Глава 16.

СорА просила его не привлекать полицию, но на дорогах были такие пробки, что у Чонгука не оставалось выбора. Отлично зная, что на вызов о насилии они не поедут, он сболтнул действительно лишнего, не упоминая «Ангелов Чарли», но называя поездку в Каннам «вызовом проститутки». Такая причина вполне удовлетворила оператора, но приехав к многоэтажному зданию этажей в пятьдесят, Чонгук не обнаружил поблизости ни одной полицейской машины. Осознание того, что у Джульетты нет никого, кто смог бы её остановить и спасти, заставляло его нервно постукивать носком туфли в лифте и недовольно выдыхать всякий раз, как лифт останавливался на этажах и впускал других людей. И хотя сам подъём на тридцать седьмой этаж не занял больше двух минут, со всеми остановками это время растянулось на целую вечность страха и волнений со щепоткой нервного тика. Чонгук вылетел из лифта первым, расталкивая людей своим портфелем, и загородил проход в дверях, не зная, в какой коридор нужно выйти, чтобы добраться до квартиры 3707. Он попытался уточнить этот вопрос у мужчины, торопящегося к ещё открытому лифту, но тот лишь махнул рукой в неведомом направлении. В конечном итоге Чонгуку пришлось решать самому. Квартира 3707 оказалась во втором коридоре, первой по счёту. В любой другой ситуации Чонгуку понадобилось бы время, чтобы выдохнуть, расправить плечи и продумать, что и как он должен говорить, но нынешнее положение требовало отчаянных и быстрых действий, поэтому он что есть мочи заколотил кулаками по двери. Он молчал до тех пор, пока в прихожей не послышались шаги и мужское бормотание, оповещающее о том, что он очень ждал. Чонгук искренне сомневался, что он ждал именно его, и догадки подтвердились, когда дверь открылась. На пороге стоял лысый плотный мужчина в домашнем халате с изображениями золотистых драконов. Он удивлённо выглянул в коридор, за спину Чонгука, надеясь увидеть там кого-то другого, открыл рот, собираясь спросить что-то, а Чонгук, сжимая левой рукой рабочий портфель и пиджак, замахнулся правой и нанёс быстрый и чёткий удар в нос мужчины. Удар был сильным, таким, что у самого Чонгука заныло запястье, а кулак неприятно потянуло, когда он попытался сжать пальцы сильнее. Мужчина отшатнулся назад, вваливаясь в одну из комнат и цепляясь пальцами за дверной косяк. Следы от его ногтей остались на тёмно-коричневой краске, а вскоре лакированное покрытые слезло, оставаясь под ногтями — Чонгук снова ударил. Ступив на вражескую территорию, он захлопнул дверь в квартиру, швырнул пиджак и свой портфель на тумбочку для ключей, снеся оттуда какие-то бумажки. Он был настроен решительно, при этом вполне осознавая возможность поражения при медлительной реакции. Чонгук никогда в жизни не дрался. Видел это всё в боевиках, представлял, как это может выглядеть, но ему ещё ни разу не приходилось махать с кулаками. Со старшим братом они в детстве «цапались» из-за компьютерных игр или какой-нибудь другой ерунды, которую не могли поделить, но это вовсе не было дракой. Зато теперь Чонгук в полной мере ощутил всю «прелесть» односторонней драки — он чувствовал себя напуганным, готовым в любой момент получить в ответ, и при этом у него ужасно болела правая рука. — НамДжу! — воспользовавшись тем, что клиент был повержен в шок, а заодно и отправлен в нокдаун вторым ударом, он заглянул в ближайшую комнату, ища взглядом в светлой просторной гостиной признаки присутствия Джульетты. — НамДжУ, ты где? — НамДжу? — клиент заикался и ползал по полу. Не таким уж и сильным он был. — В-вы что-то перепутали… — Разве? — Чонгук потёр запястье правой руки, на секундочку пугаясь, что допустил ошибку. СорА ведь не перепутала адрес? — Вы ведь ждали Джульетту? — осторожно спросил он, но когда в глазах мужчины промелькнуло узнавание от знакомого имени, Чонгук плотно сжал челюсти и процедил: — Значит, я ничего не перепутал. Квартира не была большой, хоть и обставлена была