Надежда на спасение

7 Несколько дней от Полумны не было никаких вестей — Гермиона, не зная ещё всех правил этого мира, не могла позволить себе высовываться, поэтому временно оставалась в бездействии. Она покорно разносила почту, выслушивая оскорбления от чистокровных волшебников, а один из вечеров провела в компании миссис Дриббл и её мужа Кайтона. Джулиус так и не вернулся из Министерства, и семья Дриббл была взволнована. Кайтон пообещал разузнать что-нибудь о муже Гермионы, но её, на самом деле, мало волновала судьба этого человека. Хотя в душе она переживала за свою местную копию. На четвёртый день после разговора с Полумной Гермиона с утра, как обычно, вышла на «работу» и увидела рядом с сумкой с письмами какой-то свёрток. Схватив его, девушка поспешила скрыться обратно в доме. В свёртке оказался свежий номер «Ежедневного пророка» и записка от подруги — в ней говорилась, что Гермионе следует обратить внимание на 27 страницу газеты. Быстро пролистав всю газету, Гермиона наткнулась на маленькое невзрачное объявление в самом низу — в лондонскую библиотеку требовались магла-помощники на подработку. Желающих приглашали прийти в главный корпус библиотеки и поговорить с мисс Памп. Эта прекрасная новость воодушевила Гермиону — теперь она не только сможет чаще выходить на улицу, но и попадёт в библиотеку, а там уж точно найдёт что-то о Зеркале Времени и способах вернуться обратно в свой мир! Не теряя больше ни минуты, девушка схватила сумку с письмами и побежала их раздавать — в библиотеку хотелось попасть именно сегодня. Небеса будто благоволили девушке, потому что конвертов оказалось намного меньше, чем в предыдущие дни, и Гермиона успела закончить работу к обеду. Сверившись с часами на главной площади, она пошла в сторону главной библиотеки Лондона. Благо её местоположение, если оно, конечно, не изменилось, девушка знала прекрасно. Улицы Лондона, хотя и изменились под гнётом Тёмного Лорда, всё ещё шумели эхом прошлого: маги в плащах спешили мимо, а маглорожденные, как она, жались к стенам, стараясь не привлекать внимания. Воздух казался тяжелее, пропитанный страхом и магией, и каждый шаг напоминал Гермионе, насколько уязвима она здесь. Но библиотека — маяк надежды — была совсем близко, и она ускорила шаг, представляя, как этот шаг приблизит их к возвращению домой. Перед массивными деревянными дверями Гермиона остановилась, пригладила волосы и откинула холщовую пустую сумку за спину. Стоило произвести благоприятное впечатление на загадочную мисс Памп, чтобы точно получить эту подработку. Внутри её встретил грузный охранник и с явным отторжением показал своим мясистым неухоженным пальцем в сторону, куда следовало идти, чтобы найти нужного человека. Кровь внутри Гермионы вскипела — этот охранник очевидно не был чистокровным, иначе не работал бы на такой работе, и его пренебрежение было ей непонятно. Но, быстро справившись с эмоциями, девушка ушла. — Здравствуйте, я ищу мисс Памп, — вскоре сказала она, заглядывая в пустой проём комнаты. Это было какое-то служебное помещение библиотеки, в котором сидели три женщины и несколько парней — по видимому, они тоже собеседовались на подработку. — Очередь, — рявкнула миловидная дама с пухлыми губами и острыми чертами лица. Её голос совсем не вязался с внешностью. Гермиона кивнула и села на стул. Прошло добрых полчаса, прежде чем она смогла пересесть за стол к той самой девушке, которая только что грубо выпроводила предыдущих соискателей. — Имя, фамилия, чистота крови, семья, — отчеканила она, раскидывая капельки слюны при разговоре. Её губы не смыкались до конца, ровно посередине рта виднелся ромбик белых зубов. — Гермиона Гр…Поркинс, маглорождённая, муж — Джулиан Поркинс, — ответила Гермиона. Мисс Памп посмотрела на неё через толстые стёкла очков, сщурившись. — Где работает ваш муж? — после недолго молчания наконец спросила она. — В Министерстве магии, — Гермионе был неприятен такой допрос, она боялась сболтнуть лишнего. — Зачем жене работника Министерства подработка? — продолжала мисс Памп. — Я бы хотела приносить больше пользы обществу и Тёмному Лорду, — с почтением ответила Гермиона. После ответа лицо мисс Памп слегка смягчилось — видимо, лояльность Гермионы её впечатлила. Сама