ГЛАВА 5. Проблемы

Иккинг, прислонившись спиной к шершавой коре дерева, терпеливо выцарапывал веточкой бессмысленные завитки на земле. Ожидание плело в его груди тонкую сеть тревоги и надежды. Он открыл Астрид крошечную щелку в  прошлое – обрывки воспоминаний о детстве, о жизни с матерью… без единого упоминания драконов. Бережно, словно хрупкий осколок, он оберегал тайну, скрытую за этими умолчаниями. Астрид, погруженная в свои думы, казалась высеченной из северного камня. Её боевой топор, лежал у ее ног, словно отдыхающий зверь. Иккинг украдкой любовался ею. Прядь золотистых волос, заплетенная в толстую, тугую косу, перекинулась через плечо. Он никогда не видел таких волос, настолько светлых, что они казались сотканными из самого солнечного света.  Последние лучи дня, пробиваясь сквозь листву, играли в ее волосах, заставляя их сиять неземным светом. Иккинг завороженно наблюдал, словно впервые увидел чудо. Оторвавшись от этого золотого сияния, он перевел взгляд на ее глаза – глубокие, небесно-голубые, как бездонные воды, хранящие в себе тайны океана. И сейчас, когда она задумчиво прикусывала нижнюю губу, ее глаза выдавали бурлящий в душе поток мыслей. Иккинг тяжело вздохнул. Вся эта неприкрытая красота, сила и тайна, заключенная в одной девушке, опьяняла и пугала одновременно. Он на секунду вспомнил ее среди толпы викингов. Она ведь изначально показалась ему хрупкой и маленькой среди остальных, но это просто был самообман. Сражаясь с ней сегодня, он сделал для себя вывод — никогда недооценивать противников. Даже если это хрупкая на вид девушка. Хотя если присмотреться Астрид была не совсем хрупкой, из под меховой шерсти на плечах было заметно что под худыми руками перекатывались мышцы. Отвернувшись, он вновь принялся выводить бессмысленные узоры на земле, давая своим чувствам время утихнуть, а Астрид – время переварить услышанное. Ожидание продолжалось, но тут девушка подняла взор. — Что будет если я помогу тебе найти твоего отца? — серьезно спросила она, парень посмотрел на нее выкидывая ветку. — Полагаю, что если отец встретит меня радушно, я с матерью переселюсь в ваше племя. Астрид кивнула. — А если нет? — спросила она смотря на вдруг серьёзного парня — Тогда нет. Я уйду. — пожал он плечами — Что если твоей отец умер? Лишь не большая часть викингов доживают до сорока лет. — продолжила девушка и посмотрела куда-то в глубь леса. — Большинство погибают еще до совершеннолетия — Я знаю... — Вздохнув он поднялся с земли. — Надежда умирает последней — улыбнулся наездник. Легкая тень недоумения скользнула по лицу Астрид, словно облачко закрыло солнце. Ее брови, обычно прямые и решительные, чуть сошлись на переносице, образуя небольшую морщинку. Легкое движение головы, словно отбрасывающее наваждение, и она вскинула взгляд, полный внимательного, изучающего интереса. Поднявшись следом за Иккингом. В ее глазах застыл немой вопрос, ожидающий ответа, который, казалось, мог прозвучать только из его действий. Иккинг немного напрягся. — Ты больше ничего не скрываешь? — прозвучал ее голос. Иккинг замер. Она чувствовала какую то недосказанность в его словах, в его действиях и вообще во всем. Наездник мотнул головой. — Я сказал все, что тебе на данный момент нужно знать. — Тяжелый выдох сорвался с губ Иккинга. Густая челка, словно темная завеса, на миг скрыла его глаза, когда он склонил голову, позволяя напряжению утечь сквозь пальцы, раствориться в вечернем воздухе. И словно освободившись, он отступил назад, Астрид, словно каменное изваяние, хранила молчание. Ее взгляд, устремленный в небеса, скользил по багряным полосам заходящего солнца. Наступал час возвращения, когда тени сгущаются, а мир погружается в объятия ночи. С грацией и уверенностью, достойной воительницы, она подняла свою секиру. Клинок, сверкнув в последних лучах солнца, исчез за ее спиной, словно слился с ее силуэтом, став его неотъемлемой частью. — Мне пора возвращаться. Меня будут искать. — тихо произнесла она. — Не говори никому обо мне, я пока не хочу никому показываться — сказал Иккинг и натянул кожаную маску на лицо. Теперь уже знакомые черты пропали. Астрид кивнула. — Не смей показываться в деревне без моего разрешения. — строго произнесла она. — Завтра вечером я приду.