Глава 10. «Нерушимая» крепость избранных

Спустя несколько дней после нападения Лиги последствия продолжали расходиться кругами. Рейтинги героев, попавших в ту злополучную засаду, стремительно падали. Однако другие герои, увидев в этом шанс для себя, лишь удвоили усилия. Они с новым рвением гонялись за мелкими злодеями и с ещё большим усердием позировали на камеры, давая многочисленные интервью. Прямо сейчас Мидория готовил завтрак на кухне убежища, а Тога, напевая что-то под нос, помогала ему с нарезкой овощей. На небольшом телевизоре, висевшем на стене, транслировалось утреннее интервью. Леди Гора, чей костюм сиял ещё ослепительнее обычного, принимала эффектные позы и с пафосом рассуждала о «новых вызовах» и «необходимости сохранять бдительность», стараясь предстать в глазах зрителей новой опорой геройского сообщества. Когда-то Мидория не обращал на это внимания, но теперь видел всё яснее: герои всегда вели себя именно так. Пожалуй, лишь Всемогущий был настоящим героем — тем, кто сражался против истинного зла и вышел победителем, пусть и заплатив за это собственным здоровьем. Изуку перевёл взгляд на Тогу. Она ловко и профессионально шинковала овощи — если бы он не знал о её пристрастии тыкать ножом в людей, можно было бы подумать, что она профессиональный повар. — Ну что, как самочувствие после громкой победы? — раздался у дверного проёма хриплый голос. На пороге кухни стоял седой мужчина в мятом костюме, с небрежно зажатой в зубах сигаретой. — О, мистер Гиран! Всё замечательно! — Тога сияла своей привычной безумной улыбкой, не отрываясь от нарезки. Изуку, не говоря ни слова, решительно подошёл к окну и распахнул его створку. Свежий утренний воздух ворвался в помещение. —Не курите, пожалуйста, в помещении, — мягко, но уверенно произнёс он, глядя на Гирана. Седой мужчина усмехнулся, вынул сигарету изо рта и затушил её о подошву собственного ботинка. —Понимаю, понимаю. Чистый воздух для чистых побед, да? — Его взгляд скользнул по Изуку с нескрываемым интересом. — Смотрю, ты у нас тут не только причудой, но и порядком командовать начал. Неплохо. Они виделись нечасто, но Гиран, помощник Шигараки по подбору кадров для Лиги, уже успел обратить внимание на этого тихого паренька, который так стремительно вошёл в доверие к их хаотичному лидеру. — Я с отличными вестями, — мужчина в круглых очках уверенно прошел по кухне и развалился на стуле, будто был здесь своим человеком. — И что за вести? — спросил Изуку, не отрываясь от готовки. Он медленно помешивал суп, переводя спокойный взгляд на незваного гостя, нарушившего их утреннюю идиллию. — Курогири пробудился, — произнес мужчина с торжествующей улыбкой. — Ва-а-а! — Тога с такой силой шлёпнула нож о разделочную доску, что тот подпрыгнул. Её глаза загорелись восторгом. — Тот самый телепортатор? Надо же! Теперь нам больше не придётся трястись в вонючих грузовиках и прятаться по подворотням! Услышав это, Мидория на мгновение замер, его рука с ложкой застыла над кастрюлей. Телепортация... Это меняло всё. Их мобильность, безопасность, масштаб операций — всё это выходило на совершенно новый уровень. В его глазах мелькнула быстрая, аналитическая искорка, прежде чем он снова принялся за помешивание, но теперь с едва заметной улыбкой в уголках губ.

***

Курогири был одним из немногих ному, уцелевших в наследии Все За Одного. Около десятка измененных трупов всё ещё дозревали в своих огромных колбах, не готовые к пробуждению. Но теперь у Лиги был один из самых ценных экземпляров. Ному обладал собственным разумом, хотя его сложно было назвать полноценным. Главной установкой, как и у всех его сородичей, была защита Шигараки и членов Лиги. Во всём остальном он скорее напоминал идеального солдата — способного безоговорочно выполнять команды, но не склонного к самостоятельным размышлениям. Их первая встреча с Курогири состоялась в тот же день. Ному напоминал сгусток фиолетового дыма, собранный в человеческую форму, с парой светящихся жёлтых глаз, мерцавших в темноте. Несмотря на сферу подавления Мидории, ни его состояние, ни внешний вид не изменились. Возможно, причина крылась в его противоестественной природе ожившего трупа. Рядом с Мидорией Курогири не мог использовать свою причуду, однако его возможности были поистине безграничны. Если переместить членов Лиги внутрь охраняемого объекта, то и сам Диссонанс получал доступ куда угодно. Проникшим оставалось лишь разобраться с мерами безопасности, и тогда ни одна крепость не могла бы считаться неприступной.

***

Поздним вечером Изуку оказался один в общей комнате. На экране телевизора сменяли друг друга яркие рекламные ролики U.A. — те самые, что когда-то заставляли его сердце биться чаще. «Мы воспитываем лучших героев для лучшего будущего!» — вещал с экрана бодрый голос за кадрами с летящими на помощь силуэтами. Когда-то эти слова были для него молитвой. Теперь они вызывали лишь горькую усмешку. «Лучших героев», — мысленно повторил он. «Лучших для кого? Для системы, что лелеет одних и отвергает других?» Перед его внутренним взором всплыли строчки из того самого письма: «Ваша причуда признана фундаментально несовместимой с принципами геройской работы...» Какое чудовищное высокомерие! Виноваты не только герои, слепо следующие уставам. Виновато общество, что требует безупречных спасителей с «удобными» причудами, отвергая всех, кто не вписывается в их идеальную картинку. Система, где таких, как Тога или Спиннер, клеймят изгоями, а таких, как он, объявляют угрозой. «Беспричудный Деку», — снова зазвучал в памяти голос Бакуго. «Соучастник», — эхом отозвался голос диктора из новостей. Система не оставила ему выбора. Сначала она объявила его никем, а потом — монстром. Они прячут своё будущее, отгораживая его от тех, кто им неугоден. Ошибочно полагая, что это спасёт их иллюзии. Пора обрушить и стены, и ложь, на которой они стоят. Следующая цель — их святыня. Академия U.A. Покажем, что никакая крепость не устоит перед правдой.