ГЛАВА 14: ИГРА С ЧЕТЫРЕХ СТОРОН

«Выбор — это не между добром и злом. Это между контролируемой катастрофой и хаосом, где у тебя есть шанс выжить». — Из наставлений Лестары

Тренировка с Люцифером в Забвенной Библиотеке в тот день была особенной. Каждое его прикосновение, каждый взгляд я пропускала через призму новой правды. Он был сыном моего главного врага, архитектора моего страдания. Но он же был и тем, кто предложил мне союз против него. — Снова! — его голос, привычно властный, прозвучал прямо у меня за спиной. — Ты витаешь в облаках, Вики. На поле боя это стоило бы тебе жизни. Я сжала кулаки, чувствуя, как знакомый гнев закипает внутри. Но теперь это был не слепой гнев обиженной девчонки. Это было холодное, ясное пламя. Я развернулась и, не используя магию, просто сконцентрировав всю свою волю, бросила ему вызов взглядом. — Я не на поле боя. Я в библиотеке. С тобой. И если ты хочешь, чтобы я была сильной, перестани обращаться со мной как с солдатом на плацу. Он замер, удивлённый моим тоном. Его алые глаза сузились. — И как же, по-твоему, я должен с тобой обращаться? — Как с партнёром, — выдохнула я. — Ты сказал, что видишь во мне равную. Так доверься мне. Не просто учи, а советуйся. Я не просто сосуд для твоей силы, Люцифер. Я — архитектор своей судьбы. Он медленно приблизился, изучая моё лицо. Воздух вокруг нас сгустился, наполнившись невысказанными словами и напряжением. — Что-то случилось в библиотеке, — констатировал он. Это был не вопрос. — Многое случилось со мной с момента смерти, — уклончиво парировала я. — Я просто начинаю это осознавать. На его губах тронулась тень улыбки — не насмешливой, а заинтригованной. — Хорошо, архитектор. Тогда предложи. Как мы будем действовать против моего отца? Ты получила доступ к Хроникам. Что ты узнала? Это был опасный путь. Я не могла раскрыть всё, но могла поделиться частью правды, чтобы завоевать больше доверия. — Я узнала, что моя смерть не была случайностью. Это был спланированный акт. Кто-то могущественный приказал меня убить, чтобы доставить мою душу сюда. И твой отец… он знал о пророчестве обо мне ещё до моего рождения. Я наблюдала за его реакцией. Ни тени удивления. Лишь мрачное удовлетворение. — Я всегда подозревал, что его интерес к определённым душам не случаен. Он — великий кукловод. Но даже кукловод может запутаться в своих же нитях. — Он сделал шаг ближе. — Ты права. Мы должны изменить тактику. Грубая сила не сработает против него. Ему нужно противопоставить хитрость. И у нас есть преимущество — он не знает, что мы объединились. «Он не знает? Или знает, и это тоже часть его плана?» — пронеслось у меня в голове. — Что предлагаешь? — спросила я. — Информацию. У моего отца есть агенты здесь, в Школе. Я знаю некоторых. Но не всех. И есть те, кто работает на него по принуждению. Если мы сможем найти их и перевербовать… или, по крайней мере, понять, какую информацию они передают… мы сможем контролировать то, что он знает. Это было гениально и опасно. Мы собирались кормить Сатану той информацией, которую захотим. Но для этого мне нужны были собственные источники. Моя собственная сеть. — Я могу помочь с этим, — осторожно сказала я. — Как новенькая, я могу быть менее заметной. Люди говорят при мне то, чего не сказали бы при тебе. Он смотрел на меня с новым уважением. — Рискованно. Но… да. Действуй. Но будь осторожна. Очень осторожна. И помни о кольце. В тот вечер, вернувшись в комнату, я дождалась, когда Мими уснёт. Затем я достала зеркальный диск Лестары. Пришло время для отчёта. Я прикоснулась к нему и прошептала её имя. На этот раз она появилась не вся сразу. Сначала в воздухе возникло её отражение, будто в разбитом зеркале, которое постепенно сложилось в целостный образ. — Ну что, пчёлка, принесла мёд? — её золотые глаза сияли в полумраке. — Фенцио ненавидит меня, потому что я — живое доказательство величайшего, по его мнению, греха моей матери, — начала я, тщательно подбирая слова. — Ребекка, будучи Серафимом, связала свою судьбу с демоном. Для таких ангелов, как Фенцио, чья вера в догмы непоколебима, это не просто ошибка. Это — падение, предательство самой сути Света. Моё существование — это символ того падения. Я — олицетворение того, что чистейший Свет добровольно осквернил себя, смешавшись с Тьмой. Он презирает меня, потому что видит во мне не человека, а воплощённый грех. Лестара медленно кивнула, её лицо выражало удовлетворение. — Прекрасно. Это даже лучше. Ненависть, основанная на фанатичной вере, — самый мощный и самый слепой двигатель. Такого человека легко спрогнозировать и несложно спровоцировать. Ты справилась блестяще. — А теперь ваша очередь, — напомнила я. — Пламя