Глава 2

Вот дерьмо, это было плохо. В списке вещей, в которых Диего сейчас не нуждался, это было как раз то, в чем он не нуждался больше всего. Что с Пятым вообще было не так? Неужели его разум наконец сломался, как всегда говорил старик, если он слишком часто балуется с путешествиями во времени? — Эй, Пятый, — повторил Диего, встав на колени рядом с братом. — Давай вернем тебя в постель, хорошо? — Он слегка встряхнул его руку, надеясь вернуть его туда, где он был. С такого близкого расстояния он мог видеть бисеринки пота на лбу Пятого, лихорадочный румянец, от которого его щеки покраснели. Пятый не был сумасшедшим — во всяком случае, не больше обычного — он был болен. Он был действительно болен, и Диего тоже от этого немного тошнило. Черт возьми, почему с Пятым так сложно? Он снова встряхнул его, на этот раз немного сильнее, потому что скрежет мела начинал действовать ему на нервы, и ему просто… ему нужно было, чтобы Пятый перестал вести себя как сумасшедший, потому что это начинало пугать, а Диего действительно не любил, когда его пугают… — Эй, эй, хватит, стой. — Он накрыл руку Пятого, мягко отрывая ее от надписей на стене. Мальчик посмотрел на него — глаза у него были остекленевшие и блестящие от лихорадки. — Чувак, на этот раз ты действительно сделал это, не так ли? Пятый что-то неразборчиво пробормотал, но прозвучало слово, немного похожее на «…задницу», но, вероятно, это просто мозг Диего неправильно истолковал его. — Как скажешь. Хочешь вернуться в постель? Давай. — Он попытался поставить Пятого на ноги, но через мгновение понял, что ничего не выйдет: у Диего была только одна здоровая рука, чтобы попытаться поддержать его. Он уже собирался позвать Эллисон, когда Пятый снова начал что-то строчить на стене, и это его разозлило, потому что было легче злиться, чем бояться, поэтому Диего попытался забрать мел из его рук и тут же пожалел об этом. — Блядь! — Диего выругался, когда Пятый бросился на него, неуклюже взмахнув мелом, потому что даже полумертвый он был упрямым придурком. Диего с легкостью уклонился; Пятый был слишком не в себе, чтобы делать что-то. Он просто плюхнулся на пол: было забавно неприятно одновременно. Что ж, Диего позаботится о том, чтобы отомстить ему, когда они выйдут из этого непосредственного кризиса. — Эй, эй! Прекрати! Успокойся! — Диего обхватил Пятого рукой, ограничивая его в движениях, пока тот не исчерпал свой скудный запас сил. — Теперь остановись, хорошо? Уравнений больше нет, нечего решать. Просто ты снова ляжешь в постель и поправишься. Через несколько минут Пятый, казалось, сдался, прислонившись к груди Диего. Номер Два обнял его одной рукой, положив ладонь на затылок, и сказал себе, что это нужно для того, чтобы он снова не начал сопротивляться и не поранился. На этот раз, когда он начал бормотать, Диего был достаточно близко, чтобы разобрать его слова. — Пепел? Что, черт возьми, это значит? — спросил Диего. Но Пятый предпочел бы умереть, чем рассказать о своих кошмарах. Поэтому, вместо того, чтобы дать ответ, он обмяк в руках брата и отключился с тихим вздохом, когда Диего осторожно опустил его на пол. — Дерьмо…