Часть 31

После своей поездки в Австралию, в Хогвартс Гермиона вернулась отдохнувшей и словно заряженной энергией. Впервые пообщавшись с собственной матерью наравне, как две взрослые женщины, Гермиона мгновенно обнаружила в ней новую подругу. Это было, конечно же, не удивительно: кто ещё мог понять её так же хорошо, как женщина, которая даже если и не вырастила её, то уж во всяком случае воспитывала до одиннадцати лет. Моника Вилкинс понимала Гермиону с полуслова, да и с собственным отцом ей было общаться необыкновенно легко. Но самым огромный сюрпризом стала Генриетта. И именно это сейчас и отметила Джинни, внимательно слушавшая рассказ Гермионы все это время. А потом все-таки решила уточнить. – То есть, ты хочешь сказать, что реально подозреваешь: твоя младшая сестра – предвидящая? – Джинни округлила глаза от удивления, в шоке уставившись на подругу. – Ты же не веришь в предсказания! – Я хочу сказать, что она ясновидящая, так точно, – пожав плечами, устало произнесла Гермиона. – Я не могу утверждать, что она наверняка способна предсказывать события. И уж не в свою пользу, это уж точно нет, на что и намекал мой отец, когда пошутил про лотерею. Но порой на самом деле создается впечатление, что Генриетта предсказывает будущее. Мне даже пару раз показалось, что она способна видеть магию, но это не так. Например, этот случай с пирожными, да и столько других… – Да, точно! Пирожные! – Джинни с азартом хлопнула в ладоши, припоминая случай в самом начале знакомства Гермионы с её сестрой. – Она же предсказала, что ты заказала пирожные. – Если ты вспомнишь, то она дословно сказала, при этом даже поправив мою маму, что она знала, что пирожные будут, – задумчиво покачала головой Грейнджер. – И действительно, на тот момент, когда она подошла ко мне, пирожные ещё не предвиделись. Я ведь послала мысленный заказ немного позже, когда они все уже согласились присоединиться ко мне. – Что, на самом деле, довольно логично, – внезапно раздался у двери голос Драко Малфоя, и обе девушки мгновенно обернулись – Очень прошу меня простить, что вмешиваюсь в вашу беседу. – И ещё за то, что подслушивал? – мгновенно напомнила ему Джинни, привлекая внимание всех присутствующих к этому довольно очевидному факту. – Как давно ты здесь стоишь, Малфой? И разве тебя в детстве не учили, что подслушивать чужие разговоры нехорошо? – И тебе добрый день, Джиневра, – насмешливо поклонившись, выдавил из себя Малфой. – Но как бы это сказать… на Слизерине подобное не то, чтобы поощрялось, но и смертельным грехом тоже не считается. – Да, да, это скорее стратегический манёвр, способный дать подслушивающему преимущества. Мы в курсе. И меня лично даже не особенно интересует, как долго ты здесь стоял и сколько услышал. А вот почему ты все это считаешь логичным придётся объяснить, – отмахнувшись от уже назревающей между представителями семейств Малфоев и Уизли перепалки, подытожила Гермиона, тем самым перенаправив разговор в более актуальное русло. – Я стоял здесь достаточно долго чтобы понять, что ты навестила свою семью в Австралии. Что я на самом деле уже знал, – поспешно добавил Драко, поймав на себе вопросительный взгляд Гермионы и несомненно отметив, как мгновенно поползла вверх её бровь. – Мне сказала Минерва. Я ведь заглянул в Хогвартс, чтобы пригласить тебя на бал, который Астория и Нарцисса планировали на Новый год в Малфой-меноре. В результате бал не состоялся, Астории стало хуже, а Джон посоветовал не устраивать светских мероприятий, но таким образом про твой визит в Австралию я знал. Ну, а всё остальное было уж как-то очевидно. - Драко сделал небольшую паузу, словно ожидая реакции, а когда той не последовало, нахмурился и почесал переносицу. - Я только не понимаю, почему тебя так удивляет, что твоя младшая сестра «не совсем маггла»? Волшебные способности зачастую проявляют себя сразу в нескольких членах семей магглорождённых, ведь даже во время нашего обучения ты видела примеры братьев или сестёр из одной не волшебной семьи. – Потому, Малфой, что я была в Австралии, когда родилась моя сестра. И я тщательно проверила её на наличие волшебного потенциала. Его там не было в корне. А уж о том, что волшебные способности можно определить при рождении, и