Глава 9 - Ночной обмен

ЛИЯ Я сжала зонтик в руке и тихонько спустилась по лестнице. Если мои родители услышат меня, у меня будут проблемы. Тем не менее, я не хотела показаться плохо воспитанной, особенно после того, как моя мать предложила мне быть образцовым членом нашей общины и помочь молодым Штейнам вступить в церковь. Я добралась до кухни, и в стеклянной части задней двери увидела высокий силуэт Хайса, ожидающего там. Я сделала глубокий вдох и открыла дверь, теперь я была не такой храброй, когда Хайс стоял передо мной. Я протянула к нему руку с зонтиком, Хайс взглянул на мою руку и покачал головой. Что ещё? Хайс схватил моё запястье, потянул меня наружу, низкий визг вырвался из моих губ. Он использовал свою свободную руку, чтобы закрыть дверь дома, оставив нас обоих снаружи. – Что ты делаешь? - прошептала я, раздраженно высвобождая своё запястье из его руки. – Вытаскиваю тебя из клетки, - заговорил он как ни в чем не бывало, – тебе не кажется, что даже самым красивым птичкам иногда нужно дышать воздухом? Он назвал меня красивой? И с чего он взял, что я живу в клетке? Я отдала ему зонтик, и он взял его. – Спасибо, - пробормотала я. – Пожалуйста, Лия. Свет во дворе моего дома отражался в его глазах, придавая им очень красивый блеск, но этого было недостаточно, чтобы отвлечь меня от желания вернуться внутрь, где я была в безопасности, подальше от Хайса. Тем не менее, часть меня хотела поговорить с ним о Наталье, я хотела дать ему понять, что если он разобьёт сердце моей лучшей подруге, ну, бывшей лучшей подруге, она отыграется на мне. – Не хочешь выпить со мной горячего шоколада? - он указал на свой дом. – Хайс, сейчас… – Четыре утра, я знаю, но я не думаю, что ты хочешь спать, и я тоже. Мы скоро вернёмся, я хочу с тобой кое о чем поговорить. Я колебалась, бросив взгляд на дверь и снова на Хайса, который ждал ответа. – Не думаю, что это хорошая идея. – Это будет быстро, правда, мне нужно поговорить с тобой. – Это не может подождать до завтра? – Забудь об этом, я всё равно не должен был тебе говорить, - я собиралась обернуться, когда он снова заговорил: – Наталья просила, чтобы я ничего тебе не говорил. Я скривила губы, и Хайс отвернулся. – Приятных снов, Лия. – Стой. Он остановился, стоя спиной ко мне. – Ты обещаешь, что это будет быстро? – Конечно, даю слово. Я неохотно последовала за ним, мы обошли мой дом, чтобы выйти к главному входу, а затем пойти к нему, потому что я не собиралась перелазить через забор. Мы вошли в его дом через заднюю дверь, на кухне было темно, и Хайс зажег только лампу, стоявшую в углу, что придало помещению эффект полумрака. – Присаживайся, - сказал он мне, когда начал всё готовить. Я села напротив стойки, Хайс с другой стороны. – О чем ты хотел поговорить? – Всегда прямо в яблочко, да, Лия? Я ничего не сказала, и он тоже. Хайс провел пальцами по волосам, мышцы его руки напряглись, прежде чем он положил обе руки на стойку и посмотрел мне прямо в глаза. Я не знала, был ли это свет лампы или тот факт, что мы снова были одни на его кухне, но в этот момент я позволила себе посмотреть на него в упор. Обычно я смотрела на него в общих чертах, не позволяя себе детализировать. Но не в этот раз. Я могла подробно рассмотреть его, и мне казалось, что каждый раз, когда это происходило, я видела какую-то его часть, которая была очень привлекательной. В данном случае это были его губы, у Хайса были пухлые губы, которые выглядели великолепно, когда он их облизывал. По правде говоря, я могла понять Наталью, парень был красив, я не винила её за то, что она поддалась его очарованию. Вспомнив о ней, я поняла, что пялюсь на Хайса так, как не следовало, особенно, когда он был с ней связан. Я прочистила горло. – Что ты хотел мне сказать? – Наталья очень заботится о тебе, и я думаю, вам стоит возобновить вашу дружбу. – Она меня ненавидит. – Ты же знаешь, что это не так, у неё были свои причины отдалиться от тебя. – О чем ты говоришь? – Она ушла не просто так, Лия, не зря. О чем он говорил? – И ты знаешь эту причину? Он кивнул, и я стала ждать объяснений, но когда он ничего не сказал, я заговорила снова. – Ты мне скажешь? – Нет, она сама должна тебе рассказать, я могу только сказать, что ты должна попытаться всё уладить с ней. – Ты говоришь так, как будто она действительно тебе небезразлична. Он поднял одну бровь. – А кто сказал, что она мне безразлична? Его вопрос застал меня врасплох, потому что я не знала, почему я сказала это. Почему я так опасаюсь Хайса? Я не понимала этого, это было так естественно для меня. Сомневаться в нём было что-то автоматическое во мне, это был первый раз, когда это я вела себя так с кем-то. Хайс