Часть 2. Глава 17. Ритуал и его цена

Ночь. Гладкие нетронутые сугробы блестели на карнизах. Чтобы рассмотреть их получше, пришлось прислониться лбом к холодному стеклу и сложить руки биноклем. И как Иришка выдерживала повседневность с такими ресницами? Ощущение, будто моя крыша немного съехала и опёрлась о веки. Треть мира отрезали! В отражении окон плясали ростовые куклы оленей, загорелых снегурочек в мини-юбках и упитанный Дедушка Мороз. Полная дичь под «Дискотеку Аварию». Битком укомплектованный бар-ресторан «Бридж» счастливо хлопал и присвистывал. А снаружи — только мелкий, как пылинки, снег и мигающие светофоры. Ну ладно, там, вдалеке, единственный опоздун в капюшоне бежал с пачкой майонеза. Не верилось, что этот сумасшедший год подходил к концу в такой… хорошей компании. — Виолетт! Ха-а-а! Смотри! Олени польку танцуют! Я обернулась к Иришке, обнимающую огромную руку Стаса и внимающую развлекательной программе. Совсем как ребёнок на утреннике, ещё и с кроличьими ушками. После нескольких бокалов одно уже тянулось к полу, на покой. — Главное, что не стриптиз. Второй за вечер я не выдержу! Я по-доброму хихикнула на комментарий Стаса, потому что вообще-то было весело. Я могла сейчас сидеть дома у телевизора в одиночестве… — А-а-а-аплодисменты, дорогие друзья! — Оглушительные. Я поморщилась. — Наши милые оленята тоже отправляются за стол, пробовать горячие блюда. А пока вы копите силы на безудержные танцы, мы проведём гадание на будущий год. Но для этого мне понадобится ваша помощь! Ведущий в бархатном зелёном пиджаке в глубине зала начал раздавать ручки и бумажки. Стас — лысый крепкий мужчина с бледными, практически отсутствующими бровями — терпеливо не ел во время выступлений артистов. Он совсем не пил алкоголь и наблюдал за происходящим скептически, словно в засаде. Возможно, издержки профессии. Когда наступил перерыв, мужчина эстетично взялся за вилочку с ножом. А по окончании трапезы в его чистой тарелке будто и не лежала еда. Раньше, если приходилось пересекаться втроём, мне слегка делалось некомфортно в его присутствии. Но после пережитого Иркой, после их магического воссоединения всё казалось теперь правильным. Всё на своих местах. Строгий дядечка с блестящей лысиной — смысл жизни моей подруги. Он сегодня тоже позволял уголкам губ приподниматься на полмиллиметра при каждом взгляде на Иру, а это говорило не иначе как о настоящей искренней любви. И как бы подозрительно не звучало, сегодня мы все трое сблизились. Ощущалось облегчение от того, что всё как и прежде. Даже чуточку лучше. До сих пор я не имела надежды, а потом — понятия, как Ира со Стасом помирились. Но она обещала рассказать. — Держите. В руки угодили листок и ручка. — Ой, и нам тоже, пожалуйста! Мы все оказались снабжены канцелярией. Не люблю интерактивы. Я хотела отдать свой набор Иришке, но она пригрозила жирной вилкой. — Итак, друзья, что нам нужно сделать? Хорошенько подумать, что бы мы хотели получить в новом году, и записать три пункта на бумажку! Только поответственнее! Насколько возможно в вашем состоянии. — «Ха-ха». Ведущий пригубил допинг с барной стойки и легко шагнул на низенькую сцену, уютно пристроенную в дальнем углу. — Подсказываю! Записать можно всё — от повышения зарплаты до кругосветного путешествия! Даю пять минут! Я, видимо, зазевалась, потому что улыбающаяся Ирка уже раскатала желания на половину листка и не собиралась останавливаться. — Не подсматривай! Стас действительно пытался у неё списать. А я сидела напротив с пустой бумажкой. Какие ещё желания? Откуда я знаю, чего хочу, если всё время работаю… Ну ладно, я лукавлю. Есть кое-что. «Хочу высыпаться». Я старательно нашкрябала два слова, считая, что теперь-то миссия выполнена, и подняла взгляд перед собой. Стас смотрел на Иришку, как садовник на цветочек, а та, закусив губу, пыталась вместить ну очень важные дополнения в сворачивающийся от чернил «свиток». «Тоже хочу быть цветочком». Ну и что это за херня?! Я перепугалась и жирно перечеркала вторую строчку. Ох, блин, Виолетта! Ну праздник