же Гермиона старалась не думать о том, как унизительно врать и льстить, но напоминала себе: это лишь шаг к свободе. Она получила бумагу с печатью, ощущая лёгкий трепет в груди — теперь у неё есть доступ. — Ваша смена сегодня, вы зачислены в штат. О дополнительных сменах вас будут информировать вечером предшествующего дня. С этим подойдите к охране, вас проинструктируют далее. Оплата в конце смены, — на этом интерес мисс Памп к Гермионе полностью иссяк и она отвернулась к коллегам. Радостно выдохнув, Гермиона поспешила к выходу, где тот же неприятный охранник дал ей самую обычную метлу, фартук и показал, в какой части библиотеки сегодня надо убраться. Но первое задание оказалось не таким уж вольготным. Травологический отдел — пыльный уголок библиотеки, где редкие посетители листали тома о растениях, — требовал уборки. Гермиона взяла метлу и тряпку, чувствуя, как пыль оседает на её руках, а мысли возвращаются к встрече с Памп. Хотелось скорее добраться до секции с книгами о магии и Тёмных искусствах, и она решила, что за эту работу придётся держаться какое-то время. Полностью погрузившись в свои мысли, Гермиона принялась за уборку. — Что, Г.А.В.Н.Э. вышло на новый уровень и теперь ты помогаешь бедным домовикам ещё и с уборкой? — внезапно раздался знакомый голос за спиной девушки. Гермиона охнула, схватила покрепче метлу и обернулась. Перед ней стоял Фред во всей красе и широко улыбался. Гермиона не ожидала, что так скоро сможет найти его в этом мире, поэтому тут же захотела броситься ему на шею с объятиями, но вовремя себя остановила — Фред был чистокровным волшебником, такое фамильярное поведение могло навредить ему. Поэтому девушка только выдохнула: — Фред, как я рада тебя видеть! — Я тоже рад, Грейнджер, — быстро прошептал Фред. Кажется, он тоже был в курсе правил этого мира — чего только стоила его дорогая одежда, которая и в сравнение не шла с лохмотьями Гермионы. — Фред, нам надо поговорить, — девушка отвернулась и продолжила делать вид, что убирается, чтобы не привлекать лишнего внимания тех нескольких человек, что находились в зале. — О многом, — кивнул Фред, но с места не сдвинулся. — Найди Полумну, она поможет, — шепнула Гермиона, даже не оборачиваясь к парню. Она смахнула влажной тряпкой пыль с очередной полки. — Я знаю, она подсказала мне, где тебя можно найти, — за спиной Гермионы что-то зашуршало — это Фред поправил неудобный высокий воротник пиджака, — Возьми это, будь там сегодня вечером, — на полке рядом с девушкой оказался сложенный пергамент. Фред удалился так же незаметно, как появился, оставив Гермиону в смятении. Она быстро спрятала пергамент, её сердце колотилось от смеси радости и тревоги. Почему он здесь? Как Полумна нашла его? Мысли крутились, пока она пыталась сосредоточиться на уборке, но руки дрожали. Заканчивала уборку волшебница в нетерпении, уже даже не заботясь о том, чтобы выглядеть приличной работницей. Сейчас её волновало другое — содержание записки и встреча с Фредом вечером. Наконец, когда стрелка часов доползла до цифры пять, Гермиона спустилась на первый этаж, вернула фартук и рабочие инструменты охраннику и, не попрощавшись, вышла. Она забежала в какой-то тёмный переулок и, убедившись, что рядом никого нет, развернула пергамент. В записке была лишь одна фраза: улица Морт, дом 44. Адрес Полумны? Где находится эта улица, Гермиона уже знала, осталось вспомнить дорогу до туда. Сумерки уже опускались на город, поэтому она чувствовала себя уязвимой — по тротуарам ходили не вызывающие доверия волшебники, скрюченные долговязые мужчины и загадочные стражи в чёрных мантиях с закрытыми лицами. Стараясь сохранять спокойствие, девушка вышла на центральную площадь, нашла указатель в сторону улицы Морт и быстрым шагом направилась туда. Дом 44 выделялся среди остальных — он был светлым, как белая ворона, и Гермиона сразу поняла, что там живёт Полумна. Какое неподходящее место она себе выбрала — чего стоило только одно название этой улицы! Дверь ей открыла сама Лавгуд — она быстро затащила Гермиону за локоть в дом и закрылась на ключ. В коридоре приятно пахло травами, пылью и шоколадом. Из ближайшей комнаты выглянула рыжая голова Фреда Уизли. — Гермиона, ты пришла! — воскликнул он, чувствуя