— И развернувшись побежала скрываясь от глаз. Иккинг направился к оврагу, его мысли были затянуты в паутину. Ветер шептал ему на ухо, и каждый шорох травы лишь нарушал эту тишину. Он чувствовал, как радость переполняет его сердце, когда понял, что Астрид поняла его и наконец-то крупица доверия появилась между ними. По дороге к оврагу его мысли ускользнули к Беззубику. Наверное он сейчас дремал где-то там или же ждал его, хотя это уж вряд ли. Иккинг улыбнулся. Живот предательски заурчал. — «Сначала нужно наловить рыбу.» — И тут же, как тень, возникла другая мысль — о плавнике. Беззубик не сможет летать без него. Иккинг знал, что не может сам сделать его, но помнил о хижине викингов, где было много метала и разнообразного оружия. Вероятнее всего там найдется тот, кто сможет помочь. Но для этого как рассказать Астрид о драконах? Он ведь изначально не собирался это делать, но понимал, что если хочет изменить мнение своего отца о этих существах, ему нужно сначала завоевать доверие девушки. Как объяснить ей, что драконы не опасны? Вспоминая ее недоверие и настороженность, когда они впервые столкнулись... Едва ли она готова была принять эту правду. Овраг разверзся перед Иккингом, словно приглашая в свой темный, таинственный мир. Он замер на краю, вдыхая полной грудью прохладный воздух, чувствуя, как ветер, словно невидимые пальцы, ласкает его волосы, принося с собой запахи хвои и земли. Возможно, именно через поступки и действия, он сможет доказать Астрид – показать ей не зверей, жаждущих крови, а разумных союзников, способных на дружбу и преданность. Решительно спрыгнув вниз, он почувствовал под ногами твердую землю. На секунду задумавшись он лег прямо там под открытым небом. Беззубика нигде не было видно. Усталость накатывала волнами, требуя отдыха. Ночлег, пусть даже и временный, был необходим. Но уснуть просто так, без тепла, казалось невозможным. Иккинг попытался подняться, но тело отказалось повиноваться. Тяжелая слабость сковала его, словно невидимые цепи, а веки, налившись свинцом, предательски опустились, закрывая мир. И сопротивление было сломлено. Он провалился в беспамятство, в темную, глубокую пропасть сна. Покинув густую, обманчивую тень леса, Астрид сразу увидела нервно мечущегося по краю деревни Рыбьенога. Его движения были хаотичными, словно пойманной в клетку птицы, готовой вот-вот сорваться и поднять всеобщую тревогу. В его глазах плескался панический страх, способный в одно мгновение заразить всех вокруг. Решительный свист рассек вечернюю тишину. Рыбьеног, словно пораженный громом, замер на месте, резко повернув голову в ее сторону. В его взгляде смешались удивление и облегчение. Она помахала ему. И словно сорвавшись с привязи, он тут же бросился к ней, выдыхая с облегчением. — Ты где была!? — Воскликнул Рыбьеног. — Я себе места не нахожу! Еще бы чуть чуть и я побежал всю деревню поднимать! Громкий, взволнованный голос парня вызвал у девушки едва заметную улыбку, будто внутри что-то тихо зашевелилось. Она медленно обошла его, склонив голову и кивнув в знак приглашения. Он закатил глаза, но не от раздражения, а скорее с тихим согласием, выравниваясь с ней по шагу. Редко удавалось увидеть Ингермана таким суровым, почти злым, и именно в этом странном выражении девушка находила радость. В эти мгновения ей казалось, что между ними настоящая дружба. — Так где ты была? — не унимался он — Я тренировалась — проговорила Астрид, врать ему было тяжело. Он не заслуживает этого, но этот... Иккинг? Он попросил... И она поверила. Видимо она настолько устала, что просто решила пустить все по течению. — Тогда к чему были те слова? — нахмурился Рыбьеног.— Ты меня так серьёзно напугала — Знаю... Прости. Я это сказала на тот случай если встречу дракона и не вернусь — проговорила она. Дракон. А ведь этот чужак и правда немного напоминал их. Особенно в маске. Астрид нахмурилась. —«Что за странные сравнения?» — Мне кажется это дракон не вернется к своей семье после встречи с тобой — задумчиво протянул Рыбьеног — Эй. — Астрид толкнула его не сильно логтем и усмехнулась. Дойдя до перекрёстка они разошлись в разные стороны. Хижина Рыбьенога находилась в полной противоположности от ее, если он жил ближе к дому вождя, то Астрид ближе к лесу. Все потому что родители предпочитали тишину. Зайдя в дом она никого не встретила, все уже спали значит. Поднявшись в свою комнату она переодевшись и распустив локоны легла на кровать в мехах. Тяжелый день отразившись на ней быстро погрузил ее в сон. Тишина глубокой ночи была разорвана на части. Дверь в комнату Астрид распахнулась с оглушительным треском, словно ее выбили с петель. В проеме выросла массивная фигура отца, его силуэт казался еще более грозным в полумраке. Астрид, словно подброшенная неведомой силой, вскочила с кровати. Сонные веки отказывались полностью распахнуться, а разум, окутанный дремой, отчаянно пытался ухватиться за происходящее, переплетая реальность с остатками ночных видений. