Солдат [2]

      Иногда казалось, что время пролетает катастрофически быстро, утаскивая за собой в настоящий водоворот событий. Лия уже видела обращение Эрена в титана, но у нее постоянно дух захватывало, а когда он поднял огромный вражеский корабль, то показалось, у нее челюсть упадет от потрясения. Увидеть так титана, который не хотел ее убить, а, наоборот, являлся товарищем – до сих пор в голове не укладывалось.       Эрен удивлял ее все больше. В моменты, когда он говорил с ней, Лия чувствовала тепло и волнительный трепет. Ей казалось, словно через парня к ней обращался Брандон. Ощущение схожее. Словно рядом есть тот, кто знает, что делать. Кто укажет путь.       Глубокая ночь. Звездное небо. А еще палаточный лагерь, разбитый в низине у холмов, с которых дежурные наблюдали за рядом военнопленных, которых загоняли под тенты, либо связывали у деревьев. Точнее, дерева – с растительностью у береговой линии довольно туго обстояли дела.       Это уже не первый корабль, который они захватывали, но в этот раз на судне оказались предатели марлийской нации. Неся дежурство на возвышении, девушка внимательно наблюдала, как высокую блондинку в белоснежной униформе командир Ханджи сопровождала в палатку. Элдийцы провожали незваную гостью враждебными взглядами, во всяком случае, атмосфера стояла напряженная. Либо дело в колючем прохладном ветре, задувающим с моря. Неприятная погода.       – Похоже, избранных тоже не позвали на важный разговор.       Мысленно досчитав до трех, Лия едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, но лицо оставила неизменно бесстрастным. Видимо, у кого-то из разведки ужасное чувство юмора, раз ей в пару на дежурства уж чересчур часто начали ставить Флока Форстера. Тем не менее они хотя бы перестали по пустякам грызть друг другу глотки, и найдя комментарий парня вполне ожидаемым, проследила за его взглядом. По другую сторону от лагеря на возвышении сидели ребята из 104-го выпуска.       Они не дежурили, просто держались вместе. Эрен и Саша там же. Грустно и завидно, хотя девушка понимала, что как-то глупо реагировать на их сплоченную команду подобным образом. Она ведь для них посторонняя.       – Как всегда надменно промолчишь?       Голос Флока оставался спокоен, но интонация не понравилась Лие.       – А что говорить? – оторвав взгляд от лагеря и обернувшись к темнеющему простору, изрытому песком и каменистой породой, риторично уточнила девушка. – Они же из одного выпуска, вот вместе и сидят.       – И… как это соотнести с тем, о чем я говорил?       «Блин», – мысленно отругав себя за путаницу в голове, девушка оправила винтовку на плече и напряглась. Вот чего меньше всего хотелось, так выглядеть дурой перед Флоком и давать ему лишний повод для издевок.       – Пойдем в обход. Нечего тут задерживаться.       Обход территории, конечно, дело невероятно увлекательное, за минувший час дежурства они успели вдоволь налюбоваться ночными пейзажами. Только из-за захвата пленных в дозорных появилась необходимость, хотя не исключено, что какой затерявшийся титан появится. Лия аж печенкой чувствовала, что произойдет какой-то форс-мажор. При захвате первой группы вражеских моряков было совершено две попытки к бегству. Поскольку до береговой линии тащить за собой клетки для содержания пленных довольно проблематично, уповать приходилось на стражников, веревки и наручники.       – Завидуешь, что тебя не приглашают в их компанию поболтать?       «Да что ж ты будешь делать», – едва сдержав желание скривить лицо, Лия недобро глянула на Флока. К его пассивной агрессии, похоже, у нее никогда не выработается иммунитет. Стоило парню открыть рот, как внутри у девушки душа с головы до пят переворачивалась.       – Почему ты хочешь это узнать?       – Потому что мы здесь совершенно за другим делом. Мы вступили в разведку, не чтобы друзей искать, а чтобы спасти наших людей от угрозы извне.       – Тяжело тебе, наверное, без друзей, да? – замедлив шаг, когда они подходили к окраине лагеря, завершающейся небольшим, но довольно крутым холмом, девушка тут же вспорхнула вверх. Во многом, чтобы избежать язвительного ответа.       – У тебя их тоже нет, вообще-то, – не смог промолчать Флок, поспешив вскарабкаться следом. – Ты… ты должна думать не о том, чтобы с кем-то подружиться. Тебе вообще повезло, что появилась такая возм!..       Ботинок, улетевший в лоб парня, моментально прервал его пылкую речь, заставив покатиться вниз. Он успел взобраться на пару метров, так что никаких серьезных травм, кроме уязвленной гордости, да пары синяков, у него не появится. Но от вида, как он заплевывался пылью, неуклюже раскинувшись на земле, у девушки разлилось приятное удовлетворение в груди.       – О, прости пожалуйста, нога соскользнула. Надеюсь, с тобой все в порядке?       – Да ты… да ты издеваешься?! Ты намеренно меня пнула, я мог шею свернуть!       – Значит, тебе стоит быть осторожнее. Если вдруг тебя лягнет лошадь, испугавшись твоего появления, тоже будешь ругать животное? – не отрывая от парня взгляд, в котором блестели пугающие искры, Лия едва сдержала улыбку. – Ах да… если тебя легнет лошадь, говорить со сломанной челюстью будет тяжело.       Издалека доносились голоса, растворяющиеся в прохладном воздухе. Костры, разожженные в лагере, вместе с чистым звездным небом и полной луной, бросали свет на фигуры двух молодых разведчиков, застывших, словно хищные кошки. И правда, Лия чувствовала себя рысью, готовой поддаться азарту и напасть на рыжего кота, который шипел и скалился.       – Это угроза?       Со временем девушке надоело терпеть издевательства. Она боялась не столько Флока, сколько последствий, которые могли бы последовать за несоблюдением субординации или из-за порчи… имущества, например, если устроить драку. Но затем она вспоминала, что бояться наказания, когда ты должен был как год назад подохнуть, глупо. Махать кулаками для нее, конечно, проигрышный вариант, а лезть на Флока с ножом – слишком тупо. Если ей и суждено помереть, то не в тюремной камере по обвинению в нападении на сослуживца из-за банальной вспышки гнева.       Да и это не интересно. В последний год мало что вызывало у Лии интерес, пробуждало трепет в груди. Однако ей нравилось смаковать злость, чувствовать, как раздражение придавало сил, заставляло ощутить себя живой и способной дать отпор. Помимо глобальной цели, которую преследовал Эрен, Лие требовалось сосредоточиться и на чем-то повседневном, чтобы не сойти с ума от скуки. Скука, на удивление, пугала и изъедала мозг не менее пронырливее страха.       Влад как-то сказал ей: «не давай обидчику сразу понять, на что ты способна, куда приятнее наблюдать, как в нем борются противоречия, что в итоге заставит его запоздало осознать угрозу, которую ты представляешь».       – Это лишь констатация факта, – улыбнувшись одними губами на краткий миг, отозвалась девушка после долгой паузы, – лошади бьют мощно. Советую поверить на слово.       Реакция Флока оказалась ожидаемой, сдерживал он эмоции довольно плохо, в его глазах плясали искры, а пальцы, впиваясь в землю, тянулись сжаться в кулак. Только в этот раз он уже не спешил разразиться криками. Видимо, начал подозревать, что девочка училась давать отпор.       Забравшись на холм, Лия, тем не менее, не теряла бдительность. Как только Флок вскарабкался следом, на мгновение она позволила мысль, что парень столкнет ее в отместку вниз. И лететь ей придется не пару-тройку метров, а все десять к подножью лагеря.       – Что? – огрызнулся парень, заметив на себе ее настороженный взгляд. – Думаешь, теперь я случайно задену тебя, и ты полетишь вниз?       Лия промолчала.       – Смотри лучше за лагерем.       Верно, сейчас он не рискнет пинать ее в спину, уж не пока она ожидала подлый выпад. Это даже занимательно. Небольшое хобби или тренировка бдительности.       Осмотр лагеря, конечно, ничего нового не принес, точнее, все те же палатки. Костры и редкие люди, мелькающие мимо тентов. Большая часть разведчиков отдыхала, не спалось только дежурным, да любопытным ребятам из 104-го. С высоты хорошо просматривалась и зона содержания заключенных. Их решили не держать в палатке, чтобы не занимать нагретые места, да и не давать возможность тайком освободить от веревок. Их держали не в одном месте, а в трех.       