себя более свободно, и направился к девушке. Но вместо дружеских объятий его встретил удар тростью метлы в плечо, — Эй, за что? Разъярённая Гермиона схватила первое, что попалось под руку, и начала наносить несильные удары по другу: — Ты! Фред! Уизли! Это! Из-за тебя! Мы! Оказались! Хрен! Знает! Где! Какого чёрта ты трогал это зеркало, ведь я сказала тебе не подходить к нему! — Гермиона уверенно продвигалась вперёд по коридору, заставляя прикрывавшегося от ударов Фреда пятиться. — Грейнджер, отставить драку! — вдруг воскликнул парень и резко перехватил руку девушки за кисть. Гермиона почувствовала, как по ней будто прошёлся разряд тока. Она вмиг успокоилась, но всё ещё зло смотрела на Фреда, — Да, чёрт возьми, мы из-за меня тут оказались, но если ты сейчас меня убьёшь, то вернуться в наш мир одной тебе будет сложнее! Ослабив хватку, Фред свободной рукой расстегнул верхние пуговицы своей идеально выглаженной рубашки, а потом полностью отпустил Гермиону. — Ты прав, прости, — кивнула девушка и прислонила метлу к стене. — Давайте выпьем чаю и успокоимся? — произнесла вдруг Полумна своим меланхоличным и дружелюбным голосом. Все трое вошли за владелицей дома на кухню и сели за стол. Гермиона и Фред молча смотрели друг на друга, пока Полумна разливала горячий чай по кружкам. Наконец, когда общая подруга закончила расставлять сладости и чашки и тоже села, Гермиона начала говорить: — Итак…Полумна, спасибо тебе за подсказку в виде газеты и за то, что помогла найти Фреда, — девушка накрыла ладонь подруги своей рукой. — Я же обещала помочь, — улыбнулась Лавгуд. Это был момент передышки в хаосе, когда друзья могли собраться и спланировать следующий шаг. История мира началась с Полумны, её голос заметно дрожал от пережитого. Многое следовало обсудить. — Фред, что тебе удалось выяснить об этом мире? — продолжила Гермиона. Уизли поёрзал на стуле и откинулся на его спинку, скрестив руки на груди. — Думаю, почти то же самое, что и тебе. Волан-де-Морт победил, моя семья свалила к Чарли в Румынию, хотя я не понимаю, почему не поехал с ними. Маглорождённые здесь что-то вроде прислуги, чистокровным можно создавать семьи только с себе подобными или полукровками, которые доказали свою верность режиму. — Отлично, — кивнула Гермиона. Она на секунду задумалась о том, почему местный Фред остался в Англии, но в глубине души понимала, что знает ответ. У неё было время всё обдумать после первого разговора с подругой, — Полумна… Расскажи нам, пожалуйста, как Волан-де-Морт пришёл к власти у вас? — Ох, — Полумна вздохнула и обхватила чашку руками, — Ну… Я тогда была на пятом курсе Хогвартса, а вы на шестом… Фред, вы с Джорджем открыли магазин в Косом переулке… — Пока всё совпадает, — кивнула Гермиона, пока Полумна молчала. — А потом… В конце года умер Дамблдор. Говорят, его убил Северус Снейп, но я в это не верю. В школу ворвались Пожиратели смерти и схватили Гарри — он был тогда с Дамблдором в Астрономической башне. Они обездвижили его и накинули сверху мантию-невидимку, поэтому им удалось вынести Гарри из школы так, чтобы никто этого не заметил. В самом Хогвартсе в этот момент началась бойня — мы пытались сражаться с Пожирателями, но силы были неравны. К ним то и дело приходила подмога, их были сотни, а нас… Нас убивали не глядя. Но ближе к полуночи они резко прекратили кидать заклятия и покинули школу. Мы сначала ничего не поняли, а потом… потом…, — Полумна закрыла глаза и сильно сжала кружку так, что её костяшки побелели, — Потом мы узнали, что Гарри мёртв — они успели доставить его к Тёмному Лорду и тот долго не думал. Гермиона ахнула и прикрыла рот ладонью. Фред молча смотрел на Полумну. Сейчас, пока они спокойно сидят на кухне, в их настоящем мире может происходить то же самое… Кто знает, сколько времени там уже прошло? Вдруг все, кого они знали, уже мертвы, вдруг и там Волан-де-Морт убил Гарри? Тем временем Полумна продолжила: — Мы не поверили этой новости и просто стали приводить школу в порядок: убирать тела, помогать раненым. Считали, что это провокация, но в душе каждого зрело семя сомнения — ведь не просто так Пожиратели так резко ушли из Хогвартса, — девушка снова замолчала, а потом отпила чай и вновь начала говорить, — Через несколько