Глава 11 - Интересное Воскресенье

ЛИЯ Штейнам было трудно вписаться в наше воскресное собрание в церкви. Не только потому, что они были новенькими и никому не известными, но и потому, что, хотя они оделись более скромно, чтобы прийти в церковь, элегантный стиль одежды выделял их из толпы. Я стояла рядом с Фреем, который даже не поздоровался со мной по дороге в церковь. Это был первый раз, когда я видела его с той ночи, его улыбка с этой кровью на его губах всё ещё была ясной в моём сознании. Ты когда-нибудь встречала монстра? От этого у меня побежали мурашки по коже, и я перестала смотреть на него, прежде чем он заметил мой взгляд. Кайя стояла рядом со мной, в простом, но очень красивом черном платье, которое легко облегало её фигуру. Хайс стоял по другую сторону от Фрея, и я была благодарна, что он был далеко от меня. Лидер приветствовал их в своей проповеди, привлекая ещё больше внимания к ним и, следовательно, ко мне, все видели, как я пришла с ними. Меньше всего я хотела, чтобы это повлияло на мой имидж, но я успокоилась, когда лидер объяснил, что я буду отвечать за то, чтобы они чувствовали себя желанными гостями, и это успокоило осуждающие взгляды всех на меня. Мы были во втором ряду, Картер, его сёстры и мать были в первом. Мой взгляд остановился на Картере, он был одет в белую рубашку, застёгнутую до упора, его волосы аккуратно зачёсаны, его профиль выглядел так красиво с этой стороны. Я покраснела, как дура, вспомнив, что после всего этого у нас будет свидание. Это будет моё первое свидание, и я не могла поверить, что иду с ним, для меня это всегда был он. Кайя, казалось, заметила покраснение моих щёк и взгляд, она слегка наклонилась ко мне, чтобы прошептать: – Парень из церкви - типичная первая любовь, да? Я ничего не ответила, но моя улыбка сказала ей всё. Хотя её слова напомнили мне о другом парне, которого я вычеркнула из своей памяти и не решалась вспомнить. Он часть моего прошлого, подумала я, отгоняя эти мысли с помощью силы, которую дал мне Всевышний. Мы вышли из церкви на задний двор, чтобы немного поболтать, как мы обычно делали после каждой воскресной проповеди. Церковь предлагала закуски и некоторые напитки, разумеется, безалкогольные. Однако внимание всё ещё было приковано к нам, большинство девушек смотрели на Фрея и Хайса, и как их винить? Они выглядели идеально в этих элегантных рубашках, я сомневалась, что с этими двумя что-то может пойти не так. Я не знала, было ли это из-за того, что я уже общалась с ними, но каким-то образом я уже привыкла к их привлекательности. Со другой стороны, парни пялились на Кайю, я даже видела, как Картер бросил на неё несколько любопытных взглядов, мой желудок немного сжался. – Должен признать, это неплохо, - голос Хайса вывел меня из приступа ревности. – Что? Я повернулась к нему. Хайс держал руки в карманах своих черных брюк, чёрные часы на одном из запястий выделялись на его коже. – Проповедь. – О, я рада, - мои мысли всё ещё были зациклены на Картере и его взгляде на Кайю. – Не могу поверить, что собираюсь это сказать, - сказала Кайя, положив руку на плечо Хайса, - но я согласна с братом. Хайс фальшиво улыбнулся, на что Кайя ответила высунутым языком. Фрей стоял в стороне от нас, как статуя, пока не наклонился над Кайей и не сказал ей что-то на ухо. Кайя кивнула, и Фрей начал уходить от нас. Кайя заметила моё замешательство. – Он уже идёт домой, Фрей не любит многолюдные места, - объяснила она. По-моему, Фрею здесь совсем не нравится. – Ну, я пойду возьму булочки. Я хотела открыть рот, чтобы возразить, не желая оставаться с Хайсом, но Кайя уже исчезла в толпе. Я подняла взгляд, чтобы встретить эти голубоватые глаза, которые весело смотрели на меня. – Почему ты никогда не распускаешь волосы? – Я предпочитаю так. Хайс нахмурил брови. – Так, как это делают все девушки в церкви? Как оригинально, Лия. – А тебе какая разница, что я делаю со своими волосами? Я думаю, что это мне решать, нравится мне так или нет. Закончив говорить, я поняла, насколько прямолинейной и грубой я могла