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица, от внезапного вторжения, и ее еще не прояснившийся взгляд метался по комнате, пытаясь понять причину такого резкого пробуждения. — Быстрее вставай. Набег драконов! — он выскочил на улицу в следующий же момент. Широко распахнув глаза, Астрид, словно подстегнутая током, моментально стряхнула остатки сна. Ее движения были резкими, отточенными, каждое – частью боевого ритуала. Легинсы, затем юбка из брони – жесткая кожа и металл легли на тело, становясь второй кожей. Золотистые волосы, лишь минуту назад растрепанные сном, были собраны в тугой, крепкий хвост, символ ее готовности к битве. Поверх легкая майка, а затем, наспех натянутые сапоги, и она уже выскочила из дома, бросаясь вслед за отцом, в самое сердце кошмара. Деревня горела. Пылающие факелы крыш освещали ночное небо, окрашивая дым в зловещие алые и оранжевые тона. Над этим огненным адом кружили темные силуэты, издавая резкие, пронзительные крики. Некоторые из этих тварей уже приземлились, сея разрушение на земле, их огненное дыхание пожирало строения. Те, что оставались в воздухе, пикировали, выхватывая овец и другой скот, унося добычу в небо. Астрид нахмурилась, челюсть сжалась. Ее руки крепко стиснули рукоять оружия, и в ее глазах горел холодный огонь ярости и решимости. Она ринулась вперед, словно стрела, пущенная из лука. Подхватив с земли копье, тяжелое и острое, она одним мощным броском метнула его в стремительно летящего дракона. Оглушительный, яростный рык разорвал воздух – копье нашло свою цель. Вокруг нее кипела битва. Дети, едва перешагнувшие четырнадцатилетний рубеж, вместе с женщинами отчаянно боролись с огнем, пытаясь спасти хоть что-то из пылающего поселения. Викинги, могучие и яростные, сцепились с бешеными драконами, не позволяя им утаскивать скотину, защищая свои семьи и имущество. Астрид была одной из них, сердцем и духом. В один критический миг, когда она отбивалась от очередной твари, мощный удар отбросил ее в сторону. Дракон, змеевик с острыми шипами, навалился на нее всем своим телом, придавив к земле. Ее секира, выпавшая из рук, лежала вне досягаемости. Злобный взгляд хищника уставился на нее – в нем читалась ярость, но и некая странная заинтересованность. Дракон не спешил нанести смертельный удар. Он рассматривал ее, принюхивался, словно пытаясь разгадать некую тайну. И вдруг... что-то изменилось. Ярость в глазах змеевика угасла, сменившись чем-то иным – замешательством, даже успокоением. Он учуял нотку знакомого запаха, странно близкого, неуместного в этом хаосе. Астрид, придавленная к земле, с изумлением наблюдала за этой необъяснимой заминкой. Что происходит? Почему дракон медлит? Внезапно воздух прорезал чужой, мощный рев – он был полон злости и угрозы, и он заставил змеевика вздрогнуть. Они оба – и дракон, и Астрид – одновременно повернули головы в сторону звука. Сморкала, с топором наперевес, бежал к ним, его лицо искажала яростная гримаса. Змеевик, коротко и предупреждающе зарычав, расправил крылья и, так и не тронув Астрид, стремительно взмыл в небо, исчезая в дыму и огне. Сморкала, подбежав, протянул ей руку. —Держись! — хрипло выдохнул он, помогая ей подняться на ноги, пока битва вокруг продолжалась с не меньшей силой. Неждя ни секунды Астрид поднялась и взяв секиру кивнула в благодарность. Сморкала присвистнул и в восторге кинулся в  следующую атаку. Астрид неслась сквозь огненный ад, ее силуэт мелькал между пылающими руинами. Она была вихрем ярости и стали, отражая атаки то неуклюжих, бронированных Громмелей, то изворотливых, огнедышащих Ужасных Чудовищ. Она сражалась почти со всеми видами драконов, знакомых ей по свирепым ночным налетам. Каждый удар секиры был точен и смертоносен, каждое движение – отточено годами тренировок. Сквозь грохот битвы, треск огня и яростные крики викингов до ее слуха донесся тонкий, отчаянный звук – детский крик. Он пронзил какофонию хаоса, словно острая игла. Астрид резко обернулась. Под обломками рухнувшего дома, среди тлеющих балок и дыма, сидел ребенок, его лицо было искажено ужасом, а крик о помощи тонул в общем шуме. Никто вокруг не слышал его, все были слишком поглощены битвой, слишком ослеплены яростью и страхом. Астрид сжала челюсти так сильно, что зубы скрипнули. В ее глазах вспыхнул новый, более горячий огонь – не ярость битвы, а ярость защиты. Она рванула к ребенку, не обращая внимания на летящие вокруг искры и пламя. Долг воина требовал сражаться с врагом, но инстинкт защитника повелевал спасти невинного. Она бросилась сквозь гущу боя, ее цель была теперь одна – вытащить маленькую жизнь из-под смертоносных завалов. — Ты в порядке!? — спросила Астрид убирая разрушения с тела ребёнка. Это была девочка примерно восемь зим от роду. Она поднявшись на ноги замотала головой — Нога... — всхлипнула она. Астрид тут же обратила внимание, девочка не может стоять. Подняв ее на руки она быстро побежала ища