как это делается, я прекрасно знаю. Выучила ещё в детстве, когда заинтересовалась этим вопросом и просмотрела довольно много книг в библиотеке. – Грейнджер, а тебе никогда не казалось подозрительным, что довольно много так называемых ясновидящих и предсказателей, как и целителей, способных излечить от недугов одним прикосновением, по рассказам самих же магглов вечно появляется в не волшебном мире? – Драко скрестил руки на груди, с самым серьёзным видом глядя в глаза Гермионы. – Их способности невозможно объяснить, правители-тираны и люди с самые лучшими намерениями использовали их на протяжении веков? Их периодически, но с завидным постоянством либо называют шарлатанами, либо все-таки признают в них сверхъестественные способности? – То есть, Малфой, ты хочешь сказать, что на самом деле все они «не-до-волшебники»? – с нескрываемым сарказмом приподняла бровь Грейнджер, но столкнулась все с тем же абсолютно серьезным взглядом своего собеседника. – Ну, я бы сформулировал это немного иначе, – довольно спокойно, особенно учитывая тон голоса самой Гермионы, кивнул Драко. – Скорее те, чьи волшебные способности не так ярко выражены, но они и не лишены связи с магией полностью. А ещё, для тебя ведь не новость, что порой волшебник или волшебница могут проявить себя довольно поздно? Конечно, я в курсе, что в волшебном мире об этом особенно не распространяются, но ты ведь даже знаешь одного из таких волшебников. – Невилл, – на одном выдохе произнесла Джинни, мгновенно поймав вопросительный взгляд Грейнджер. – Об этом не распространяются, но я абсолютно точно знаю, что Лонгботтом упоминал на самом первом курсе, что очень долго не показывал никаких знаков волшебства. Ты могла не обратить на это внимание, Гермиона, но Рон рассказывал дома, что его дядя даже применял какие-то старинные методы, чтобы выманить магию на поверхность. – Довольно жёсткие даже по нашим меркам, – холодно кивнул Драко. – А насколько я знаю, в случае Лонгботтома они уже явно не церемонились, а потом как-то практически опустили руки. Но в любом случае, на самом деле это довольно нередкая ситуация в старинных семьях. Именно поэтому большинство и скрывает потенциальные способности своих детей до довольно позднего времени, а некоторые вообще отправляют их в не волшебный мир уже тогда, когда вся надежда потеряна. Стирают память и оставляют где-нибудь в людном месте. – А потом появляются пациенты с полной потерей памяти, которые даже не знают своего имени, – в шоке окрутив глаза, Гермиона прижала ладони к губам. – Ты хочешь сказать, что все эти несчастные на самом деле – дети волшебников, которые оказались сквибами? – Ну, не все, – отмахнулся от неё Малфой. – В конце концов, настоящие несчастные случаи тоже никто не отменял, но определённое количество так точно. При том, если такие дети остаются в волшебном мире, то мы в какой-то момент распознаем их настоящие способности. Ясновидящие обычно слабые волшебники, но именно этот вид магии практически невозможно распознать при рождении. То же самое и с прирождёнными лекарями. К слову, обычно их даже не отправляют в Хогвартс или другие волшебные школы. Просто учат на дому. – Но проблема возникает с магглорождёнными, – сообразив, к чему клонит Малфой, кивнула Грейнджер. – Конечно, как обычно и весьма предсказуемо, но я понятия не имела. Просто проверила Генриетту при рождении, не почувствовала волшебной отдачи ни на каком уровне и сделала вывод, что она не волшебница. – Если твоя сестра ясновидящая, – и вновь Малфой ни коим образом не отреагировал на очевидное признание Гермионой, что она не знакома с какими-то нюансами волшебный жизни, явно известными чистокровным. – То её сила заключается именно в сознании. А как ты прекрасно понимаешь, у новорождённого ребёнка оно ещё не сформировано, зато теперь, когда она стала постарше, ты без труда смогла почувствовать в ней её способности. – Значит, Генриетта волшебница, – задумчиво покачала головой Гермиона, мгновенно осознав ещё один факт. Если раньше, много лет назад от подобного открытия она бы испытала необыкновенное облегчение, то сейчас оно все усложняло. Грейнджер понятия не имела, что ей делать дальше, и с какой стороны подойти к этой ситуации. Открыть карты перед