быть с Хайсом, как будто он с легкостью выводил меня из себя. Я ожидала какого-то упрека, но Хайс лишь весело улыбнулся. – Понятно. – Хайс... – Нет, даже не думай извиняться за то, что сказала правду, твоё тело, твои волосы, твои решения, - он перестал улыбаться, выражение его лица стало серьёзным. – Думаю, я лишь хотел сказать, что ты выглядишь очень мило с распущенными волосами. Хорошо, я этого не ожидала, я просто смотрела на него, ожидая, что он громко рассмеется или скажет мне, что он шутит, но когда он этого не сделал, когда я увидела честность в его глазах, у меня перехватило дыхание. Мы стояли, глядя друг другу в глаза, среди людей. И на несколько секунд я забыла о Картере, Наталье, о Просвещённых, обо всех окружающих меня людях. Был только этот немецкий парень, который вытаскивал мою грубую сторону на поверхность. – Ты должен попробовать булочки с начинкой, - голос Кайи вернул меня к реальности, я отвела взгляд от Хайса. – Как вкусно! Мне нужно, чтобы ты достала рецепт. – Конечно, - мой голос оказался слабее, чем я ожидала, поэтому я заговорила чуть громче. – Это рецепт миссис Тилль. – Миссис Тилль? Она была агентом по недвижимости, когда мы покупали дом, - вспомнила Кайя. – Очень мило. Если бы она только знала, как плохо говорит о них говорит миссис Тилль за спиной. – Лия! – Мария появилась рядом со мной и взяла меня за руку. – Да пребудет с тобой Всевышний. – Да будет так. – Я искала тебя. Её взгляд упал на Хайса и Кайю, щеки покраснели, Мария не очень хорошо ладила с незнакомцами, на самом деле, никто в городе не ладил. – Добро пожаловать. Хайс одарил её очаровательной улыбкой, которая, несомненно, понравилась ей, но почему она казалась мне такой фальшивой? Тебе посчастливилось узнать единственную, настоящую часть меня. – Очень приятно, мы Хайс и Кайя Штейн, - сказал он, его тон голоса смягчился. Моя бедная подруга изо всех сил старалась сохранить нейтральное лицо. Мои взгляд упал на группу девушек в нескольких шагах от нас - Просвещённые или их часть. Среди них выделялись 4 девушки: Анеша, Джеда, Рина и Лина. Пришло время поприветствовать Просвещённых, через несколько недель я все-таки стану их лидером, поэтому я воспользовался присутствием Марии. – Мария покажет вам окрестности, сказала я Штейнам. – Я скоро вернусь. Я отошла от них, медленно шагая к группе девушек. Я прочистила горло, когда добралась до них, все дружелюбно улыбнулись мне. – Будущий лидер, да пребудет с тобой Всевышний и поможет тебе вести нас так, как должно быть, - сказала Джеда, прежде чем заключить меня в объятия. – Да будет так, - пробормотала я, прижимаясь к её шее. Все девушки в моей общине были мне как сёстры, я всегда так считала, не только потому, что наш руководитель всегда так говорил, но и потому, что, будучи единственным ребенком, я всегда искала эту сестринскую любовь в своей церковной группе. – Как дела? - спросила я, потому что знала, что уход Пилар и Софии сильно повлиял на них. Просвещённые были более закрытой и сплоченной группой, чем общая молодежная группа церкви. – Мы справимся с этим, - призналась Анеша. – Бывают дни, когда я просыпаюсь и думаю о том, чтобы пойти в дом Софии поболтать с ней за утренним кофе, и только когда я дохожу до двери, я вспомню, что она ... - её голос немного сорвался. – Её больше нет. Я погладила её руки, одарив его грустной улыбкой. София была её лучшей подругой, они всегда были вместе, как мы с Натальей, прежде чем все испортилось. В моей голове всплыли слова из того разговора с Хайсом: – Наталья очень заботится о тебе, и я думаю, вам двоим стоит возобновить вашу дружбу. – Она меня ненавидит. – Ты же знаешь, что это не так, у неё были свои причины уйти от тебя. Причины? Ретт? Что-то подсказывало мне, что там было нечто большее, но что это могло быть? – А ты как? Нелегко быть ответственной за Штейнов, - Лина сменила тему, потому что знала, что Анеша расплачется, если мы продолжим говорить о Софии. – Трудно? Я вздохнула. – Это не так сложно, как кажется, просто у них очень мало знаний о нашей религии и образе