наблюдал за мной, ожидая ответа, я сглотнула, потому что не знала, что сказать, поэтому сменила тему. – Ты пойдешь со мной в церковь в эти выходные? – Конечно, я намерен адаптироваться. – Я думала, что мои убеждения и обычаи сомнительные. Я использовала его слова против него, это было первое, что он сказал мне, когда говорил со мной на кладбище в тот раз. Хайс фыркнул, улыбаясь. – Ты ничего не забыла, да? Думаю, именно поэтому мы не смогли начать всё сначала. – Я не виновата, что ты не умеешь начинать диалоги с новыми людьми. – Я такой не со всеми людьми, Лия. – О, значит мне посчастливилось узнать странную сторону Хайса Штейна. Его глаза потемнели, интенсивность в них была так ощутима. – Тебе посчастливилось узнать единственную, настоящую часть меня. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но он заговорил первым. – Пора пить горячий шоколад. Хайс повернулся ко мне спиной, чтобы всё подготовить. Я смотрела ему в спину, пока он наливал горячий шоколад в две кружки. Когда он снова повернулся ко мне, он передал мне кружку, горячий пар выходил из неё. – Спасибо. – Пожалуйста. Я поднесла чашку к губам и сделала глоток, пронзительная боль пересекла мою нижнюю губу, заставив меня убрать кружку и застонать от боли. В считанные секунды Хайс обошёл столешницу и стоял передо мной, встревоженный. – Что случилось? Ты обожглась? Я взглянула на край кружки, заметив, что она расколота, на ней капля крови. Я закусила губу. Хайс забрал у меня кружку и поставил её на стол. – Извини, я не заметил, что она раскололась, должно быть, я включил газ на всю мощность. Он выглядел искренне сожалеющим. – Дай посмотреть. Хайс взял мой подбородок и прижал большой палец к середине моей нижней губы, чтобы проверить внутреннюю часть моей губы, насколько тянулся маленький порез. Прикосновение заставило меня перестать дышать, Хайс был так близко, что его шоколадное дыхание коснулось моих губ. Наши глаза встретились, и моё сердце забилось быстрее, его большой палец медленно гладил мою губу, словно запоминая её форму, текстуру. Его глаза опустились к моим губам, в них расплылся блеск. – Herrlich , - пробормотал он себе под нос. (Немец. изумительно) Что? Мне потребовалась секунда, чтобы отреагировать, и я попыталась отвернуться, но Хайс сильнее сжал мой подбородок, мешая мне. – Я просто проверяю порез, Лия, - тон его голоса смягчился. Я обхватила пальцами его запястье, убирая его руку с моего подбородка. – Я в порядке. Хайс сделал шаг назад, подняв руки. – Понял. Он снова обошёл столешницу, наливая мне горячий шоколад в другую кружку. Он положил её на стол и сдвинул, пока она не оказалась передо мной. – Эта в идеальном состоянии. – Надеюсь, - сказала я, делая глоток. Горячая жидкость при контакте с моим недавним порезом заставила меня немного гореть, но было терпимо. Хайс смотрел на меня, ничего не говоря, и мне нужно было заполнить это молчание. – На что похожа Германия? Хайс вздохнул. – Историческая, меланхоличная, художественная. – Скучаешь по ней? – Она всегда будет моим домом. – Ты говоришь так, будто не хочешь её оставлять. – Наверное так и есть. – Тогда почему ты переехал в Уилсон? Ладно, это было тонко, Лия, молодец – Это очень хороший вопрос, - сказал он мне, улыбаясь. – Ты не знаешь? – Вопрос в том, зачем тебе это знать? – Просто любопытно. – Любопытство опасно, особенно когда речь идёт обо мне или моей семье. – Почему я чувствую, что в этой семье много секретов? – Потому что так и есть. Я знала это, однако Хайс продолжил. – Но копаться в секретах не твоя роль, Лия. Есть вещи, которые лучше не знать, для твоего же блага. – Это предупреждение? Думаю, это твоё хобби — угрожать мне, это уже второй раз. Я напомнила ему, вспомнив, как он сказал мне, что не знает, стоит ли уничтожить меня на кладбище. – Опять же, ты не дашь мне забыть. Я ничего не сказала и сделала глоток своего горячего шоколада, если я буду продолжать говорить в таком темпе, я не допью шоколад и уже рассветет. Меня охватило любопытство, я забыла причину, по которой пришла, мы уже давно перестали говорить о Наталье. Я собиралась открыть рот, когда из коридора, куда я следовала за Натальей и Хайсом прошлой ночью, раздался грохот. Хайс напрягся, сжав губы. – Что это было? - спросила я, переводя глаза с Хайса на коридор – Ничего, это точно Фрей тренируется в спортзале. – У вас в доме есть тренажерный зал? – Да. Почему я чувствую, что он лжет? Потому что это так. – Я бы хотела посмотреть. – Фрей не любитель неожиданных визитов. – Я понимаю. Или просто никакого тренажерного зала не существует. Прекрати, Лия. Что бы ни скрывала эта семья, тебя это не касается. Я вспомнила дверь, ту, которую