9. Холод убежища

Предложение выпить чай с принцессой Лаимир и немного отвлечься оказалось хорошей идеей. Отношения с сестрой принца в самом начале пребывания Тисс в Ро’оде не заладились и рисковали перетечь во взаимную неприязнь и сдерживаемое противостояние. Но всё в конечном итоге сложилось хорошо, и теперь, смотря на Лаимир, Тисс принимала её нрав как часть очарования принцессы. Она совершенно не была похожа на своего отца, короля Фоэльха, хоть и была им избалована. Тисс было интересно узнать о матери младших принцесс: какой она была? Любила ли она Фоэльха? И что в конечном итоге с ней стало? Любопытство не было достаточно сильным, чтобы идти на глупость и спрашивать принцессу о матери. — С тех пор как случилась эта странная история с отравлением делегации, во дворце совершенно невозможно находиться, — Лаимир сморщила аккуратный нос и по-королевски откинулась на спинку кресла. Они сидели на веранде цветущего сада — той части, которая примыкала к главным покоям принцессы. Тисс с любопытством окинула взглядом окружающий пейзаж: в этой части дворцового сада она ещё не бывала и с удивлением отметила, что он оказался в несколько раз больше, чем кажется с высоты полёта. Воздух был наполнен жизнью. Между цветами медленно порхали бабочки. Цветы Ро’ода очаровывали многообразием. Низкие кусты с мелкими белыми соцветиями источали непривычный аромат. Эти цветы не встречались в природе Эсшая, отчего Тисс задержала на них взгляд, желая изучить. Окружающая обстановка была такой расслабляющей и яркой, что сложно было представить, сколько эльфов трудились над этим садом. И всё для того, чтобы принцесса Лаимир была довольна, находясь среди этой зелени и ароматов. — Надеюсь, вас не слишком мучают расспросами? — строго спросила Лаимир, обращаясь к Тисс. — Его высочество принц Тай не позволяет этого, — с вежливой улыбкой ответила Тисс. Было что-то в этой искренней, но свойственной молодой королевской душе строгой заботе. Лаимир вызывала в чародейке тёплые сестринские чувства. Это было особенно ценно, учитывая, что у Тисс не было ни братьев, ни сестёр. Тисс осторожно поднесла чашку к губам и сделала глоток. Напиток оказался согревающим и мягким. Она уловила внутри медленно расползающееся по груди расслабление. Возможно, впервые за последнее время почувствовала покой. Недолгий и поверхностный, но всё же такой нужный прямо сейчас, когда всё вокруг стремилось свести её с ума. Она медленно выдохнула, позволяя себе просто наблюдать за природой вокруг. Они сидели с принцессой вдвоём. Лаимир упомянула, что к ним должна была присоединиться ещё одна леди, но та совершенно некстати подвернула ногу. Чем вызвала яркую немилость принцессы — та несколько раз отозвалась о ней как о «неуклюжей растяпе». Тисс сдержанно отметила про себя, что леди, вероятно, избегала этого чаепития намеренно — слишком уж удобным оказалось её отсутствие, чтобы считать его случайностью. Не пересекаться с той, чьё имя теперь связывали с обвинением в преступлении против Ро’ода, было решением осознанным и продуманным. Даже если для этого пришлось позволить себе маленькую вольность — подвернуть ногу и принять последствия, зная, что принцесса вряд ли сочтёт такую причину уважительной. — Мой брат достойнейший из эльфов, это правда, — прямо ответила Лаимир. — Вам очень повезло стать его супругой. Чародейка едва заметно кивнула. Она была согласна со словами принцессы. Тай прекрасно справлялся с ролью старшего брата для Лаимир, будущего правителя Ро’ода и, как оказалось, с ролью супруга. Даже внутренняя гордость вольной эсшайки не позволила бы ей преуменьшить все положительные стороны принца. — Как вам в роли крон-принцессы, леди Тисс? — восторженно спросила Лаимир, но после добавила: — Хотя с этими ужасными интригами вы, скорее всего, не успели прочувствовать суть. — Вы правы, ваше высочество, — грустно проговорила Тисс, отпивая чай. — К слову, вас не пугает сложившаяся ситуация? Казалось, Лаимир беспокоила лишь общая суета, а не последствия, с которыми придётся столкнуться государству. Тисс не могла её винить в отсутствии тревоги: принцесса была молода и заинтересована в других вещах, присущих её нежному возрасту. Политика была далека от неё по нескольким причинам, и одной из них было намеренное ограждение дочери от дел государства со стороны короля Фоэльха. Об этом упоминал Тай, и не похоже, что он был с этим согласен. — Ничуть. Лишь раздражает. Но есть один положительный итог лично для меня, скажу вам по секрету. Светло-зелёные глаза принцессы так отличались от тёмной зелени глаз принца. Её взгляд — смеющийся, искрящийся и смешливый — располагал к доверительной беседе. Нрав Лаимир выдержал бы не каждый, но вот красота этой юной эльфийки поражала своей мягкостью и нежностью. — Какой же? — Тисс вскинула брови, внимательно слушая. — Разговоры о моём будущем браке прекращены, — Лаимир кокетливо повела плечом. — Отец собирался выдать меня за вашего эсшайского принца. Миарласа. Тисс