Возвращение в Хогвартс

На следующее утро Гермиона проснулась довольно рано, хотя точно узнать время она не могла из-за отсутствия часов в комнате. Солнце взошло в свои владения и пробиралось тёплыми лучами сквозь небольшое окошко в стене напротив её кровати. Девушка встала, наскоро привела себя в порядок и стала ждать — только сама не понимала чего. Выходить из комнаты она не решалась — вспомнила властный и надменный взгляд Элеонор Блэк и предупреждение Фреда. Что ж, во всяком случае, положение Гермионы сейчас чуть лучше, чем если бы она снова проснулась в одной кровати с Джулиусом. От воспоминаний о нём девушку передёрнуло — бедная её местная копия, умная и способная волшебница, которая волею рока оказалась заложницей агрессивного мужа. Гермионе очень хотелось помочь той себе, но как — она пока не знала. Независимо от того, какая миссия их с Фредом поджидала в этом мире, волшебница знала — они вернутся домой, в окружение друзей и родных. Да, там тоже есть зло, но с той информацией, которую они добудут здесь, возможно, им будет проще победить Волан-де-Морта. А эта Гермиона, которая вернётся сюда, продолжит страдать под гнётом новой власти и мужа-тирана. И оставлять её в такой ситуации совсем не хотелось, хотя Гермиона была уверена, что не растеряла бы свои мозги и умения ни при каких обстоятельствах. Несмотря на это знание, ей очень хотелось облегчить жизнь своей копии, поэтому мысленно она поставила ещё одну задачу «на подумать» в своей голове. Её поток размышлений прервал разговор за дверью — девушка сразу узнала голос Фреда и поняла, что он направляется в сторону её комнаты в компании Элеонор. — Выведи её, — в приказном тоне сказала хозяйка дома. Фред учтиво постучал костяшками пальцев в дверь и, не дожидаясь ответа Гермионы, распахнул её. — Гермиона, выйди, — потребовал он. Сначала волшебница возмутилась тону, которым Фред произнёс эти слова, но вовремя взяла себя в руки — всё-таки он тоже играет свою роль. В очередной раз смирившись с положением дел, Гермиона встала и вышла в коридор. Её снова ослепила абсолютно белая фигура Элеонор. Казалось, она, вопреки своей фамилии, не признавала других цветов. — К моему приходу в доме должно быть чисто, — отчеканила Элеонор своим скрипучим голосом. Гермиона моментально вспомнила сверкающий до блеска мрамор в холле и подумала, что работы, в целом, будет немного, — Перебери мои вещи. Отправь на помойку те, на которых есть дефекты — зацепки, дырки, нитки. Грязное — перестирать, высушить и отгладить. И не вздумай утащить что-нибудь себе, я сразу узнаю, — интонационно Элеонор поставила точку, снова оглядела Гермиону сверху и развернулась. Только когда её шаги начали затихать, Гермиона рискнула поднять глаза. И увидела, наконец, Фреда — выглядел он не очень, но чувствовалось в нём что-то прежнее. Вероятно, его выдавала небрежная одежда. Он наконец сменил все эти вычурные строгии мантии, рубашки и фраки на привычную расслабленную футболку — она напоминала те, что он носил летом в «Норе» на каникулах. Фред тем временем поймал взгляд подруги, приложил палец к своим губам, подсказывая молчать, и поманил за собой в ту сторону, куда ушла Элеонор. Гермиона пошла за ним, по пути пытаясь понять, что случилось с Фредом — он был усталым, растрёпанным, а лицо окрасилось в болезненные оттенки. Они вышли в холл, Фред проводил Элеонор до двери, но не дотронулся до неё в этот раз — жена старалась держаться на расстоянии вытянутой руки от него, брезгливо морща носик. Она запахнула свою белую мантию по самое горло и наконец покинула дом. Несколько минут друзья стояли в полной тишине, не сдвигаясь с места. Гермиона с непониманием смотрела на Фреда, который, в свою очередь, стоял к ней спиной у входной двери. Наконец, он весело развернулся на пятках, сладко потянулся и вздохнул. А потом в два шага оказался рядом с девушкой, закинул руку ей на плечи и повёл куда-то. — Может, объяснишь? — сказала Гермиона, вновь оглядывая близнеца Уизли — за те пару