видела в тот день, когда последовала за Натальей и Хайсом в тот коридор. Это от этой двери, которая так охранялась, с висячими замками и прочим, доносился этот шум? Я почувствовала на себе тяжелый взгляд Хайса и посмотрела на него - он заметил мой интерес к этому коридору. – Лия? – Да? Выражение его лица ожесточилось, блеск зажег глаза, заставляя их выделяться ещё больше. Он слегка шевельнул губами, словно решая, что сказать. – Думаю, тебе лучше пойти домой. Ох. – Да. Ты прав. Это всё, что ты хочешь сказать, Хайс? Прежде чем я успела пошевелиться, звук открывающейся двери в коридоре сбоку от кухни привлек моё внимание, и я остановилась. Хайс сжал челюсть. Фрей вышел из коридора, его холодное выражение застыло при виде меня. Я подавила крик и поднесла руку ко рту, увидев, в каком он был состоянии. Фрей был весь в черном, цвет соответствовал его спутанным по бокам лица волосам и он... Кровь... Одна его рука зажала нос, из которого текла кровь. На нижней губе был порез, который также немного кровоточил. Я замерла, наблюдая, как он наклонился над раковиной передо мной, открыл кран, чтобы убрать кровь и начисто вытер лицо. Холод и спокойствие, с которыми он это делал, лишили меня дара речи, за этими голубыми глазами не было ни гримасы боли, ни намека на эмоции. Я поняла, что это были удары, кто-то ударил его очень сильно, чтобы так зацепить. Я сжала руки в кулаки на коленях, не зная, что делать. Я встретилась взглядом с Хайсом, он выглядел сердитым, наблюдая за своим братом, но когда его глаза встретились с моими, он одарил меня успокаивающей улыбкой. – Ты снова был в спарринге с папой, а? - сказал он Фрею, но на моём лице, должно быть, отразилось недоверие. – У Фрея и моего отца есть эта дурная привычка боксировать в спортзале. Фрей фыркнул. И когда мои глаза вернулись к нему, он уже выпрямился и стоял прямо передо мной на другой стороне кухонного стола с красной тряпкой на носу, но его взгляд был на мне. Это был первый раз, когда мы оказались лицом к лицу, и он так прямо смотрел на меня. Тьма ... Во Фрее было много тьмы. Фрей швырнул тряпку в мусорное ведро, не сводя с меня глаз, из его разбитого носа выступили две струйки крови и скользнули по губам, которые образовали зловещую улыбку. – Ты когда-нибудь встречала монстра? Его голос был бархатно-темным и мрачным. – Фрей, - предупреждение в тоне Хайса было очевидным. Атмосфера на кухне изменилась, темный и опасный воздух окружил нас, мешая мне нормально дышать. – Ты в порядке? - я почувствовала себя глупо, спрашивая это, но не знала, что сказать после того странного вопроса, который он мне задал. Улыбка Фрея изогнулась ещё больше. – Тебе нравится играть, Лия? – Фрей, - тон Хайса стал ещё серьезнее. – Играть? - растерянно ответила я. Фрей взглянул на брата, который был так напряжен, что я могла видеть вены на его руках и шее. – Такая невинная ... - Фрей обошёл столешницу, Хайс наблюдал за каждым его движением. Я не отрывала от него глаз, потому что он уже был рядом, приближаясь ко мне. Фрей остановился прямо передо мной, всё ещё с этой кровью на губах. Страх начал пробегать по моим венам, и я хотела отступить, но, видимо, когда я была напугана, я не могла пошевелиться. Фрей протянул руку к моему лицу, но прежде чем он успел дотронуться до меня, я почувствовала, как меня потянули за руку, отталкивая от него, это был Хайс, который тянул меня, пока я не оказалась позади него. – Лия уже уходит, - ледяной тон Хайса удивил меня. Хайс взял меня за руку, и мы оба прошли мимо Фрея, направляясь к кухонной двери. Я не могла не оглянуться назад. Фрей повернулся, чтобы посмотреть, как мы уходим, и эта улыбка всё ещё была на его кровавых губах, когда он махнул на прощание рукой. Хайс не останавливался, пока мы не добрались до задней двери моего дома, небо уже прояснилось, скоро собирался рассвет. Он отпустил меня и повернулся, чтобы уйти. – Хайс, подожди. Он стоял спиной ко мне, его грудь вздымалась и опускалась с каждым учащенным вздохом - почему он так разозлился? – Просто зайди в свой дом, Лия. – Ты не можешь ожидать, что у меня не будет вопросов после того, что только что произошло. Хайс повернулся ко мне и пошёл большими шагами, я попятилась, пока моя спина не столкнулась с задней дверью моего дома, и он оказался прямо передо мной. – Не задавай вопросов, не анализируй, не ищи объяснений, ничего не предпринимай. – Почему? – Потому что даже самые красивые птицы могут потеряться и зачахнуть в темноте. И с этими словами он ушёл, сжав кулаки, как будто пытался совладать с собой, оставив меня с запутанными словами, которые только породили новые вопросы в моей голове. Фрей и Хайс. Что с вами не так?