родителями? Да, в конечном итоге именно так ей и придётся поступить, но проблема была не в этом. Что ей делать с Генриеттой? Судя по всему, таких детей обучают на дому и не отправляя в Хогвартс. Но Гермиона, если она примет решение всё-таки раскрыть младшей сестре глаза на её истинную сущность, могла забрать девочку исключительно в Хогвартс. Судя по всему, либо Малфой прочёл её мысли, либо они и так слишком ясно отразились на её лице, потому как Драко заговорил вновь. – Я бы посоветовал забрать сестру, предварительно рассказав о волшебном мире. Насколько мне известно, судьба так называемых магглов с подобными талантами не из лёгких, их называют шарлатанами или мошенниками, и большинство традиционных дорог в не волшебном мире в любом случае перед ними закрыты. Более того, они там чувствуют себя не в своей тарелке. – Но ты же сам сказал, что обычно их не посылают в Хогвартс или другие магические школы? А это единственный вариант в моем случае, Малфой, если я решусь забрать Генриетту, - нахмурившись, покачала головой Гермиона. – В Хогвартсе нет правил, которые бы исключали таких детей. Просто чистокровные предпочитают не разглашать нюансы ограниченной магии своих отпрысков, а их собственного волшебства недостаточно, чтобы они появились на ростере учеников. То есть, Грейнджер, тебя ничего не останавливает, чтобы забрать твою Генриетту в Хогвартс. – А со своей стороны Минерва подберет ей уроки таким образом, чтобы она могла принимать участие и не чувствовать себя неполноценной, – мгновенно и довольно неожиданно поддержала Малфоя Джиневра. – Совершенно верно, – и глазом не моргнув, продолжил её мысль Драко. – Конечно, на Чарах или Трансфигурации твоей сестре делать нечего, но Предсказания явно станут её «коньком». Генриетта может брать сразу несколько таких классов, там ведь нет какого-то определённого уровня, все это просто тренировка собственных способностей. Более того, зачатков магии ей хватит и для уроков Зелий, как и Астрологии, Арифмантики или Древних рун. В общем, создать ей подходящую программу на самом деле будет не так сложно. – А ты так сходу просто включился во всё это, – задумчиво произнесла Джинни Уизли, как-то незаметно вновь уходя на задний план. Если бы Гермиона сейчас озаботилась проанализировать всё, что происходило перед её глазами, она несомненно обратила бы внимание и на довольно нетипичное в своей пассивности поведение мадам Поттер. Обычно Джиневра высказываю свою точку зрения намного агрессивнее, да и вообще не славилась обычаем держаться в разговорах в тени. – Уизли, только не пойми меня превратно, я сейчас ничего не имею против твоей семьи, – подавив тяжелый вздох, абсолютно серьезным голосом процедил Драко. – Но если в твоей семье подобных разговоров с детьми избегали, то во всех остальных чистокровных гнёздах подобное обсуждалось чуть ни с пелёнок. И я повторюсь, я сейчас абсолютно не намекаю ни на что плохое в отношении твоей семьи. – А на что, уж прости за откровенность, ты намекаешь в таком случае? Я имею в виду, если выделяя Уизли из всех остальных чистокровных семей и открыто заявляя, что мы «не такие, как все», ты так сказать не имеешь в виду ничего превратного? – прищурившись, скрестила руки на груди Джиневра. – Ну, всего лишь, что нас всех с детства готовили к вполне вероятному повороту событий, что у нас в семье может родиться ребёнок без магии. Или с очень ограниченной магией, как зачастую и случается в отношении всех этих ясновидящих и предсказателей. И в древних семьях есть способы с этим работать. Например, если у ребёнка с детства замечены некоторые ограничения волшебных способностей, его просто не таскают в общество. По возможности оставляют дома, избегая детских сборищ, где ему кто-нибудь может что-то открыто высказать в лицо. Обучают дома, не посылают в школу. Об этом знают практически все в высшем обществе, ведь даже если никто особенно и не афиширует свою беременность, то и скрыть книззла в мешке тоже удается не очень эффективно. Слухи все равно просачиваются, и потом все вокруг старательно делают вид, что ничего не знают. А дальше ситуация развивается, и семья действует в соответствии с ней. Если окажется, что ребёнок на самом деле сквибб, в какой-то момент он