ГЛАВА 13: НАСЛЕДИЕ КРОВИ И ПЛАМЕНИ

«Пророчество — это не судьба. Это искушение, одетое в одежды предопределенности. И самые страшные решения мы принимаем, уверенные, что идем по единственно верному пути». — Из дневника Ребекки Уокер

Люцифер ждал меня в коридоре, прислонившись к стене. Его алые глаза, мгновенно сфокусировавшиеся на мне, выдали беспокойство, которое он пытался скрыть показной небрежностью. — Ну? — его голос был низким и напряженным. — Ты выглядишь… будто видела призрака. Он был слишком проницателен. Я заставила себя расслабить плечи, надевая маску уставшей девушки. — Просто выговорилась Мими, — пожала я плечами, отводя взгляд. — И… подумала о словах Ости. Мне нужно побыть одной. Ненадолго. Пройтись по Публичной библиотеке. Почитать что-то отвлеченное. О Земле. Его взгляд буравил меня, пытаясь найти скрытую трещину. — После Хроник тебе не стоило бы оставаться одной. — Именно после Хроник мне и нужно отвлечься, — мягко, но настойчиво парировала я. — Я просто посижу среди книг. Обещаю. Он колебался, но кивнул. — Хорошо. Но возьми это. — Он снял с мизинца тонкий серебряный перстень с черным рубином. — Коснись его, если почувствуешь малейшую угрозу. Я буду рядом в мгновение ока. Маячок. Цепи. Я улыбнулась и позволила надеть его на свой палец. Публичная библиотека была огромным сияющим залом. Люцифер остался у входа, скрестив руки на груди, а я углубилась в лабиринт стеллажей. Мой путь лежал в отдел генеалогии. Мне нужно было понять не кто мои родители — я знала, что я дочь Винчесто и Ребекки. Мне нужно было понять контекст. Почему мой дед-Серафим так яростно противился их союзу? И какую роль во всем этом играл Сатана? Сердце бешено колотилось, когда я нашла тяжелый фолиант «Семейные хроники Серафимов. Том III». Я уединилась за столом и начала листать. Сухие строчки, даты… Вот она: «Ребекка, дочь Серафима Каэла». И тут же — пометка: «Отлучена от рода. Брак с Адмироном Винчесто признан недействительным. Потомство — вне закона». «Вне закона». Вот цена, которую заплатила моя мать. Я уже готова была закрыть книгу, когда заметила едва видимый знак на полях — крошечный выдавленный плющ. Любопытство взяло верх. Я провела пальцем по нему. И случилось чудо. Напротив, на чистой странице, проступили строки, написанные изящным, летящим почерком. Невидимые чернила. Голос моей матери, обращенный ко мне. «…Если ты читаешь это, значит, ты нашла мой тайник. И значит, твоя природа начала проявляться. Знай, моя дорогая Вики, все, что я делала, я делала ради тебя…» «…Отец, твой дед, никогда не принял бы Винчесто. Для него демон — это скверна, нечто низшее. Но я любила твоего отца. Он был силен, страстен и… свободен. Но за эту свободу пришлось платить. Сатана, его Повелитель, узнал о нашем союзе. Он призвал Винчесто и сказал, что наше дитя — дитя Света и Тени — есть воплощение древнего пророчества. Тот, кто взрастит тебя, получит ключ к новой эре. Сатана видел в тебе инструмент для укрепления своей власти. Он приказал твоему отцу защищать тебя любой ценой, но я всегда чувствовала, что эта «защита» была формой владения…» Я читала, и у меня перехватывало дыхание. Сатана знал. С самого начала. «…Мы сбежали на Землю, чтобы скрыться от гнева моего отца и от слишком пристального внимания Сатаны. Я надеялась, что земная жизнь, далекая от магии и интриг, скроет тебя. Я попыталась запечатать твою демоническую сущность, пока ты не станешь достаточно сильной, чтобы контролировать ее сама. Это ослабило меня, но я была готова на все…» «…Но они нашли нас. Сначала пришли эмиссары моего отца. Они требовали отдать тебя, «очистить кровь». Мы отбились. Но потом… потом пришел другой. Тень с кольцом с алой розой. Он не был ни ангелом, ни демоном в привычном понимании. Он был… пустотой. Он сказал, что пришел по приказу «Хозяина», который не потерпит, чтобы его инструмент был испорчен. Он имел в виду Сатану. Он сказал, что мое заклинание «глушит твой истинный потенциал». И что это мешает Плану…» «…В ту ночь мы с твоим отцом приняли