по богатому. Не исключено, что Джульетта могла где-то прятаться, но Чонгуку казалось, что на его голос она бы вышла, что означало лишь то, что он успел раньше неё. Это было лучшей новостью за сегодняшний день. — Джульетта? — клиент сел на колени, что Чонгук счёл хорошим знаком — а зря. Это было крайне удобное положение, чтобы перейти в нападение снизу, сбив Чонгука с толку и практически с ног, но это в любом случае отобрало былое преимущество Чона. Он получил кулаком в живот, а когда неосмотрительно согнулся пополам, кулак с несколькими серебряными и золотыми кольцами прошёлся по его губе и подбородку, оставив тоненькую царапинку в левом уголке губ. Паршивец пытался сбежать из своей же квартиры, а Чонгук никак не мог этого позволить. Превозмогая боль, он схватил мужчину за халат и стал тащить его в гостиную, пока тот хватался руками за коврик в прихожей и брыкался ногами. Чонгук от всех этих усилий вспотел, отчего под мышками на рубашке появились влажные пятна. Чонгук пыхтел и сопел, пытаясь усмирить неугомонного мужчину. Он практически оседлал его и завёл его руки назад, когда в дверь раздался звонок. На мгновение это испугало и расслабило Чонгука, а клиент вырвался из хватки, лягнув Чонгука голой пяткой в низ живота с правой стороны. — Нет… — застонал парень, когда входная дверь приоткрылась. У него в глазах от боли двоилось, и он не сразу понял, что женщина на пороге не Джульетта. Он-то уже нафантазировал себе, как будет бороться до последнего, защищая её. — Поднимите руки, и давайте без резких движений, — требовательно произнесла девушка в полицейской форме. В руках у неё была внушительного размера дубинка, и она целилась ею в побитого мужчину. — Нам поступил вызов о проституции, а тут ещё и драка… В квартиру ввалилось сразу несколько человек в полицейской форме, и среди них Чонгук заметил Джульетту. Она выглядела потрёпанной в своём чересчур откровенном наряде, с тёмными следами от туши под глазами, свежими, судя по всему, и когда она встретилась взглядом с Чонгуком, она слегка вздёрнула подбородок и нахмурила брови. Она всё ещё злилась на него. — Это она! — заикаясь, вскричал клиент, тыкая толстым пальцем на Джульетту. — Она проститутка и она подослала ко мне своего сутенёра! Я здесь жертва! Чонгук удивлённо вскинул брови и дёрнул головой, не веря своим ушам. Он — сутенёр? С его губ сорвался тихий выдох, и он чуть не расхохотался. — Эти двое хотели меня обмануть и ограбить! — наручников хватило на всех троих, хоть Чонгук и не видел потребности заковывать в них Джульетту, а он так вообще не сопротивлялся, думая молчать до самого участка, а там потребовать адвоката. Так ведь и поступают в фильмах?

***

Господин Ю Гымджун настаивал на том, что Чонгук и Джульетта в сговоре, что они нарочно продумали хитроумный план, чтобы облапошить его. Чонгук говорил о том, что Джульетта — его девушка, а Гымджун названивал ей без конца, вот он и поехал разобраться. — Да что ты врёшь! — в полицейском участке царил хаос из-за вечных мужских криков. — Она проститутка! — Вот мудак, — Чонгук привстал со своего стула, одаривая Гымджуна убийственным взглядом, — следи за языком. Джульетта откинулась на спинку стула и сложила руки на груди. Она была ужасно расстроена утренним происшествием, а день становился всё хуже. — А что, — спросила она с издёвкой, поглядывая на Чонгука, — правда глаза колет? Неприятно слышать, что я — проститутка? Но это было чистой правдой, и деться от этого было некуда. Так или иначе, он всё знает, тогда какого чёрта пытается защитить её сейчас? — Вот видите, — со стоном начал Гымджун, — она призналась, это их афёра, чтобы обокрасть меня. Это я здесь жертва, меня даже побили… Чонгук инстинктивно потянулся рукой к своей губе. Кожа вокруг ранки слегка саднила, а когда он широко открывал рот — неприятно тянуло. — Значит, — полицейский, которому досталось дело после приезда в участок, устало потёр глаза, словно