слышала об этом впервые, отчего сильно удивилась. Никто, в том числе принц Тай, не говорил о планах заключения брака. Будь сейчас благоприятная ситуация с заключением мира — этот союз и правда был бы политически выгодным, и вряд ли принцесса Лаимир, даже обладая своим капризным нравом, могла бы этого избежать. Впрочем, представляя Миарласа и Лаимир вместе, Тисс с грустной улыбкой подумала, что это был бы очень красивый союз. — Вам он был не по душе? Принцесса подставила лицо под солнечные лучи, смешно щурясь и наслаждаясь расслабляющей обстановкой. Вокруг них будто не было ни души, хотя это и было бы невозможно: стражники день и ночь стерегли покой принцессы и потому находились глубоко в саду, изображая из себя каменные статуи, но стойко исполняли свои обязанности. — Нет, он хорош собой, даже очень, — Лаимир смахнула выбившуюся прядь с лица. — Некоторые из моих фрейлин с ума посходили, рассказывая, какой глубины синева его глаз! Тисс рассмеялась. Принцесса была искренна в своих словах, так живо демонстрируя эмоции на лице. Казалось, сейчас любой брак волновал её в меньшей степени, как и политика. Куда интереснее принцессе было наряжаться и танцевать, веселиться и сплетничать с фрейлинами. Её дни были наполнены беззаботными делами, что не могло не рождать внутри такое знакомое чувство лёгкой, беззлобной зависти. Чародейка сейчас многое бы отдала, чтобы избежать грядущих проблем и переживаний. Хотелось просто наслаждаться природой, тёплым чаем и разговором с принцессой. — Мне показался он слишком серьёзным, а это чудовищно скучно! — ответила Лаимир, аккуратно откусывая пирожное. — Ваше высочество, возможно, сейчас это не так важно для вас, однако… — Тисс мягко улыбнулась. — Супруг принцессы обязан быть серьёзным. Легкомыслие не приводит ни к чему хорошему в конечном итоге. — Говорите, как братец, — устало ответила Лаимир, нахмурив брови. — Вот уж действительно, вы точно подходите друг другу, леди Тисс. Обе девушки рассмеялись спустя мгновение после сказанного принцессой. В самом начале пребывания в замке Ро’од Тисс воспринимала тон слов Лаимир весьма предвзято: видя в ней результат отцовского покровительства Фоэльха, поведение её высочества вызывало в чародейке бурю сдерживаемого раздражения. Но со временем Тисс увидела в принцессе нечто по-настоящему искреннее и непосредственное. Она была больше похожа на старшего брата, когда хмурилась или говорила серьёзно. В такие моменты между Лаимир и Таем было больше общего, чем они оба осознавали. — Я слышала, принца Миарласа поддерживают те, кто не хотел бы мира с нашей империей, — сказала Лаимир, рассматривая оставшиеся на столе пирожные. Тисс вскинула брови, пытаясь осмыслить сказанное. Со всей суматохой последних дней она почти не общалась со знатью Эсшая и представителями великих домов. После гибели принцессы Фэнуэль, истории с драконом и долгого пребывания в Ро’оде лорды и леди Эсшая разговаривали с ней с осторожностью. Это ранило Тисс: она ощущала себя чужой среди своих, едва оказавшись на родной земле. Отсутствие общения лишило её главного оружия в борьбе за собственную безопасность — знаний. То, что именно принца Миарласа поддерживала сторона радикалов, она слышала впервые. — Это могут быть просто слухи, ваше высочество, — с надеждой ответила Тисс. — Принц Миарлас, как никто другой, желал этого перемирия. — Это уже неважно, — отмахнулась Лаимир. — В любом случае, меня это мало интересовало. Я просто рада, что не выхожу замуж и не уезжаю из своего дворца! Тисс с печальной улыбкой согласилась с принцессой, стараясь не думать о том, что ей самой, к сожалению, пришлось покинуть родной край, а теперь даже быть там нежеланной гостьей. К счастью, беседа недолго затрагивала самые уязвимые уголки души и перешла на более приземлённые темы. Лаимир интересовалась, как Тисс находит местную кухню по сравнению с той, к которой она привыкла в Эсшае. После перечисления с десяток похожих блюд разных государств принцесса с охотой расспрашивала о моде и любимых платьях знатных аристократок. Разговаривать с принцессой было словно окунуться в совершенно другой мир, где нет и не было никакой войны, а над головой не висит смертельная опасность. Этим, возможно, Лаимир и подкупила Тисс — несмотря на свой нрав, она была лучиком света в тёмном царстве. — Я счастлива, что именно вы стали женой Тая! — неожиданно воскликнула Лаимир. Чем удивила Тисс, ведь мгновение назад они говорили совершенно не о нём. — Я всегда думала, что ему никто не подойдёт, мой брат слишком хорош, — Лаимир вздёрнула подбородок, напомнив Тисс, с кем она имеет дело. — Но вы оказались весьма интересной особой. На удивление. Тисс рассмеялась. Впервые за последние дни — так искренне. — На удивление, ваше высочество? — чародейка притворно обиженно надула губы. — Именно так. Большинство леди только и делают, что говорят о мужчинах. Словно это самое главное, что может быть в их жизни. Возможно, такой интересной вас сделал