укрытие. — Все будет хорошо! Не переживай! Набег скоро кончится и драконы улетят! — кричала Астрид и залетела в один из нетронутых домов где сидели остальные дети. Опустив девочку она уже было рванула обратно в бой, но тут ее схватили за руку. Викингша быстро обернулась. — Будь осторожна! — сказала девочка и Астрид улыбнулась ей. Быстро кивнув она выбежала из дома. Битва длилась невыносимо долго, переходя все привычные рамки. Набеги драконов обычно были стремительными, молниеносными налетами, но не этой ночью. Что-то во всем этом было глубоко неправильно, аномально, предвещая недоброе. Когда на востоке небо начало светлеть, окрашиваясь в предрассветные серые и лиловые тона, драконы, нагруженные добычей, стали покидать истерзанный остров. Их силуэты на фоне бледнеющего неба, постепенно таяли вдали. Викинги, изможденные, покрытые сажей и кровью, обессиленные до предела, лишь молча наблюдали за их отступлением. Вдруг рядом с Астрид возникла могучая фигура – сам Стоик Обширный, вождь племени Олуха. Его широкая грудь укрытая густой темно-рыжей бородой тяжело вздымалась, дыхание было прерывистым и напряженным, но взгляд оставался твердым, провожая удаляющиеся рептилии. Астрид мельком взглянула на него, и что-то в его лице, в его взгляде показалось ей странно знакомым. Это было мимолетное, почти неуловимое ощущение, будто она уже видела подобное выражение у кого-то другого, но память не давала ответа. Она мотнула головой, отгоняя наваждение – не время для подобных мыслей. В этот момент к ним, запыхавшись, подбежал еще один викинг, его лицо было искажено тревогой. — Вождь! Вся скотина пропала! Этот набег оставил нас совсем без припасов! Стоик, словно пораженный невидимым ударом, внезапно застыл, а затем его лицо покрыла глубокая тень хмурого раздумья. Без единого слова, с резким, почти механическим движением, он развернулся и направился прямиком к Большому Залу – сердцу общины, месту, где вершились судьбы Олуха, где вождь и его самые доверенные воины принимали решения, от которых зависела жизнь всего племени. Его широкие плечи, напряженно отброшенные назад, выдавали скрытое беспокойство, а каждый шаг казался наполненным невысказанным предчувствием. Астрид, ощутив сухость во рту, сглотнула. Ее интуиция подсказывала, что происходит нечто более серьезное, чем обычное последствие драконьего набега. Она направилась следом за Стоиком и другими викингами. Большой зал наполнился громкими и недовольными возгласами — Что на них нашло!? — крикнул первый викинг —Они как будто контроль потеряли!! — продолжил кричать другой викинг. — Наши припасы на нуле! Если все и дальше так пойдет, драконы станут тащить не только скотину, но и нас! — послышался еще один голос. Я перевела на него взгляд. Отец Сморкалы стоял в полном нетерпении — Да! Мы должны что-то сделать! — Поддакнул Сморкала. Стоик задумчиво стоящий за крупным столом слушал каждого. Его взгляд тем временем бродил по раскинутой карте на столе. — Они тащат всю еду в свое гнездо. — спокойно проговорил вождь. — Видать им приказал их вожак! — Его голос как гром прошелся по залу заставляя всех замолчать. — Тогда что нам делать? — Спросила какая то женщина. Тоже войн. — Для начала нам стоит обеспечить деревню припасами. — проговорил Стоик. — посадкой овощей займутся женщины, к осени все вырастит. Остальные пару викингов пойдут на охоту. Астрид вздрогнула. Если они заявятся в лес, то Иккинга обнаружат! — Позвольте присоединиться к охоте! — выкрикнула она. Она уведет их в сторону от него. Стоик на миг задумался. — Да, было бы хорошо. Ты возглавишь эту группу Астрид! — серьезно сказал Викинг. Девушка уверенно кивнула, но в груди потеплело. Ей доверяли. —«Доверяли...» — Викингша поджала губы. Но ведь она укрывает от деревни чужака.  Прикрыв глаза она вздохнула. —«Нет. Я делаю это для одного из наших людей.» Кто то может обрести сына вновь. Она этому поспособствует. — Остальные вояки отправятся со мной вплавание. Мы попробуем отыскать это поганое гнездо! И тогда... — достав меч из ножен он воткнул его одним сильным ударом в карту на столе.