дней в школу явился сам Тёмный Лорд в сопровождении нескольких сотен Пожирателей… И он… Я не знаю, как он это сделал, но каждый из нас в своей голове увидел смерть Гарри. Сначала от заклятия, а потом от укусов его змеи… Мы попытались снова напасть на них и целых полгода держали бессмысленное и слабое сопротивление, но реальность была такова, что в Министерстве уже сидели его люди. Вместо Дамблдора он тоже посадил своего человека. Война закончилась, мы проиграли и теперь вынуждены жить под его правлением… — Как… Как давно это произошло? — прошептала Гермиона. В её глазах стояли слёзы, а тело била мелкая дрожь. — Уже пять лет прошло, — ответила Полумна. — Значит, Зеркало Времени не создаёт параллели между двумя реальностями — оно бросает в рандомный момент другого мира… Что-то вроде путешествий во времени? — Наверное, — кивнула Полумна, — Мой отец изучал его, я могу поискать его записи. Гермиона откинулась назад на стуле, пытаясь осмыслить сказанное, её пальцы крепко сжимали край стола, словно физическая опора могла удержать от её распада на тысячу молекул. В комнате было тихо, только тикали часы на полке. Мир за окном продолжал жить своей взвешенной, полной страха жизнью. Она бросила взгляд на Полумну, чьё лицо выражало смесь печали и решимости, и внезапно почувствовала, как её собственная тревога смешивается с гневом на несправедливость этого мира. — Это может помочь, — кивнула Гермиона, пытаясь взять себя в руки. Полумна уже хотела было встать, но молчавший до этого момента Фред остановил её. — Полумна, почему… Почему я не уехал со своей семьёй в Румынию? — спросил он. — Ох, Фред, — Гермиона аккуратно взяла его за руку. — Полумна, почему я не уехал со своей семьёй в Румынию? — настойчиво повторил свой вопрос парень. Его голос слегка дрогнул, и Гермиона заметила, как мышцы на его шее напряглись, а взгляд стал отстранённым, словно он пытался представить альтернативную жизнь. Воздух в комнате будто сгустился, пропитанный эмоциями: страхом утраты, сожалением и гневом. Полумна замялась, её глаза метались между друзьями. — Фред, я не знаю, мы мало общались…, — неуверенно начала говорить Полумна, нервно подёргивая прядь своих волос. Она сделал глубокий вдох, стараясь не выдать собственные переживания — воспоминания о ночи, когда Пожиратели смерти ворвались в школу, всё ещё жгли её, заставляя руки слегка дрожать. Гермиона смотрела на Фреда, его лицо побледнело, и она хотела сказать что-то успокаивающее, но слова застряли в горле. — Фред, я думаю, это потому… Потому что в этом мире Джордж погиб, — тихо произнесла Гермиона, не сводя с друга взгляда. Фред молчал, выжидающе смотря на Полумну. Та лишь коротко кивнула: — Да, я думаю, что из-за этого… Фред больно сжал руку Гермионы. Молчание повисло в воздухе, словно тяжёлый занавес. Глаза парня заблестели от непролившихся слёз, и комната показалась вдруг меньше, наполненная призраками потерянных жизней. — Фред, послушай, в нашем мире этого ещё не случилось, — сказала Гермиона, — И мы ещё можем всё исправить, надо только понять, как нам вернуться! — Да, но в этом мире я допустил смерть Джорджа. И чем я вообще тут занимался, чёрт возьми? — в голосе Фреда слышалась такая неприкрытая агрессия, что Гермиона и Полумна вздрогнули — они никогда и представить не могли, что близнецы Уизли могут злиться по-настоящему. Он встал резко, опрокинув стул со скрежетом, который эхом разнёсся по комнате, и начал ходить туда-сюда, его шаги отдавались громом в тишине. Гермиона обменялась испуганным взглядом с Полумной — эта сторона Фреда была новой, ранящей, как если бы Зеркало показало не только мир, но и скрытые шрамы души. Девушка встала, желая успокоить друга, но прекрасно понимала, что слова сейчас точно не помогут. — Они пытали нас. Всех, кто был на стороне Дамблдора. Твоя семья не просто так уехала, шансов на нормальную жизнь было мало, особенно у вас — все знали, что вы любите Гарри и состоите в Ордене Феникса, — сказала Полумна. — Почему ты осталась? — спросила вдруг Гермиона. Её голос прозвучал мягко, почти шёпотом, с намёком на сочувствие, она надеялась, что перемена темы разговора поможет Фреду успокоиться. Подвинув стул ближе, Гермиона села обратно, приглашая Полумну продолжить рассказ, в