Часть 9

Петра уже выписалась из госпиталя и прохлаждалась на лавочке в тени незнакомого ей растения. Нога ещё побаливала, становиться на неё полностью было некомфортно. Но если не торопиться, то можно было вполне спокойно ходить. Ребята трудились на спортплощадке, отрабатывали удары, а ей оставалось только наблюдать за ними. С момента травмы прошло уже три дня. Парни периодически наведывались к ней, а вот Леви… Ни разу. Как-то на утреннем обходе Петра спросила у Мэл невзначай, не приходил ли капитан по её душу? Узнать, жива она там ещё или нет, но Мэл отрицательно покачала головой. Дальше навязываться с тем же вопросом Петра не стала. Она понимала: у капитана много работы, тот же посол доставлял уйму проблем. Но хоть один раз мог бы прийти, хотя бы для виду. Где-то в глубине души Петра осознавала, что не имеет права на него злиться, но отчего-то обида зрела, наливалась тёмными красками, как спелая слива. Она украдкой мечтала, чтобы Леви проявил к ней хоть какое-то внимание. С тех пор, как он доверил ей свою тайну, Петре казалось, что вот теперь все будет по-другому, появилась тонкая связывающая их нить, но ничего не изменилось. Она все так же ждала с щенячьей преданностью, а он всё так же её не замечал. «Чёрствый Аккерман». Петра опустила взгляд. Быстрее бы нога зажила, работа отлично отвлекала от глупых мыслей. По обе стороны от неё кто-то тяжело опустился. Петра подняла глаза. Молодые парни справа и слева, ещё трое встали рядом. Петра без особого интереса посмотрела на них. «Пустых лавочек было много, но они выбрали именно эту». Прижали с двух сторон, не вздохнуть не выдохнуть. «Если хотели выгнать, могли просто попросить уйти». Ей стало не по себе от тесного контакта с незнакомцами. Она поспешила встать. — Подождите, девушка, не уходите, — тот, что был справа, положил руку ей на плечо. Петра настороженно взглянула на него. В глаза сразу бросился тонкий шрам через правую бровь, разделяющий её пополам. Каштановые волосы, немного взъерошенные. Он зачесал пальцами челку назад. — Мы познакомиться хотели. Я Шон. Говорил он мягко, губы его растянулись в улыбке. Прищуренный взгляд. С виду симпатичный парень, но нутро Рал кричало: беги! «Как бы от них избавиться?» — Что, все сразу? — А почему бы и нет, — Шон окинул Петру оценивающим взглядом. Он совершенно не скрывал своего интереса к ней. Петре стало не по себе от перспектив такого знакомства. — Какие у тебя необычные волосы, — тот, что слева, бесцеремонно взял прядь её волос и вдохнул аромат, практически коснувшись носом её шеи. Петра дернулась в сторону. — Не трогай меня! — кажется, она догадалась, кто они. Скорее всего, новый набор из Чикагай. — Я хочу уйти! — Уже? Но мы ещё не познакомились! Я Эмиль. — Это был тот, что пытался дотронуться до ее волос. Его пепельная чёлка слегка прикрывала глаза. Петра сжалась в комок. Эти парни из Подземного города. Для них такое поведение — норма. Кажется, она знала как поставить их на место. — Мне не нравится такое знакомство! Кто ваш капитан?! Думаю, он будет в восторге от вашего поведения! Они переглянулись и заржали в голос. — Эй, а реально, кто наш капитан? — Шон обратился к парням, но те только пожали плечами. «Серьезно?! Они даже не помнят имя своего капитана?! Распиздяи! — Петра сжала в складки свои штаны. — Сейчас мне поможет только чудо».