Шли долгие минуты. Ничего интересного не происходило. К счастью, наверное. Но из-за этого все сильнее накатывала усталость, у Лии начали глаза слипаться.       – Эй, – грубо толкнув ее локтем в бок, Флок заставил девушку отбросить усталость. Она уж подумала, он так ее в чувство привел, но взгляд его был направлен в противоположную сторону лагеря. Куда-то во тьму. – Глянь-ка. Мне кажется или нет?       Вряд ли бы он решил над ней поиздеваться, поэтому, обернувшись, Лия присмотрелась к береговой линии, плавно переходящей в песчаную даль. Она ничего не заметила, но не стала торопиться с выводами, в итоге обнаружив несколько силуэтов, промелькнувших между валунов. До них от лагеря где-то сотня метров.       – М-м? Люди?       – Значит, не показалось, – напрягся Флок. Они осматривали территорию сидя, поэтому не столь откровенно могли привлекать внимание. – За лагерем нормально следила? Никто не убегал?       – Нет. К тому же дозорные остаются рядом с пленниками. Если кто-то и сбежал, то до заключения. Могли спрыгнуть в воду, например, когда Эрен вытаскивал судно. А это не могут быть наши?       – Наши бы не стали вилять от камня к камню и прятаться. Это враг. Вполне вероятно, они затевают что-то нехорошее, иначе бы убежали куда подальше или сдались бы.       Несмотря на неприязнь к парню, рассуждал он верно, во всяком случае, Лию убедили его слова. Они заметили вражеских солдат, которые не шли с поднятыми руками, а крались, словно лазутчики. Донос в штаб займет много времени, неизвестные могли сделать что-то плохое.       Скинув с плеча винтовку и подползя к краю холма, Лия легла на землю, собираясь прицелиться.       – Эй, ты чего удумала?       – Нужно остановить их. Если это вражеские солдаты, их следует устранить. Мы на посту, поэтому не вижу причин…       – С такого расстояния ты промахнешься. Винтовки нам дали, скорее, для проформы.       – Я служила в военной полиции, там нас учили стрелять, – расположившись удобнее и проверив прицел, недовольно зашипела девушка. – Или ты предлагаешь бежать им навстречу?       – Мы можем попытаться захватить их живыми.       – А если их больше, чем двое? И как ты это себе представляешь? Мы вдвоем не справимся, если они окажут сопротивление. К тому же у них также может быть оружие.       – Если они прыгнули в море, то порох мог отсыреть.       – У них совершенно другое оружие, нежели чем у нас, разве сам не видел? Они нас пристрелят. Поэтому дай мне выстрелить и устранить хотя бы одного.       – Тц, – раздраженно шикнул парень и, подумав мгновение, решил: – если промажешь, и они начнут убегать, я пойду следом. Нельзя дать этим тварям так уйти.       У них, почему-то, ни на секунду не возникла тень сомнения о том, чтобы избрать другой способ решения проблемы. Видишь врага – бей. Лия глубоко вздохнула, дожидаясь, когда тень, наконец, промелькнет у валунов. Флок также пригнулся, чтобы не привлекать лишнее внимание, возможно, их уже заметили. Расстояние неблизкое для стрельбы в ночи, тем более учитывая поправку на ветер. Девушка опасалась, что отдача и погода не принесут ей успеха, но как только из-за обломка горной породы показалась фигура во вражеской униформе, она нажала на спусковой механизм.       Грохот выстрела разлетелся над лагерем оглушительным громом. Противник, едва успев показаться, нервно дернулся вниз, другой солдат затащил его в укрытие.       – Попала?!       – Тц, не знаю, – раздраженно оскалившись своему промаху, девушка поспешила ухватиться за стебель затвора и взвести его, чтобы провести перезарядку. – Возможно, только задела или…       – Ничего тебе нельзя доверить.       – Сказал тот, кто стрелять вообще не умеет.       – Проклятье! Не дай им высунуться из укрытия!       – Что?.. Что?! Эй! – Лия успела отреагировать лишь на то, как парень, спрыгнув с возвышения, покатился по крутому спуску к песчаным барханам. – Вот же… идиот.       Обозлившись столь глупому поступку с его стороны, девушка вновь припала к винтовке и, ощущая, как от волнения трепетало сердце, разозлилась сильнее. Если у врага имелось оружие, а оно наверняка имелось, то вне укрытия Флок рисковал просто стать пушечным мясом. Откуда вдруг такая уверенность и смелость? Точнее, самоуверенность и глупость.       