Вечности. — Ах, да, твой интересный артефакт, — она сделала паузу, наслаждаясь моментом. — Пламя Вечности — это не предмет. Это состояние. Источник первозданной, не замутнённой волей ангелов или демонов, энергии. Говорят, тот, кто сможет его обуздать, получит силу творить и разрушать, не скованную Равновесием. Силу, которой не было ни у кого со времён самого Творения. У меня перехватило дыхание. Вот что могло бы дать мне реальный шанс против Сатаны. — Где оно? — Его местоположение — величайшая тайна. Но ходят слухи, что ключ к его нахождению скрыт в трёх артефактах, рассеянных между мирами. Первый из них, «Око Бездны», как полагают, находится здесь, в Школе. Точнее, в её самом старом, заброшенном крыле — «Склепе Забвенных Имён». Туда не ступала нога ни ученика, ни учителя веками. Говорят, сам Кроули запретил туда доступ после того, как несколько слишком любопытных душ исчезли там без вести. Склеп Забвенных Имён. Звучало зловеще. И идеально подходило для того, чтобы спрятать что-то столь могущественное. — Что известно об этом «Оке»? — Это чёрный, отполированный камень, размером с ладонь. Он не отражает свет, а поглощает его. Легенды гласят, что он показывает истинную сущность того, кто на него смотрит. Но не ту, что внутри, а ту, кем он станет, если пройдёт свой путь до конца. Для кого-то это величайшее прозрение. Для других — последнее, что они видят. Решишься ли ты посмотреть, Вики Уокер? В её голосе звучал вызов. И я знала, что у меня нет выбора. — Решусь. — Тогда удачи, — её образ начал таять. — И, Вики… будь осторожна с твоим принцем. Сатана не был бы Великим Обманщиком, если бы не умел подкладывать самые соблазнительные приманки в свои капканы. Она исчезла. Я осталась одна с новой, ошеломительной целью и с тяжёлым предупреждением. На следующее утро я приступила к своей новой роли. Я начала с малого, подбирая информацию для Люцифера. Но самая важная задача ждала меня впереди. Мне нужно было проникнуть в Склеп Забвенных Имён. И сделать это так, чтобы никто, и особенно Люцифер, об этом не узнал. Возможность представилась быстрее, чем я ожидала. Через пару дней Геральд объявил о практическом занятии по ориентированию в лабиринтообразных нижних уровнях Школы. Это было идеальное прикрытие. Когда наша группа спустилась в сырые, тускло освещённые коридоры, я незаметно отстала, свернув в забытый проход, который вёл к старому крылу. Воздух здесь был спёртым и холодным. Пыль лежала толстым слоем. Я шла вперёд, держа перед собой слабый светящийся шар энергии, сердце колотилось где-то в горле. Наконец, я упёрлась в огромную, покрытую патиной бронзовую дверь. На ней не было ни ручки, ни замочной скважины. Только гладкая, холодная поверхция. Склеп Забвенных Имён. Как войти? Я прислонила ладонь к металлу. Он был ледяным. И тогда я вспомнила. Знак плюща. Символ моей матери. Я вынула из кармана острый шип и, стиснув зубы, провела им по подушечке пальца. Алая капля упала на дверь. Металл затрещал. Пятно крови впиталось, и от него побежали тонкие, алые прожилки, складываясь в тот самый узор плюща. Дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая абсолютную тьму. Я сделала шаг внутрь. Воздух внутри был другим — сухим, электризующим. Мой светящийся шар осветил круглое помещение без окон. В центре на каменном постаменте лежал тот самый камень. Око Бездны. Он был абсолютно чёрным, матовым, поглощающим свет. Я приблизилась, чувствуя, как он притягивает меня. «Покажи мне, — подумала я. — Покажи мне, кем я стану». Я посмотрела на его поверхность. Сначала ничего. Лишь тьма. Потом тьма зашевелилась. И я увидела… Я увидела себя. Но не ту, что сейчас. Я стояла на вершине чёрной пирамиды, сложенной из обломков. Мои крылья горели, как расплавленное железо. В одной руке я сжимала скипетр из чёрного обсидиана, увенчанный Пламенем Вечности. Вокруг меня лежали поверженные враги. Я видела Люцифера — он стоял на коленях, его взгляд был полон поражения. Я видела Сатану — его образ стирался из реальности. И я видела свою улыбку. Холодную, безжалостную, победившую. Королеву, которая построила трон из костей своих врагов. Это была не просто сила. Это была абсолютная власть. И в этот момент из тени за постаментом вышел он. Тот, чьё присутствие я чувствовала с самого начала. Мужчина в безупречном тёмном костюме, с перстнем с алой розой на пальце. Его глаза, цвета расплавленного золота, смотрели на меня с нескрываемым одобрением. — Ну вот, — его голос был ласковым и пронизывающим до костей. — Наконец-то ты увидела своё истинное лицо. Разве оно не прекрасно? Добро пожаловать домой, дочь моя. Я ждал этого момента очень долго. Передо мной стоял Сатана. Не видение. Он был здесь.