— отправляемся завтра на рассвете. Сейчас восстановим деревню. Астрид отвернулась и направилась на выход. Она хотела очень попасть в эту экспедицию, но не может. По крайней мере не сейчас. — Астрид! — Ее догнал один парниша буквально младше ее на три года. Чуть-чуть выше ее и жутко внешне похожий на Сморкалу. Хотя они даже не родственники. — Густав? — она выгнула светлую бровь в вопросе. — Я хочу присоединиться к твоей группе! — Серьёзно проговорил парень. Астрид скептично осмотрела его. — Хорошо, но будешь мешаться... — она показала ему кулак. Парень радостно кивнул и ушел к своим ребятам. Выйдя из Большого Зала, Астрид мгновенно ощутила всю пронзительную остроту северного архипелага. Ледяной ветер, словно невидимые иглы, пронизывал до костей. Во время яростной битвы она даже не заметила отсутствия наплечников, не говоря уже о теплой одежде – адреналин был лучшим доспехом. Теперь, когда солнце уже поднялось, заливая окрестности холодным, но ярким светом, реальность настигла ее. Мысли, до этого поглощенные событиями ночи, теперь сосредоточились на Иккинге. Ей нужно найти его, и срочно. Предупредить. Они договаривались о встрече вечером, но сейчас он был нужен ей прямо сейчас. Пока все были заняты ликвидацией последствий набега, суетились среди руин, она, словно тень, быстро юркнула в спасительную тень леса, стараясь остаться незамеченной. В гуще деревьев она остановилась, чтобы привести себя в порядок. Волосы, растрепавшиеся в пылу битвы, висели спутанными прядями. Быстро распустив их, она ловкими движениями собрала в тугую, аккуратную косу – привычный боевой узел. И тут ее осенило. Вся ее амуниция, включая секиру, осталась в деревне, среди пепла и обломков. Астрид хлопнула себя по лбу, выдохнув с досадой. Ладно, что ж. Она и с голыми руками сможет постоять за себя, если потребуется. К Иккингу она все еще относилась с некоторой настороженностью, полное доверие еще не было завоевано. Но... в ее душе теплилась смутная надежда. —«Думаю, он не будет совершать опрометчивых действий,» — пронеслось в ее мыслях, и это было скорее желанием, чем стопроцентной уверенностью. — Иначе голыми руками придушу! — раздраженно сказала она и вновь побежала блуждая в поисках. Первые лучи восходящего солнца, коснулись веснушчатого лица Иккинга, и он мгновенно проснулся. На минуту он не мог сориентироваться, его разум, еще цеплявшийся за обрывки сна, пытался понять, почему он лежит не в привычной пещере, а под открытым небом. Он вздохнул, пытаясь приподняться, но что-то помешало. Тяжесть на животе и странное мягкое подспорье под головой вызвали у него недоумение. Опустив взгляд, Иккинг увидел массивную лапу, прижимающую его к земле, а боковым зрением осознал, что его голова покоится на чем-то большом и чешуйчатом. Это был Беззубик, все еще мирно дремавший, его дыхание было ровным и глубоким. Картина прояснилась. Дракон, видимо, нашел его посреди ночи, обнаружив, что Иккинг коченеет от холода. И не просто нашел, а лег рядом, став источником тепла, невольным, но таким нужным одеялом и подушкой. Дракон прижимался к нему, заботясь о беспомощном человеке. На лице Иккинга расцвела теплая, искренняя улыбка. Пусть Беззубик все еще оставался настороженным, пусть их связь была хрупкой и только начинала формироваться, но этот жест... Это было больше, чем просто инстинкт. Это была забота. Даже будучи диким зверем, он позаботился о своем незваном спутнике, доказав, что в его драконьем сердце есть место для чего-то большего, чем просто инстинкты. — Эй братец— тихонько прошептал Иккинг, и это слово, произнесенное в рассветной тишине, словно расцвело на его губах. Он смаковал каждый слог, чувствуя, как оно ложится на язык непривычно, но в то же время удивительно родным. Это не было просто именем, это было связующее звено, тонкая нить между ними. С самого первого их столкновения, с того момента, как их взгляды встретились здесь, Иккинг интуитивно понял: они были ровесниками. Не по человеческим или драконьим годам, а по духу, по своей сути – два одиночества, оба по-своему разные, оба ищущие свое место. В этом беззубом драконе он узнавал себя, и это знание, это ощущение родства. Дракон разлепил свои глаза глядя на уже сидящего перед ним Иккинга. Беззубик убрал лапу, но не встал продолжая смотреть на него. — Это что, мы теперь братья?— с хитрецой в голосе спросил Иккинг, фурия закатил глаза но лег обратно. — Ты не отрицаешь... — Иккинг коротко хохотнул, его голос отозвался эхом в глубине оврага. В ответ Беззубик, словно поняв шутку, выпустил в него залп пламени – но без разрушительной силы огня. Это был лишь светящийся, пульсирующий поток энергии, который, коснувшись лица парня, оставил легкое, щекочущее тепло, почти как солнечный луч. Однако его волосы от этой волны неожиданности тут же встали дыбом, словно он только что пережил удар статического электричества. Беззубик, изогнув шею, издал низкий, довольный гогочущий звук, в котором читалось явное торжество по поводу своей проделки. Иккинг, проведя рукой по вставшим дыбом волосам и поправляя челку, усмехнулся. — Проголодался? — спросил наездник и поднялся с земли. Тело Иккинга ныло и протестовало. Ночь, проведенная на земле, пусть и под боком у теплого дракона, дала о себе знать – мышцы затвердели. Он принялся осторожно разминаться, растягивая затекшие конечности. Это чувство по утрам