***

Гюнтер свинтил с тренировки раньше времени. Леви, послав надоедливого Моблита ко всем титановым прародителям, шастал по залам, всё высматривал и выискивал что-то непонятное. Почему бы не воспользоваться моментом для побега с тренировки? Хитч сейчас должна была патрулировать у дверей посла. Можно было перекинуться с ней парой слов, только надо помыться перед встречей. Он уже было прошел двор, как заметил пятерых крупных парней, а среди них... — Петра?! — Гюнтер не поверил своим глазам. Тихоня Петра в окружении пятерых парней. В тихом омуте, как говорится. Он бросил на неё взгляд, она пыталась встать, но те не давали. Придерживали за плечи. Со стороны выглядело немного вульгарно. Гюнтер прищурился. Да и лицо у неё какое-то грустное. Нутром чуял: нужно разобраться в этом деле. Он подошёл ближе, и Рал, заметив его, помахала рукой. Гюнтер направился к ним. — Привет, — он подошёл к парням, но руку им не протянул, те тоже кинули на него недовольный взгляд. Шон первым отреагировал на появление Гюнтера. — Рыжик, это твой ухажер, что ли? Щупленький какой-то. — На тебя хватит, — Гюнтер хотел пройти к Петре, но трое ребят встали стеной. Самый плечистый из них, с выраженной горбинкой на носу, оттолкнул Гюнтера назад. — Пусть парни пообщаются, — пробасил он. — Не мешай. «Да их пятерых я один не потяну. Это будет самоубийство», — ему оставалось стоять рядом и наблюдать, чтобы эти парни её не обидели. Эмиль вновь взял прядь её волос. Он впервые видел девушку с рыжими волосами. Она для него выглядела немного диковинно. — Малыш, а ты вся рыжая? — его лицо было слишком близко, так, что Петра уже не знала, куда себя деть. — Ну, то есть я хотел сказать, везде? Он кивнул ей на штаны. Гюнтер от этих слов ринулся вперёд, но здоровяк круто откинул его назад. Шон метнул недовольный взгляд на друга. — Идиот, не задавай ей таких вопросов! Видишь, она совсем замкнулась! — Он приобнял её за плечи. — Ты не бойся, рыжик. Мы не обидим. Если не хочешь со всеми сразу, можешь выбрать одного из нас. Кто тебе больше понравился? Петра сглотнула слезы. Эти парни вели себя странно, открыто домогались, но при этом пытались проявлять некую заботу, словно пытались сгладить своё поведение. Петра посмотрела на Гюнтера, который пытался прорвать оборону, но здоровяк опять уложил его на лопатки. В этот раз он здорово ударился плечом о землю. Превозмогая боль, с трудом поднялся на ноги. — Ты смотри какой упорный, — парень навис над Гюнтером, но не трогал. Он скорее уже сам от него оборонялся. «Да уж, ситуация — не позавидуешь! И за помощью не могу уйти, и сделать ничего не могу». Осмотревшись, он заметил, как по дальней лестнице во двор спустился Леви. Вид у него был злющий, как у демона. «То, что надо», — Гюнтер засунул большой и указательный пальцы в рот и громко свистнул. Заметив, что капитан смотрит на него, помахал рукой. Парни из Чикагай немного напряглись. — Парня своего зовёшь?— подъебал Шон. Гюнтер бросил на него презрительный взгляд. — Скажи это ему в лицо. Если не зассышь. Шон поморщил нос. Кем это его хотят напугать? Он не отводил взгляда от приближающегося к ним парня. На вид совсем пацан. Да он ему в плечо дышит! Коротышка! Шон мысленно улыбнулся. Вот тебе и хвалёный разведкорпус! — Капитан, эти парни какие-то чокнутые! Пристают к Петре. Леви посмотрел на Гюнтера, заметив у того на лице ссадину, перевел взгляд на парней. — Какой отряд? — Допустим, двадцать первый, — ответил Шон. Аккерман мысленно перебрал всех капитанов. Кто каким распоряжается отрядом? Точно! Это же