то время как Фред остановился у окна, уставившись в темноту за стеклом. — Ради отца. Он был болен, но продолжал выпускать «Придиру». После того, как в наш дом явились стражи, он поклялся, что журнал станет печатать угодную Тёмному Лорду информацию… Через несколько месяцев он умер. Думаю, что он не мог вынести того, что происходит… А я не смогла уехать, оставив его могилу здесь. Я решила, что не буду лезть в политику и закрыла «Придиру», сейчас занимаюсь изучением магических существ, поэтому часто уезжаю из страны, но всегда возвращаюсь. — Ты поддерживаешь связь с кем-то из наших? — задал вопрос Фред. В его голосе ещё сквозила боль и злость, но казалось, что он начал успокаиваться. — Почти нет. За нами по прежнему следят, но благодаря роду занятий я могу списываться с Невиллом и иногда с Хагридом, — ответила Полумна. — Как они? — спросила Гермиона. Полумна коротко кивнула: — Нормально. Оба преподают в Хогвартсе, Невилл теперь профессор, ведёт травологию. Иногда он мне присылает полезные травы и настойки, в моей работе это помогает, — девушка указала на большой стеллаж с маленькими выдвижными шкафчиками. Гермиона проследила за её взглядом, представляя Хогвартс — школу, которая, возможно, никогда не станет прежней, если они не вернутся. — Ладно, давайте вернёмся к нашему делу, — перебил вдруг Фред, — Полумна, ты говорила, что твой отец изучал это зеркало. Можешь поискать записи? Лавгуд встала со своего места и в этот раз её никто не остановил. Она вышла из кухни и скрылась где-то в глубине дома. Всё ещё потрясённая ужасами этого мира Гермиона подошла к стеллажу и начала изучать надписи на шкафчиках. Эфирный цвет, Токсичный Папоротник, Безоар, Безмолвный корень, Змей-трава, Цветок Феникса… На полках было действительно очень много названий, некоторые из которых Гермиона никогда не встречала в учебниках и книгах. Под каждым из них было краткое описание для чего или от чего нужен тот или иной цветок или трава. — Гермиона, — тихо сказал Фред с другого конца кухни. Девушка обернулась к нему, — Я бы… Я бы хотел побывать на могиле брата. Гермиона кивнула и вернулась на своё место. Она понимала состояние Фреда, хоть у неё у самой не было не то что близнеца, но даже брата или сестры. Также девушка осознавала, что это может быть опасно, но не могла отказать другу: — Конечно, мы побываем. Но сначала нам надо понять, что делать. В этот момент вернулась Полумна. Она держала в руках старый блокнот с потёртой кожаной обложкой. На её лицо вновь вернулась грусть — боль от утраты отца ещё не прошла. Полумна раскрыла блокнот и протянула его Гермионе, а сама подлила чай во все три кружки. Через несколько минут чтения записей Ксенофилиуса Гермиона сказала: — Что ж… Твой отец полагал, что Зеркало не перемещает людей в другой мир просто так, а в большинстве случаев лишь показывает отражение той реальности. Но если зеркалом воспользуется человек… или люди, которые находятся в отчаянии или могут что-то помочь изменить, в зеркале открывается портал. Но я не понимаю… Закрыв блокнот с тихим шелестом страниц, Гермиона откинулась на стуле, её глаза блестели от усталости и волнения, а пальцы машинально сжимали обложку, словно стараясь удержать хрупкую нить понимания. В комнате стало тише, но запах старой бумаги и трав, исходящий от стеллажа Полумны, наполнял воздух. Она посмотрела на подругу, чьё лицо выражало смесь сомнения и надежды, и на Фреда, чьи брови сдвинулись в задумчивости, словно он пытался мысленно нарисовать портал из блещущего стекла. — Я точно не находился в отчаянии в тот день, — буркнул Фред, вспомнив своё прекрасное настроение после переговоров с владельцем лавки Зонко. Он сел обратно за стол. — И я, — кивнула Гермиона, — Значит мы тут, чтобы что-то помочь изменить в вашем мире. Только что? Её голос эхом отозвался в тишине, и она обвела взглядом комнату, где полки с книгами и банками с травами казались свидетелями их судьбы. Фред нервно поёрзал на стуле, его пальцы барабанили по столу неритмично, а лицо исказила лёгкая гримаса — может, звук напоминал ему лавку Зонко, но сейчас это казалось далёким прошлым. Полумна сложила руки на коленях, её глаза бегали между друзьями, мысленно собирая осколки своего знания о мире, который