дракон. На последних словах принцесса широко улыбнулась, не имея в виду ничего плохого или оскорбительного. В этом была Лаимир во всей красе: она говорила резкие и порой невежливые фразы, но с особым, королевским шармом, из-за которого Тисс на неё нисколько не сердилась. Среди листвы недалеко от стражи Тисс увидела приближающийся силуэт мужчины, направляющийся прямо к их веранде. Из-за обилия цветочных кустов и деревьев было трудно угадать в фигуре личность пришедшего. Эльфийка на мгновение понадеялась, что это Тай, но, к её удивлению, это был лорд со Генэш. Должно быть, он был осведомлён, что Тисс можно было найти в части сада, принадлежащей принцессе Лаимир. В ином случае ему нечего было здесь делать: сестра принца была слишком далека от дел государства, драконов или иных точек соприкосновения с лордом Ша’арнезом. Лорд со Генэш учтиво поклонился сначала принцессе, затем самой Тисс. На его лице, как и обычно, было сложно прочитать причину, по которой он решил вторгнуться в разговор двух леди. — Лорд со Генэш, кажется, в своём саду я вижу вас впервые, — Лаимир вежливо улыбнулась. Ша’арнез кивнул. Выражение его лица, не меняясь, оставалось почти серьёзным, без намёка на лёгкость и непосредственность. — Прошу простить меня, ваше высочество, но я вынужден попросить леди эя Вэ… — Ша’арнез запнулся, очевидно вспомнив, что Тисс уже не была эя Вэдтри, — миледи, крон-принцессу пройти со мной. Того требует его высочество принц Тай эя Эйни. Лаимир сморщила нос и демонстративно нахмурилась. — Какая безобразная невежливость с его стороны! Леди Тисс и так постоянно с ним, но стоило мне заманить её в свой сад на чай… — Лаимир повернулась к Тисс, хитро улыбнувшись. — Впрочем, ступайте. Не умею идти против любимого братца. Тисс ответно улыбнулась Лаимир, ничуть не веря в то, что та разозлилась или расстроилась. Осторожно спустившись по ступенькам светлой веранды, чародейка поклонилась принцессе, заверив ту, что в скором времени с большим удовольствием готова повторить чаепитие в чудесной компании её высочества. Она заметила едва уловимую реакцию Ша’арнеза на их договорённость: он нахмурил брови и поджал губы, словно не был согласен с тем, что только что прозвучало. Они спешно вышли из сада, почти не говоря друг с другом. Со стороны лорда Тисс ощущала странную тревогу и беспокойство: словно он прямо сейчас остановится на полпути и скажет ей что-то удручающее, плохое — что окончательно испортит её и без того хрупкий покой, который удалось выудить за беседой с принцессой. — Что-то случилось, лорд Ша’арнез? — всё же поинтересовалась Тисс, ощутив нетерпение. Лорд слегка поджал губы, продолжая идти вперёд, в сторону выхода с огромной территории королевского сада. — Не совсем. Вернее, есть некоторые поручения от принца, которые касаются вас, миледи, — Ша’арнез продолжал не смотреть на неё, говоря ровным тоном. Она попыталась вспомнить, когда они с лордом в последний раз говорили. Казалось, прошло чудовищное количество времени с того дня, когда она напросилась отправиться в полёт на драконах. К её разочарованию, к ним присоединилась и леди эя Вальд, лишая возможности поговорить с лордом, как прежде. С того полёта произошло слишком много всего. — Как ваша драконница? — Тисс решила не лишать себя возможности разбавить это тягостное молчание. — Благодарю, миледи, с ней всё отлично. Разве что становится только упрямее с возрастом, — уголок его рта немного пополз вверх, отчего на сердце стало теплее. — Значит, возраст дракона влияет на характер? — Тисс склонила голову набок, позволяя себе безобидную улыбку. — Говорят, они со временем всё больше перенимают черты своих наездников. Особенно… упрямство. На долю секунды в его взгляде мелькнуло веселье — слишком короткое, но достаточно явное, напоминающее те времена, когда они оба позволяли себе разговаривать друг с другом иначе. — Опасное наблюдение, миледи, — ответил Ша’арнез. — Если продолжить эту мысль, придётся признать, что ваш порой невыносимый в своей капризности Нариальм приобрёл это качество отнюдь не благодаря взрослению. В душе разливалось привычное тепло, которого так не хватало в последнее время. Со Генэш был с ней подчёркнуто вежлив, но вместе с этим и холоден. Тисс тосковала по их беззаботному общению, не лишённому взаимных беззлобных уколов. — Лорд, куда мы идём? Спустя недолгое молчание после их короткого диалога Тисс всё же решила спросить. — Принц ожидает нас. У него есть некоторые… новости, — на последнем слове Ша’арнез слегка нахмурился. — Из Эсшая? Мимолётная надежда поселилась в груди, рождая мысль о том, что раз Тай зовёт её сейчас, значит, быть может, он хочет обрадовать супругу новостями? Например, что мирный договор снова в силе и противостояние с империей вновь не маячит на горизонте. — Нет, это касается вас, миледи, — ровно ответил со Генэш. — Прошу, потерпите. Принц всё вам расскажет. Они зашли во дворец, петляя по извилистым коридорам, чтобы дойти до массивной двери королевской