сейчас был не обед, а конец рабочего дня, — вы, господин Чон Чонгук, действительно сутенёр? Джульетта хмыкнула, скрещивая ноги. — Он? — её голос сочился раздражением. — Да я его второй раз в жизни вижу. Он мой бывший клиент, разочек переспали, а он из себя моего парня мнит и срывает всё, что только можно, — прошипела она. Чонгук беспомощно уставился на неё, не понимая, зачем она роет и дальше себе могилу. Он ведь всеми способами пытался её вытащить, неужели нельзя чуточку потерпеть его, чтобы уйти отсюда безнаказанными? — Ладно, — полицейский записал что-то на листе формата А4, а потом захлопнул папку, — в таком случае, вы, Ки НамДжу, проведёте ночь здесь, а вам, — он указал папкой между Чонгуком и Гымджуном, — лучше урегулировать вопрос с побоями, потому что вы оба друг друга покалечили, и отправляться по домам. — Что? — Чонгук вскочил со своего стула, когда Джульетта встала. — Она останется здесь? — он сильно нахмурился и поджал губы. — Тогда я не буду ни с кем договариваться. Меня не устраивает такое разрешение конфликта, я хочу, чтобы его наказали. Он ведь разбил мне губу и ещё отбил печень… В качестве подтверждения Чонгук согнулся немного и потёр ладонью живот с правой стороны. — Что ж, — полицейского это не особо беспокоило, так как сегодня места всем было достаточно, — тогда вам втроём придётся задержаться до внесения залога. Таким результатом был удовлетворён только Чонгук. Он послушно отправился в другую часть участка, а затем в камеру или, скорее, клетку два на два, одну из тех, что были выстроены в ряд. Джульетта оказалась с ним в соседней, Гымджун сидел через одну. Он практически сразу же воспользовался правом позвонить и вызвал кого-то, кто должен был вот-вот приехать. Джульетта же в гордом одиночестве сидела на холодном полу, заставляя Чонгука переживать. Что, если она простудит себе что-нибудь? Стянув пиджак, который смог выпросить у полицейских, он просунул руку между железными прутьями. — Держи, — протянул он, отворачиваясь от Джульетты, чтобы не смущать её ещё больше. — Не нужно, — буркнула она тихо. Раскачав немного пиджак, Чонгук добросил его до Джульетты, и она впилась в тёмную ткань пальцами, первое время думая вернуть его владельцу быстрым броском, но в конечном итоге сдаваясь и складывая так, чтобы после можно было сесть на него. Она всё ещё дулась и вся была в своих мыслях. — НамДжу, — Чонгук присел на корточки у края камеры, по-прежнему держа руку между клетками, — зачем ты солгала? — Затем же, что и ты, — она пялилась в серую стену. Гымджун метался по своей камере, иногда чем-то звякая и создавая довольно много шума. — Я хотел сделать, как лучше… — Как лучше?! — она вспылила, резко повернув голову в его сторону и прищурив глаза. — Ты вообще себя слышишь? Ты вызвал полицию, чтобы они меня схватили, а теперь говоришь, что хотел сделать как лучше? Это, по-твоему, лучше? Рухнув на пол, Чонгук подтянул к себе ноги и упёрся в колени подбородком. Ему было о чём сожалеть, и он чувствовал себя ответственным за все беды сегодняшнего дня, и всё же он понимал, что то, что Джульетту схватили до того, как она добралась до квартиры, было гораздо лучше того, что ждало её там. — Я не шутила, когда назвала тебя просто своим клиентом, — её голос был холоден, — и не говори, что не воспринимал наши отношения как-то иначе. Начав покусывать щёку с внутренней стороны, Чонгук искал подходящие слова для того, чтобы оправдаться и не находил их. Любые его оправдания сейчас были бы неуместны и приняты в штыки. Им нужно было немного времени, чтобы остыть и трезво воспринимать сказанное и услышанное. — Чёрт, — Джульетта выругалась, зарываясь пальцами в волосы, — я ведь правда думала, что смогу закончить. Так переживала, когда мама босс попросила познакомить вас… А ты и так был с ней знаком. Ты всё знал, когда я волновалась, как должна рассказать об этом и должна ли вообще. Она тоже была виновата. И даже не