жизни. – Бьюсь об заклад, говорят, что мы старомодны и живем в прошлом веке и так далее. – Не совсем, у них мало веры, но я надеюсь, что посещение церкви может изменить это. Я ещё немного поболтала с Просвещёнными, готовя кое-что к своему дню рождения, до него оставалось всего две недели, я не могла в это поверить. Когда пришло время уходить, Хайс отвёз нас домой в фургоне Штейнов. Кайя сидела на пассажирском сиденье и не переставала говорить по дороге о том, какими милыми были девушки и какими застенчивыми и нежными были церковные парни. Я лишь кивнула и улыбнулась в ответ. Несколько раз я встречалась со взглядом Хайса в зеркале заднего вида, пока он вёл машину. Что в тебе такого, Хайс? Почему ты пугаешь меня, но я всё ещё чувствую необходимость пойти к тебе? Может, это любопытство? Нужно понять тебя, расшифровать? Я отвела взгляд, сосредоточившись на домах, проплывающих мимо окна машины. Мне нужно было вернуться домой, я знала, что Картер будет ждать меня там, я сказала ему идти вперед, потому что я хотела пойти со Штейнами, я взяла их с собой в церковь, было справедливо вернуться с ними. Я не хотела, чтобы они думали, что я не воспринимаю их всерьёз. Я играла руками на коленях, когда Хайс припарковался перед своим домом, чёрная машина Картера стояла перед моим, а Картер скрестил руки, прислонившись к ней в ожидании. Моё сердце бешено колотилось, поэтому я сделала глубокий вдох. – Вау, у Лии гости, - сказала Кайя, слегка повернувшись на своём месте, чтобы посмотреть на меня. Я ничего не сказала, мой взгляд почему-то упал на Хайса, который сжал руль, прежде чем бросить на меня холодный взгляд в зеркало заднего вида. – Так предсказуемо, Лия, - прошептал Хайс, и я нахмурила брови. Кайя закатила глаза, прежде чем открыть дверь и сделать шаг из фургона. – Не слушай его, у Хайса аллергия на любовь, - прокомментировала она, выходя и закрывая дверь, оставляя нас одних. Она помахала Картеру рукой вдалеке, прежде чем направиться к подъездной дорожке своего дома. Я знала, что должна выйти, но не могла пошевелиться. Хайс фыркнул. – Как у меня может быть аллергия на то, чего не существует? – Ты не веришь в любовь? – просто вылезай уже, Лия, Картер ждёт. Хайс откинулся на спинку сиденья, уставившись на меня в зеркало заднего вида. – Есть чувства гораздо более глубокие, чем термин, переоцененный и манипулируемый человечеством с течением времени. – У тебя очень зловещий взгляд на жизнь. Хайс слегка рассмеялся. – Я бы сказал, что у тебя очень наивный взгляд на жизнь, но ты это уже знаешь. – Нет ничего плохого в том, чтобы верить во что-то, в Бога, в любовь, разве не удушающе ни во что не верить, Хайс? Его глаза задержались на моих в зеркале заднего вида, и он замолчал на мгновенье, которое показалось вечностью. – Кто сказал, что я ни во что не верю, Лия? – Я вижу это в твоих глазах, эту пустоту, это отсутствие надежды. – И дай угадаю, ты хочешь меня исправить? Хочешь заполнить пустоту в моих глазах? - насмешка в его тоне была очевидна, но по какой-то причине я могла видеть сквозь неё. – Насмешки и сарказм – это то, к чему ты прибегаешь, когда кто-то угрожает раскрыть тебя, а? Что ты скрываешь, Хайс? Выражение его лица стало жёстче, насмешка исчезла. – Почему ты так интересуешься мной, Лия? Я думаю, что прежде чем разбираться в ком-то другом, ты должна начать с себя, что ты делаешь здесь со мной, когда твой очаровательный принц ждёт тебя? Картер. Ради Всевышнего, я совсем забыла о нём. – Ты прав, я зря теряю время, - я начала поворачиваться к двери, моя рука схватилась за ручку, когда Хайс заговорил. – Его никогда не будет достаточно для тебя. Я сжала ручку, не глядя на него. – Ты не знаешь меня, чтобы знать, что для меня достаточно или недостаточно. Он ничего не сказал, поэтому я вышла из фургона, засунув руки в флисовую куртку, когда подошла к Картеру. Свежий осенний воздух витал вокруг нас. Тем не менее, я чувствовала взгляд Хайса позади меня, из его машины. Я покачала головой, потому что этот день был не о нём, а о Картере и моём первом свидании.