казался таким знакомым и чужим одновременно. Все трое задумались. В голове Гермионы, конечно, уже был ответ, но она не рискнула его озвучить — идея казалась слишком безумной и вряд ли Зеркало сочло её и Фреда подходящими кандидатами на спасение параллельного волшебного мира Англии. Однако других версий ни у кого всё равно не было. — Я думаю, — начала Гермиона после долгого молчания, — Что нам надо уничтожить крестражи в этом мире, чтобы вернуться в свой. Её слова повисли в воздухе, звонкие и тревожные, и она сразу же пожалела о своей смелости, заметив, как лица друзей замерли в удивлении. Комната вдруг показалась тесной, наполненной электричеством, словно сама магия затаила дыхание в ожидании реакции. По реакции Фреда и Полумны Гермиона поняла, что они ничего не знают о крестражах. Медленно и подробно девушка рассказала им всё, что знала сама. Она говорила осторожно подбирая слова, чтобы не напугать друзей ещё больше, её руки жестикулировали в воздухе, рисуя невидимые нити судьбы, а глаза искали понимания в лицах слушателей. Фред наклонился вперёд, упираясь локтями в стол, его взгляд стал острым, как будто он пытался увидеть в рассказе Гермионы путь домой. Полумна слушала внимательно, кивая головой, и в её глазах наконец мелькнул отблеск надежды — ведь это могло быть ключом к их миру. — Это звучит безумно, — наконец сказал Фред. — Я знаю! Но у тебя есть ещё идеи? — огрызнулась Гермиона. Фред отрицательно качнул головой, — Стоит хотя бы попробовать, ведь так? — Но как мы это сделаем, если о них никто ничего не знает? Это же может быть абсолютно любая вещь на всём белом свете — от песчинки на пляже до башни Хогвартса! Фред встал, пнув стул, его кулаки сжались — это был взрыв паники, смешанной с адреналином, и он начал нервно ходить по комнате. Шаги его отдавались эхом, словно напоминая о неопределённости их положения. Гермиона внимательно следила за ним, не рискую говорить что-то ещё. Да и говорить больше было нечего. — Я… Я не уверена, но, кажется, я знаю, с чего стоит начать, — встряла в спор Полумна. Пришло время Гермионы удивлённо посмотреть на подругу, — С тех пор, как Хогвартс перешёл под влияние Тёмного Лорда, там многое изменилось. Методы преподавания, некоторые предметы, профессора… И гербы факультетов, — закончила девушка. — Что ты имеешь в виду? — нетерпеливо спросила Гермиона. — Теперь нет змеи, барсука, ворона или льва, — вновь сказала Полумна, — Слизерин теперь венчает медальон Салазара Слизерина, гербом Гриффиндора служит меч Годрика Гриффиндора, у Когтеврана — диадема, а в Пуффендуе — чаша Хельги. — Так вот о чём говорила миссис Дриббл! — внезапно просияла Гермиона и хлопнула ладонью по столу, вызвав лёгкий звон чашек. Атмосфера в комнате сменилась от паники к осторожному оптимизму, и Гермиона почувствовала, как её плечи чуточку расслабились. Фред, очевидно потерявший вообще какой-либо смысл диалога, переводил взгляд с Гермионы на Полумну и обратно. Он застыл посередине комнаты и чувствовал, что всё происходящее ему порядком надоело. Почему нельзя просто найти точно такое же Зеркало Времени в этой реальности и вернуться к себе, ведь сейчас они с Гермионой оба в отчаянии? — Что за миссис Дриббл? — напряжённо спросил он. — Моя соседка. В тот день, когда зеркало перенесло нас сюда, я была в школьной форме и вышла на улицу, сработала какая-то странная сигнализация и она затащила меня обратно в дом, где отчитала за то, что я посмела надеть старую школьную форму! — Гермиона говорила быстро, её слова сыпались, как искры, и она встала, чтобы подчеркнуть важность рассказа. Фред заморгал, пытаясь вникнуть — досада сменилась любопытством.