в том, что не рассказала ему или продолжала быть девушкой по вызову, хотя у них что-то наклёвывалось, а в том, что вообще согласилась на это свидание, когда не могла предложить ему верность и искренность. Она должна была сказать своей маме, когда та предлагала свидание с Чонгуком, что у неё кто-то есть или что сейчас не время. Было нечестно идти с ним на свидание и продолжать с ним общаться, если она не могла в любой момент бросить «Ангелов». — Ты рассказала ей обо мне? — Чонгук буравил девушку взглядом, а она буквально чувствовала это затылком. — Потому что я хотела, чтобы она знала, что у меня есть причина уйти, — голос Джульетты дрогнул, а вскоре она всхлипнула. Сегодня она слишком много плакала из-за Чонгука. — НамДжу, — он упёрся коленями в холодное железо, стараясь придвинуться как можно ближе, а может и пройти сквозь клетку, — не плачь, пожалуйста. Ему хотелось как-нибудь утешить её, развеселить, может, но он сомневался, что в здешнем антураже и в нынешней ситуации от этого будет толк. Он уже всё испортил, дважды на сегодняшний день, и это была только первая половина. Впереди ещё были вечер и ночь. — Чон Чонгук, Ки НамДжу, — полицейский с весьма уставшим видом заглянул в помещение, звеня ключами, — на выход. Джульетта среагировала первой, обернувшись и смерив полицейского удивлённым взглядом, способным уличить любого во лжи. — За вами пришли, — пояснил мужчина, пожимая плечами. Они не просидели здесь и часа, и оба отказались воспользоваться возможностью позвонить кому-то, так что Чонгук понятия не имел, кто и каким образом мог прийти за ними. Это не на шутку взбесило Гымджуна. Тот начал орать, доказывая, что его должны были выпустить первым и что он здесь главная жертва. Уходя, Чонгук незаметно пригрозил ублюдку кулаком. — Какого чёрта? — не успели они покинуть комнату, как на них набросилась СорА. Она была одета так же, как утром, а вот причёска растрепалась, лицо было, как у бешеной собаки, и лаяла она так же пронзительно и громко. — Я же просила не натворить глупостей, придурок ты конченный! Взгляд девушки переместился на удивлённую Джульетту, и от этого у Чонгука засосало под ложечкой. — А-а, — протянула СорА, — вот и причина твоей конченности. У вас и правда один мозг на двоих! Проститутки, сутенёры? Вы вообще в своём уме? Джульетта отступила на шаг в сторону, когда СорА вытянула руку, пытаясь схватить её, и тем самым неосознанно приблизилась к Чонгуку. Он уловил запах её парфюма, почувствовал тепло её тела, когда их руки практически соприкоснулись, но она отстранилась скорее, осознав, что подошла слишком близко. — Госпожа Ким ждёт тебя в машине, — она обратилась непосредственно к Джульетте, а потом посмотрела на Чонгука весьма недовольно. — Из-за тебя у нас всех проблемы, так что тебя госпожа Ким видеть больше не хочет. Это значило, что теперь Чонгук уволен? Он испытал облегчение от осознания того, что возвращаться в офис больше не придётся, как и общаться с девочками так, словно ничего в нём не изменилось. И в то же время он ощущал напряжение из-за необходимости Джульетты уйти. Ей наверняка грозит наказание, а может и штраф за всё, что она натворила сегодня. — НамДжу, — он попытался её задержать на минуточку, но она быстро поклонилась СорА и выскочила через ближайшие двери, ведущие от одного заточения в другое через узкий коридорчик свободы. Он и СорА остались только вдвоём. Чонгук смотрел себе под ноги, а СорА прямо на него. Это длилось с минуту, пока она не устала ждать и не взяла друга под руку. Она вывела его из участка и они молча направились к ближайшей станции метро, ни о чём не разговаривая. Сегодня Чонгук сорвал работу буквально всем — себе, Джульетте, СорА и даже боссу. Забавно, что его жертвами нынче были только особи женского пола. Кажется, сегодня правда не его день. — Тебе разве не нужно возвращаться на работу? — тихо поинтересовался Чонгук, когда СорА не вышла на станции, с которой