давно стало обыденностью, что попросту уже привык к такому состоянию. Беззубик, наблюдая за ним, поднял радостный и голодный  взгляд и тут же вскочил на свои мощные лапы. Они направились к озеру. Началась их утренняя рутина: Иккинг и Беззубик, действуя в удивительном тандеме, выжидали момент, когда можно будет наловить рыбы. Вскоре, собрав неплохой улов, Иккинг отделил две рыбины для себя и принялся разводить небольшой костер. Дракон, словно опытный помощник, помог ему, выпустив контролируемый, короткий залп пламени, мгновенно поджигая хворост. Пока Иккинг жарил свою скромную порцию, остальную рыбу он отдал Беззубику. Наконец-то нормально позавтракав, Иккинг почувствовал прилив сил и невольно улыбнулся. Видимо, именно голод был причиной его недавней раздражительности. Теперь, когда и он, и дракон были сыты, мир вокруг казался ярче, а проблемы – менее острыми. Потушив костер водой, он погрузился в размышления о предстоящем вечере. Астрид должна прийти, и ему нужно было разработать план вместе с ней. Надо продумать все до мелочей. Он подошел к своей сумке, которую предусмотрительно спрятал в густых зарослях. Достав оттуда подвеску – единственный артефакт, который отдала ему его мать.  Иккинг нахмурился. И как это "доказательство", этот хрупкий кусочек металла, должен был ему помочь? Он мог показать его отцу, но сначала его нужно было найти. Иккинг тяжело вздохнул. Его взгляд метнулся к Беззубику, который в этот момент с комичным усердием чесал морду. —«И тебе нужна помощь,» – прошептал Иккинг. Их судьбы были переплетены, и он чувствовал ответственность не только за свою миссию, но и за своего нового, чешуйчатого друга. —«Кровь за кровь. » — пронеслись слова в голове Иккинга. Он выдохнул убрав подвеску обратно. Громкий, надрывный крик разорвал утреннюю тишину, пронзив ее насквозь. Иккинг мгновенно вскочил на ноги, его тело, только что расслабленное после еды, напряглось как натянутая струна. Взгляд его устремился вверх, к краю обрыва, откуда донесся звук. Сердце забилось чаще, предчувствуя неладное. Дракон зарычал смотря в ту же стороны. Крик повторился — Иккинг!! —Астрид!? — воскликнул парень, его голос был полон внезапного узнавания и тревоги, но тут же захлебнулся, оборвавшись на полуслове. Это имя, произнесенное почти инстинктивно, стало триггером для лихорадочных действий. Он судорожно задвигался, словно его настиг электрический разряд. Не теряя ни секунды, Иккинг рванул к Беззубику. Подбежав, он начал толкать огромную морду дракона в сторону, его маленькие, по сравнению с драконом, руки отчаянно старались изменить направление его движения. — Спрячься Беззубик и не вылезай!! Дракон недовольно прорычал — Иккинг!! — голос все приближался. — Да что же тебе надо то!? — спросил наездник продолжая толкать дракона — Беззубик пожалуйста спрячься! Я потом тебе объясню!! После последнего, нетерпеливого рыка, в котором еще сквозило непонимание и нежелание подчиняться, дракон все же уступил. Поддавшись напору, он развернулся и, тяжело ступая, направился к темному зеву пещеры, скрытой в глубине оврага. Парень облегченно выдохнул. Напряжение, сковавшее его тело, постепенно отпускало. Ему удалось предотвратить худшее – возможное, столкновение с Астрид, которая еще не знала правды о драконах. Но опасность миновала лишь на время. — Иккинг! Он вздрогнул поднял свой взор. Астрид стояла запыхавшаяся. — Ты почему не отзываешься? — зло процедила она. — Извини, я только проснулся...— он неловко почесал затылок. — Оставайся наверху, я сам поднимусь! — прокричал он После не долгой возни он уже стоял напротив неё. — Что случилось? — вопрос сорвался с губ Иккинга, едва он приблизился к Астрид, его голос был напряженным и полон тревоги. Не дожидаясь ответа, он тут же схватил ее за руку, уводя как можно дальше от края обрыва, от этой зияющей пропасти, пока Беззубик еще прятался. Астрид, казалось, даже не заметила его действия. Ее сознание было полностью поглощено ужасами прошедшей ночи. Второпях, сбивчиво, слова посыпались из нее, как камни из осыпающегося склона. — Иккинг! Завтра здесь на этом архипелаге не большая группа людей будет охотится на не крупных животных! После набега драконов этой ночью они утащили всю скотину! Деревня на половину разрушена! Я пришла предупредупредить, чтобы ты спрятался! Я решила возглавить эту группу чтобы они тебя не нашли и...— она резко замолкла когда чужие ладони коснулись ее плеч. Иккинг молча стоял напротив Астрид, его взгляд был прикован к ее лицу. Он просто ждал. Ждал, пока бурлящий в ней адреналин, не до конца выгоревший в пылу ночной битвы, наконец утихнет, пока ее дыхание выровняется, а сознание вернется из хаоса в относительное спокойствие. Астрид, исчерпав запас слов, медленно опустила взгляд. Ее глаза остановились на своих голых плечах, которые Иккинг, в порыве остановить все еще обхватывал своими руками. Это прикосновение было неожиданным, теплым, и в нем не было ни капли агрессии или осуждения. Она застыла все еще всматриваясь.  