Часть 26

Следуя протоколу, игнорировать который мог позволить себе Гарри Поттер, но ни в коей мере не Малфой, следующий тур вальса Драко откружился с собственной супругой. После чего почтительно поцеловал руку Астории и оставил её на удобном диванчике в наименее людной части зала. И где к ней практически мгновенно присоединилась Дафна. Белокурая слизеринка с детства славилась своей нелюбовью к «танцулькам», которым она всегда предпочитала спорт. Впрочем, становиться участником дискуссий Астории и её сестры, по сути всегда сводившимся к перемыванию косточек всех присутствующих, Малфой тоже был не намерен. Меж тем, тоже закончив свой обязательный тур вальса с собственными супругами, его бывшие однокурсники уже собрались возле стола с горячительными напитками, и Малфой поспешил откланяться, присоединяясь к ним. Не то, чтобы обсуждать последние события в магическом обществе или результаты матчей по квиддичу высшей лиги сейчас его настолько уж интересовало, но всё-таки это было предпочтительнее альтернативе. Вот только едва вставлявший в оживлённую на взгляд включительно со стороны дискуссию Тео Нотта и Блейза Забини пару слов, уже через несколько мгновений Малфой резко перевёл разговор на другую тему. Непрерывно наблюдавший за танцующими парами, Драко раздраженно опрокинул в рот бокал с огневиски и поморщился. – Если я не ошибаюсь, Крам и Грейнджер не так давно разошлись, – выдохнул Малфой и замер на месте, до конца не веря, что сказал это вслух. Как и дивясь даже перед самим собой, сколько горечи и раздражения просочилось в его голос. И ни на мгновение не забывая, что не имеет право ни на то, ни другое. – Это действительно так, – обменявшись взглядом с Блейзом, проговорил Теодор. – Как и ни для кого не секрет, что идея была не Крама. Никто ведь давно не питает никаких иллюзий, что Грейнджер по-прежнему «мисс Грейнджер», а не «мадам Крам» не потому, что Виктор ни разу не делал ей предложение. Как и мы все в курсе, что Крам ни с кем после их разрыва не засветился. Даже в ресторан с особами женского пола не ходил. Впрочем, Грейнджер тоже ни с кем сейчас не встречается. – Как забавно, – решительно отставив бокал с огневиски в сторону, Малфой кивнул обоим друзьям. – А теперь, если вы извините меня, господа… – После чего Драко решительным шагом направился в самый центр танцующих пар, не обращая внимания ни на несомненно замеченный уголком глаз взгляд, которым обменялись Теодор и Блейз, ни на задумчивое выражение, мгновенно омрачившее черты Астории. – Позволите одолжить вашу партнёршу на танец, мистер Крам, – щелкнув каблуками и склонив голову в коротком поклоне, Малфой решительно положил ладонь на спину Виктора. – Не вижу для этого ни малейшей причины, – довольно холодно процедил Виктор, мгновенно напрягшись всем телом и не торопясь выпускать Гермиону из собственных объятий. – Дама обещала этот танец мне, как и все остальные, к слову сказать, и я совершенно не намерен менять наши планы. В свою очередь подобравшись и опасно прищурившись, Малфой уже намеревался ответить звезде квиддича и самому известному ловцу за последние Мерлин знает, сколько лет, причитавшиеся колкости, когда перехватил серьезный взгляд Грейнджер. Сжав зубы, Малфой решительно выдержал его, не отводя глаз, хотя следовало признать, что даже учитывая его заметно изменившуюся за последние годы и теперь высокую фигуру, как и раздавшиеся вширь плечи, Драко по-прежнему во многом уступал профессиональному атлету. – Все нормально, Виктор, – оба мужчины мгновенно замерли под серьезным взглядом Гермионы, особенно учитывая её не терпящий возражений тон голоса. – Я думаю, что вполне могу подарить этот танец мистеру