удобно можно было перейти на необходимую ей ветку, чтобы добраться до офиса. — Получила пару свободных часов из-за оперативного решения проблем, — СорА опиралась спиной на раздвижные двери метро, хоть это и было запрещено. — Шестое чувство мне подсказало, что ты не сможешь не влезть в неприятности, так что я набрала тебя, а трубку взял полицейский. Госпожа Ким внесла залог за Джульетту, а я — за тебя. Так что теперь ты мой должник. Вагон покачивало, все, кто не держался за поручни, слегка подпрыгивали. — СорА, — Чонгук хрустел пальцами, сжимал, разжимал их, выкручивал несильно, борясь со всеми этими чувствами, что давили на него со всех сторон, — что будет с НамДжу теперь? — Новый штраф? — предположила девушка. — Не беспокойся слишком сильно, ничего смертельного. Госпожа Ким просто владелица эскорт-агентства, а не мафиози. Она не избавляется от своих, потому что они её хлеб. Чонгука это и волновало больше всего. Джульетта назвала его причиной, по которой ей хотелось бы закончить это скорее, а в итоге он оказался тем, кто продлил её пребывание под каблуком старой ведьмы. — А я могу… — Чонгук понизил голос, когда метро сделало очередную остановку и в вагоне стало очень тихо. — Могу чем-то помочь ей? Ты знаешь, сколько должна НамДжу? Он подозревал, что много, и что таких денег у него нет. Проститутки зарабатывали довольно много, точно больше его, и всё же Джульетта не смогла купить себе свободу. — Не дури, Чонгук, — в голосе СорА проскальзывали эти осуждающие нотки, — сейчас немного поздно что-либо делать, потому что вы… вроде как в ссоре. — Может и поздно, но не бессмысленно, — Чонгук прижался указательным пальцем к ранке в левом уголке губ, и СорА его несильно шлёпнула по руке. — Не трогай грязными руками, — возмущённо произнесла она, — заразу ведь занесёшь! А насчёт долга… слышала, госпожа Ким обещала аннулировать штраф Джульетты, когда та заявила, что у неё появился парень — то есть ты, насколько я поняла — если та вас познакомит. Забавно, что вы оказались знакомы… Брови Чонгука медленно поползли вверх. — Она правда обещала аннулировать штраф? — это должно было показаться Джульетте очень хорошей возможностью и в то же время недосягаемой. Как могла она рассказать обо всём Чонгуку и при этом надеяться, что он захочет познакомиться с её сутенёршей? — Ага, — ответ СорА перешёл в зевок, от которого у неё на глаза слёзы навернулись, — вся эта ситуация такая ненормальная. И чтоб ты знал, я всё ещё разочарована в тебе. Я считала тебя лучшим парнем на свете, а ты оказался практически таким же придурком, как остальные. Поэтому, пожалуйста, не пытайся прыгнуть выше своей головы и распутать этот клубок ради себя и уж тем более ради Джульетты — оно того не стоит. — Не могла бы ты, пожалуйста, не звать её Джульеттой? — Чонгук спросил с натиском. — Её зовут НамДжу. Он и сам не мог припомнить, когда воспринимал её только как НамДжу и воспринимал ли когда-то вообще. В его голове её образ был плотно переплетён и связан с образом «Джульетты», созданной госпожой Ким, и это не позволяло даже мысленно называть её «Ки НамДжу», хотя она заслуживала этого. Особенно сейчас, когда всё тайное стало явным. — Чонгук, Чонгук… — СорА покачала головой, разочаровываясь ещё больше. — Ты всё запутаешь только больше, если не прекратишь убеждать себя в том, что она тебе нравится. — Но она правда нравится мне, — Чонгук отрицал это как мог последние два месяца, а теперь эти слова не вызывали у него никаких противоречивых чувств. Они слетали с его губ легко и просто, и ему вовсе не было стыдно в этом признаваться. НамДжу нравилась ему, и чем дольше он думал о ней, о том, как они проводили вместе время, как ели бинсу, как она ему читала, и как они спали в обнимку, тем больше злился на себя за то, что сдерживал свои чувства раньше. Ему нужно было признаться в этом до того, как всё пошло по одному месту, и тогда всё могло бы быть чуточку иначе. Ему