самой настоящей невесомости. И — довольно долго. Так что. Тренировки переместились в ближний космос.       Разумеется, рано или поздно всё заканчивается, и на испытания привезли первую партию спутников в тех самых «обоймах» для быстрого сброса. С ними приехал и представитель НИИ. Чтобы провести полные испытания, ему тоже пришлось лететь в космос… Пока монтировали систему быстрого сброса в отсеке носителя, представитель держался. Пока ему рассказывали, как пользоваться скафандром, пока под него подгоняли этот скафандр, он тоже держался, хотя и довольно ощутимо «сбледнул»… Но когда ему сказали, что сейчас он будет в этот скафандр упакован, для того, чтобы отправиться в космос… «Да Вы не бойтесь, носители, как и самолёты, абсолютно надёжны. Ещё ничто, что поднялось в небо, там не осталось!», — с представителем НИИ случилась форменная истерика. «Я не хочу! Не надо в космос! Уберите от меня эту штуку!» — вопил он…       В общем, в итоге, из НИИ приехал другой человек, а Мардж за шутки получила выговор (хотя над представителем смеялись все). Но, вот закончилась вся подготовка, люки задраены, и Надя поднимает носитель в небо. Так как для запуска спутников носитель был предельно облегчён, а из всего груза, на борту находились только одна система быстрого сброса, да серия макетов спутников, взлетали «своим ходом», даже без разбега…       – Повезло Вам, — сказала Надя, не отрываясь от управления. — Была бы полная загрузка, пришлось бы стартовать с ускорителями…       – Что — перегрузки были бы? — спросил Дмитрий, представитель НИИ.       – Да. Не самые высокие — до пяти «же», но всё же…       – Да, пять, наверное, я не выдержал бы…       – Ну, скафандры, конечно, сильно помогают, — усмехнулась Мардж. — Но всё равно, приятного мало.       Носитель поднимался на хорошей скорости, и вскоре небо за бронированными иллюминаторами кабины из синего стало более тёмным, а потом и вовсе почернело.       – Мы так быстро поднялись? Что у вас за движки стоят?       – Усовершенствованные ионно-плазменные. Доведённые, так сказать, «до ума». В ближний космос выходить эта машина может и сама. Для более дальних перелётов, и с полной загрузкой, нужна, конечно, дозаправка рабочего тела, так как на проходе сквозь атмосферу мы расходуем его очень сильно.       Вот и низкая орбита. Надя вводит параметры нужной орбиты в бортовой вычислитель носителя. Всё же было решено отказаться от полностью ручного режима работы, заменив его на полуавтоматический. То есть, пилот вводит параметры орбиты в бортовой вычислитель носителя, тот сам выводит корабль на нужную позицию. Остаётся только нажать клавишу сброса очередного спутника…       Срабатывают маневровые двигатели носителя. Корабль меняет скорость и высоту орбиты. Раскрываются створки люка грузового отсека. Выдвигается пусковая установка. Наконец, когда носитель занимает нужную позицию в Пространстве, зажигается транспарант «Пуск разрешён». Надя нажимает клавишу. Установка «выстреливает» первый «спутник». Впереди ещё пять пусков, чтобы проверить, что установка работает нормально…       Для представителя НИИ всё это было настоящим откровением — да, некоторые разработки, на базе которых был построен носитель, были разработаны в его институте, но… это были лишь отдельные узлы и агрегаты. Кто же мог предположить, что из всего этого вырастет самый настоящий космический корабль «челночного» типа? Да, о таком в тот момент, когда тот странный человек носился по всем КБ и разного рода НИИ, размахивая предписанием об оказании любого содействия, подписанным самим Президентом РФ, никто и не мечтал. Тем не менее — вот, сейчас он, Дмитрий, сидит в кресле, облачённый в боевой скафандр (да, с деактивированным вооружением и прочими боевыми системами), рядом с ним — две девушки, довольно кстати, симпатичные, закованные в такую же «броню» из металлов и композитов… Все они находятся внутри, прямо скажем, далеко не самого красивого летательного аппарата, который, тем не менее, вполне себе успешно поднялся в ближний космос! Вот тебе и чудеса науки!       