набор из Чикагай. Теперь понятно, почему они так себя ведут. Тут и подход нужен соответствующий. — Выстроились в ряд, когда капитан перед вами стоит! — голос Аккермана звучал требовательно и безапелляционно. Парни переглянулись. «Нихуя себе коротыш борзый», — Шон немного опешил, но встал. Эмиль повторил за другом, оставив Петру одну на лавке, и подошёл к Леви, посмотрев на него сверху вниз. — Спокойно, капитан, мы же не знали, что это твоя тёлка. Аккерман в мгновение сжал рубашку Эмиля в кулаке и, резко дёрнув вниз, заставил опуститься так, чтоб глаза их оказались на одном уровне. — Закрой свою пасть, псина, пока я не выбил тебе все зубы, — краем глаза он заметил, как здоровяк с огромным носом пытается зайти ему за спину. — Эй, ты, ублюдок! — Рявкнул он через плечо. — Ещё один шаг, и я сломаю тебе ногу. В воздухе повисла зловещая тишина. Гюнтер и Петра впервые слышали, чтобы капитан так выражался. Не то чтобы Леви не ругался совсем, больше на ситуацию в целом, но чтобы так с подчинёнными — впервые. Парни из Чикагай тоже напряглись, почуяв своего, но оставаться совсем уж без ничего не хотелось. Леви оттолкнул парня, и тот попятился назад. — Встали все так, чтобы я вас видел, — прошипел Аккерман. «Вот же мелкий говнюк. Прёт так, будто ему всё нипочём», — парни встали возле лавки. — Ещё раз заденете моих ребят, переломаю все кости, — угроза звучала весьма достоверно. — Это не блеф, не советую проверять мои слова. Леви перевел взгляд на Петру. Она старалась выглядеть мужественно, но руки предательски тряслись. — Иди сюда, — он протянул ей руку. Неужели этот кошмар окончен? Эти парни из Чикагай жуткие. Всего несколько минут хватило, чтобы прочувствовать их животный характер. Петра протянула Леви руку, коснулась его пальцев и встала. Обстановка была накаленная, парни волчьими глазами смотрели, как уходит объект их вожделения. Когда Петра делала шаг навстречу Леви по её пятой точке прилетел жёсткий хлопок. Рал взвизгнула, отпрыгнув за Леви. Время для Аккермана остановилось. Что-то щелкнуло в голове: рубильник, который отвечал за разум. Ярость пожаром поглотила душу, застелила глаза. Месть за унижение девушки! Вот чего он сейчас хотел! Его тело двинулось вперёд. Тот парень, что позволил себе вольность, не успел представиться. Прямой удар в солнечное сплетение заставил громилу согнуться пополам. Он широко открыл рот, хватая воздух. Второй удар прилетел сапогом в лицо. Раздался хруст и крик. Брызги крови залили землю. — Ублюдок! — послышалось со стороны, и громила с горбатым носом бросился в бой. Широко замахнувшись, он что есть силы сделал выпад вперёд. — Слишком медленно, — услышал он за своей спиной. Удар под коленку и следом мощный в затылок. Ещё трое замедлились, но не струсили. Подножка, удар в голову. Аккерман хорошо уклонялся и бил в слабые места, колени, солнечное сплетение, лицо, затылок. Не прошло и двух минут, как драка была окончена. Гюнтер и Петра смотрели на это кровавое побоище широко раскрытыми глазами. Леви тяжело дышал. Он почти выдохся, но силы на месть еще остались. Медленно прошел между стонущих парней, выискивая смельчака, который посмел оскорбить Петру. Он лежал согнувшись калачиком, пряча лицо в руках. Петра и Гюнтер, огорошенные произошедшим, продолжали наблюдать за его действиями. Зная, что Леви из Чикагай, они догадывались, что он способен на нечто подобное, но предполагать одно, а видеть — другое. — Ну что, ублюдок, повеселимся? — Леви запрокинул голову парня и заглянул ему в глаза. Тот помахал головой, бормоча что-то