же! Можно быть попроще. — Не переживайте, никто не узнает, что именно вы записали! Так что можете писать самое-самое сокровенное, чтобы точно сбылось. Интересный какой ведущий! А гадание тогда в чём заключается? Не, ну если чтобы «точно сбылось»… тогда: «Хочу любить и быть любимой». Я отложила, почти отшвырнула, ручку на стол, а та звякнула о тарелку, но, к счастью, в беспорядочном чоканье бокалов и гоготе никто не придал этому значения. Опять же, кроме меня! Это возмутительно! Это страшно! Не моя потребность в отношениях, а то, что за ней пряталось… Я-то знала, что осталось только дописать кем, и можно заканчивать с карьерой преподавателя. Нет, я однозначно не хотела увольнения в новом году! А вот если бы узнать наверняка, чем обернётся близость с конкретным человеком… Виолетта! Ну ёперный генератор! «Будь, что будет». Да реально! Это же всего лишь шуточный конкурс. Почему я так загналась? — А теперь, мои дорогие, вам нужно сложить листок текстом внутрь, чтобы его действительно никто не прочитал раньше времени, и-и-и-и… — АФЕРИСТ! Что за новые подробности? Я, между прочим, вложила душу!.. — …поменяться желаниями с незнакомцами! Меняйтесь много-много раз, пока не почувствуете, что получили своё предсказание на новогоднюю ночь! И-и-и, поехали! — Так, я пошла за самыми лучшими предсказаниями, кто со мной? — Иришка подскочила с кресла на энтузиазме и, не дождавшись нашего одобрения, застучала каблучками в центр ресторана. Там действительно скапливалась толпа людей, хаотично и азартно обменивающаяся записками. Мы со Стасом растерянно переглянулись. М-да, такой ерундой я ещё не занималась… — Пошли, проследим за ней. — Ладно. Вот, возьми… Только не читай! Он протянул листок и недоверчиво нахмурился. Неужели я такая же бука? Мы оставили наши закуски и нырнули в толпу. Пока догоняли Иру, успели поменять листочки на попутные несколько раз. Признаюсь, это было забавно. Чем больше я менялась, тем дальше уходили мои же формулировки и их становилось проще забыть. Продолжая поздравлять каждого встречного с наступающим, мы обошли почти все столики. Дождались объявления от ведущего уже возле своего, попивая шампанское. Стас, конечно, употреблял только сок. Напоследок мы ещё раз поменялись по часовой стрелке и уселись за оливье. Милое мероприятие. Я следила за теплившейся внутри радостью, улыбаясь незнакомцам, и пыталась понять, почему я играла с собой в игру «мой воображаемый парень где-то рядом». А что если бы мы отмечали Новый год вчетвером? Ресторан снова наполнился визгами и подвываниями. — …мы ведём обратный отсчёт! До Нового года остаётся ровно полтора часа, а сейчас самое время развернуть предсказания! Ирка нетерпеливо схватилась за мятый листок и взвизгнула. — Поездка на море! Сеанс массажа! — Блин, какие хорошие желания у людей. Почему я не додумалась? Но, кажется, туда записали что-то ещё. Улыбка на мгновение сползла с сияющего хайлайтером личика. — Третий ребёнок… Я не удержалась и заржала. — Одного бы хоть сделать! — пробубнил Стас. Знаю, глупо. Я снова подумала о нём. Ну о том, у которого было пять сестёр. Наверное, отмечает с друзьями… Стоп. Он же говорил, что у него нет друзей! Значит, с матерью? — Стасик, а у тебя что? — Стабильность. — Он ухмыльнулся и пожал плечами. — В принципе, то, что нужно. Что за бедняга это написал? — А ещё? — В смысле? Тут три раза написано «стабильность». — Стас продемонстрировал трофей и бережливо сложил его в карман наглаженной рубашки. Оригинально! — Вилка, а у тебя? — Сейчас узнаем… Посмеиваясь, я развернула листок. Ещё ничего не успев прочитать, увидела почерк и обмякла в кресле. «Встреча с отцом. Релиз. Вилка». Кровь отхлынула от головы. Я почувствовала, как лицо и шея начинают неметь. Что здесь делает моё прозвище?.. Обведённое пожирнее... — Виолетт? — Да? Тут встреча в кругу семьи… успех в работе и… и собака. — О-о-о! Слушай, если заведёшь, я готова с ней нянчиться! — Ириш, а как же наши трое детей? Я сглотнула тугой ком и стала озираться по сторонам. — Виолетт. — Ира хотела отправить в рот ложку салата, но