минут, что прошли после ухода Элеонор, его облик разительно переменился. Щёки снова порозовели, в глазах играли огоньки энтузиазма, а на лицо вернулась улыбка. — Старый трюк, мы так с Джорджем делали, когда не хотели помогать матери по хозяйству. Отточили признаки болезни до идеала, — Фред подмигнул Гермионе и завёл её в кухню. — Восхитительно, — Гермиона повела бровью и села за стол, пока Фред орудовал у кухонной тумбы, наливая им кофе. — Эй, — Фред изобразил обиду, — Я вообще-то ради нас стараюсь, — он поставил кружку перед подругой и сел на соседний стол. — Вроде это я тут прислуга, а не ты, — парировала Гермиона. — Верно, но вообще-то я тоже должен был уйти на работу в Министерство, — Фред присвистнул, — Прикинь, какая я важная шишка. Хотя я бы предпочёл «Волшебные вредилки. — О как, — Гермиона одобрительно кивнула и отпила кофе, — Значит, ты прикинулся больным, чтобы не идти на работу. Умно. Хоть и старо как мир. — Комплимент от Грейнджер! — воскликнул Фред и прижал руку к груди, — Обязательно повтори это перед Джорджем, когда мы вернёмся. Гермиона прыснула, прикрыв рот рукой. На одно маленькое мгновение ей показалось, что она снова в «Норе» — сидит за завтраком, пока добрая миссис Уизли хлопочет на кухне, а единственный, кто проснулся в такую рань вместе с ней, — это Фред. На сердце стало тепло. Казалось, сейчас придёт недовольный сонный Рон, невыспавшийся Гарри и весёлый Джордж… Что ж, реальность была другой, но Гермиона мысленно схватилась за это ощущение и постаралась сохранить его в сердце, чтобы помнить, ради чего ей надо стараться. Она ведь обещала, что не даст упасть духом ни себе, ни Фреду. — Кстати, об этом, — начала говорить Гермиона, но Фред беззастенчиво её перебил: — Я тут подумал, нам надо начать с Хогвартса. Если Полумна сказала, что у факультетов новые эмблемы, то нам надо больше узнать о них, — Уизли старался быть серьёзным, но у него это слабо получалось. Видимо, когда его не одолевают грустные и тяжёлые мысли, он всегда навеселе. И это его базовая настройка. — Сам догадался? — Гермионе хотелось поддерживать его расслабленное и хорошее настроение всегда, ведь тот Фред, что был тогда у Полумны, её напугал. Нет, конечно, опасности она тогда не чувствовала, но видеть постоянно весельчака таким подавленным и злым было страшно. Она справедливо считала, что если в их тандеме она будет сохранять серьёзность и рациональность, а он — беззаботность, но у них всё получится. Равновесие — это и есть ключ к успеху. — Подышал с тобой одним воздухом, Гермиона, и стал чуточку умнее, — Фред подмигнул и отпил кофе. — Не забудь сказать об этом Рону, может, он примет во внимание твой способ, — девушка улыбнулась, но вновь вернулась к делам, — Я согласна с тобой, надо начать с Хогвартса, только как мы туда попадём? Я — грязнокровка… — Грейнджер! — возмущённо воскликнул Фред. — Фред, уймись, это всего лишь слово и констатация факта. Если бы меня обижали такие вещи, я не выдержала бы в волшебном мире и года. А если мы хотим не выдать себя, то придётся мириться с правилами этого времени, — отрезала Гермиона, — Я, как видишь, уже начала. Фред закатил глаза и откинулся на спинку стула. — В Хогвартс попасть не проблема. Оказывается, я работаю в отделе Чистоты Крови и Идеологической Безопасности, в мои обязанности входит отслеживание неправомерных действий школ и адаптационных центров против доктрины Тёмного лорда, — близнец буквально выплюнул эти слова из своего рта и поморщился, — Мерлин, и как меня туда занесло? В общем, я могу заявиться в Хогвартс с незапланированной проверкой в любое время. Гермиона вскинула брови и на её лице отразилось отвращение. Она покрутила кружку с кофе на столе и вздохнула. — Не смотри на меня так! — возмутился Фред и скрестил руки на груди, — Не знаю, чем тут занимался мой двойник, и мне происходящее тоже не нравится, но сейчас оно играет нам на руку. — Никак я не смотрю на тебя, Фред, — поспешила оправдаться Гермиона, — Просто я немного удивлена. В