Малфою. – И, явно отметив серьезный, вопросительный взгляд прекрасно осведомленного о всех нюансах её отношений с Драко Виктора, Гермиона мягко улыбнулась. – Не волнуйся, я присоединюсь к тебе немного позже. После чего твёрдо намеренная избежать любого скандала или никому не нужного выяснения отношений на глазах всей волшебной Англии, Гермиона решительно убрала свои пальцы из ладони Виктора, одновременно сняв вторую руку с его плеча. А потом, довольно сдержанно улыбнувшись Драко, Грейнджер подняла на него взгляд. – Мистер Малфой, – и, напоследок перехватив напряженный взгляд Крама и прекрасно замечая реакцию всех вокруг, Гермиона в свою очередь положила ладонь на плечо Драко и закружилась с ним в танце. – Пять, четыре, три… – начал в голове мысленный отсчёт Драко Малфой, с каким-то мазохистским любопытством задаваясь вопросом, через сколько секунд Гермиона начнёт его отчитывать. – Ну, и что это было, Малфой? – Грейнджер заняло меньше трёх секунд, чтобы пойти в наступление. – Что за демонстрация неоправданного мачо? С каких это пор ты вообще приглашаешь меня на танцы? – Что ж, могу теперь официально заявить, что прежде, чем вцепиться мне в горло, ты до трёх не считаешь. Ну, а если говорить серьёзно, то почему бы и нет? Это вечеринка, Грейнджер, здесь принято танцевать, и если мне захотелось покружиться в вальсе с самой красивой из присутствующих ведьм, то почему я должен себе отказывать? – Потому, что раньше тебе это в голову не приходило? И с каких это пор я для тебя «самая красивая ведьма»? – даже глазом не моргнув, принялась перечислять Гермиона. – Но я все равно повторю свой вопрос, что это было? – А давай лучше я задам тебе немного иной вопрос, Грейнджер. Вот почему каждый раз, когда мы с тобой делаем хоть какой-то прогресс в наших отношениях, ты мгновенно об этом забываешь и словно возвращаешься в исходную позицию? – прищурившись, Драко решил наглядно продемонстрировать старинную поговорку, что лучшая защита – это нападение. – Я ведь уже неоднократно тебе говорил, что на самом деле давно изменился и больше не тот заносчивый мальчишка, которым был раньше. Так почему с тобой все опять возвращается на круги своя? – Потому, Малфой, что оно никогда эти самые круги и не покидало? – по всему выходило, что после нескольких лет деканства на факультете Слизерина смутить Грейнджер было довольно сложно. – Ты каждый раз пытаешься доказать мне что-то, но уж извини, это все идёт настолько вразрез с моим опытом, что прошу простить мой скептицизм. Как говорится, на одни грабли… – То есть, мы опять приходим к исходной позиции. А тебе не кажется, что подобное противоречит твоей легендарной славе самой умной ведьмы современности? Гибкость и способность принять изменяющиеся обстоятельства – это ведь признак неординарного ума. А вот держаться закоренелых и откровенно устаревших взглядов, несмотря на доказательства к противному, мне казалось, указывает на обратное. Во всяком случае, если верить моему жизненному опыту, так себя всегда вёл скорее мой отец и его застрявшие в болоте устаревших убеждений дружки-пожиратели, а не ты, Грейнджер. – Забыть опыт прошлого и полностью закрывать глаза на всё, с чем уже сталкивалась, тоже признаком большого ума не является, Малфой. Поверь, я не оспариваю тот факт, что ты мог измениться. Но к чему было это представление понять не могу. Поэтому повторю свой вопрос. Зачем тебе это нужно? Потому как Мерлин мой свидетель, никогда раньше тебе все это было не нужно. – И снова мы упираемся в ту же стенку, – фыркнув, пожал плечами Малфой. – И к слову, Грейнджер, а ты лучше меня знаешь, что мне надо? Салазар великий, и снова такое чувство, словно я вернулся в детство и