Все макеты запущены. Установка отработала без сбоев, после чего Дмитрий мысленно перекрестился. Мысленно — потому что делать это явно, в скафандре, показалось ему не самым удобным делом, а перекрестился потому, что установка в самом деле, собрана была «на коленке». Да, она должна была работать, так как на самом деле, система была довольно простой, но… раньше такого никто не делал, а про эту Контору говорили, что брака и недоделок они очень сильно не любят…       Возврат на Землю. Написание отчёта. Дмитрий отрапортовал, что первая партия спутников поступит уже через три дня. А пока — ожидание, новые тренировки и прочее. Но без дела не скучал никто. Работали все. А через три дня начались полноценные пуски — носители с загруженными в «магазины» спутниками, чётко выходили на орбиту, чётко перемещались между заданными орбитами и так же чётко сбрасывали спутники. Там начинали работать системы ориентации в пространстве, раскрывались солнечные батареи (так было дешевле, чем ставить РИТЭГ), спутники начинали работать, сканируя Землю, в частности, Мировой Океан, на предмет аномалий, таких как неестественно ровное дно, «пятна» повышенной радиоактивности или металлические аномалии… И только потом, когда эти данные будут получены и проанализированы, начнётся настоящая работа…       …Три недели спустя.       – Итак, после того, как мы убрали с карты аномалий все известные кораблекрушения, потерянные атомные бомбы — о них мы сообщили тем, кто их потерял, — Командующий посмотрел на американских пилотов. — стало известно несколько мест, как в Океане, так и на суше, где совершенно точно ничего не происходило, но уровень радиации там совершенно точно повышенный.       – Шеф, но ведь это не мы бомбы потеряли, — сказал капитан Дон Мартин. — Судя по маркировкам, я в то время вообще, ещё в школе учился!       – Извини, я просто задумался о своём. Итак, нам удалось обнаружить несколько потенциально интересных для первичной разведки мест.       – Но, шеф… А как мы будем разведывать места, находящиеся в океане? Там ведь большие глубины, а такого оборудования у нас нет…       – Наши скафандры, к счастью, не просто так имеют такой высокий уровень защиты. После доработки они смогут «держать» и давление на больших глубинах. Так как ни у кого нет опыта работы на больших глубинах, придётся пройти очень много тренировок. Конечно, скафандры защитят на глубине, но… без тренировок не обойтись.       И те офицеры Мобильной Пехоты, кому предстояло идти под воду, на следующий день приступили к тренировкам. Для этого нашли один из пустующий нефтяных танков — объёмом в полмиллиона литров и заполнили его водой. Конечно, глубина там получилась, скажем так, несравнимой с той, что ожидалась в тех местах, где были обнаружены аномалии, но… это могло дать хоть какое-то представление о том, каково это — работать под водой.       Джейк Симмонс сидел на краю платформы, что плавала на поверхности. Он готовился уже к третьему за сегодня погружению. Вдруг он услышал, как работает подъёмник, который установили около танка — после доработки, скафандры стали, скажем так, немного более тяжёлыми для того, чтобы можно было подниматься по скобам на самом танке. Нет, мышцам скафандра это не мешало — а вот приваренные скобы отлетали только так…       Вот платформа подъёмника поднялась. На ней стоял… Командующий, собственной персоной. Он стоял в скафандре, несколько более массивном, чем стандартный вариант. Шлем свой командир держал в руках и задумчиво смотрел на него… Судя по тому, что скафандр так же, как и у остальных, прошёл доработку для погружений, шеф тоже собирался идти под воду…       – Шеф?       – Да, Джейк, — вздохнул Командующий. — Как мне кажется, ты хотел бы спросить, что я здесь делаю? Нет, я не читаю мысли, просто это выражает сейчас вся твоя поза.       – Ну да — Вы тоже собрались погружаться?       – А что — я слишком стар для всего этого? Джейк, я всего на три года старше тебя!       – Но… Вы же командир! Вам нельзя рисковать собой!       – А в Сирии, когда громили ИГИЛ — было можно? Или там, на сопредельной когда разведку на «Команчах» устраивали? Или потом? Кроме того, здесь я буду нужен — на тот случай, если найдём что-то такое… потенциально опасное… Кроме того — это обычная боевая операция, с той лишь разницей, что там в нас стрелять не будут. Надеюсь…       Джейк не нашёл, что возразить Командующему. Ему приходилось видеть записи того, как шеф летал на истребителе. Конечно, капитан Симмонс был только пехотинцем, в пилотировании он мало что понимал, но ему объяснили, что летает командир очень хорошо. И видел Джейк, как шеф участвовал в нескольких выбросках — в одной из последних он, в самом деле, показал себя очень хорошо. На самом деле, Симмонсу было очень интересно, что же это за человек такой — их Командующий, но… спросить напрямую он как-то опасался, да и подозревал, что шеф просто не ответит — была в нём какая-то тайна… Хотя, с другой стороны…       – Шеф, а… откуда Вы?       – Странный вопрос, Джейк…       – Но всё же — откуда? Просто Вы так много всего знаете… Опять же, слухи ходят, что все эти системы — реактор холодного синтеза, ионная тяга, гипердвигатель — Ваших рук дело…       – Ну, я не местный вариант Тони Старка, — Командующий, пока не надевая шлема, улыбнулся. — Просто… я всегда любил фантастику… На этой почве стал изучать физику и прочее… А что до ионной тяги — то ничего «моего» в ней нет. Просто я додумался, как сделать её… более пригодной для массового использования. Может, как-нибудь потом я расскажу более подробно, но уж точно не сейчас… А пока — давай-ка искупаемся!       На самом деле, работа скафандра под водой была вполне себе штатной функцией — всё же, это были не чисто космические скафандры, хотя и отлично подходящие на эту роль. Это были полноценные боевые комплексы. Настоящее чудо военной инженерии, которые позволяли действовать и в условиях применения оружия массового поражения. Конечно, выдержать попадание танковой пушки скафандр не мог — но сделать так, что из этой пушки в бойца попасть было бы весьма проблематично — легко. Скафандры «держали» довольно высокие уровни радиации (испытатели специально ездили на Фукусиму, чтобы это проверить — и «внутрь» не попало ничего; а сами скафандры легко «отчистились» потом, Япония даже заказала партию скафандров — без возможности устанавливать вооружение, конечно), могли погружаться под воду.. Конечно, про давление на глубине десяти — двенадцати километров речи не шло, так что пришлось «на ходу» придумывать варианты. И таким вариантом стало… банальное «добронирование» скафандров. Да, они стали тяжелее, но усилители мышц пока что могли без проблем перемещать эти костюмы по земле. Конечно, ни о каких полётах и высоких прыжках речи больше не шло (но под водой это было и не нужно), зато на место реактивных прыжковых двигателей была установлена система «маневрирования под водой», состоящая из нескольких импеллерных установок. Два импеллера обеспечивали «подъёмную силу», а ещё два — отвечали за перемещение под водой.       …Три недели спустя, борт судна «Мстислав Келдыш»…       – Медленно! Очень медленно! — Мы ведь еле тащимся! — жаловался Командующий сидящим рядом с ним в креслах капитанам Симмонсу и Васькину.       – Шеф, но это ведь не космический корабль! И не яхта на подводных крыльях, — сказал Сергей. — Хотя, конечно, скорость… удручает       – Но и других кораблей аналогичного класса, способных обеспечить нашу экспедицию, в мире больше нет, — заметил Джейк. — Конечно, от этих батискафов, которые ещё при съёмках «Титаника» использовались, особо толку не будет, но, по крайней мере, здесь есть определённая инфраструктура, которую мы смогли бы использовать в процессе работы.       – Ладно, я понимаю, что это всё очень хорошо, — ответил Командующий. — Но — хотелось бы знать, через какое время мы прибудем к месту работ?       – Ну, как мне удалось узнать, расчётное время прибытия — завтра, во второй половине дня.       – Ну, это не так уж и плохо, — сказал Командующий.       Так как путешествие заканчивалось, настало время для работы. Изначально было решено погружаться втроём — Командующий и два капитана, Васькин и Симмонс. Командующий очень активно настаивал на своём участии во всём этом, мотивируя это тем, что он может понять при первом взгляде на всё, что они там увидят — стоит ли вообще там что-то искать. Всё же, несмотря на то, что высшее образование было у всех, Командующий, помимо всего прочего, был неплохим инженером, как он уже успел доказать. Так что, офицеры взялись за работу…       Из массивных мобильных контейнеров с кодовыми замками были извлечены скафандры. В остальном «багаже» участников экспедиции были зарядные станции для них и те самые «системы маневрирования». Нужно было подключить их к скафандрам, полностью зарядить всё это энергией — и можно было готовиться к погружению. Работы было много, но офицеры отвергали помощь техников с «Келдыша» — не потому, что те могли узнать что-то «совершенно секретное», а потому, что и оба капитана, и Командующий прекрасно могли делать всё это и без посторонней помощи. Даже процедура облачения в скафандр — хоть не самая простая, могла быть выполнена полностью самостоятельно…       Вот и точка с координатами, указанными капитану корабля ещё при отплытии из Калининграда. Тот искренне не понимал, зачем организации, полномочия которой начинаются, исключительно «выше атмосферы», куда-то надо погружаться, но официальная бумага об абсолютном содействии, за подписью Президента страны, сработала и сейчас. Так что, в указанной точке, «Келдыш» остановился, удерживаясь на месте ходами. В это время, в одном из трюмов, который был отведён для гостей, полным ходом шло облачение в скафандры. На самом деле, когда скафандр полностью подготовлен, когда на него установлено всё нужное оборудование, облачиться в него не так уж и сложно. Под «ранцем» системы жизнеобеспечения, есть специальный люк. Он открывается, после чего человек просто «входит» в свой скафандр. Ну, а потом люк закрывается и герметизируется. Разумеется, точно так же, скафандр можно разобрать и собрать прямо на человеке, но этот способ, как правило, используется только в особых случаях. Когда надо сделать всё быстро, скафандры хранят в собранном виде — и облачаются в них так.       Специальный подъёмник поднимает троицу на уровень палубы. После этого (нет, они могут перейти на платформу, что должна опустить их в воду и сами, но палуба может просто не выдержать этого) специальным краном их перемещают на платформу, с которой они и будут уходить в воду. Всё же, после «модернизации» скафандры получились очень тяжёлыми. Да, «мышцы» скафандров без проблем помогали ходить — и даже худо-бедно бегать, но… за всё надо было платить, и теперь аккумуляторы разряжались намного быстрее…       Вот платформа касается поверхности океана Короткие взгляды друг на друга сквозь лицевые щитки шлемов — и вот он, шаг в бездну…Так как сами по себе скафандры отличаются своей отрицательной плавучестью, так как дополнительная броня и импеллерные установки тоже имеют свой вес, погружение начинается очень и очень быстро. А так как скафандры — панцирной, то есть, жёсткой конструкции, нет никакой необходимости в компрессии и декомпрессии. Глубина в 3700 метров, конечно, сильно меньше, чем расчётные 12000, но всё же…       Пока спускались, становилось всё темнее, так как свет с поверхности уже с трудом пробивался сквозь толщу воды. Фары скафандров пока не зажигали — дело было не в экономии аккумуляторов, просто хотели дать глазам привыкнуть к темноте. Да и какие тут фары? Даже несмотря на очень хорошие линзы, с суперпросветлённой оптикой и прочими вещами, они «резали» толщу воды лишь на несколько метров максимум — это удалось выяснить там, в «бассейне». Так что — они опускались всё ниже и ниже. На какой-то момент Джейк сравнил это с космосом. Ему уже приходилось вот так, висеть в космосе, без какой-либо опоры под ногами. Ощущения были похожими — но всё же, тут действовала гравитация…       – Так, парни, не спать! — прозвучал в наушниках голос Командующего. — Я понимаю, что здесь всё вам в новинку, я и сам ни разу вот так не погружался — но не спим.       – Принято, шеф! — ответил Симмонс, услышав ответ Васькина на их частоте. Всё общение шло по лазерному каналу, который всё же работал под водой.       – Тут всё же, очень необычно, — добавил русский десантник несколько минут спустя.       – Ты о чём, Серж? — спросил Симмонс.       – Ну… Большая глубина, мы уже больше, чем на клик спустились… Давление опять же. Мои внешние датчики показывают, что снаружи — холодно, но, тем не менее, здесь есть жизнь! Рыбы какие-то…       – Ну, жизнь — штука такая, очень и очень упрямая, — ответил Командующий. — Говорят — сам я только немного читал, что в северных морях, там где настоящий холод — жизни ещё больше. Истории о гигантских кальмарах и прочих «милых» существах — как раз оттуда родом.       – А здесь их нет?       – Не должно. Вроде — хотя тут я не спец — в тёплых широтах меньше планктона, или чего-то ещё, так что таких больших жизненных форм здесь быть не должно.       – А гигантский кальмар может представлять для нас опасность? — спросил Джейк.       – Если тебя интересует, сможет ли он прокусить броню наших скафандров — то нет, — ответил Васькин. — А вот если тебя интересует силе его щупалец, то тут всё намного интереснее…       – В каком смысле? — решил уточнить американец.       – Ну, теоретически, наверное, он смог бы опутать тебя так, что раздавил бы — не будь на тебе брони. А так — возможно ты всего лишь ни рукой ни ногой пошевелить не сможешь…       – Сергей, не надо пугать Джейка, — вмешался Командующий. — Гигантский кальмар, буде даже он тут нам встретится — для нас не опасен от слова совсем. И — их тут нет…       Так, за болтовнёй и подколками, они и спустились почти до самого дна. Глубиномер, которого, разумеется, раньше не было в комплектации скафандров, показал глубину в 3670 метров. Тем не менее, до дна было ещё небольшое расстояние. Удерживаясь на этой глубине при помощи импеллеров, «покорители глубин» осмотрелись. Даже, несмотря на то, что со светом здесь было как-то не очень, глаза успели немного адаптироваться к такому освещению. К тому же, сенсоры скафандров, усиленные сонарами и прочими «дополнениями», показывали, что внизу, имеется некая равнина, окружённая чем-то похожим на скалы — или что-то подобное.       – Предлагаю добраться до одного из этих «препятствий»! — сказал шеф.       Он и подал пример, переключив свои импеллеры на горизонтальное движение. Со скоростью хорошего пешехода, офицеры двинулись вперёд. Расстояние до объекта уменьшалось. Медленно — но уменьшалось. Да, скорость на импеллерной тяге не превышала пяти километров в час, да и скафандры были не самой обтекаемой формы. Так что, до ближайшего препятствия добрались не так уж и скоро.       Перед Джейком из тьмы сначала проступили контуры чего-то, изъеденного временем, чего-то, на чём, однако, не было ни улиток, ни растительности. Да, он плохо знал фауну таких глубин — да и кто в Конторе мог похвастать знанием фауны океанских глубин? Но вот, не понять, что перед ним стена дома, разрушенного ударной волной, Джейк не мог…       – Шеф, — почему-то перейдя на шёпот, сказал он. — Это что — стена?       – Да, джентльмены. Нас можно поздравить. Мы нашли Атлантиду.       Командующий запустил несколько осветительных ракет. Они «повисли» в толще воды, давая хоть какое-то освещение. Теперь было видно, что это место раньше было чем-то вроде пирса. Просто почти всё было снесено мощным взрывом — Джейк, как человек, видевший аналогичные вещи, понял это сразу. Взрыв был не просто воздушным или наземным — такое ощущение, как будто что-то упало с большой скоростью, пробило дно около берега — и только потом взорвалось…       – Интересно, что могло вызвать такие разрушения? Ведь, как я понимаю, Атлантида погибла от этого?       – Мне кажется, что это было что-то тяжёлое. Астероид… Наверное, большой астероид… — сказал Васькин.       – Нет, ребята, — раздался в наушниках голос Командующего. — Это было не астероид. Это был самый что ни на есть космический корабль. К тому же — боевой корабль…       – Боевой корабль? Но — как?       – Я, конечно, могу не очень хорошо знать астрофизику, но… Смотрите — дно мы сейчас видим относительно неплохо. Видите, какая воронка? Такое ощущение, что объект упал почти вертикально вниз. Астероиды так не должны себя вести — всё же, они, как привило, летят под углом. Значит, корабль или целенаправленно шёл на таран — или влетел в атмосферу Земли, уже потеряв управление. Далее, благодаря тому, что военные корабли имеют довольно хороший запас по прочности корпуса, он углубился в земную кору — и только потом взорвался. Ну и… двигатели, реакторный отсек и всё прочее — тут был мощный термоядерный взрыв. Был бы он немного мощнее — вся вода океана могла бы вступить в реакцию…       – В смысле? — не понял Джейк.       – Он имеет в виду, что при более мощном взрыве, могло бы просто разорвать всю планету. Вся вода в океанах могла прореагировать во время термоядерного взрыва. Верно я говорю?       – Да, Сергей. Взрыв бы усилился от реакции всей воды — и «привет» Земле… К счастью, этого не произошло…       – Но — чей это был корабль? И кто его сбил?       – На вопрос — «чей», у меня ответа нет. А вот «кто»… Могу предположить, что жившие здесь атланты, потомки жителей Фаэ… Ладно, парни, предлагаю здесь всё по-быстрому осмотреть — и поднимаемся. Если не найдём ничего интересного — передаём работу археологам. Уверен, им тут понравился. А нам придётся ещё пару «точек» посетить. Уверен, что и там мы тоже сможем увидеть кое-что… необычное.       – Почему Вы так думаете?       – Ну, потому, что, если было какое-то вторжение — а я ознакомился с теми текстами, на которые ссылался Гриндштейн, то было немало боёв на Земле. Что-то, судя по всему, происходило и в океанах. Так что, есть варианты найти свидетельства этих боёв — а может, и какие-нибудь… артефакты тех эпох. Хотя, это вряд ли…       Осмотр… Так как под водой всё же довольно специфические условия, пришлось решать вопрос о том, чтобы не терять друг друга. Собственно. Осветительные ракеты были не только у Командующего, так что и эта проблема тоже была решена. А потом они отправились в развалины. Были правила техники безопасности — нельзя никуда лезть в одиночку, нельзя ничего трогать… Но ничего подобного офицеры делать и не собирались. Просто — попробовать понять по этим руинам, что здесь могло быть раньше.       Конечно, Джейк не разбирался не только в морской фауне — специалистом по архитектуре он тоже был неважным, но видеть примеры античной архитектуры ему приходилось. То, что он видел «здесь и сейчас» на античность не тянуло совершенно. Да, конечно, по развалинам домов сложно было судить о том, как они выглядели раньше, но… были и те строения, что пострадали не так сильно. А уж, что касается строений явно военного назначения… Да, здания носили на себе следы разрушений, и это была не только ударная волна от близкого взрыва. Скорее, это могло быть землетрясение, так как отряд Джейка как-то оказывал помощь в одной стране, только что пережившей сильное землетрясение. Собственно. Это было логично — падение корабля и его последующий взрыв как раз могли устроить нечто подобное.       