любом случае, двери Хогвартса для тебя открыты, а как же я? Меня туда точно не пустят, да и жёнушка твоя нагрузила меня работой. Уверена, у неё шкафы ломятся от ослепительно белых вещей. — А я предупреждал, что тебе понадобятся солнечные очки, — Фред снова расслабился и усмехнулся, — Слушай, ты у нас тут не одна в роли прислуги, тут есть ещё домовики, — глаза Гермионы округлились в возмущении, — Пока я тут один, я стараюсь их не загружать работой, — Фред головой кивнул на кофе, который, вообще-то, приготовил он сам, — Но, как ты и сказала, нам надо убедительно играть свою роль. Поэтому предлагаю так — скинем ревизию гардероба Элеонор на домовиков. Она им не разрешает приближаться к своей одежде, потому что считает их грязными, но, будем честны, подмену она вряд ли заметит. Гермиона кивнула и упёрлась локтями в стол, положив подбородок на ладони. Фред продолжал: — Ты пойдёшь со мной, но будешь дожидаться меня в Хогсмиде. Подслушаешь чьи-нибудь разговоры, может, удастся что-то интересное узнать. Я побываю в Хогвартсе, тоже выясню что надо, а потом мы спокойной вернёмся сюда и подумаем, что делать дальше. — Звучит, конечно, хорошо, — начала говорить Гермиона. — Ох, ну давай, разбей мой гениальный план по пунктам, — весело ответил Фред и скопировал позу подруги, также подперев лицо руками. — Но мне нельзя выходить на улицу одной и оставаться там тем более, — закончила девушка. — Ой, как приятно, — Фред погладил по своей груди рукой и мечтательно закрыл глаза, — Я прям чувствую, как по телу разливается тепло от осознания, что я что-то знаю лучше, чем ты. Гермиона закатила глаза и простонала. Её не обижало, что она чего-то не знает, для неё это было обыкновенно — невозможно знать всё в этом мире, как бы она не старалась. Но эта показушность Фреда… Ладно, в этом тоже что-то есть. Он спокоен и расслаблен, а если и знает об этом мире больше, чем она, так это и к лучшему. Откуда бы она могла что-то узнать, находясь в таком положении? — Да-да, гениальный Фред Уизли, преклоняюсь перед твоим умом, — Гермиона по-дружески издевалась, — Но, может, просветишь такую невежду? — Правильно говорить невежа, — Фред улыбнулся и протянул руку, чтобы потрепать подругу по голове. Гермиона звонко рассмеялась, но не стала его исправлять, — Ты же служанка в доме чистокровной семьи, тебе можно быть на улице по поручению твоих хозяев. Так что не переживай об этом. Сейчас вернусь, — он внезапно встал и вышел из кухни. Гермиона откинулась на спинку стула и прислушалась к своим ощущениям. Пока всё шло гладко, но это наоборот настораживало. Она не могла позволить себе и подумать, что всё пойдёт так и дальше, чтобы ожидания не разбились о суровую реальность. Всегда надо быть готовой к неожиданным проблемам. Фред вернулся довольно быстро. Он положил перед девушкой какой-то свёрток и уселся обратно на стул. Гермиона взяла вещицу и, развернув ткань, увидела крохотный золотой нагрудный значок с витиеватой буквой Б. — Фамильный знак отличия. Прикрепишь на видное место и к тебе не будут придираться. Насколько я знаю, такие знаки носят все слуги чистокровных семей, чтобы стража могла их отличать от простых… грязнокровок, — последнее слово Фред произнёс нехотя, с нажимом. Гермиона кивнула и прицепила значок на ткань рубашки. — Что ж, не будем терять времени? — спросила она и встала. — Дай мне десять минут, я оденусь и дам указания домовикам, — Фред тоже подскочил. — Можно я? — с надеждой в голосе спросила Гермиона. Она хотела, чтобы домовики не чувствовали себя уязвлёнными и обязанными. — Гермиона, — мягко сказал Фред и подошёл к ней, вновь закинув руку на её плечи, — Боюсь, они и слушать тебя не станут. В их иерархии вы на одной ступени, ты не можешь давать им заданий. Волшебница нахмурилась, но не стала спорить с парнем. Они вышли в холл, где Гермиона присела на пуф у входной двери, а Фред скрылся в одном из коридоров, пообещав, что скоро вернётся. Пока он переодевался, волшебница задумалась над тем, что неплохо