Часть 2

Гермиона добралась до середины своей приветственной речи, когда в самом центре гостиной Слизерина материализовался внушительных размеров, светящийся голубым светом олень. Оглядевшись по сторонам и с достоинством качнув развесистыми рогами, Патронус – а это был именно он – заговорил самым серьезным голосом Гарри Поттера. – Гермиона, а ты не хотела бы связаться со мной? Довольно значительное количество маленьких и не очень птичек мне уже успело сообщить, что тебе явно есть, о чем мне рассказать. При звуках голоса начальника Аврората, который как раз в гостиной факультета Слизерина был знаком довольно многим: Гарри Поттер с особой тщательностью наносил регулярные визиты практически всем семьям бывших Пожирателей, большинство инстинктивно втянуло головы в плечи. Альбус смертельно побледнел, переводя все тот же взгляд застигнутого врасплох светом фар машин оленёнка на Гермиону. Рядом с ним Скорпиус Малфой с легкой иронией покачал головой, своим выражением вновь напомнив Грейнджер собственного отца. Правда, без такого характерного для Драко, недовольного оскала. Змеенышу явно не доставало семейного яду. Закатив глаза, Гермиона быстрым движением собственной палочки отпустила патронус друга, мгновенно растворившегося в воздухе. Следующим элегантным взмахом она произвела на свет быструю, юркую выдру. – Конечно, Гарри! – жизнерадостным голосом принялась диктовать собственное послание другу профессор Грейнджер. – Спешу тебе сообщить замечательную новость: Альбус был распределён на Слизерин! И теперь твой сын находится на самом быстром пути к должности министра магии! Тот самый факультет, смею тебе напомнить, который шляпа настоятельно рекомендовала и тебе, и на котором ты бы и оказался, если бы не попросил её отправить тебя на Гриффиндор. – Шляпу можно было попросить!? – раздались сразу с нескольких сторон от Грейнджер изумлённые возгласы, и Гермиона вновь закатила глаза. Магглорождённые слизеринцы и некоторые полукровки явно не удержались. Взмахом руки отправив собственного Патронуса лететь к адресату, Гермиона вернулась к приветственной речи. Что ж, свои непосредственные обязанности нужно было выполнять… После окончания второй магической войны, Последней битвы и победы над Волан-де-Мортом Гермиона думала, что может предсказать свою жизнь если не поминутно, то на много лет вперёд обязательно. Плюс-минус некоторые нюансы, Грейнджер была уверена: она закончит Хогвартс, сдаст все экзамены на «отлично» и поступит на службу в Министерство магии. Сперва, конечно же, в отдел Контроля за магическими животными и популяциями, конечно же с целью добиться прав для ныне угнетаемых волшебниками существ. Судьба и горести бедного Добби по-прежнему преследовали её, как и прекрасно понимала юная магглорождённая волшебница, насколько же была изломанной психика Кричера, когда-то предавшего их ради всю жизнь издевавшихся над ним волшебников. Быть может, после этого она отправится в отдел магического правопорядка, ведь это единственный путь к должности министра магии, а именно эта позиция всегда являлась её целью. На личном фронте все должно было быть тоже замечательно: они с Рональдом собирались пожениться и даже придумали уже имена детей. Хьюго и Роза. Гермиона должна была быть счастлива, в волшебном мире благодаря ей наступит равноправие всех существ и справедливость, и у всех наконец все будет хорошо. Поначалу все действительно шло, как по предписанию. Грейнджер закончила Хогвартс с отличием и блестяще сдала экзамены, как и намеревалась. Даже поступила на работу в желаемый отдел, и хотя очень быстро осознала, что её дорога будет отнюдь не устлана красной ковровой дорожкой, трудности её совершенно не пугали. Пока однажды в один далеко не прекрасный день после небольшого инцидента Грейнджер не попала в больницу Святого Мунго. Все ещё пользовавшаяся в то время маггловскими противозачаточными таблетками, Гермиона еще и не думала заводить детей, хотя Рональд несколько раз на первый взгляд небрежно закидывал удочки. Но в тот день лекарь, отводя взгляд и тщательно подбирая слова, как оказалось, на корню перечеркивающие планы, прочёл окончательный приговор. Благодаря кинжалу Беллатрикс, содержавшему какое-то очень специфическое и необратимое проклятие, Гермиона никогда не сможет иметь детей… Сперва Грейнджер даже не поняла весь вес и полное значение для нее этих слов. А потом вдруг оказалось, что Джинни уже беременна, и Гарри тут