Вскоре все трое стояли на грунте на территории чего-то, что выглядело, как военная база. А раз что-то выглядит, как военная база, то чем оно ещё может быть? Не парком же культуры и отдыха, по меткому выражению Васькина. Конечно, три человека, среди которых не было ни одного специалиста по археологии или тому подобным вещам, не смогут сделать многого — чисто физически. Тем не менее, им, как военным, удалось более-менее понять назначение базы…       – Как мне кажется, это что-то типа пункта управления системой ПРО, — сказал Васькин по «ближней» связи.       – ПРО? — переспросил Симмонс.       – Противоракетная оборона, — пояснил Сергей, думая о том, что американец не понял термина.       – Да нет, я про другое. Почему ты думаешь, что это система ПРО?       – Ну, сейчас судить обо всём можно, конечно, очень и очень приблизительно, но… Смотри — вон на той крыше очень подозрительные конструкции. Да, они очень сильно деформированы, и всё такое, но если это не антенны, то я хоть сейчас с себя погоны сниму. А вот эти штуки, за твоей спиной очень сильно напоминают лазерные установки большого радиуса действия… По крайней мере, в книгах, что я читал, их как-то так описывали.       А вот ракетные шахты, что они обнаружили чуть позже, были вполне себе, понятными, даже без разного рода предположений. У большинства были открыты крышки, и можно были даже заглянуть внутрь. Прожектора скафандров смогли «пробить» толщу воды лишь на небольшую глубину, но и так было ясно, что вниз шахта уходить очень глубоко… Некоторые крышки были закрыты — вполне возможно, что там ещё оставались ракеты. Конечно, скорее всего, уже непригодные ни к чему — но ещё могущие дать какую-то «пищу для размышлений» тем исследователям, что придут сюда.       Да, здесь, внизу, было немало интересных вещей, но здесь должны были работать другие специалисты, с другим оборудованием. Конечно, новые технологии должны были им очень сильно помочь — хотя бы для того, чтобы немного приоткрыть тайну над прошлым Земли.       Подъём занял чуть больше времени — всё же, теперь гравитация работала против них. Тем не менее, поднявшись на «Келдыш», офицеры вовсе не чувствовали себя сильно уставшими. Да, какая-то усталость чувствовалась — но не сильная.       После того, как все переоделись и заняли места в кубрике, Командующий спросил:       – Ну, что скажете, товарищи офицеры?       – Слов нет, одни эмоции, — сказал Васькин. — Нет, мне понятно, что после того, как я из ВДВ перевёлся в Мобильную Пехоту, к разного рода «чудесам» пора уже привыкнуть, но… это всё очень необычно.       – Шеф, я, я, конечно, простой командир роты, но… то количество всего необычного… оно в самом деле удивляет и поражает меня. Вы уверены, что Вас интересует именно моё мнение?       – Джейк… Такое дело… Основным критерием, по которому я отбирал людей в Силы Обороны Земли, было то, что кандидат должен уметь быстро понимать, что именно происходит, быстро соображать в незнакомых ситуациях, и быстро принимать решения. Ты тест на IQ проходил?       – Нет. Когда служил в Корпусе, это и не требовалось.       – Вообще-то проходил, и даже не один раз. У тебя высокий IQ, ты быстро соображаешь — значит, ты нужен нашей организации… Так что, меня на самом деле интересует твоё мнение.       – Ну, что я могу сказать… На самом деле, как я понимаю, мы столкнулись с тем, что на Земле существовала весьма развитая цивилизация. И, так как до нас почти не «дожили» свидетельства её существования, они погибли в какой-то войне. Мне интересно, с кем они воевали, и не стоит ли нам ожидать встречи с ними… Вот такое моё мнение…       – Ну, ты прав, Джейк. Мы не знаем, кто это был, и что с ними стало в итоге. С одной стороны, прошло очень много времени с тех пор, и, наверное, можно быть уверенными в том, что с этими врагам мы уже не столкнёмся. Но, если учесть то, что произошло во время нашего первого полёта на «Буране»… Нам придётся готовиться к отражению любой возможной агрессии…       – Шеф, а мы сможем?       – Джейк — смотри у них был один остров и какое-то количество систем ПРО. И они смогли остановить противника, хоть и ценой своей жизни. У нас уже есть намного больше — у нас есть Силы Обороны Земли. Мы справимся!