было бы взять с собой свою сумку, которую она так старательно собирала для поисков зеркала. Она быстро сходила в комнату, достала из-под кровати, куда спрятала свои вещи, сумку и вернулась в холл. Через несколько минут туда вышел и Фред — он снова был одет помпезно, в тёмную мантию, под которой виднелась рубашка. — Как меня бесит необходимость так вычурно выглядеть, — Фред нервно пригладил уложенные волосы и вздохнул, — Погнали? Гермиона поправила ему ворот мантии сзади у шеи и кивнула: — Трансгрессируем в Хогсмид? — Да, — подтвердил Фред и открыл входную дверь, пропуская подругу перед собой. На улице стояла удивительно тёплая погода — сухой ветер ласково трепал волосы Гермионы, а весеннее солнце грело лицо. Золотые бабочки парили над головой, а где-то поблизости слышался звук плещущейся в фонтане воды. Даже пахло так приятно…по-весеннему. Хоть что-то в этом мире было привычным и знакомым. Фред закрыл за собой дверь, взял Гермиону под руку и, недолго думая, трансгрессировал. Волшебница, хоть и тренировалась трансгрессии, ещё не практиковалась в перемещениях на такие дальние расстояния. Ощущения примерно напоминали те, что были в зеркале, когда они так глупо попали в этот мир. Внутренности сжимало, голову охватил металлический обруч, да и крутило в пространстве неслабо. Но, благо, перемещение быстро завершилось — и вот они стояли на границе Хогсмида. Деревушка изменилась. Из неё пропали яркие краски, пахло пылью и тоской. Больше не раздавалось весёлого смеха школьников или громких разговоров жителей, пёстрые витрины куда-то пропали, а на их месте были обычные, ничем непримечательные тусклые таблички. Люди здесь были хмурые и старались не ходить в одиночку. Сплошное уныние. Фред и Гермиона шли по знакомым улочкам и каждый думал о своём, но в общем их мысли совпадали — ни одному из них не хотелось задерживаться в этом мрачном мире дольше положенного. От этого осознания решимость Гермионы возросла, хотя ей казалось, что расти решимости уже некуда — она и так полна её. Интересно, как теперь учащиеся Хогвартса проводят свои выходные здесь? И выпускают ли их вообще? Девушка бросила взгляд на дом, в котором раньше располагалось «Сладкое королевство» — они часто заходили сюда с Роном и Гарри во время вылазок в Хогсмид. К счастью, магазинчик существовал и в этой реальности, но он потерял свой прежний шарм. Сладости на витрине выглядели непрезентабельно, покупать такое явно не хотелось: вместо сочных красок и причудливых форм они теперь выглядели… обычно. Будто пластиковые. Фред тоже обратил на это внимание и покачал головой. — Что ж, Грейнджер, оставляю тебя здесь. Смотри не нарвись на неприятности и если что прикрывайся мной, — сказал он, нехотя отпуская руку подруги, — Я постараюсь не задерживаться. Давай условимся встретиться здесь через пару часов. Если получится освободиться раньше, я тебя найду. — Хорошо. Ты тоже будь осторожен, — Гермиона внимательно посмотрела на Фреда. Внезапно она почувствовала укол страха — он был единственным её союзником в этом мире, если не брать в расчёт Полумну. Всё-таки та была местно. Потерять Фреда было нельзя. — Да что со мной случится, — Уизли постарался изобразить привычную беззаботность, хотя Гермиона видела, что он тоже занервничал. Играть свою роль просто, когда ты находишься в более менее привычных условиях. Для Фреда это был дом Элеонор Блэк. А сейчас он шёл в школу, которая уже не была прежней. Он, работник Министерства Магии из бежавшей семьи. Никто из них двоих не знал, как его встретят в Хогвартсе. Гермиона порывисто обняла Фреда и он мигом ответил на объятие. Оба чувствовали, что ещё никогда не были так близки. Спустя пару мгновений он мягко отстранил подругу от себя, отсалютовал, наградив Гермиону улыбкой, и пошёл в сторону Хогвартса. Она долго стояла на месте, смотря ему вслед, а когда его силуэт совсем пропал на горизонте, вздохнула и обернулась, чтобы вновь посмотреть на знакомые дома Хогсмида. *** Фред чувствовал, что каждый