Глава 5. Настойчивый поклонник и шепот рун

      Слух о походе в Хогсмид с гриффиндорцами, конечно, дошел и до Слизерина, но реакция была скорее недоуменной, чем враждебной. Для многих Елена оставалась загадкой, а ее поведение — эксцентрикой гения.              На этот раз, когда она спускалась по мраморной лестнице, ее догнал запыхавшийся Блейз Забини. Его лицо сияло самой добродушной улыбкой.              — Елена! Постой!              Она обернулась, и ее каштановые локоны развелись вокруг плеч. Она была в своей стандартной форме: темно-зеленая юбка, идеально сидевшая на ее стройных бедрах и подчеркивавшая длину ног, и блузка, аккуратно обрисовывавшая тонкую талию и изящные изгибы фигуры.              — Забини, — кивнула она, продолжая идти. — Снова предлагаешь экскурсию?              — Нет, нет! — он засеменил рядом с ней, пытаясь попасть в ритм. — Я подумал… Ты же новенькая. Не познакомилась еще со всеми прелестями Хогвартса. Например, есть отличное место у озера, где фестроны иногда танцуют лунными ночами. Может, сходим? Сегодня как раз полнолуние.              Елена замедлила шаг и посмотрела на него с легкой насмешкой в своих огромных зеленых глазах.              — Блейз, это мило. Но, во-первых, фестроны водятся только в Северном море, а во-вторых, твои фразы все еще пахнут натужностью. Попробуй просто говорить «привет» и «как дела». Это срабатывает лучше.              Она мягко ткнула его в плечо, словно разряжая ситуацию, и ускорила шаг, оставив его одного на лестнице. Забини не выглядел обиженным. Напротив, он смотрел ей вслед с глуповатой улыбкой, как завороженный.              — Неудача? — раздался у него за спиной сухой голос Драко Малфоя.              Забини вздрогнул.              — Она… сложная.              — Она тебя видит насквозь, Блейз, — Драко прошел мимо него, его взгляд был прикован к удаляющейся фигуре Елены. — И, кажется, ей не нравится то, что она видит.              Их следующая встреча с Драко произошла на уроке древних рун. Профессор Батшеда Бабблинг, строгая и увлеченная своим предметом волшебница, объявила о парном проекте.              — Вы будете работать над переводом и магической интерпретацией текста, написанного смесью древнескандинавских рун и раннего протогерманского алфавита. Пары я назначаю сама.              Она прошлась взглядом по списку.              — Мисс Романова… и мистер Малфой.              Елена почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки. Она медленно повернула голову и встретилась взглядом с Драко. Он смотрел на нее с тем же непроницаемым выражением, но в его глазах читалось ожидание.              — Кажется, нам придется найти общий язык, Малфой, — сказала она, когда он подошел к ее столу.              — Или создать свой, — парировал он, садясь рядом. — Ты же специалист по языкам, не так ли?              Они договорились встретиться в библиотеке после ужина. Когда Елена пришла, Драко уже сидел за столом в дальнем углу, заваленный фолиантами. При ее приближении он поднял взгляд, и его глаза на секунду задержались на ней. Она сменила форму на простое, но элегантное платье темно-синего цвета, которое выгодно оттеняло ее каштановые волосы и загадочную бледность кожи.              — Я начала предварительный анализ, — сказала она, садясь и доставая свои конспекты, исписанные аккуратным почерком с вкраплениями кириллицы. — Этот отрывок не просто описание ритуала. Это заклинание на сохранение. Возможно, для консервации зелий или… биологических образцов.              Драко молча протянул ей свою книгу — древний трактат по некромантии (конечно же, из семейной библиотеки Малфоев).              — Здесь есть похожий символ. Он обозначает не просто «сохранение», а «заморозку во времени». Отец… — он запнулся, — коллекционировал такие вещи.              Они просидели рядом несколько часов, их головы были склонены над пергаментами так близко, что ее локоны иногда касались его щеки. Он пахнул дорогим одеколоном, холодным воздухом и чем-то еще, что она не могла определить — может, тайной.              — Ты не такая, как я ожидал, Романова, — тихо сказал он, когда они, наконец, собрали свитки.              — А ты… — она посмотрела на него прямо, и при свете библиотечных свечей ее зеленые глаза казались еще глубже. — Ты именно такой, как я ожидала. И одновременно — совсем нет.              Он замер, и в тишине библиотеки было слышно только их дыхание.       — Что это значит?              — Это значит, Малфой, что ты — ходячее противоречие. И мне интересно разгадать, какая часть тебя настоящая. Надменный наследник или тот, кто знает толк в древних рунах и дает советы по зельям.              Она встала, собрав вещи. Ее силуэт вырисовывался на фоне полок с книгами — стройный, изящный и полный скрытой силы.              — До завтра. Не перетрудись.              Вернувшись в гостиную Слизерина, Елена не пошла к камину, где болтали другие студенты. Вместо этого она поднялась в свою спальню, достала мольберт и холст, который привезла с собой. Она набросала углем эскиз — не пейзаж и не портрет, а абстрактную композицию: переплетение линий, напоминавших руны, и темный силуэт, пытающийся их распутать. В этом был весь ее сегодняшний вечер — сложное переплетение символов, слов и взглядов.              А в это время Драко Малфой стоял у своего окна в (спальне для мальчиков) и смотрел на черные воды озера. Он думал не о рунах, а о девушке с каштановыми волосами и глазами цвета весенней листвы, которая смотрела на него так, будто видела все его тайны. И, к своему удивлению, он обнаружил, что ему не хочется, чтобы она отводила взгляд.