— Полумна, ты думаешь, что Волан-де-Морт поместил на гербы факультетов свои крестражи? Подруга кивнула: — Все очень удивлялись первое время, зачем стоило менять гербы, но сейчас эта версия звучит… Не так уж и дико. — Конечно! Волан-де-Морт не стал бы опускаться до всякого мусора, чтобы сделать его хранилищем для своей души, он человек алчный и властолюбивый, а основатели Хогвартса обладали определённой властью! — закончила за подругу Гермиона. — То есть, вы всерьёз считаете, что нам надо найти давно потерянные реликвии основателей Хогвартса, которые никто и в глаза не видел последние сотни лет? — скептически спросил Фред. Гермиона энергично закивала головой: — Они точно существуют, Фред, Гарри пользовался мечом Годрика Гриффиндора на втором курсе в Тайной комнате! — А о диадеме мне рассказывала Елена, приведение Когтеврана, — ответила Полумна. Фред запустил руку в свои волосы и взъерошил их, а потом ответил чуть мягче, пытаясь успокоить подруг: — Хорошо-хорошо, предположим. Даже если все четыре реликвии связаны с Волан-де-Мортом, как мы узнаем, что их только четыре? Он мог создать сотни крестражей, неужели мы до конца жизни будем искать их в этом мире? Гермиона тепло посмотрела на Фреда — ей было удивительно видеть, как вечно озорной шутник, у которого с лица не сходила улыбка, а в голове были лишь волшебные вредилки, сейчас выглядел серьёзным и рассуждал о чём-то логически. За такой переменой было приятно наблюдать — она чувствовала, что в этом хаосе их дружба крепнет. — Если эта реальность не сильно отличается от нашей… По крайней мере, не отличалась до шестого курса в Хогвартсе, то я точно могу сказать несколько вещей, — отозвалась Гермиона, — Крестражей всего семь. Два из них уже успели уничтожить Дамблдор и Гарри — это дневник и кольцо. За третьим они отправились в тот самый день, когда мы с тобой попали сюда. И вот ещё что — меч Годрика Гриффиндора точно не крестраж, потому что именно им Гарри сражался с василиском, а вряд ли чудище Волан-де-Морта могло пасть от частицы его души. — Замечательно, стало легче, — сказал Фред, — Дневник и какое-то кольцо уничтожены. Меч — не крестраж. Осталась чаша, медальон и диадема. Итого пять. Где ещё два? В его тоне чувствовался сарказм, но в нём также сквозила надежда, и он вернулся к столу, садясь рядом с Гермионой, словно признавая её лидерство. — Это мы выясним, — уверенно сказала Гермиона, — Главное, что у нас уже есть направление, Фред! — Замечательное направление, — Фред вскинул руки, его голос дрогнул, и он отвернулся, чтобы скрыть эмоции, но плечи его едва заметно тряслись. — Ищем не знаем что и не знаем где, пока наши родные и близкие умирают там, в нашем мире! Гермиона встала со своего места и подошла к Фреду. Она положила руки на его плечи и чуть сжала их, а сама мысленно пообещала себе, что сделает всё, чтобы они не пали духом. — Сейчас волноваться за них не имеет смысла, потому что мы всё равно пока ничего не можем сделать, Фред. Давай лучше сосредоточимся на нас. Тем более, так мы сможем ещё сильнее помочь нашему миру, если вернёмся туда со знанием обо всех крестражах, ведь Дамблдор пока не догадывается, какими могут быть остальные, а мы уже знаем! Фред скрестил руки на груди, его дыхание выровнялось, и слабая улыбка тронула губы — барьер падал. Полумна наблюдала за ними, её сердце наполнялось облегчением, словно этот момент скреплял их союз сильнее любого заклинания. — Ты права. Давай сделаем это, — Фред решительно кивнул, его плечи расправились, а в глазах мелькнула искра былого озорства — словно он уже мысленно планировал, как обойти правила этого мира, как когда-то устраивал розыгрыши в Хогвартсе. — Да, но вам осталось решить одну проблему, — начала говорить Полумна, — Гермионе нельзя выходить из дома вне рабочего времени без мужа. Девушка выпрямилась, её голос стал мягче, но твёрже, подчёркивая реальность, в которой свобода казалась хрупкой, словно паутина. Она переплела пальцы на коленях, готовая к объяснению, а в воздухе повисло напряжение. Гермиона вздохнула, а Фред удивлённо обернулся на неё: — О таком странном правиле я не знал… — Да, я же грязнокровка. — Гермиона! — воскликнули Фред и Полумна в один голос. Возмущение Фреда отразилось в его сжатых кулаках и вспыхнувшем румянце на щеках — он не мог поверить, что слово, которое в их мире было табу, здесь звучит как приговор. Полумна лишь нахмурила брови, всё ещё несогласная с теорией чистоты крови. — Давайте говорить как есть. Меня это не обижает. Полумна, какие у меня ещё есть варианты, чтобы иметь возможность чаще с вами взаимодействовать? Полумна закинула ногу на ногу и внимательно посмотрела на друзей: — Как я уже говорила, тебя могут нанять в дом в качестве прислуги чистокровные семьи… — Отлично! Ты можешь нанять меня? Тогда мы сможем собираться здесь хоть каждый вечер, а