Из-за укрытия более никто не показался, но вот две тени, одна из которых помогала идти другой, не укрылись от Лии. Враг решил бежать? Тогда зачем наступал? Глупость, похоже, всегда руководила людьми, что по эту, что и по другую сторону. Однако, отложив оправдания, Лия вновь выдохнула и, прицелившись, выстрелила.       Мимо. Пуля ударила буквально в шаге от ног убегающих. Флок довольно резво нагонял их. А в лагере поднялся шум. Поэтому, обозлившись на себя сильнее, что столь бесполезно тратила патроны, Лия собрала всю злость в кулак и, сжав ее вместе с прикладом ружья, вновь выстрелила. Пуля пробила спину здорового солдата. Прогнувшись, мужчина потянул за собой раненного товарища, однако последний, ужаленный страхом и возможностью скорой расправы, с удивительной прытью понесся прочь.       Остался еще один патрон. Рассчитывая траекторию выстрела, Лия собралась с духом сделать финальное нажатие на спусковой крючок, но фигура солдата, забираясь вверх по холму, резко скрылась за ним, упав вниз.       – Что?       Теперь поле боя для нее осталось скрыто, и Флок, казалось, вообще не беспокоился об этом, преследуя удирающего противника. Возможно, он справится. Но если его убьют, велика вероятность, что враг скроется, и пусть ему некуда бежать… нет. Даже такой, как Флок, сколько бы он ни раздражал, не смел погибнуть столь паскудно. Просто от пули какого-то ублюдка, прячущегося в тени. Лия с раздражением оскалилась и, подскочив с места, бросилась вниз со склона.       Винтовка мешала бегу, без нее она быстрее добралась бы до холма. Песок словно обтекал ее ступни, также мешая передвижению. Несмотря на поднятый шум в лагере, девушка видела перед собой ориентиром лишь убитого марлийца. А когда над простором прогремело два последовательных выстрела, она чуть не споткнулась. Сердце забилось сильнее, в голове звенела пустота. Из винтовки подобным образом невозможно открыть огонь, значит, атаковал противник.       Срывая хриплое дыхание, Лия, словно пчелой ужаленная, понеслась вверх по склону. Опираясь о винтовку, чуть ли не карабкаясь на четвереньках, она взобралась на холм и, лихорадочно оглядевшись, заметила среди валунов две сцепившиеся фигуры.       «Жив», – лишь успела отметить девушка, подхватив оружие и, уперев его в плечо, прицелилась.       Они боролись, толкали друг друга на камни, но единственное, что смогла отметить Лия, это отсутствие пистолета в руках врага. Вероятно, Флоку удалось выбить его из рук агрессора. Но стрелять в противника в такой ситуации было нереально, велика вероятность, что пуля не только попадет в парня, но и, пробив врага, заденет его.       Что делать? Как быть? Легкие раздирало от тяжелого дыхания. Адреналин бушевал в крови, мысли разбегались подобно рою насекомых в дождь. Опять… опять она стоит беспомощно и наблюдает, не может взять себя в руки, чтобы что-то предпринять. Так? Так… или же не так? Лия действительно не знала, что ей делать, но страха не ощущала, как и отравляющей слабости. Она просто… не знала.       Однако, как только мужчина повалил парня на землю, обернувшись к ней спиной, решимость подтолкнула ее броситься вперед. Расстояние сокращалось катастрофически быстро, Лия перехватила винтовку за ствол и, когда незнакомец услышал приближающийся топот, приклад с размаху влетел ему в лицо. Девушке оставалось гадать, сколь сильным оказался удар, однако Флоку удалось сбросить с себя оглушенного, но не потерявшего сознание противника.       Хватаясь за горло, парень закашлялся, переворачиваясь на бок. Мужчина же, покачиваясь попытался встать на четвереньки. В свете луны Лия обнаружила, что разбила ему нос и губы, кровь густыми каплями растеклась по лицу. Все происходило слишком быстро, девушка даже не бралась размышлять над иными вариантами развития событий. Перед ней находился враг, один из тех, кто когда-то забрал жизнь дорогих ей людей. Косвенно или напрямую, это не имело никакого значения. Только не для нее. Ей хватило и того, что незнакомец носил униформу солдат Марлии.       – Стой… нет, стой!       Едва подняв на нее взгляд, солдат в ужасе выставил руки перед собой, но слушать его лепет Лия не изъявила желание. Она ничего не чувствовала, кроме будоражащей уверенности. Рука не дрогнула нажать на спусковой крючок и выстрелить чужаку в лицо, от которого секундой позже осталось месиво. Мозг и брызгами крови вылетел сзади от разрывной силы пули.       Эхо растворялось в тишине. Издалека уже доносились встревоженные голоса. Но Лия оставалась глуха как к ним, так и к своим эмоциям, смотря ненавидящим взглядом на труп вражеского солдата. Марлиец или элдиец. Плевать. Он против них.       От напряжения заболела голова, Лия и не подозревала, с какой силой стиснула челюсти, пока шорох в стороне не отвлек ее. Сглотнув горькую слюну и одернув себя, она обернулась к Флоку, ожидая увидеть либо осуждение, либо ужас, либо… уж что-то, но не настороженность. Он словно дикий волк, что присматривался к другому волку, которого до этого принимал за обычную дворнягу. Ни радости, ни поощрения. Но и никакого осуждения.       «Ну, хоть что-то» – вот, казалось, о чем подумал Флок. Либо, как и в ее голове, у него не было ни единой мысли. Но в одном они сошлись на интуитивном уровне – враг должен быть уничтожен. Без сожалений и жалости.

***

             – Да вы вообще… нормальные так поступать?!       И не поймешь, какие эмоции преобладали в вопросе Ханджи Зое: злость, ужас или отчаяние. Она напоминала мать, чьи дети вздумали поиграть с настоящей гранатой и лишь чудом не сорвали чеку. Лия оставалась холодной к происходящему, стояла, спрятав руки за спиной, и бесцельным взглядом смотрела на стол, находящийся посреди палатки. Флок же, напротив, едва сдерживал накатывающее негодование.       – Мы обнаружили врага, командир, и остановили его. В этом ведь заключается должность караульных, разве нет?       Несмотря на возмущение, Ханджи только и смогла, что одарить их колючим взглядом. Видимо, в ней все же играло переживание за своих подопечных, но дело, как выяснилось, было не только в этом.       – Это могли быть сбежавшие военнопленные, – нахмурившись, предположила женщина. – Часть солдат на захваченном судне приплыла, чтобы объединить с нами силы, и, если мы убили их людей, это может вызвать проблемы.       – Объединить силы? – аж опешил Флок. – Но это же враги… вы вообще о чем?..       – Тебе слово не давали, рядовой, – вмешался в разговор Леви, процедив слова сквозь зубы.       Кроме них четверых в палатке никого больше не оказалось, похоже, отчитывать решили без постороннего внимания. И тем не менее Лия поддержала негодование парня, холод спокойствия вдруг обеспокоила искра раздражения.       – Но это же… не важно, кто они, они же убили наших товарищей, они же убили командира Эрвина!..       – Закрой свой рот, – шагнув навстречу Флоку, грозно произнес капитан, от взгляда которого первому ничего не оставалось, кроме как прикусить язык и отвернуться. Но негодование до сих пор лезло сквозь сдержанность. – А ты тоже хочешь что-то сказать?       Нет, Лия ничего не хотела сказать, потому что не обладала даром красноречия. Описать эмоции, которые она испытывала, получилось лишь благодаря надменному выражению лица, которое она сменила на сдержанное негодование, расслабив мышцы. Однако в ней по-прежнему сидела пустота, которая прятала инстинкт самосохранения и не давала отвернуться. Она пристально смотрела Леви в глаза, разжигая в нем холодное раздражение.       – Что за взгляд, рядовой?       Страх наказания не пугал Лию. Как не пугал и вражеский солдат, который душил некоторое время назад Флока. Как не пугала необходимость застрелить его, пустив пулю в лицо. Волнение покалывало сердце от воспоминаний о размозженном лице противника, как запах пороха смешался с кислой ноткой крови.       Резко подступив к Лие и схватив ее за ворот рубашки, капитан дернул ее вверх. Несмотря на примерно одинаковый рост, он был крепче и сильнее, так что ему не составило труда встряхнуть ее, словно тряпичную куклу. От столь дерзкого выпада не только Флок, но и Ханджи замешкалась.       – Думаешь, к тебе и дальше будет какое-то особо отношение? Хотела бы сдохнуть, так сдохла бы давно. Но напоминаю, что ты служишь в разведке, поэтому, мы твои командиры, к которым следует проявлять уважение.       – Леви, ну хватит… – не столько подавлено, сколько устало обратилась к мужчине Ханджи. – По факту, они делали свою работу.       – Только приказ был брать беглецов по возможности живыми, – отпустив девушку и с пренебрежением скривившись, капитан отступил, но услышал тихое бормотание:       – По возможности.       – Чего?       Потирая шею от болезненно впившегося ворота рубашки, Лия не рискнула поднимать взгляд на мужчину, но не столько из-за наказания, сколько из-за бессмысленности подобного жеста. Даже если бы он ее побил за дерзость к вышестоящему по званию, что толку? Она всего лишь рядовой, чье мнение не будет учитываться не при каких обстоятельствах. И впервые за долгое время девушка почувствовала отвращение к ситуации. Ведь она продемонстрировала, что уже не беспомощна и способна убить врага, не раздумывая. А в итоге все это ничего не решило.       – Возвращайтесь на дежурство, ваша смена закончится только через час.       – А-а…       – Что?       Ханджи только растерянно выдохнула, пожала плечами и кивнула рядовым, отпуская их на несение вахты. В наказание, видимо, что их горячие головы не успели остыть. Не хватало для пущей убедительности напомнить, чтобы они сперва думали, а не хватались за оружие. Только они думали… и рассудили, что убийство врага куда эффективнее и принесет в последствии меньше проблем. Разведка и так захватила несколько десятков пленных, включая подозрительно нежданных союзников. Но союзников ли?       Едва покинув палатку, они с Флоком заставили отпрянуть людей, словно медведи, внезапно вылезшие из берлоги. Лию как-то не удивило, что уши отрастить решили представитель 104-го выпуска.       – Вы даже не пытаетесь, да? – уточнил Флок, пренебрежительно фыркнув и направившись в заданном направлении. К нему никто не решил, а точнее, не успел пристать с вопросами.       – Ну что, вас наказали? – тут же подлетела к Лие Саша, обхватив за плечи. – Все плохо? Слышала, капитан разозлился.       – Все в порядке, – аккуратно убрав руки девушки, Лия натянуто улыбнулась, оставив взгляд пугающе безразличным. – Мы возвращаемся на дежурство. Проблем нет.       – А… но…       Ни Лия, ни уж тем более Флок не горели желанием распинаться перед сослуживцами, и если парень едва сдерживал злость, то девушка и не знала, что за странную смесь эмоций переживала. Ей словно душу выпотрошили, а затем нашинкованные куски запихали обратно и на скорую руку залатали. Потому что на протяжении года ей вдалбливали в голову, что люди за морем – зло, от них все беды. Она хваталась за эту идею, как за спасительную соломинку, а сейчас им сделали выговор за то, что они ослабили военный резерв Марлии, пусть и на пару человек.       Как это в голове уложить? Почему они вдруг приглашают этих людей за стол переговоров? Если бы те двое вынуждено служили Марлии, то сдались бы, подошли бы с поднятыми руками и белым флагом. Лия понимала, что женщина по имени Елена, видимо, принадлежала к числу угнетенного меньшинства элдийцев. Но ей сложно было разделить этих людей на врагов и союзников. Пока… или… зачем вообще нужно это «пока»? Не обернется ли подобный шаг чем-то плохим?       Ведь Октавию по факту тоже убил элдиец… Зик Йегер, элдиец, который внезапно предлагал мир.       – Чушь какая-то… – внезапно прошептал Флок, буквально озвучив ее мысли.       Теперь их оставили даже без оружия. Нет, это не дежурство. Это наказание, если не насмешка.       Как ни странно, Лия была солидарна с высказанным негодованием. В последнее время она уж чересчур часто поддерживала умозаключения Флока, что настораживало. Обернувшись к парню, она позволила себе мысль отыскать в его переживаниях подсказку, какие эмоции следовало испытывать в сложившихся обстоятельствах. Похоже, верно расценила ситуацию – негодовать было вполне ожидаемо.       – Что? – заметив ее пристальный взгляд, ощетинился парень.       