всё ещё казалось, что этой горькой правды можно было бы избежать, не будь он настолько самонадеян и раздражён, не будь он такой размазнёй, ожидающей чуда от НамДжу. Как СорА и сказала, он должен был что-то сделать, должен был забрать НамДжу из «Ангелов» любой ценой, но проблема в том, что он практически ничего не знал о внутренних связях и том, что удерживало НамДжу там до недавнего времени. Он двинулся к выходу из вагона, когда дверь открылась, и СорА попыталась поймать его за руку. — Куда ты? Это не наша станция! — она протестовала и упиралась, но Чонгук был сильнее и вытащил её на перрон. — Как думаешь, куда госпожа Ким повезла НамДжу? — взгляд Чонгук судорожно перескакивал с одних открытых дверей вагона на другие, чтобы в итоге вернуться к лицу СорА. — Не уверена, может, в офис? Или у неё есть какое-нибудь паучье логово, где она проводит встречи с девочками… — СорА пожала плечами. Чонгук понимающе кивнул, открывая свой портфель и начиная переворачивать его в поисках мобильного телефона. Проклятые книга и бумажки, которые он таскал с собой для вида, очень мешали. — Чонгук, тебе нужно поехать домой и переодеться, привести себя в порядок и сделать что-то с этой ранкой на губе, она сейчас чуть-чуть кровоточит, — наверняка из-за того, как активно и широко он открывал рот, пока говорил. — Я сделаю это позже, — он отыскал мобильный и полез в него за номер госпожи Ким. У него, как и у всех, она была подписана «Босс» и по частоте вызовов находилась в самом низу списка. Никогда Чонгуку не приходилось звонить ей, потому что вступительное собеседование он проходил с СорА и отгулы обсуждал с СорА, любые проблемы решал через тим-лидеров и понятия не имел, какой должна быть проблема, чтобы ему пришлось звонить госпоже Ким. Он облизал пересохшие губы, сильно нервничая перед предстоящим звонком, а затем нажал на зелёную трубочку, не желая оттягивать неизбежное. Он решил сорвать его, как пластырь, быстро, одним рывком, пока решительности у него более чем достаточно. — Кому ты звонишь? — одними губами спросила СорА, когда гудки оборвались и по ту сторону трубки донеслось тихое покашливание. — Да? — спросил глубокий женский голос. Эта женщина даже звучала пугающе. — Здравствуйте, госпожа Ким, — СорА стукнула Чонгука в плечо, но он даже не поморщился, — это Чон Чонгук, ваш бывший администратор. — Чон Чонгук? — удивлённо переспросила женщина. — Я вас очень плохо слышу. — Да, я в подземке, — Чонгук прочистил горло, — не могли бы вы со мной встретиться, пожалуйста? В трубке было тихо несколько секунд, а потом всё тот удивлённый голос уточнил: — Что? Прямо в подземке? Чонгука могло бы это смутить, но сейчас все его мысли были заняты только НамДжу, и потому он проигнорировал насмешливый тон женщины. — В любом удобном вам месте, — парировал он. — В любом. — Правда? — госпожа Ким промычала в трубку, размышляя. — Хорошо, как насчёт офиса через полчаса? Можем занять наш конференц-зал. Это вас устроит? Она издевалась над ним. Офис со всеми работниками, прозрачные стены и снова его будут ругать при всех. От мысли об этом у Чонгука мурашки по спине пробежали, а показавшийся в тоннеле поезд пригнал на станцию много холодного воздуха, который пробрал Чонгук до костей. — Да, устроит, — ответил он серьёзно, игнорируя СорА, которая отрицательно качала головой и шёпотом умоляла его остановиться. — Тогда через полчаса увидимся там. Он дождался короткого подтверждения, сбросил вызов и выдохнул всё напряжение, что сдерживал в себе весь разговор. Как ему теперь держаться так же хорошо при личной встрече? Такой сумасшедший день для интроверта, вроде Чонгука, может оказаться смертельным в плане социального общения — офис, СорА, НамДжу, господин Гымджун, полиция, а теперь и мама босс. Нет, это точно убьёт его батарейку и он станет настолько асоциальным на ближайшие пару дней, что даже не сможет думать о том, где и как ему нужно искать новую работу.