приёмной. Комнаты, расположенные в самом сердце дворца, были местом, куда приглашались знатные лица, чтобы обсудить с представителем королевской семьи Ро’ода важные, но не предназначенные для чужих ушей вести. Тисс не была в этом месте. Их разговоры с принцем проходили либо в их совместных покоях, либо в его личных. Находиться в таком месте было непривычно. Будто она — официальное лицо или представитель Эсшая, а не супруга его высочества принца той империи, в которой они сейчас находятся. Они прошли сквозь арку вглубь нескольких комнат и в конечном итоге вышли в большой зал. Посередине стоял дубовый стол, за которым сидел Тай и что-то сосредоточенно писал. На лбу проступила знакомая морщина — верный признак того, что прямо сейчас принц пребывает не в радостном расположении. Он поднял взгляд, как только со Генэш вместе с Тисс остановились на входе в большой зал. — Ваше высочество. Лорд поклонился, и следом за ним — Тисс. Она была рада видеть своего супруга, но, заметив его уставший и изнеможённый вид, чародейка невольно закусила губу. Хотелось как-то помочь, даже зная, что сама она пребывает не в самом хорошем расположении духа. — Рад, что вы пришли так быстро. Не время сейчас медлить, — принц устало откинулся на спинку кресла, отбросив пишущее перо. Он не выглядел злым или излишне строгим — скорее уставшим и очень печальным. Но даже это состояние его высочества рождало в Тисс медленно расплывающуюся внутри тревогу. Было понятно: хороших новостей ждать не стоит. Наивное, детское желание, чтобы всё решилось быстро и легко, таяло на глазах. — К сожалению, разговор с его величеством не принёс надежды на скорое решение сложившейся ситуации, — начал Тай. Тисс не стала ничего говорить, прекрасно зная, что тишина после сказанных слов необходима. Вряд ли Тай хотел сказать лишь это. В конце концов, это и так было известно. — Не могу передать точные слова, сказанные королём, потому как ещё ничего не понятно, — Тай поднял усталый взгляд на чародейку. — Однако я имею веские основания беспокоиться о вашей безопасности, дорогая супруга. Лорд со Генэш сидел молча, сложив руки на груди, и выглядел хмурым и задумчивым. Казалось, мыслями он где-то очень далеко. Тисс не ощущала с его стороны вовлечённости. Возможно, потому, что грядущее поручение или новости от принца касались и его. — Поэтому я решил, что ваше пребывание во дворце не только бессмысленно, но и опасно, — закончил Тай, продолжая смотреть на неё. Несогласие с его словами переросло в злость и обиду, которые так кстати затмили ноющую тревогу. Одно слово, сказанное принцем так… просто. Он решил преподнести это так, потому что она и правда бесполезна? Фигура, не имеющая ни веса, ни влияния. Что ж, она и без него знала, что весьма посредственно может влиять хоть на что-то. Но слова, сказанные её супругом, надавили на одну из болезненных мозолей. Особенно сейчас, когда хотелось ощутить контроль хоть над чем-то. — Бессмысленно? — Тисс вскинула брови, едва удерживая себя в руках. Дрожь прошла по всему телу: реакция, сложившаяся из последних дней недосыпа, страха, обиды и разочарований. — В том, что сейчас происходит, может помочь только ожидание и два правителя, сохраняющие в себе желание мира, — Тай поморщился. — Я надеюсь, что оба всё ещё в здравом уме. Тисс мотнула головой. — Но ведь я могу написать Веллоре. Она не последний человек во дворце, вам это известно. Она сможет дать информацию, помочь действовать дальше… — Едва ли, — принц перебил её почти безразлично. Тисс опешила на мгновение, но позволила себе перевести дыхание, чтобы продолжить: — Могу встретиться с представителем посольства! Я ведь эсшайка, и король Аирдаль растил меня как свою дочь. Я могу полететь к пограничным землям на драконе, чтобы… — Это невозможно, Тисс. Тебе запрещено летать на драконе, такова воля нашего короля, — лицо Тая приобрело черты холодной строгости. Той самой, что он демонстрировал всякий раз, когда был решителен и зол. Такое выражение лица было у принца тогда на плахе, когда хотели казнить Олл. На что он злится? На неё? Тисс ощутила болезненный ком где-то в районе горла. Что-то будто сдавило дыхание, перекрывая кислород, распаляя жгучую и невыносимую обиду. Несправедливость. — Ч-что? — Тисс не могла поверить в сказанное. Запрещено летать? На её драконе? «Нариальм…» Она представила жёлтые глаза своего крылатого друга. Дорогого существа. Она безумно по нему скучала всякий раз, когда они долгое время не виделись. Её дракон — теперь часть её самой. Семья, которой никогда не было. Судьба снова пытается оставить её в одиночестве. — Король Фоэльх запретил тебе летать на драконе, помимо запрета посещать Эсшай. Это тоже я хотел сказать сейчас, в дополнение ещё одной новости, — Тай раздражённо сжал переносицу. — Лорд со Генэш отвезёт тебя в мою личную резиденцию в нижних равнинах Ро’ода. Она впервые слышала и об этой резиденции, и о нижних равнинах — ведь никогда там не была. Ей не была известна