на улицу я могу выходить по твоим поручениям, — Гермиона выпрямилась, её глаза загорелись надеждой — такое простое решение могло связать их вместе, и она представила вечера за обсуждением планов, полные тепла и стратегий. Но Полумна покачала мягко покачала головой, её выражение лица отражало сожаление, словно она ненавидела эти правила не меньше друзей: — Гермиона, нанять можно только семьям. То есть мужу и жене. Одиноким чистокровным волшебникам нельзя близко контактировать с маглорождёнными из-за предубеждения, что между нами могут возникнуть чувства. А Тёмный Лорд проводит жёсткую политику в отношении чистоты крови, — ответила она, — Я удивлена, что он вообще разрешил чистокровным вступать в официальный брак с полукровками. Гермиона поникла и вернулась на своё место. Она отпила уже остывший чай и он обжёг горло холодом, усиливая вкус одиночества. Девушка уставилась в чашку, видя в ней отражение своего лица — усталого, но решительного. Её мысли вихрем кружились вокруг её двойника: кем она была? Была ли она такой же упорной, или этот мир сломал её? — Это не проблема, — вдруг сказал Фред, — Я найму тебя, — тут он достал из внутреннего кармана пиджака какую-то латунную пластинку. Гермиона взяла её и прочитала выбитые буквы: «Фред Уизли Статус крови: Чистокровный Семья: состоит в браке с Элеонор Блэк (чистокровная) Дети: » В графе «Дети» были выбиты пустые лунки. — Как я понял, это что-то вроде удостоверения личности, — пожал плечами Фред, наблюдая за Гермионой. Полумна кивнула: — Чистокровные семьи обязаны обзавестись детьми, чтобы магическое сообщество росло. — Какой кошмар, — вздохнула Гермиона, возвращая пластинку Фреду. Тот быстро сунул её обратно в карман, — Твоя…жена… не будет против, что вы меня наймёте? Фред забрал пластинку с лёгкой ухмылкой, но в его глазах мелькнула тень — упоминание о «жене» кольнуло душу, напоминая о чужой жизни, которую он вынужден был вести. — О, не волнуйся, я разрулю этот вопрос. Как я могу с тобой связаться, когда решение будет принято? — серьёзно спросил он. — Грязный тупик, дом 14, — ответила Гермиона, — И я… эм… Тоже замужем. Если что, адресуй письмо миссис Поркинс. Фред не выдержал и расхохотался: — Хорошую партию ты себе нашла, Герми! Но фамилия совсем тебе не подходит, — тут же вернул себе серьёзность он. Потом Фред встал со своего места и направился к выходу, — Мне пора, моя… жена ждёт меня дома. У неё тяжёлый характер. Я найду тебя, Грейнджер, — Фред отсалютовал и вышел из дома. Гермиона и Полумна ещё несколько минут просидели в полной тишине. Полумна уставилась в окно, где луна серебрила листья, мечтая о мире без тени Тёмного Лорда — её мысли витали вокруг отца, чьи идеи теперь могли изменить всё. Гермиона листала блокнот, пальцы дрожали от усталости, но глаза горели: каждая строка была нитью к дому, и она мысленно повторяла формулы, чтобы ничто не ускользнуло от её внимания. Через десять минут девушка встала и тоже направилась к выходу: — Полумна, спасибо тебе ещё раз за помощь, не знаю, что бы я без тебя делала, — сказала Гермиона, остановившись у входной двери. Потом она крепко обняла подругу. — Если я ещё нужна буду, ты знаешь, где меня найти, — улыбнулась Полумна, — Я тоже постараюсь узнать ещё что-нибудь о крестражах. Ну, беги, скоро начнётся комендантский час. Гермиона кивнула и схватилась за ручку двери, но на пороге внезапно обернулась снова к подруге: — А ты… знаешь, где похоронены те, кто погиб тогда, в Хогвартсе? Полумна печально посмотрела в глаза Гермионе и сказала: — Многих забрали родные, чтобы похоронить где-нибудь недалеко от дома. Гарри… Гарри так и не нашли… А Джордж, насколько я знаю, покоится в лесу у «Норы». Дверь скрипнула, впуская прохладный ночной воздух, полный звуков далёких шагов и шёпота ветра — мир снаружи казался враждебным. Полумна опустила взгляд, её глаза увлажнились. Имена Гарри и Джорджа кольнули в груди, как напоминание о цене их битвы, и комната вдруг показалась холоднее. — Спасибо ещё раз. Гермиона вышла из дома и в темноте отправилась в свою лачужку, внутри себя надеясь, что Джулиуса там как обычно нет. Совсем скоро она уедет из этого места и переберётся к Фреду. А когда-нибудь они точно вернутся в свой мир. И всё точно будет хорошо.