***

С СорА Чонгук чувствовал себя пристыжённым и неуклюжим, но с госпожой Ким это удвоилось, и в попытках сдержать себя, он выдыхал через раз. — Значит, ты — парень Джульетты? — женщина постоянно надменно хмыкала при разговоре с ним, и взгляд её был скорее снисходительным, чем заинтересованным. — Да, — Чонгук поджимал губы, отчего на его правой щеке постоянно появлялась ямочка. — Слышал, вы хотели со мной познакомиться. Незаметно он сжал влажной от пота рукой низ пиджака. — Мне любопытно, как это произошло, — на губах госпожи Ким заиграла улыбка, — судя по всему, это не было навязчивое желание познакомиться через переписку. Джульетта сказала, ваши мамы были подругами. НамДжу уже успела многое рассказать. Интересно, рассказала ли она о том, как Чонгук обманывал её всё это время и даже намекал на то, что он знает? Это было низко. — Вроде того, — лицо Чонгука покраснело, и кончики ушей горели. — Могу я спросить о долге НамДжу? У него язык не поворачивался звать её «Джульеттой» в голос. Это неминуемо возвращало их к тому времени, когда она была просто одной из девушек в агентстве. — Вот как, — улыбка госпожи Ким стала шире, — хочешь оплатить? Капелька пота стекла по шее Чонгука, исчезая под рубашкой и щекоча ему спину. — Да, — он был настроен решительно. Госпожу Ким это вполне устраивало. Развернувшись к спинке кресла, в котором сидела, она достала оттуда планшет в чёрном чехле и начала тыкать пальцами. Какое-то время она что-то подсчитывала, а потом развернула к Чонгуку экран с выведенными чёрными цифрами. От количества нулей у Чонгука двоилось в глазах. — Осталось всего триста миллионов вон, — произнесла она дружелюбно. — Желаешь перевести на карту или оплатишь наличными? Чонгук был убеждён, что Джульетта не могла потратить столько, даже если жила на обеспечении госпожи Ким несколько лет. К тому же, она уже выплачивала что-то, так как могла остаться она должна столько денег? За полгода работы в агентстве Чонгук со всеми бонусами заработал чуть больше пятидесяти миллионов, и он ежемесячно вкладывался в аренду, еду, коммунальные счета, подарки для мамы. Теперь он жалел, что откладывал так мало и сейчас госпоже Ким мог предложить около десяти миллионов. Это меньше трёх с половиной процентов от всего долга. Слишком мало. — Так я и думала, — её улыбка было широченной и от того настолько гадкой, — видимо, Джу придётся ещё пару лет пораздвигать ноги… — Почему бы ей не стать администратором? — это было глупое предложение, потому что для отработки НамДжу понадобилось бы минимум три года при условии, что она не будет тратить ни воны из своей зарплаты. — Хочешь благородно уступить ей своё место? — госпожа Ким снова хмыкнула. — По-твоему, она согласится работать с девочками? Зная, как они себя чувствуют, когда их заставляют вернуться, когда принуждают к чрезмерной работе. Конечно, это совсем не понравится НамДжу, и на такой работе ей придётся проработать несколько лет, что точно дольше, чем «раздвигание ног», за которое можно заработать несколько миллионов за сутки. — Она знает эту работу, её нужно только посвятить в тонкости, и это в любом случае лучше того, что есть, — Чонгук не верил самому себе. — Какая замечательная идея, — госпожа Ким всплеснула в ладоши. — Ты ведь можешь посвятить её во все тонкости. Твоя предполагаемая смена через два дня, могу вызвать тогда же и Джульетту. Уверена, все в офисе будут счастливы увидеть её в одежде. Об этом Чонгук не подумал. О том, насколько неловко будет НамДжу, когда ей придётся прийти сюда, где буквально каждый рассматривал её фото и знал о родимом пятне на её попе. — Значит, договорились, — раздражающая улыбка госпожи Ким сменилась благоговейным видом. — Кстати, я за открытые отношения в офисе. Если уж вы правда встречаетесь, не нужно этого скрывать. Пускай все знают. Пальцы Чонгука снова смяли низ пиджака. Ткань теперь была помятой и требовала глажки. — НамДжу больше не понадобится выходить на вызовы? — спросил он. — Даже завтра и послезавтра? — Да, — госпожа Ким кивнула, — хочешь подписать договор? Чтобы быть уверенным, что ей больше не придётся ездить к другим мужчинам. Как ты только терпел это раньше?.. Это был риторический вопрос, после которого она цокнула языком и тяжело вздохнула. — Мне вот интересно, Чонгук, — она подняла руку с планшетом, указывая на грудь парня, — ты всегда приобретаешь поношенные вещи? Тебе нравится концепция секонд-хэнда? Потому что Джульетта является ярким представителем, но твои руки далеко не вторые…