причина столь странного решения, и потому Тисс порывисто наклонилась вперёд, врезавшись рёбрами в дубовый край стола. — Что мне там делать? — Находиться подальше от глаз моего отца. Тай сказал это холодно, властно. Голос, не терпящий возражений, пронёсся по каменным стенам светлого зала. Слово «отец» тоже было сказано с особой, трепетной ненавистью. — Желаешь, чтобы я просто блуждала там по одиноким коридорам? Только потому, что Фоэльх что-то там себе надумал? — Тисс срывалась от безысходности. Тай встал со своего места в полный рост, вырастая холодной властной фигурой. Казалось, он делает всё, чтобы держать лицо прямо сейчас и не сорваться в гнев, рискуя обрушить его на свою супругу. Тепло его чувств к ней сумело сдержать порыв отдать приказ без объяснения причины. — Пока во дворце ходят слухи о тебе и твоей причастности к произошедшему с делегацией… Тисс пыталась возразить, но Тай поднял ладонь в жесте, не терпящем препирательств. Он продолжил говорить в более мягком тоне: — Я знаю, что ты ни при чём, Тисс, — взгляд, полный печальной нежности, был устремлён прямо на неё. — Но ты — эсшайка и стала моей женой совсем недавно, чтобы ожидать от тебя большой преданности государству. Наша империя снова может вступить в войну, и каждый, кто не из Ро’ода, — враг короля и жителей империи. Признавать это было больно. Но это была та самая правда и истина, с которой было невозможно спорить. Будь она в Эсшае — как бы там отнеслись к принцессе Лаимир, будь она сейчас женой Миарласа? У Тисс не было ответа на этот вопрос. Сердцем она верила, что в её родном королевстве не стали бы относиться к принцессе как к врагу. Но разумом она понимала: произойди такая же ситуация на землях Эсшая, принцесса из Ро’ода была бы в числе первых, на кого обрушился бы гнев многих эльфов. — Когда? — глухо спросила она. — Сегодня, — Тай перевёл взгляд на молчаливого Ша’арнеза. — Я попрошу тебя собрать всё необходимое и улететь вместе с лордом. Если понадобится что-то ещё, лорд привезёт остальное. Она кивнула, не имея сил что-то говорить. Собственное бессилие и невозможность на что-то повлиять сильно давили изнутри. Тисс чувствовала себя как никогда — бесполезной. Пустой. А слова о том, что она не сможет летать на своём драконе, окончательно окунули её в ощущение ничтожности и зависимости. Всего лишь фигура, которой управляют. — Как долго мне нужно находиться там? Тай опустил плечи, садясь в своё кресло ещё более уставшим, чем мгновение назад. — Не могу сказать точных сроков, Тисс. Ты будешь там в безопасности. Я отправляю с тобой твоих служанок и фрейлину из свиты Лаимир. Лорд Ша’арнез тоже будет прилетать в замок время от времени. Тисс с удивлением обернулась на лорда, сидящего в отдалённой стороне стола. Он молчаливо кивнул в знак подтверждения слов принца, но на лице не проступило ни одной эмоции. — Я же… — принц на секунду замолчал, подбирая слова. — Постараюсь навещать тебя, как только будет возможно. И обещаю: как только что-то станет понятнее по поводу грядущей войны или перемирия, я верну тебя во дворец. Обещаю. Принц говорил прямо, искренне, и было видно, как нелегко ему далось подобное решение. Они только что стали супругами, и теперь им придётся быть вдали друг от друга непонятное количество дней или месяцев. Может, лет? Тисс поморщилась, думая об этом. Обида, засевшая глубоко внутри, задевала гордость и чувство собственного достоинства. Она ничего не может. Бесполезна и неуместна в этих стенах. Его высочество отсылает её подальше, словно нерадивую жену или женщину, с которой не хочет иметь ничего общего. Конечно, разум твердил, что причина очевидна и совсем не та, что упорно пытается нашептать обидчивое сердце. Но легче не становилось. — Что ж. Раз такова ваша воля, — Тисс встала со своего места, разглаживая складки платья, — тогда, если позволите, я пойду собирать вещи. Со Генэш тоже поднялся со своего места, готовый к дальнейшим указаниям принца. Тай с тоской посмотрел на супругу, о чём-то раздумывая. — Лорд, прошу, оставьте нас на несколько минут, — обратился принц к Ша’арнезу. — Конечно, ваше высочество, — Ша’арнез поклонился. — Миледи, буду ждать вас во внутреннем дворе, — с этими словами он вышел за двери, оставив Тисс и Тая наедине. Принц дождался, когда громоздкая дверь за лордом закроется, и плавно подошёл к Тисс вплотную. Чародейка пыталась держаться, чтобы не заплакать. Не здесь. Обида комом засела внутри, но пришлось собрать все силы, чтобы не показать свою боль принцу. — Мне невероятно тягостно расставаться с тобой, — Тай поднял руку, коснувшись пальцами её щеки. — Если бы я мог, послал бы всё к чёрту и улетел бы с тобой. Всё, чего я желаю, — быть рядом, Тисс. Прошу, верь мне. Зелень его глаз с нежностью смотрела на её лицо, но Тисс упрямо пыталась не задерживать на нём взгляд. Она раздражённо повела плечами, когда пальцы принца заправили выбившуюся прядь волос за её ухо. — Верю, что это решение не далось вам легко. Это было