пройденный в сторону Хогвартса метр усиливает его тревогу. Сердце начинало ускорять темп, а голова из-за волнения переставала соображать. Такого состояния Уизли давно не ощущал — даже перед первым матчем по квиддичу он чувствовал себя в разы лучше. Остаться одному в незнакомом мире, идти в школу в новой роли, в которой он слабо представлял себя, и не знать, что будет ожидать его в стенах родного замка — то ещё испытание для психики. Перед большими железными воротами Хогвартса Фред глубоко вздохнул и выдохнул, наблюдая, как к нему спешит сгорбленный старик. Время не пощадило и Филча — его осанка всё больше напоминала запятую, а от немногих сальных прядей уже почти ничего не осталось. — Какими судьбами? — проскрежетал завхоз, оглядывая Фреда с головы до ног. — Твоё дело не спрашивать, а открывать мне ворота, — парень постарался придать своему голосу строгость и надменность. Филч сжал губы в тонкую ниточку, что-то недовольно пробурчал и трясущейся рукой вставил длинный ключ в замок ворот. Раздался металлический лязг и перед Фредом предстал путь до школы — та самая тропа, по которой он столько ходил в прошлом. Не глядя на завхоза, Уизли прошёл вперёд и ускорил шаг. Хотелось закончить с этой миссией поскорее. Замок представал перед ним на горизонте во всей своей красе — только шпили самых высоких башен прятались в густом влажном тумане. Атмосфера вокруг была другой, казалось, что от былого веселья и лёгкости не осталось и следа. Теперь тут царило уныние, грусть и какая-то неведомая тяжесть, будто на плечи ложилось огромное старое одеяло — нести его можно, но движения оно сковывало, заставляя делать каждый шаг через неимоверные усилия. Сдавливало даже грудь, становилось трудно дышать. Фред не понимал, это какие-то магические трюки нового мира или его тревога? Тем временем двери замка распахнулись и оттуда показалась невысокая полная дама. Конечно, вся в розовом. Как же ещё. Со своей притворно-сладкой улыбкой и хитрыми маленькими глазками Амбридж сделала пару шагов в сторону Фреда и склонила голову на бок: — Добрый день, мистер Уизли! Рады видеть вас в дверях родной школы, — прощебетала она. Каждое слово сквозило желчью, неумело скрываемой добротой. Фред всегда был чувствителен на запахи, и сейчас он задыхался в окружении ароматов перезрелых персиков, каких-то душных цветов и жжёного сахара. Да, вкус у этой женщины был отвратителен. Уизли постарался не кривить лицо и сохранять спокойствие. — Внеплановая проверка, профессор Амбридж, — ответил он. — Кхм-кхм, — ну какой-же мерзкий звук! — Директор Амбридж, — поправила она Фреда. — Прошу меня извинить, — Фред положил ладонь на свою грудь и чуть склонился. Амбридж пропустила его в школу и вошла следом. Дубовые деревья с тихим шелестом закрылись вместе со свежим воздухом, который мог хоть немного рассеять удушливый парфюм директрисы. — Что ж, тогда вы пришли как нельзя вовремя, — сказала Амбридж, подхватывая Фреда под локоть, — Наши ученики как раз во дворе — на утреннем собрании. Желаете присоединиться или проводить вас в мой кабинет? Фред чуть нахмурил брови. Что ещё за утреннее собрание? В их школьные годы такого бреда не было — после завтрака они отправлялись сразу на занятия. Или на тренировки, если в расписании было свободное время. Что ж, он здесь для того, чтобы выяснить как можно больше новшеств параллельной реальности. — Пройдёмте на собрание, директор, — учтиво ответил он, стараясь держать маску работника Министерства. Вдвоём они медленно вышли во внутренний двор Хогвартса — год назад именно на этом месте Амбридж на виду у всей школы пыталась выгнать профессора Трелони. Фред тогда себе честно признался, что уход учителя прорицания его не сильно расстроил, но то, какое помпезное и гнилое событие сделала из этого эта министерская выскочка, оскорбило парня так, будто его самого позорно исключали. Внешне двор остался тем же, но сейчас в нём находились стройные ряды учеников, поделённые на 4 квадрата — по факультетам. Над каждой