исчезает, и волшебный мир продолжает делать вид, что его никогда и не было. Если же окажется, что это ясновидящий или предсказатель, то есть на самом деле магические способности есть, но они очень слабые, родители в конечном итоге выводят свое чадо в свет. В общем, по обстоятельствам. – И ты хочешь мне так откровенно намекнуть, Малфой, что мои собственные родители просто удобно забыли нам всем об этом рассказать? Или, что Уизли никогда не были вхожи в высшее общество, и поэтому к нам это элементарно не относится? – по-прежнему шла в наступление мадам Поттер. – Мне кажется, Джинни, что зная Артура и Молли, я бы предположила несколько иной вариант, – мягко проговорила Гермиона, тем самым привлекая внимания к себе. – Думаю, твои родители просто решили, что будут действовать по обстоятельствам, а если к ним это не относится, то и незачем кормить всех детей подобными страшилками. Просто мне кажется, что Молли не та ведьма, чтобы рассказывать собственным детям такие грустные сказки. Более того, она ведь всегда говорила, что у вас всех волшебные способности проявились ещё при рождении, а следовательно подобный вариант развития событий просто не был актуален. – Ладно, зная маму и папу, вероятнее всего ты действительно права. Ни один из нас не вызвал подозрений, что мы лишены магии, и родители просто решили не заморачиваться. Более того, они ведь никогда не вкладывали нам в голову эту чепуху про эксклюзивность чистокровности, а именно браки между близкими родственниками и ведут к подобным исходам. И да, Малфой, как раз об этом мои родители не забыли нам упомянуть. – Ну вот видишь, ларчик просто открывался, – довольно спокойно пожал плечами Драко. – И насколько я помню, никто из твоих братьев или ты сама, если уж на то пошло, никогда не стремилась встречаться исключительно с представителями древних семей. На самом деле, наоборот. Дин Томас был в лучшем случае полукровкой, Поттер – сын магглорождённой, и так далее. Помнится, ты даже Забини отшила, когда он пытался пригласить тебя на свидание. И все остальные твои братья тоже никогда не встречались исключительно с наследницами Священных 28. – Ладно, мы тебя поняли, – закатив глаза, откинулась на спинку стула Джинни. – Ты ничего превратного не имел в виду, а у моих родителей просто не было причин вкладывать нам в уши очередную притчу о том, как чистокровные пускают пыль в глаза и делают финт хвостом. Все понятно, логично, правдоподобно и вероятно. – В отличие от твоей семьи, Малфой, – внезапно задумчиво кивнула головой Грейнджер. – Тебя готовили к подобному повороту событий. – На самом деле, тоже не с самого раннего детства, – с тем же серьезным видом кивнул Малфой и, склонившись всем корпусом вперёд и оперевшись локтями о колени, продолжил. – Нет, конечно же некоторые моменты я знал. Например, я абсолютно не уверен, если вы в курсе, но Панси Паркинсон проявила свои волшебные способности довольно поздно, а при рождении определить наличие магии в ней было невозможно. Как и у Лонгботтома, например, но в отличие от семьи нашего нынешнего декана Гриффиндора, Паркинсоны этот небольшой «недостаток» своей дочери старательно скрывали. Панси не вывозили в свет довольно долго, пока у неё не проявились хоть какие задатки волшебства. И иногда мне кажется, что именно по этой причине мои родители никогда серьёзно не рассматривали её кандидатуру, как мою потенциальную супругу. А мне они полностью и начистоту все выложили уже намного позже, когда заключили договор о нашем союзе с Асторией. Вот тогда меня и посадили за стол в библиотеке, разложили передо мной кучу книг и выдали всё, как есть. До этого я знал только частично. – Готовили тебя к подобному обороту событий, – понимающе кивнула Гермиона, и на этот раз пришла очередь Малфоя в некотором изумлении приподнять бровь. И на этот раз в её голосе тоже не было ни насмешки, ни подколок. Только понимание проблемы. – Что ж, не могу сказать, что не оправдываю именно такой подход. В конце концов знать о существовании некоторых нюансов не мешает с детства, но особенно если учесть особенности детской психологии, полную картину лучше получить уже в зрелом возрасте. И похоже, что подход твоих родителей был не так уже отличен от Артура и Молли Уизли.