единственное, что хотелось сказать. Тай с тоской прикрыл глаза, соглашаясь со сказанным. Принц медленно наклонился, почти касаясь её лба, и на мгновение уткнулся носом в висок, вдыхая уже ставший родным запах трав, эсшайских цветов и душистого масла. Его дыхание дрогнуло, выдав больше, чем позволяли слова. Губы невесомо скользнули по её щеке, оставляя за собой едва ощутимую ласку. Он задержался всего на миг, а потом нашёл её губы. Сначала осторожно, медленно, отчего у Тисс дрогнуло сердце. В поцелуе принца быстро появилась глубина и жадность, а его ладонь быстрым и властным хватом сжала волосы эльфийки. Тай прижался ближе всем телом, будто пытался слиться с женой воедино. Его порыв распалял Тисс и вместе с тем глушил обиду. Принц с усилием отстранился, коснувшись лбом её лба. — Я буду писать тебе каждый день, — прошептал он. — Лучше потратьте это время на возвращение перемирия между нашими королевствами, ваше высочество, — улыбаясь, но сохраняя саркастичный тон, ответила Тисс. Тай улыбнулся ей, как улыбался всякий раз, стоило им начать обмениваться колкостями. Он тихо посмеялся, мазнув губами по её носу и оставив короткий поцелуй на лбу. — Буду делать всё возможное, моя эсшайская гордячка.

***

С того момента, как его высочество дал Ша’арнезу указание увезти Тисс из дворца, все его мысли занимал грядущий полёт. Судьба, очевидно, посмеивалась над ним — иначе как объяснить навязчивое желание со стороны неких сил снова и снова сталкивать его с ней. Ему хотелось относиться к этому как к простому приказу, коих он исполнял бесчисленное количество раз. Но как можно было относиться к этому как к приказу, если ему снова и снова придётся оставаться с Тисс наедине? Навещать её в том отдалённом замке, видеть Тисс печальной и одинокой, уязвимой. К такому он не был готов — во всяком случае, даже сама мысль быть рядом с ней вызывала и трепет, и бессилие. А порой и страх не справиться с соблазном снова говорить с ней о чувствах. — Милорд, как скоро вас ждать обратно? — спросил молодой эльф, смахивая пот со лба. Подготовка к полёту началась в ту же минуту, когда принц Тай отдал распоряжение. Вещи спешно собирали и грузили в экипаж, который должен был отправиться вперёд, раньше вылета дракона с крон-принцессой и лордом. В тот момент Тисс ещё не подозревала о решении принца, тогда как её багаж уже был наполовину собран по его прямому приказу. — К вечеру завтрашнего дня буду здесь, — бросил Ша’арнез. Он не будет задерживаться во дворце нижних равнин. Отвезёт Тисс, проследит, чтобы она расположилась как подобает, и не будет провоцировать судьбу, улетев обратно. Сундуки с магическими ингредиентами из хранилищ замка были погружены в карету. Принц Тай распорядился щедро наполнить багаж запасами для супруги, которая сможет скрасить свои дни магическими обрядами и практиками. Одежда, уложенная служанками, тоже подоспела ко второму экипажу. Все вещи перевезут по земле. Ша’арнез задумчиво наблюдал за погрузкой большого количества вещей в две кареты. Для тайного переезда слишком открыто. Но ни Ша’арнез, ни принц не питали иллюзий: король едва ли останется в неведении о том, где находится Тисс. Скорее, подобный выбор действительно ограждал эльфийку от вспыльчивых и необдуманных решений монарха. Резиденция в тех землях находилась под прямым контролем принца — его собственная территория. А значит, король вряд ли станет тратить силы и влияние, пытаясь дотянуться до Тисс именно там. — Когда всё это будет во дворце? — лорд обратился к кучеру одной из карет. — Дороги размыло ливнями, милорд. Боюсь, доедем только к утру. Ша’арнез кивнул, соглашаясь. Тисс не была похожа на изнеженную даму, впадающую в истерику из-за отсутствия любимого платья. Всё самое необходимое они возьмут с собой в седло к дракону. — Отправляйтесь. И помните, что нужно говорить, если спросят. — Да, милорд. Две кареты тронулись в сторону главных ворот. Ша’арнез проводил их взглядом, мысленно возвращаясь в момент, когда обсуждал с принцем официальную версию перевозки вещей и отсутствия крон-принцессы. — Подготовка резиденции в нижних землях — пусть будет кратким и лаконичным объяснением, — принц продолжал писать что-то на бумаге, не отрывая от неё взгляда. Ша’арнез перенёс вес на другую ногу, продолжая стоять почти неподвижно. — Надо ли уточнять, для чего? — спросил со Генэш. — Нет. Этого будет достаточно. Я не намерен объясняться с каждым встречным. А король вряд ли будет интересоваться подобными перемещениями. Ша’арнез знал, что его величество мало интересует, что творится за чертой дворцовых ворот. — Насчёт крон-принцессы, — начал принц, отложив перо, — при необходимости можно будет сослаться на здоровье. Спокойное место, тишина, отсутствие столичного напряжения в нижних равнинах могут быть частью поправки здоровья. Ша’арнез отвернулся от ворот. Кареты уже выполнили свою роль. Настоящий путь начинался в небе. Он поднял взгляд на драконье гнездо. Там, за стенами, его ждала драконница