невнятное. После чего последовала серия ударов прямо в лицо. — Капитан, это уже слишком! — не сдержался Гюнтер. — Вы убьете его! Голоса Петры и Гюнтера Аккерман не слышал. Он полностью отстранился от внешнего мира, стоило начаться серьёзной драке. Только он и соперник! — Остановись! — Петра обняла Леви со спины и повалила на землю. — Пожалуйста, Леви, ты сам на себя не похож! Леви встрепенулся, вырвавшись из её объятий. Уходя, рявкнул что-то невнятное. Как потом уже поняла Петра, в её сторону. — Я за помощью к медикам, — сообщил Гюнтер и кинулся в сторону санчасти. Леви залетел в свой кабинет. Скинув куртку на стул, первым делом принялся смывать кровь с рук. Адреналин его ещё не отпустил, а нутро кипело демонической ненавистью. Петра зашла следом с пакетиком льда, обернутым сухим полотенцем. В порыве драки Леви и не заметил, как пропустил удар в лицо. У края правого глаза натекала фиолетовая гематома. — Капитан, — дрожащим голосом произнесла она. — Позвольте приложить лёд к вашему... Он кинул на неё недовольный взгляд, и она тут же исправилась. — К твоему лицу. — Почему ты не позволила мне набить ему морду?! — он полностью проигнорировал её слова. Петра опустила голову. Её пугал тот Леви, которого она увидела. Он был совершенно другим. Диким, злым, способным на жестокие поступки. Её Леви, и тот Леви, которого она сегодня увидела, были совершенно разными. Однако это был он — настоящий. Не призрачный фантом с качествами, придуманными влюблённой девушкой, а тот самый Аккерман из Чикагай. Она не дрогнула перед его яростью. — Ты и так переборщил. Аккерман сел в кресло, сложив руки на столе. В груди клокотало бешенство. Он сам не мог понять, отчего до сих пор не успокоится. — Этот парень! Конченный ублюдок! — прорычал он. — Как ты можешь его защищать? Петра подошла к столу сбоку от него. — Я защищаю тебя, — выдержано произнесла она. — За драку могут снять с должности. В худшем случае, посадить. — Прекрати, Петра, — огрызнулся он. — Ты же прекрасно знаешь, кто я! Такой же выходец из Чикагай! Без должного образования! И знаний! Я на этом месте, потому что меня не жалко скормить титанам. А по совместительству такой же преступник, как эти ребята. Он отвернулся в сторону. Петра переминала кубики льда в ткани. — Я точно знаю, кто ты, — осторожно произнесла она. — Ты самый лучший капитан, преданный друг и соратник. Ты любишь свою Родину, не признаешь обман и фальшь. Ты самый дорогой мне… друг. — Петра прикусила губу; как бы ей хотелось сказать ему нечто большее, но вряд ли он позволит переступить черту. Она коснулась его плеча, и он, запрокинув голову назад, посмотрел на неё. — Можно приложить к твоему лицу холодный компресс? Её янтарные глаза приковали его взгляд. Он и раньше их замечал, но сейчас зацепило особенно сильно. Может обстановка к этому располагала, а может так упал свет, подчеркнув медовый оттенок радужки. Аккерман сам не понимал, но всепоглощающий гнев стихал, смирялся, пока пламя вовсе не угасло. — Хорошо, — уже более спокойно отозвался он. Она осторожно прикоснулась к его лбу. Отодвинула непослушную челку в сторону, оголив фиолетовую рану. Он замер от её прикосновений и поймал себя на мысли, что ему чертовски приятно то, что она делает. Она положила лёд на гематому, а он не отрывал от неё взгляд. И чего ему раньше казалось, что она похожа на Изабель? Круглое личико, янтарные глаза. Она похожа на саму себя и больше ни на кого. Присоединяйтесь к моему ТГ, где будут опубликованы разные арты по данной работе https://t.me/+x51wA-UbDt0zZjgy