тяжелейшее решение. Единственный способ спасти тебя — сыграть в их игру. Но сделать это по-своему. Винчесто вернулся к Сатане, чтобы отвести от нас подозрения и попытаться повлиять на ситуацию изнутри. А я… я осталась с тобой, продолжая притворяться слабой, продолжая скрывать твою силу. Мы инсценировали мое бессилие. И мы инсценировали наше отдаление, чтобы все думали, будто Винчесто оставил нас. Это была ложь, чтобы защитить тебя. Но та ноша, что легла на твоего отца… я не знаю, смог ли он ее вынести. Я fear, что служение Сатане могло сломать его, изменить…» Я сжала край стола, пытаясь осмыслить услышанное. Мои родители не были жертвами. Они были стратегами, игравшими в смертельно опасную игру против Сатаны и Серафимов одновременно. «…Твоя «смерть»… О, дитя мое, я знаю, что это было. Это был следующий этап их плана. Сатана понял, что на Земле твоя сила никогда не раскроется в полной мере. Ему нужна была ты — здесь, в Школе, где давление Света и Тени выкует из тебя то оружие, которое он хочет получить. Он организовал твою смерть, чтобы доставить твою душу сюда. Мы не могли этому помешать, не раскрыв наш обман. Пришлось позволить этому случиться. Прости нас… Прости меня…» Слезы текли по моим щекам. Вся моя жизнь, моя смерть — все было частью чудовищного замысла. А мои родители… они были заложниками этой игры, вынужденными наблюдать со стороны, не имея возможности открыто вмешаться. «…Теперь ты здесь. Игра началась по-настоящему. Не доверяй никому, Вики. Особенно тем, кто говорит, что любит тебя. Любовь в нашем мире — самая редкая и самая опасная валюта. Ищи Пламя Вечности. Это единственное, что может дать тебе настоящую силу, неподконтрольную ни Сатане, ни Серафимам. Оно скрыто, но ты должна его найти. И помни — даже в самой густой тьме всегда есть отсвет того света, что мы зажгли ради тебя. Я всегда с тобой. Всегда…» Последние слова растворились, и страница снова стала чистой. Я сидела, не в силах пошевелиться, сжимая в кулаке перстень Люцифера. Внезапно я почувствовала на себе взгляд. В проходе стоял старый Хранитель в серых robes, с крыльями цвета старого пергамента. Его голубые глаза смотрели на меня с бездонной печалью. — Она была храброй женщиной, — его голос был тихим, как шелест страниц. — И мудрой. Она оставила это послание, зная, что однажды ты будешь готова его услышать. Меня зовут Элиас. Я дал ей слово хранить её секрет. — Она… жива? — выдохнула я, не веря в такую возможность. — Её физическая оболочка мертва. Жертва, которую пришлось принести, чтобы отвести окончательные подозрения. Но душа… душа Серафима не умирает так легко. Она находится в сокрытом месте, вне досягаемости как Сатаны, так и её отца. Она наблюдает. И ждёт. Жжение на пальце вернуло меня к реальности. Рубин на кольце Люцифера светился настойчивее. — Мне нужно идти, — прошептала я, вставая. — Осторожнее, дитя, — Элиас кивнул. — Сын Повелителя может быть как твоим самым опасным врагом, так и… неожиданным союзником. Пророчество не предопределяет, кто будет стоять с тобой у трона. Лишь то, что трон будет. Я вышла из библиотеки, неся в себе тяжесть новой правды. Люцифер ждал, его лицо было мрачным. — Ну что? Нашла своё «отвлечение»? — в его голосе звучала насмешка. Я заставила себя улыбнуться, маскируя бурю внутри. — Да. Спасибо. Я… я многое поняла. Я взяла его за руку. Его пальцы сомкнулись на моих, сильные и уверенные. Он смотрел на меня, и в его глазах я видела облегчение и ту самую одержимость, о которой говорила мать. — Хорошо, — он притянул меня к себе и поцеловал в лоб. — Тогда пойдём. Нас ждёт тренировка. Идя рядом с ним, я чувствовала тепло его руки и холод кольца-маячка. Я смотрела на него и думала: он — сын того, кто разорвал мою семью и убил меня. Но он же — тот, кто предлагал мне союз против своего отца. Кто ты, Люцифер? Пешка, игрок или приз? Чтобы выжить, мне предстояло найти Пламя Вечности и понять это, прежде чем его отец, мой дед или мои собственные родители в своей игре окончательно решат мою судьбу за меня.