Это казалось таким странным, но не противным. — Астрид? Она вздрогнула и ударила его по руке. Иккинг ойкнул убирая их с вопросом смотря на нее. — Ты меня слышал? Тебе надо на пару дней скрыться с этого места. — уже спокойно проговорила девушка и сложила руки перед собой. Он кивнул. Получив молчаливое согласие она развернулась собираясь уйти. — Ты куда?— с недоумением спросил наездник. — Мне надо идти. Деревня сам собой не восстановится. — она развернулась уже уходя, но слова вновь вырвались из ее рта — Я сегодня не вернусь больше. Встретимся через два дня, на том же месте. Оставшись один на один со своими мыслями, Иккинг почувствовал, как наваливается усталость, тяжелая, как камень. Глубокий, надрывный вздох вырвался из его груди, и он прикрыл глаза, проведя рукой по лицу. Нужно было принять решение, и быстро. Что делать? Оставлять Беззубика здесь, обрекать его на верную гибель, было немыслимо. Если его просто не убьют, то замучают, превратят в живую мишень, в объект для пыток и ненависти. Челюсть Иккинга напряглась, зубы крепко сомкнулись, сдерживая гнев и бессилие. В его голове возник образ Разноклыка, старый дракон в момент всплыл в памяти. Жив ли он еще? Или уже нет...? Эта мысль была особенно болезненной. Иккинг поднял взор к небу, ища там ответа. Как там змеевик. Жива ли она вообще? О ней не было ни слуху ни духу эти два дня. Он так и не смог ее найти, не смог понять, что именно с ней сделали викинги. Этот вопрос не давал ему покоя. Из глубины оврага, снизу, донесся негромкий, зовущий рев. В нем слышалась нотка тревоги, перемешанная с нетерпением. Иккинг медленно подошел к краю обрыва. Внизу, на дне этой каменной чаши, он увидел Беззубика. Дракон метался из стороны в сторону, его зеленые глаза метались в поисках. Он явно звал его, ждал. Вздохнув он нашел тот самый отступ с которого всегда спускается и тут резко понял. Быстро спрыгнув к дракону Иккинг подбежал к нему. — Братец, нам срочно нужно уходить. — с полным серьезности голосом сказал Иккинг. Он вдруг направился к кустам за сумкой, схватив ее с земли и перекинув через плечо вновь возвращаясь к непонимающему дракону. Беззубик наклонил голову в бок. — Нас могут поймать. Нужно срочно уходить от сюда.— кратко объяснил наездник. Дракон испытавающе уставился на него. — Я знаю как ты можешь выбраться от сюда— тут же он дополнил. Беззубик кивнул подтверждая его ответ на свой безмолвный вопрос. Подойдя к неровной поверхности каменной стены оврага, он посмотрел на место своего спуска. — Сможешь допрыгнуть до туда отталкиваясь об вот эти камни? — Иккинг указал на едва заметные выступы на отвесной стене оврага – цепочку неровностей, ведущую к более крупной площадке. "Туда", – без слов, лишь жестом, он показал направление. Беззубик мотнул головой, словно обдумывая предложенный маршрут. Затем, собравшись с силами, он попытался подняться, цепляясь когтями за первый же выступ. Однако слишком маленькие и скользкие, эти неровности не могли выдержать его веса. Мощное тело дракона, не найдя опоры, с легким шорохом соскользнуло вниз. Он попытался еще раз, но результат был тем же. Иккинг нахмурился. Его план, казавшийся столь очевидным в голове, на деле оказался невыполнимым для Беззубика. Проблема с плавником и ограниченная подвижность лап в таких условиях превращали простую идею в сложную головоломку. Иккинг окинул окрестности быстрым, ищущим взглядом. Его глаза скользили по неровностям ландшафта, ища решение. И тут, среди хаотичного нагромождения камней, он заметил его – крупный, массивный валун, выступающий из земли. Его вершина была примерно на уровне пояса Иккинга, и в этом он увидел потенциал. В ту же секунду его взгляд, до этого омраченный проблемой, вновь загорелся. В нем вспыхнула искра изобретательности, та самая, что позволяла ему находить нестандартные выходы из самых безвыходных ситуаций. — Беззубик, ну ка помоги— он подошел к крупному валуну. Дракон последовал за ним. — Надо этот камень прикатить туда Беззубик, чутко уловив новый замысел Иккинга, доверившись встал на задние лапы, его мощные передние конечности уперлись в шершавую поверхность валуна. Гигантская рептилия превратилась в живой таран, а Иккинг, стоя впереди, ухватился за камень и, навалившись всем своим хрупким телом, потянул его на себя. Это была настоящая борьба с инертностью и весом. Мышцы Иккинга напряглись до предела, на лбу проступили капельки пота, но он не сдавался. Беззубик, ощущая