моё выражение лица, похоже, её напугало. Я повернулась на голос. Собака по кличке Вилка. — Всё нормально? — П-потрясающе. — Я такими терминами никогда не выражалась без сарказма, наверное, поэтому нарисованные брови Иришки многозначительно приподнялись. — А ты не видела никаких наших общих знакомых сегодня? — Не-а… Со школы? Ты узнала, что ли, кого-то?.. А-а, подожди, с универа? — Не отрываясь от меня взглядом, Иришка принялась шариться за спиной у мужа, а потом вызволила из-под него крохотную сумочку. — Стасик, мы отойдём припудрить носик, хорошо? — Давайте. Долго не сплетничайте. Я успела схватить бокал шампанского и послушно вышла из-за стола под руку с Ирой. «Боже», — хотела я подумать, но снова припомнила Муратова, усомнившегося в моём атеистическом мировоззрении. Он точно находился здесь! Мы шли в сторону уборной, огибая столики, а я искоса пялилась на чужие лица, пока Ира не закрыла нас в туалете. — Ты посмотри! Какая ты бледная! Подруга схватила моё лицо тёплыми руками и пододвинула к зеркалу. Я попыталась отхлебнуть шампанского, от которого пузырьки отскакивали по носу. В зеркале переливались пайетки на моём чёрном платье и на зелёном — у рыжей Иришки. Она растёрла мои щёки. — Кого ты там увидела? Лёню, что ли? — Ч-чего? — Игристый напиток пошёл через ноздри, и я закашлялась. — Он здесь? — Нет! Нет, конечно! Фух… Я думала, ты его увидела. — Ирка отжала у меня бокал и осушила. — А кого тогда? Чуть не выкашляв кишки, я утёрла рот и вцепилась в раковину. — Никого, Ир. Показалось мне. Может, реально показалось? Мало ли у кого такой же почерк. Пропавший отец, музыкальные наклонности и… нехватка столовых приборов! Мало ли… Да что за порнография? Что я делаю в его списке желаний? До сих пор потряхивало. — Ну, не ври давай! Кто? Пиявка! — Да не видела я никого! Но знаю, что… Лекса сегодня здесь. — Я вздохнула и дотронулась кончиком пальца до пышных приклеенных ресниц, над которыми сегодня перед рестораном трудилась Ирка. — Убери ты руки от красоты! — Она шлёпнула меня по ладони, пытаясь задавить гаденькую улыбку. — Пригодится ещё! Эй, ты вообще удивлена? — Ир, ты слышала? Муратов здесь! — Не зная, куда и деться, я выхватила пустой бокал и заглянула на дно. — Да слышала-слышала. — Как ни в чём не бывало подруга расстегнула сумочку и извлекла оттуда помаду. А ещё на какую-нибудь реакцию стоит рассчитывать? На слова утешения там, напутствия? — Открой рот. — Ну и зачем это? — промямлила я, а Иришка насильно притянула меня за подбородок, размалёвывая губы. — Что-бы Му-ратов обал-дел... Вот! Б о ж е… Робкая фантазия, которой я развлекалась последние пару недель в одиночестве, вдруг проявилась как сценарий, вполне себе имеющий шансы на развитие. И вот, я в роскошном платье стою с открытым ртом в туалете ресторана, а Иришка рисует мне макияж совратительницы. Нашла, на кого позариться. На не повзрослевшего двадцатилетнего мальчика! Не верится, что я думаю о нём в таком ключе. Не верю! Не верю! И давно это у меня? Я заболела! У меня температура! — Сожми. — Между губ оказалась салфетка. Я послушалась. — А теперь. Ты должна кое-что знать. Я хотела рассказать после Нового года, потому что не хотела тебя расстраивать. — У меня ослабли коленки. В теле ощутилась неприятная слабость, а потом сбилось дыхание. Что рассказать? Что ещё? Решила устроить мне инфаркт напоследок? — Но теперь я вижу: для тебя это будет не такая уж и плохая новость. Скорее, приятная. В общем… в тот день, когда мы с тобой поругались, я ночевала на вокзале. Класс! Просто восторг! Я разинула накрашенный рот, шокированная признанием Иры. Но уже предвкушала продолжение истории… — И… блин, не знаю, как тебе сказать. — Да говори уже! Интриганка! — Только не смейся. — Ира втянула воздух. — Я на вокзале познакомилась с женщиной. Она… ну… видит будущее. — Цыганка, что ли? — Сдуреть можно! — Тш-ш-ш! Пожалуйста! Пожалуйста! Ничего не говори! Я знаю, что я идиотка и всё такое… Просто… она за живое меня зацепила! Ну попала она! Сказала про ссору с мужем, про то, что я устроилась на новую