и Нариальм. Лорд с грустью подумал о том, что для этого дракона сейчас будут непростые дни: потеря связи с летуном, когда тот находится далеко от своего дракона, рождает чувства потери и горечи для обоих. Он будет приглядывать за Нариальмом, но это всё равно будет совсем не то. Нариальму нужна будет Тисс. Ша’арнез совсем невесело усмехнулся этой мысли, не рискуя развивать её дальше. Время утекало сквозь пальцы. Он не заметил, как солнце медленно заходит за скалы. Ша’арнез ещё раз проверил крепления седла, нервируя своего дракона. — Не ворчи. Скоро полетим. Драконница беззлобно фыркнула, показывая присущее ей нетерпение. Она любила полёты и каждый раз, зная, что сейчас предстоит долгий путь, рвалась быстрее в небо. За спиной послышался стук каблука о камень. Лорд обернулся, увидев стремительно приближающуюся Тисс, рядом с которой спешно семенила служанка. Ша’арнез спустился вниз, поправляя деревянную лестницу для подъёма на спину дракона. — Будем только мы, — без предисловий начала Тисс. — Фрейлина принцессы пожелала отправиться на карете. Боится дракона. Остальные служанки тоже едут с багажом. — Тем легче для спины дракона, — безразлично бросил Ша’арнез. Ему не было дела ни до какой фрейлины. Если леди пожелала отправиться по земле — так тому и быть. Он быстро глянул на хрупкую служанку: та с опаской и подавляемой паникой глядела на дракона. Бедняга не привыкла к этому существу, хоть уже и летала на нём вместе с Тисс. — Готовы? — он посмотрел на Тисс, ожидая ответа. — Готовы. Он кивнул и предложил служанке первой сесть в закреплённые сиденья. Хрупкая фигура трясущимися руками схватилась за перила деревянной лестницы, стараясь не смотреть на нетерпеливого, фыркающего дракона. — Не бойся, Олл. Я помогу тебе закрепить ремни, — обратилась к ней Тисс. Заботлива с той, кому однажды спасла жизнь. Ша’арнез помнил ситуацию с этой служанкой. Был свидетелем гнева его высочества. Тисс поднялась следом, пока служанка задержалась перед последним рывком, собирая волю в кулак, прежде чем сделать шаг и забраться на спину дракона. Только оказавшись в седле, выдохнула, стараясь сделать это неслышно. Тисс села в подготовленное кресло, быстрым и уверенным движением закрепив застёжки и ремни на себе и служанке. Драконница нетерпеливо переступила когтистыми лапами, расправляя крылья. Мышцы спины ходили ходуном, отчего непривыкший наездник мог словить тошноту. Гнездо осталось позади. Камень под ними дрогнул, когда она оттолкнулась от края обрыва, и мир сразу ушёл вниз, оставляя дворцовые стены и кареты где-то далеко внизу. — Боги! — взвизгнула Олл, когда драконница особенно сильно взмахнула шумными крыльями. Под ними растекались скалы, верхушки деревьев и реки. Он смотрел вперёд, стараясь сконцентрироваться на полёте, но мысли упорно возвращали его к насущному. Война не спрашивает, где ты спрятан и чьей защитой окружён. Если она вспыхнет снова всерьёз, не останется мест, которые можно назвать безопасными для крон-принцессы из Эсшая. Ни горные резиденции, ни земли под прямым контролем принца не станут щитом. Ша’арнез стиснул челюсть, сжав в перчатках поводья. Он своими глазами видел, что войска Эсшая не сидят на месте. Фоэльх воспримет это как угрозу. Тисс всё равно будет в опасности. Они подлетели к замку, когда солнце окончательно село и на империю обрушилась ночь. На подлёте их встретила немногочисленная компания слуг, испуганно пятившаяся назад при виде дракона. — Отнесите вещи крон-принцессы в выделенные покои, — Ша’арнез отдал приказ двум крепким эльфам, чтобы те забрали несколько сумок с необходимым. Олл быстро и неуклюже сорвалась со спины, желая поскорее оказаться ногами на земле. — Олл, можешь забрать эти вещи и спросить у здешних слуг дорогу в мои покои, — Тисс ободряюще улыбнулась хрупкой эльфийке. — Слушаюсь, миледи. Служанка скрылась так же быстро, как и остальные слуги, забравшие тот небольшой багаж, что они смогли перевезти. Ша’арнез с тоской оглянулся на своего дракона: сейчас ей требовались отдых и еда. Улететь отсюда обратно во дворец они смогут только завтрашним вечером. Они остались с Тисс вдвоём. За весь полёт они не обменялись и словом. Это не расстраивало Ша’арнеза. Будь его воля — он бы избегал встреч с ней, насколько это возможно. — Лорд со Генэш, — услышал её голос за спиной. Он ослаблял ремни седла, желая освободить дракона и дать ей возможность передохнуть и поохотиться самостоятельно. — Леди? Ша’арнез обернулся, встретившись с усталым взглядом эльфийки. Она стояла поодаль, скрестив руки перед собой, и казалась полна ожиданий. Хотела о чём-то поговорить, задержаться с ним в этом холодном, необжитом драконьем гнезде. Глупо было ожидать, что Тисс не захочет обменяться с ним парой слов. Возможно, даже поговорить о чём-то сложном, серьёзном и нежелательном. — Прошу, ответьте честно, — Тисс подбирала слова, сжимая собственные пальцы, — причина, по которой его высочество отправил меня сюда, только в том, что он