его усилие, давил сзади, его когти скребли по земле, обеспечивая хоть какое-то сцепление. Медленно, дюйм за дюймом, валун сдвинулся с места, оставляя за собой борозду на земле. С тяжелым кряхтением и сосредоточенным напряжением, приложив объединенное, значительное усилие, им удалось прикатить камень точно в нужное Иккингу место. Маленькая победа, но она давала надежду. — Молодец! — Иккинг, сам того не осознавая, протянул руку и инстинктивно погладил Беззубика под подбородком. Это был не расчетливый жест, а спонтанное выражение благодарности и нежности. Дракон, совершенно не ожидавший такого прикосновения, удивленно распахнул свои огромные, зеленые глаза. Затем, словно растворяясь от неожиданной ласки, из его груди вырвалось низкое, глубокое мурчание – звук чистого удовольствия, который сотрясал его массивное тело. Беззубик, потеряв равновесие от нахлынувших приятных ощущений, буквально повалился на землю, превратившись из грозного хищника в огромного, довольного котенка. Иккинг, удивленно уставившись на  поверженного "зверя", не смог сдержать легкого хихиканья. Этот момент был одновременно комичным и трогательным, еще раз доказывая, насколько сильно драконы отличались от тех монстров, которыми их считали викинги. — Смотрю кому-то понравилось? Но давай потом, сначала выберемся отсюда — Иккинг поднял взгляд к небу, а затем перевел его на Беззубика, который, словно по команде, уже начал действовать. Дракон, ловко взобравшись на шершавый валун, который они с таким трудом передвинули, использовал его как стартовую площадку. С мощным толчком он прыгнул, цепляясь когтями за первые доступные выступы на стене оврага. Его движения, несмотря на отсутствие части плавника, были удивительно проворными. Мощные лапы уверенно находили опору, когти впивались в камень, и тело стремительно поднималось вверх. В следующее мгновение Беззубик уже сидел на том самом большом отступе, с которого Иккинг обычно спускался. Его огромные глаза смотрели вниз, ожидая. Иккинг, радостно улыбнувшись успеху их хитрости, не теряя времени, принялся сам карабкаться по тем же отступам вслед за драконом. Каждый выступ, каждая трещина в камне были знакомы ему. С ловкостью, выработанной годами тренировок и лазаний, он быстро преодолел подъем. И вот, оказавшись рядом с Беззубиком на верхней кромке обрыва, они наконец-то полноценно выбрались из оврага. Беззубик громко зарычал в восторге. — Я тоже рад,что мы наконец выбрались от туда! — засмеялся Иккинг наблюдая за прыгающим вокруг него драконом. — Но нам нужно уходить. Бродя по густой чаще острова, Иккинг прекрасно понимал: уйти отсюда он не может. Океан, простирающийся вокруг, был непреодолимой преградой для нелетающего дракона. Идея преодолеть его, когда у Беззубика не было хвостового плавника, казалась абсурдной и невыполнимой. Остров стал их тюрьмой, пусть и временной. В своих скитаниях парень наткнулся на знакомый вход в пещеру – ту самую, где он провел свою первую ночь на этом острове. Войдя внутрь, они на этот раз не остановились в знакомом месте. Иккинг решил идти глубже, дальше, чем когда-либо заходил прежде. С каждым шагом, с каждым поворотом в каменных лабиринтах, мрак сгущался. Стены смыкались, поглощая редкий дневной свет. Беззубик, словно чувствуя невидимую потребность, иногда выпускал короткие, яркие пламенные залпы, освещая их путь причудливыми тенями, отбрасываемыми на неровные стены пещеры. Тишину глубокой пещеры вдруг разорвал протяжённый, писклявый рык – звук, который, несмотря на свою "малость", заставил и дракона, и наездника вздрогнуть. Иккинг поднял взгляд, и его глаза, привыкшие к полумраку, различили впереди приземистый силуэт. Такой яркий и светящийся. Перед ними, один-одинёшенек, сидел Огнеед. Не огромный, свирепый, как его королева. Иккинг нахмурился, в его взгляде читалось легкое недоумение – что такой малыш делает здесь совсем один? Беззубик, в свою очередь, издал низкое, недовольное рычание, словно выражая свое неодобрение или предчувствие чего-то неладного. Несмотря на предупреждение Беззубика, Иккинг осторожно подошел к маленькому дракону и присел перед ним на корточки, стараясь выглядеть как можно менее угрожающе. Маленький Огнеед, его глаза-бусинки ярко светились в темноте, смотрел на парня с очевидным любопытством, но в то же время сохранял настороженность. — Привет, ты почему один? — спросил он. Дракон рыкнул, но отошел.— Думаю дальше мы не пройдём, там вероятно гнездо. Иккинг поднялся и подошел к ночной фурии. — Мы уже достаточно глубоко зашли, вряд ли Астрид и другие викинги сюда придут. — сказал парень и сел на пол. Маленький огнеед недолго постояв убежал, видимо потеряв интерес. Беззубик подошел к наезднику, прилег рядом с ним.