работу и меня окружают молодые люди. И… Тёмика она описала. Называя имя студента, Ира перешла на шёпот и крепко схватила меня за руку. Хорошо. Потому что последние пару минут казалось, что я теряю сознание. Похоже на новый выпуск «Битвы экстрасенсов». — Она нагадала, что наш со Стасом брак Тёмик может разрушить. И сказала провести кое-какой обряд, чтобы его отвадить. Дала иглу… Но там ничего страшного, я никому зла не желала! Честно! Вот… Я сделала всё, как она велела. Молитву специальную прочитала, иглу заткнула в актовом за плинтус. Через три дня я навестила Стаса, и мы помирились. Представляешь? Представляю! Как ты могла прийти в любой другой день и поговорить, наконец, с мужем нормально! Стало ясно, что увидел Муратов… Ритуал во имя спасения семьи. — Ир, я в эту херню всю не верю… Но я рада, что вы помирились, честно. — Не сдержав в её сторону взгляда, как на пациентку отделения психиатрии, я потрепала Иришку за плечо. — А Артём — тот ещё мудак. Ты прости меня, пожалуйста, что суюсь. Но он такой настырный, а ты — слишком уязвимая, добренькая. Не дала ему сразу понять, вот он и приклеился. Уж не знаю, как та аферистка выудила у Ирки её личную жизнь. Привокзальные гадалки — те ещё психологи. В конце концов, существуют наводящие вопросы и впечатлительные дурочки, такие, как Ира. Но совет она дала дельный, благо, не навредила. Иришка грустно и согласно кивнула. Нет, наверное, всё-таки зря мы это затеяли перед Новым годом. Надо бы раздобыть ещё шампанского. — А ты ей дала что-то взамен? — Конечно! Серёжки! И вы хотите сказать, что я разговариваю с вменяемым человеком? По ощущениям, на лице заходили желваки. — Но это ещё не всё… Я для чего рассказываю-то. — Давай, добивай. — Она велела мне уволиться. Иначе обряд не сработает… Уволиться, значит… УВОЛИТЬСЯ? Я за неё прошу! Стелюсь перед неадекватным деканом! А она пообщалась с гадалкой и преисполнилась житейской мудрости?! — Ты… увольняешься? — с трудом выдохнула я… ВДРУГ НЕПРАВИЛЬНО ПОНЯЛА? — Уже уволилась, — виновато пожала плечами Иришка. — Я догадываюсь, что организация бала теперь ляжет на твои плечи… Вилочка, ты простишь свою подружку, а? Я уверена, Лекса хороший парень, он тебе поможет. И поводов видеться в январе у вас станет больше. Он ведь так тебе... нравится. Недолго думая, я схватила бокал. И двинулась на Ирку. Она быстро смекнула и затеребила щеколду на двери. Беги, засранка! Подруга юркнула за дверь, в зал, из которого раздавались реплики ведущего сквозь аплодисменты отдыхающих. Хлопнув дверью, я испугала женщину, выходящую из соседней уборной, и втопила следом за Ирой. — До Нового года остаётся всего час и двадцать минут! Давайте же выпьем за ваше крепкое здоровье! За то, чтобы все самые сокровенные желания волшебным образом сбылись! От нескончаемого многообразия салатов фигура становилась только точёнее! Ингаляции ёлкой и мандаринами зарядили вас позитивом на следующие двенадцать месяцев! А ваш зайка серенький не перебрал с беленькой... Хотя сегодня можно! Перебежками от стола к столу Ирка быстро обогнула половину зала, наполнившегося звоном бокалов. Я направилась напролом к нашему столику. Полный ресторан людей, и никому не пожалуешься! Мы, конечно, научились со Стасом обмениваться репликами, но, боюсь, историю про цыганку, свистнувшую золотые серьги, он не оценит. Жёнушка его, как была святая простота, так и осталась! Надеюсь, она понимала, что я не злюсь всерьёз. В новогоднюю ночь. В таком макияже, наряде, когда поблизости, очевидно, находился Лекса, я не могла беситься в полную силу. Каждая нервная клетка тратилась на тягостное предвкушение. Придя разными маршрутами за столик, мы уселись друг напротив друга. Иришка запыхалась. Стас выдал нотку удивления при виде моего доработанного образа. А я угрожающе сощурилась в сторону рыжей проказницы. — Давай свой бокал, Виолетт… Или ты теперь не тостуешь? Помаду бережёшь? — Налей ей всклень, Стасик! Чтобы она посудой не швырялась! — …а я под ваши шумные аплодисменты приглашаю на сцену талантливых музыкантов. Бэнд «Вся ночь впереди»!