фалангой студентов висело призрачное знамя. Фред пригляделся к происходящему. Казалось, что бедным детям не хватает мечей и щитов — и тогда их точно можно отправлять на войну, настолько воинственным выглядело построение. Амбридж отпустила локоть Фреда и двинулась вперёд, занимая своё место перед учениками. Снова притворно-мило прокашлявшись, чтобы привлечь внимание, она начала свою проповедь: что-то про силы, которые не сокрушить, про власть великого Тёмного лорда, которую надо поддерживать не умом, а сердцем, про величие, которое он несёт, и превосходство чистой крови. Все эти бредни мало волновали Уизли — он внимательно рассматривал новые эмблемы факультетов, что парили над головами учеников. В зелёной с серым туманке ярко блистал шестиконечный золотой медальон. Он был закрыт, а цепочка прерывалась на середине. На крышке медальона явно выделялась змея. В жёлто-голубой дымке парила какая-то корона с ярким синим кристаллом посередине. Его обрамляли серебряные крылья, похожие на птичьи, с большим размахом. Длинный и мощный меч со странными иероглифами на лезвии рассекал красные и оранжевые облака, а из небольшого золотого кубка без других опознавательных символов в пустоту падал чёрно-жёлтый туман. От каждого изображения в воздухе веяло тоской, Фред подумал, что от былой величественности не осталось и следа — факультетские знаки отличия стали мёртвыми, бездушными, безликими. Он старался запомнить каждую, даже самую мелкую деталь, чтобы потом в точности описать эмблемы Гермионе, пытаясь не обращать внимания на речи Амбридж. Из мыслительного процесса его вырвал хор учеников: — Во имя Тёмного лорда, — отчеканили студенты каждого факультета и такими же стройными рядами, в которых стояли, направились в школу. Чтобы поток учащихся не сбил его, Фред отошёл к стене и проводил взглядом каждое лицо, которое удалось вырвать из толпы — ученики выглядели безжизненными, уставшими и нездоровыми. Как же их тут теперь учат? Когда двор практически опустел, Фред снова вернулся на своё место, и на него чуть не налетел какой-то профессор. — Простите, мистер Уизли, — раздался знакомый голос. Фред присмотрелся и узнал в профессоре Невилла. — Невилл! — на секунду потеряв осторожность радостно воскликнул парень, — Как жизнь? — Всё хорошо, мистер Уизли, простите, мистер Уизли, мне надо спешить на занятие, — Долгопупс выглядел потерянно и встревоженно. Он на короткое мгновение сжал в кулаке мантию Фреда, обнажив шрам, который уходил от основания большого пальца куда-то под рукав, посмотрел ему в глаза, в которых отражался страх, а потом быстро скрылся в коридоре школы. Поведение старого знакомого сбило Фреда с толку. Он провожал Невилла взглядом, пока совсем не потерял его из виду. В каком ужасном мире живут его друзья… Решимость скорее исправить это место и вернуться домой возросла и почти поглотила тревогу, но тут в его мысли снова вторглась Амбридж: — Итак, мистер Уизли, что бы вы хотели проверить сегодня? — сказала она, вновь подхватывая Фреда под локоть, — Прошу меня извинить, но у нас мало времени. Дело в том, что мы не ожидали такого скорого вашего возвращения, ведь вы совсем недавно были у нас! — Амбридж притворно округлила глаза и улыбнулась, — Или, может, что-то случилось? Поступила жалоба от родителей? — Нет, ничего такого, — ответил Фред, — Недавний случай в адаптационном центре заставил нас обратить внимание на некоторые аспекты, которые давно не проверялись, только и всего. — Вот как! А что же произошло? — казалось, интерес Амбридж был неподдельным. Надо же, когда дело касается того, чего она не знает, она скидывает свою маску. — Не могу сказать, сами понимаете, — Фред постарался улыбнуться. Амбридж остановилась в коридоре и встала перед парнем, обеспокоенно оглядывая его. Потом она протянула руку и положила её на плечо Фреда, едва дотянувшись. В нос снова ударил запах персиков и жжённого сахара. — Понимаете ли, совсем недавно, буквально на днях я была у Министра… И он уверил меня, что