сказал мне? — Тисс сделала шаг к нему навстречу, сократив расстояние. — Разумеется, — Ша’арнез нахмурился, совсем не понимая сомнений эльфийки. Она замолчала, поджав губы. Сомнения накрывали её с головой, что совсем не укрывалось от внимательного взгляда лорда. Может, ему бы и хотелось утешить её. Заверить, что принц ничего от неё не скрывал, говоря о мотиве её безопасности. Однако утешение — это сближение. А он запрещал себе сближаться с Тисс снова. — Я совершенно не знакома с этим местом. Покажете мне его, лорд? Со Генэш неуверенно пожал плечами, припоминая, что сам был в этом дворце пару раз. — В этом я не слишком вам помогу, леди. Уверен, здешняя прислуга покажет вам всё, что нужно, — с вежливой улыбкой ответил Ша’арнез. Тисс кивнула, соглашаясь. Но уходить не спешила. Несколько мгновений они просто стояли в тишине, нарушаемой лишь негромким фырканьем дракона и шорохом крыльев — та переступала с лапы на лапу, расправляя мышцы после долгого пути. Холодный ветер скользил между каменными выступами гнезда, цеплялся за края плащей. Тишина, не нарушаемая разговором, становилась неловкой, осязаемой. Ша’арнез повёл плечами, пытаясь стряхнуть с себя растущее томительное напряжение, возникающее всякий раз рядом с Тисс. — Полёт… — Тисс заговорила снова, словно вспомнив о чём-то. — Прошёл быстрее, чем я ожидала. Я заметила, что небо в этих землях будто более резкое. Ша’арнез стянул перчатки, разминая кисти рук, вспоминая полёт. Из-за встречных ветров пришлось прикладывать больше усилий, чтобы держать поводья. — В этих местах ветра упрямые. К ним нужно привыкнуть. В столице немного иначе. Он попытался отвечать ровно, не снижая ритма, не вкладывая в тон своего голоса прежнюю мягкость — свойственную тем моментам, когда они были ближе. Когда между ними ещё что-то могло быть. Тисс помолчала, словно ожидая продолжения. Его не последовало. — А ваша драконница… — она попыталась снова, — как она чувствует себя в полёте в этих землях? — Достаточно спокойно, — Ша’арнез закрепил на себе свою сумку летуна, чтобы направиться в выделенные для него покои. — Леди, если вы устали, вам стоит отдохнуть. День был длинным. Он постарался, чтобы это не звучало грубо. Однако в её глазах мелькнуло разочарование. Тисс нахмурилась. — Вы избегаете меня, — сказала Тисс прямо, смотря ему в глаза. Он не стал отрицать. — Я исполняю приказ его высочества. Только и всего. — Я знаю, — её голос дрогнул, — но разве дело только в приказе? Мы с вами, лорд Ша’арнез, не чужие друг другу. Она сделала шаг к нему ближе. Камень под её сапогом скрипнул, и звук показался в этой тишине слишком громким. — Мне страшно, Ша’арнез, — выдохнула Тисс, показав всё своё отчаяние. — Мне одиноко. Я в чужом месте, без привычных лиц, без… — она запнулась, стиснув пальцы сильнее, — без кого бы то ни было. Я держусь изо всех сил, правда. Но сейчас мне невыносимо. Даже столичный замок Ро’ода роднее, чем это место. Она подняла на него взгляд. — Не отталкивай меня. Только не ты. Эти слова вонзились в него как кинжал. Ша’арнез почувствовал, как внутри что-то сжалось, отозвалось знакомым и таким забытым желанием — сделать шаг навстречу к ней, закрыть собой от этого холода, от этой пустоты. Протянуть руку. Успокоить. Остаться рядом хотя бы ненадолго. Но он уже провёл черту. Так было нужно, нет — необходимо. Глубоко вдохнув, Ша’арнез опустил взгляд, собирая остатки самообладания. — Я не отталкиваю вас, леди, — произнёс он ровно. — Лишь стараюсь напомнить, что многое изменилось. Вы теперь имеете иной титул, и я обязан соблюдать рамки при разговоре с супругой принца. Тисс резко вздохнула, намереваясь с ним поспорить, но он опередил её, не давая возможности возразить: — Я буду прилетать чаще. Прослежу за Нариальмом. И… — он на мгновение замолчал, подбирая слова, — возможно, устрою так, чтобы вы смогли полетать на моей драконнице. Вы летунья. Я знаю, как тяжело без неба. Тисс слушала внимательно. И когда он договорил, на её губах появилась едва заметная улыбка. Она подошла ещё ближе. — Спасибо, — сказала она тихо. — Вы даже не представляете, как вы мне дороги. Говоря это, Тисс машинально поправила ворот платья у самой шеи. Пальцы скользнули по ткани, накидка съехала в сторону, открывая светлую кожу. Ша’арнез неосознанно скользнул взглядом по её шее. Сердце застучало сильнее, когда он увидел следы. Тусклые, но всё ещё заметные — отметины, оставленные чужими губами и зубами. Следы близости, о которой ему не стоило забывать ни на мгновение. Ша’арнез застыл. Реальность вернулась резко и безжалостно: Тисс была супругой принца. Его чувства — ошибкой, опасной и недопустимой. Он отвёл взгляд первым, возвращая себе холодную решимость держать расстояние между ними. — Вам действительно стоит отдохнуть, миледи, — произнёс он уже холоднее. — Завтра будет новый день. Со Генэш взглядом указал в сторону серого, чужого дворца и первым направился к главным воротам. Возможно, Тисс так и не заметила эту резкую перемену