Странное чувство. Впервые, глядя на него, Лия испытывала воодушевление. Они разделили общее наказание, оказались в одной лодке, и появилась причина ненавидеть всех, но не друг друга. Как-то диковинно и необычно не испытывать к парню отрицательных эмоций.       – У тебя… на лице, – указав на свою щеку, как бы отражая жест, неловко пробормотала девушка. Не успела сформировать мысль, и прозвучало глупо.       – Ну простите, меня поваляли в грязи.       – Нет, ссадина. Кровь размазалась.       Недовольно рыкнув, Флок провел ладонью по щеке и раздраженно, с немым вопросом глянул на Лию. Не сказать, что стало лучше, она в ответ только покачала головой, но и вторая попытка не принесла должных результатов. Даже когда парень смочил палец языком и растер кожу вокруг ссадины, не справился с задачей. Девушка уже не пыталась скрыть разочарованное недоумение.       – Ну что?! – вспыхнул Флок, наблюдая ее гримасу. – Если не нравится, помогла бы.       – Не хочу я тебя касаться.       – Говоришь так, словно я заразный.       – Мало ли.       – От одного прикосновения что ли боишься развалиться? Сразу видно, неженка из полиции.       – Просто… – со снисходительным прищуром поглядывая на собеседника, пробормотала Лия, – через кровь может много всякой гадости передаваться. Сифилис какой…       – Чего?!       – Ты в какой деревне рос, что не знаешь о сиф…       – Да знаю я, что такое… а-а-а! За что мне это?!       – Сифилис?       От ярости, вспыхнувшей в глазах собеседника, почему-то тянуло засмеяться. Лия, едва сдерживая подрагивающие вверх уголки губ, предпочтительно держала спокойствие, которое раздражало Флока не меньше. Сейчас он на нее злился по-другому. В нем не бушевала искренняя жажда причинить ей вред, выместить свою злость. Это напоминало ребячье недовольство.       Их спор напомнил Лие о Брандоне, только в прошлом именно она становилась объектом шуток брата. Налетала на него, разъяренная и крикливая, как волна на холодную непоколебимую скалу. Жаль… что с братом ей теперь удастся шутить только в воспоминаниях.       – Эй, у вас все в порядке?       Одновременно обернувшись и обнаружив Эрена, которому удалось взобраться по склону незамеченным из-за их спора, Лия и Флок моментально успокоились. Девушка не знала причину реакции парня, но вот ее смутила мысль, что с тем же успехом к ним мог подобраться вражеский солдат и выстрелить в упор. Смеяться расхотелось.       – А тебя-то зачем прислали? – не постеснявшись добавить голосу легкое пренебрежение, спросил Флок. – Наше наказание заканчивается еще нескоро.       – Мы с ребятами хотели узнать, как вы.       – И поэтому пришел один?       – Да что ты вечно такой недовольный… – в растерянной усталости выдохнул Эрен, на что собеседник лишь отвел хмурый взгляд и пробормотал:       – Да будешь тут радостным, когда тебя отчитывают за ликвидацию противника.       Лия тактично промолчала. Ее несколько удивило, что Флок избежал слова «убийство», однако с куда большим интересом она ожидала реакции Эрена. Может, и не совсем по своей воле, однако он пришел к ним, возможно, из любопытства. Он здесь. Растрепанные волосы прикрывали его лицо, под глазами заживали следы от сращивания мышечных волокон.       – Даже если на том корабле были и бунтующие элдийцы и другие народы, нам-то что? – подойдя ближе к склону, продолжил мысль Флок. – Ну и ладно они. А марлийцев-то они зачем в живых оставили?       Свист ветра развеял паузу.       – По факту нам даже повезло, что Марлия послала один корабль, – мрачно подметил Эрен. – И его нельзя назвать боевым…       – Боевым? – нахмурился Флок.       – Учитывая, что их технологии дошли до того, чтобы создавать подобные сооружения, наверняка их вооружение в корне отличается от нашего. Я более чем уверен.       – Значит, – подойдя ближе к парню, привлекла его внимание Лия. – Ты не веришь, что та женщина и ее сообщники прибыли к нам с… благими… намерениями?       – Вот и у меня язык не поворачивается эти намерения назвать благими, – согласился Флок. – Вам удалось что-нибудь узнать об их плане?       Мрачный вид Эрена не сулил ничего хорошего. Даже без учета усталости, которая и так валила их всех с ног, не заметить, как напрягся парень, было трудно. Он довольно долго молчал, прежде чем произнести:       – Они сказали, что напали на своего командира по приказу Зика Йегера. Звероподобного титана.       