всё спокойно. Старается выжать больше информации, старая сука! Ну ничего, Фред отточил навык лжи ещё в школьные годы, с ним ей не справиться. Он медленно втянул воздух носом и также положил руку на плечо Амбридж. — Случившееся пока не дошло до Министра, директор, и я бы попросил вас не распространяться особо. Поверьте, придёт время — и вы всё узнаете. Возможно, Амбридж ему не поверила, но Фреду было всё равно. Он понимал, что вряд ли сейчас выведает что-то новое: Невилл с ним общаться точно не будет, а директриса не скажет ему ничего того, что ему бы могло пригодиться. С учениками тоже не было смысла говорить — учитывая, что разница с их миром составляла несколько лет, в школе не осталось старых знакомых. Хотелось скорее покинуть это место с гнетущей атмосферой. — Директор Амбридж, добрый день! — раздался голос в другом конце коридора. Амбридж и Фред синхронно оглянулись. — А-а, мистер Долохов! Сегодня всё Министерство решило прийти к нам в гости? — добродушно сказала директриса. — Здравствуйте, Уизли, — улыбка Антонина Долохова померкла при виде Фреда, — Не думал, что встречу вас здесь, мне сказали, что вы подцепили какую-то заразу. После этих слов Амбридж с улыбкой отошла от Фреда на пару шагов, внимательно разглядывая его. Чёрт, дело приобретало скверный оборот — надо скорее делать ноги отсюда и забирать Гермиону из Хогсмида. Уизли посмотрел на Долохова, запоминая его черты, и ответил: — Всего лишь слухи, мистер Долохов, — он справедливо отметил, что если этот Антонин назвал его лишь по фамилии, то в иерархии Министерства он явно стоит выше. — Разве? — Долохов изогнул бровь, — Сегодня утром мне об этом сообщила ваша жена. — Я узнаю у неё, почему она решилась вам врать, а сейчас прошу меня извинить — дела, — сердце Фреда бешено билось. Он очень надеялся, что с виду выглядит спокойно. Не стоило сейчас наживать себе проблем с Амбридж и Долоховым. — Как, уже уходите? — воскликнула директриса, — А вы разве увидели всё, что хотели? Неужели проблема в адаптационном центре касалась утренней службы? Долохов перевёл внимательный взгляд с Фреда на Амбридж и обратно и скрестил руки на груди. Дело дрянь. Парень почувствовал, что на лбу выступает холодный пот. — Директор Амбридж, я же просил, — начал он. — Ах, — Амбридж вскинула руки, — Простите-простите! Что ж, мистер Долохов, полагаю, у вас ко мне дело, пройдёмте в мой кабинет, — теперь женщина подхватила под локоть Антонина, но тот не сдвинулся с места. — Проблемы в адаптационном центре? Я ничего не слышал об этом, — проговорил он холодным тоном. Его взгляд пробирал до костей, и Фред почувствовал, что ещё чуть-чуть, и ему придётся бежать, выдавая себя с потрохами. — Никаких проблем, мистер Долохов. Маленькие неурядицы, но я решил убедиться, что в Хогвартсе всё идёт так, как надо, — сохраняя максимальное спокойствие проговорил Уизли. Долохов хмыкнул. — Что ж, буду рад увидеть ваш отчёт о произошедшем, — сказал он и наконец позволил Амбридж себя увести. Фред проводил их глазами и, когда парочка скрылась за углом, выдохнул, оперевшись рукой о стену. Сердце било по рёбрам и стенкам груди, а воздух с трудом проходил в лёгкие. Ноги еле держали его. Надо убираться — и поскорее. Не дожидаясь новых гостей и проблем, Фред вышел из замка и быстро направился в сторону ворот. Кажется, пронесло. Филч семенил за ним следом, бренча ключами и что-то недовольно бурча, но парня мало волновали проклятия завхоза, которые несомненно летели сейчас в его спину. Покинув территорию Хогвартса, он ускорился ещё сильнее, думая о том, что увидел и услышал. Фред на миг испытал облегчение от того, что удалось выйти сухим из воды, но тут в его мыслях возник образ Гермионы. Что за это время могло произойти с ней — беззащитной маглорождённой служанкой? Из-за ситуации с Долоховым в голову лезли не самые радужные мысли. Фред перешёл на бег, чтобы скорее добраться до Хогсмида, и ещё издали заметил копну волос Грейнджер и двух типов в чёрных одеяниях рядом с ней. Чёрт.