Глава 6, в которой Джин Лоран руководит уборкой и находит шкаф

      Наступил второй день. Эван проснулся с ощущением, что его били. Джин, напротив, выглядел невероятно довольным жизнью, будто не он сейчас был прикован наручниками к изголовью кровати.       В тот день Эван чихнул. Один раз. От пыли.       Джин резко прекратил рассматривать ногти и внимательно посмотрел на него.       — Оу. Звучит нехорошо.       — Просто пыль, — пробормотал Эван.       — Конечно, "просто пыль". Так всегда говорят пациенты перед тем, как у них диагностируют острый легочный коллапс. Ты знал, что в этом регионе участились случаи редкого грибкового заболевания, которое начинается именно с такого чиха? Сначала больной считает, что это "просто пыль", а потом у него отваливается нос.       — Что?! — Эван испуганно схватился за нос.       — Я бы провел пальпацию, — серьезно сказал Джин, — но боюсь заразиться. На твоем месте я бы проветрил. И принес мне чай с лимоном. Для профилактики. Моей.       Эван открыл окно.       Но главной драмой второго дня стала не болезнь Эвана. Ей стала уборка.       — Я не могу, — заявил Джин после завтрака. — Я не могу существовать в этом свинарнике.       — Это не отель, — устало сказал Эван.       — Вот именно! В отеле я мог бы позвонить на ресепшен. А здесь у меня есть только ты. Мы будем убираться.       — Мы?       — Нет. Ты будешь убираться. Я буду руководить. Я заложник, у меня стресс. И руки связаны.       Следующие три часа Эван, похититель, подметал и вытирал пыль под чутким руководством своего заложника.       — Вон тот угол! Le coin! — командовал Джин. — Ты пропустил паутину! Une toile d'araignée! Этот паук смотрит на меня с неуважением. Убери его. Vite!       — Нет, не так! Pas comme ça! Ты размазываешь грязь! Сверху вниз, Уокер, de haut en bas! Боже, дай мне сил не смотреть на это дилетантство.       Именно во время уборки Джин и заметил его. Старый, пыльный, но высокий шкаф у стены.       — Хм, — сказал он, прекратив критиковать Эвана.       — Что?       — Спорим, я могу туда залезть? — глаза Джина загорелись нездоровым азартом.       — Зачем?! Тебе не надо туда лезть!       — Это вопрос принципа. И физических возможностей человеческого тела, которые ты явно недооцениваешь. Отстегни наручники от этой дурацкой кровати, будь добр.       — Я не буду этого делать!       — А я буду кричать, — пообещал Джин. — Громко. Буду звать на помощь. Буду петь арии из "Травиаты". Ты же не хочешь, чтобы нас нашли?       Эван, у которого уже не осталось сил спорить, отстегнул его от кровати и защелкнул наручники у него на запястьях.       Джин Лоран, в своем безупречном, но уже слегка помятом костюме, подошел к шкафу.       — Смотри и учись, одуванчик.       Он грациозно, как кот, подтянулся, поставил ногу на полку...       Именно в этот момент раздался оглушительный хруст старого ДСП.       Раздался грохот, облако пыли, которому позавидовал бы любой спецэффект, взметнулось к потолку. Эван закашлялся, отмахиваясь.       Когда пыль осела, Джин Лоран лежал на полу в позе поверженного римского императора. Он не двигался.       — Ты живой?! — в панике подбежал Эван.       Джин медленно открыл один глаз.       — Мой костюм... — прошептал он трагически, глядя на огромный разрыв на рукаве пиджака, который зацепился за гвоздь. — Он пал смертью храбрых в битве с твоей нищетой.       Он закрыл глаза.       — Запомни меня красивым. И принеси печенье. А потом... — он вздохнул, — принеси мне ту... одежду, которую ты нашел в кладовке. Я не могу больше носить этот символ трагедии.