Лие показалось, что она ослышалась. Сонливость, как рукой сняло, она в недоумении захлопала глазами, испытав столь бурный всплеск удивления, что не постеснялась глянуть на Флока. Чтобы хоть проверить, почудилось ли ей. Однако яркое недоумение ее собрата по вахте оказалось столь велико, что у него и слова из горла не вырвалось. А он любил покричать.       Тот, кто разгромил разведывательный корпус? Тот, кто убил Брандона и Октавию, из-за кого и она жизни чуть не лишилась? Человек, что едва не уничтожил само существование разведкорпуса, предлагал теперь объединить силы? Тот, кто убил командира Эрвина Смита? Лия и так с трудом осилила новость, что Зик и Эрен сводные браться, но кровь не объединяла стремления и желания людей. А здесь…       Они с Флоком оказались чересчур шокированы, вероятно, одной и той же мыслью, чтобы хоть как-то отреагировать на слова Эрена.       – Возможно, это ловушка. Но если есть хоть малейший шанс одолеть настоящего врага, мы должны его использовать, – сухо констатировал Эрен, вглядываясь в даль ночного неба. – Я не доверяю Зику и его людям. Из разговора, который нам удалось подслушать, цели Зика вызывают сомнения.       – Жаль, что не нам решать, как поступить в данной ситуации, – невесело заключил Флок.       – Если бы мы решали, то, боюсь, нас разгромили бы уже вчера, – невесело констатировала Лия, адресовав парню снисходительный колючий взгляд. И пока он не успел обдумать остроту, она обратилась к Эрену: – Что ты намерен делать?       – Не знаю… – сжав кулаки, нахмурился обладатель силы титана.       Ощущать себя беспомощным, имея столько мощи в арсенале, наверное, невероятно тяжело и обременительно. Лия понимала, что Эрен хотел свободы для своего народа, но как ее заполучить, когда они буквально были заперты на острове, окруженные со всех сторон врагами? Врагами, что превосходили их в боевой и количественной мощи.       – Я знаю, что… тогда ты это сказал сгоряча, эти слова на крыше год назад. Но для меня твоя цель стала ориентиром, – с искренней верой взглянув на парня, непоколебимо заявила Лия. – Моя наставница отдала за меня жизнь. Или… лучше сказать, что я выиграла вторую жизнь. Мертвое не может вновь умереть, поэтому, сколь бы опасны ни оказались твои планы, я помогу. Не важно, кто в итоге останется на твоей стороне, я поддержу твою мечту. Мне все равно… некого и нечего защищать. Прости, что навязала себе мысль о необходимости следовать за тобой, но… – грустно улыбнувшись, девушка добавила: – это помогает не сойти с ума от отчаяния.       – Лия…       – Не знаю, что насчет вдохновения и мечты, у меня дела обстоят проще. Наш командир желал отыскать ключ к свободе, сделать наших людей свободными от титанов, от страха. Так что, если есть идеи, как избавиться от вонючих марлийцев по ту сторону моря, я весь внимание. Даже эту… – недовольно глянув на девушку, шикнул Флок, – если под ногами мешаться не будет… а-а, не важно.       Лия воздержалась от комментариев, лишь медленно перевела на парня оскорбленный взгляд, пылающий холодным негодованием. Едва глаза не закатила. Детский сад.       Обернувшись, Эрен с легкой растерянностью посмотрел на собеседников. Наверное, хотел заключить, что они, похоже, начинают ладить друг с другом, но те, словно почувствовав неладное, смирили его тяжелыми взглядами. Эрена это ввергло в еще большую растерянность.       – Что ж… – протянул он, прочистив горло. – Я… понял вас.       – Не знаю, как она, но я серьезно, – бегло глянув на Лию, сказал Флок, – если есть идеи, я готов выслушать. Начальство, судя по всему, не спешит действовать… решительно.       – Им есть, что терять. Они ответственны за людей, – напомнила девушка. – Необдуманно действовать нельзя, ведь мы должны не только уничтожить врага, но и сохранить наших людей. Иначе… за что вообще сражаться, если все обернется прахом?       – Обернется прахом… – эхом отозвался Эрен. – А прахом обернется земля тех, кто рискнет к нам сунуться. Не знаю как… но я защищу нас. Чего бы это ни стоило.