разговариваю с Люциусом. Кто-то просто уверен, что знает меня лучше, чем я сам, и не терпит возражений. – Не перегибай палку, Малфой, – на этот раз Гермиона отвела взгляд, и Драко с не отрицаемым удовольствием отметил, что в её голосе сейчас присутствовало намного меньше агрессии. Как и незыблемой уверенности в собственной правоте. – Но признай сам, что поверить во все это с твоей стороны в отношении меня сложно. – И когда это лично тебя останавливали трудности, Грейнджер? - насмешливо изогнул бровь Драко, но потом посерьёзнел и качнул головой. - Впрочем, справедливости ради должен признать, что это действительно так. Но в какой-то момент тебе всё-таки придётся принять то, что у тебя перед глазами. А не бесконечно возвращаться к взглядам, к которым ты привыкла. В конце концов, мы все это уже сделали, теперь очередь за тобой. И сказать по справедливости, - устремлённый на Гермиону взгляд Драко сейчас был настолько серьезным, что Грейнджер невольно затаила дыхание, ожидая окончания его фразы. – Странно видеть такую незыблемую уверенность от ведьмы, которая даже воссоздала «зеркало желаний». Ведь в конце концов, если ты настолько уверена, что знаешь всё и за всех, зачем морочиться волшебным предметом, предназначенным именно узнавать, уж прости мне тавтологию, самые потаенные желания другого человека? Или это всё исключительно, чтобы помочь своим ученикам найти себя и свой путь в жизни? – Ты обнаружил моё зеркало? – избрав полностью проигнорировать все вопросы Малфоя, Гермиона поспешно задала свой собственный. – Оно не предназначалось тебе, Малфой. – Ни на минуту в этом не сомневаюсь, – хмыкнув, небрежно пожал плечами Драко. – Но это не исключает факта, что работает оно превосходно. Что ж, одно в волшебном мире остается неизменным: Гермиона Грейнджер по-прежнему обходит правила и способна создать любую волшебную вещицу, которую ей заблагорассудится. И к драклу закон и любые ограничения. – Если ты сейчас намекаешь на мою бисерную сумочку, Малфой, то позволь тебе напомнить, что именно она помогла мне во время наших скитаний с Гарри. Да и вообще, если бы мы в тот год следовали букве закона, то сам знаешь, где бы мы сейчас были. – Если ты хочешь сказать, что в заднице, то не могу не согласиться, – легко признал её правоту Драко, добродушно усмехнувшись. – Впрочем, я не собирался ни на что намекать. И позволь официально высказать восхищение твоими талантами, если ты реально воссоздала миниатюру такого сложного артефакта. – Благодарю и приму за комплимент, – на этот раз вежливо изогнула губы в благодарной улыбке Грейнджер. – Но в любом случае, смею напомнить, что музыка уже окончилась, и мне следует возвращаться к Виктору. Благодарю за танец, но в следующий раз не устраивай таких представлений перед всей волшебной Англией. Вот почему-то я уверена, что ты мог в любом случае подождать пока танец окончится, если уж так приспичило меня пригласить. – Отличная идея, Грейнджер, – галантно поклонившись, согласился Малфой. – Позволишь пригласить тебя на ещё один танец? Во избежание представлений в будущем? Тогда мне явно не будет причины вклиниваться в вашу с Крамом идиллию во время танца. И если что, то я настаиваю. – Что в переводе со Слизеринского обозначает, что если я сейчас тебе откажу, то ты сделаешь именно так. Это шантаж, Малфой? – прищурившись, поинтересовалась Грейнджер, вот только в её голосе на этот раз отчётливо слышались нотки веселья. – Ни в коем случае, госпожа декан Слизерина, – отчаянно замотал головой Драко. – Наоборот, честное и откровенное предупреждение. С уведомлением о неминуемых или неизбежных последствиях в случае отрицательного ответа… В общем, все, как на ладони!