же сделал ей предложение. Уже намного позже Гермиона узнала, что Рональд все рассказал сестре в тот же вечер, и Джинни испугалась, что Гарри решит бросить её ради, как оказалось, пожертвовавшей ради него не только родителями, но и личным счастьем подруги. Потом была свадьба, а буквально через год после Джеймса на свет появился Альбус. Лили Луна тоже не заставила себя долго ждать. А после свадьбы Гарри и Джинни с ней расстался Рональд. Как оказалось, он не смог пожертвовать собственной мечтой о семье, детях, доме и удобном быте, к которому привык с детства, ради неё. В те первые годы после окончания Хогвартса Грейнджер вообще казалось, что все её сверстники торопились жить. Завести семью, найти свою «вторую половинку» или просто пару, обзавестись несколькими детишками. Да и министерство всячески поддерживало подобную инициативу: во время войны погибло слишком много волшебников, и численность население нужно было восстанавливать. Джастин Финч-Флетчли довольно быстро женился на чистокровной волшебнице и вскоре обзавёлся наследником. Даже у «малыша» Дениса Криви скоро появился сын, названный в честь Колина. Какое-то время она ещё боролась, пыталась чего-то достигнуть в министерстве, но однажды, смущаясь и отводя взгляд, Рональд рассказал ей, что начал встречаться с Лавандой… А потом их отношения начали довольно стремительно развиваться, чудом спасённая во время битвы за Хогвартс, Браун тоже забеременела, и их первенец появился на свет в тот же год, что и Джеймс Поттер. И вместе с Джеймсом в прошлом году прибыл в Хогвартс. Выросшая среди магглов, поначалу Гермиона совершенно не рассматривала свою «ценность» в свете способности иметь детей, но время шло, и все больше пускавшая корни в магическом мире, Гермиона приходила к совершенно обратному выводу. А потом в один прекрасный день написала заявление об отставке, собрала в свою бессменную бисерную сумочку нехитрые пожитки, накопленные в министерстве, и навсегда закрыла за собой дверь с детства желаемой карьеры. Выбирая стезю мастера зелий Грейнджер думала, что будет работать в больнице. Училась она не в Англии, а когда вернулась несколько лет спустя после окончания школы, внезапно поняла, что совершенно не хочет вновь вливаться в круг друзей детства. Конечно, все время она была очень близка с Гарри, хотя периодически и ловила на себе настороженные взгляды Джинни. Неужели миссис Поттер серьёзно предполагала, что Гарри оставит семью ради подруги? Гермиона находила подобное смехотворным, в какой-то момент уверившая себя, что ей нечего предложить. Ей казалось, что все парни, которых она знала, теперь стремились лишь к одному: иметь детей. Встретив в Косой Аллее Минерву МакГонагалл, Гермиона безумно обрадовалась. Они долго сидели в уютном кафе, разговаривая обо всём, а на следующий день в окно квартиры Грейнджер постучала сова госпожи директора Хогвартса. Минерва предлагала ей перебраться в школу и преподавать Зелья сперва вместе с намеревавшимся вскоре отправиться на пенсию Слагхорном, а в перспективе и полностью его заменить. Грейнджер приняла предложение «убежища» в Хогвартсе, не без иронии отметив схожесть собственной ситуации с профессором Снейпом. Во время её первого года преподавания все шло довольно гладко. С детьми у неё очень быстро всё сложилось, Гораций незаметно передал ей абсолютно все уроки, только девушка предпочла следовать не его планам, а достать старые записи Северуса. Совершенно не намереваясь перенимать его стиль, Гермиона бесконечно уважала своего учителя, как талантливого зельевара, если и не педагога. А с детства привыкшая вести аккуратные и детальные записи всех уроков, без труда организовала свои собственные по его примеру. В тот год деканом Слизерина оставался Гораций, и Гермиона порой без особого энтузиазма задавалась вопросом, кто же примет факультет змей, когда старый декан уйдёт на пенсию. В то время больше выпускников этого факультета среди действующих преподавателей не было, хотя несколько и были чистокровными, а следовательно, хоть какими кандидатами. Их бессменная библиотекарь, мисс Пинс и Лонгботтом. Конечно, Невилл с самого первого момента был назначен деканом Гриффиндора, но Гермиона думала, что никто бы не возражал, если бы она его подменила. Почему-то в том, что чистокровного Лонгботтома на факультете змей примут, Грейнджер абсолютно не сомневалась. Флитвик по прежнему оставался деканом Рейвенкло, а Помона Спраут – Хаффлпаффа.