Предисловие к главе 4. Встреча хищников

Две недели до приезда Максима. Университет.

      Дмитрий Александрович увидел Максима впервые на факультативе по клинической психологии. Это был четверг, вторая половина дня, когда солнце уже начинало клониться к горизонту, бросая длинные тени через окна аудитории. Обычно на факультатив приходило человек десять — самые заинтересованные студенты, те, кто действительно хотел понять механизмы человеческой психики. Но в тот день профессор сразу заметил нового человека.       Максим сидел в последнем ряду, одетый в чёрную рубашку и джинсы, его серые глаза следили за каждым движением профессора с холодным, почти хищным интересом. Он не записывал заметки, как остальные студенты. Он просто слушал, наблюдал, анализировал.       Дмитрий Александрович вёл лекцию о садомазохистских наклонностях в человеческой сексуальности, об их происхождении из детских травм и о том, как они могут быть трансформированы через терапию. Он говорил об этом с научной дистанцией, как будто это был просто ещё один аспект психологии, но его глаза скользили по аудитории, ища тех, кто реагировал на его слова более остро, чем следовало.       Максим был единственным, кто не моргнул, когда профессор описал сцену, где садист доминирует над мазохистом. Его выражение осталось неизменным, почти скучающим, как будто он слышал всё это раньше и знал это лучше, чем лектор.       Интересно, — подумал Дмитрий Александрович, продолжая лекцию. — Этот парень не просто заинтересован. Он знает. Он чувствует это в себе.       После лекции, когда студенты начали расходиться, Дмитрий Александрович остановил Максима у двери.       — Простите, — сказал он, его голос был мягким, дружелюбным. — Вы новенький на факультативе?       Максим повернулся, его холодные серые глаза встретили взгляд профессора без всякого стыда или смущения.       — Да, — ответил он просто. — Я недавно перевёлся на ваш факультет. Максим.       — Дмитрий Александрович, — представился профессор, протягивая руку. Максим пожал её, его рукопожатие было твёрдым, контролирующим. — Мне понравилась ваша реакция на лекцию. Вы выглядели... не удивлённым.       Максим улыбнулся слегка, но его улыбка не достигла его глаз.       — Потому что я не был удивлён, профессор. Вы говорили о садомазохизме так, как будто это патология. Но я думаю, что это просто честность. Некоторые люди рождены для того, чтобы доминировать. Другие — чтобы подчиняться. Это природа, а не болезнь.       Дмитрий Александрович почувствовал, как что-то зажглось в его груди. Этот парень был опасен. Опасен тем, что он понимал вещи, которые большинство людей боялись даже признать.       — Интересная точка зрения, — сказал профессор осторожно. — Я хотел бы обсудить это с вами подробнее. Может быть, выпьем кофе?       Максим кивнул.       — Хорошо, но я предпочту что-то покрепче.

Кафе. Вечер того же дня.

      Они встретились в тихом баре недалеко от университета. Дмитрий Александрович заказал виски, Максим — водку. Они сидели за столиком в углу, подальше от других посетителей.       — Расскажите мне о себе, — начал профессор, отпивая свой виски. — Что привело вас в психологию?       Максим смотрел на свой стакан, прежде чем ответить.       — Я хотел понять себя, — сказал он медленно. — С тринадцати лет я знал, что я другой. Что то, что меня возбуждает, не то, что возбуждает других парней. Мне нравится боль. Не моя боль — чужая. Мне нравится видеть, как кто-то страдает, как кто-то ломается. И я хочу знать, почему.       Дмитрий Александрович слушал внимательно. Это было именно то, что он ожидал услышать, но слышать это от такого молодого, уверенного человека было... волнующим.       — Вы когда-нибудь действовали на эти желания? — спросил профессор.       Максим посмотрел на него прямо.       — Да. Несколько раз. С девушками, которые согласились. Я был честен с ними. Я сказал им, что я хочу. И они согласились, потому что им была любопытно. Или потому что они тоже искали что-то.       — И что произошло?       Максим усмехнулся.       — Некоторые сбежали после первого раза. Но некоторые... некоторые вернулись. Потому что они нашли что-то, что они не знали, что они ищут. Они нашли освобождение через подчинение.       Дмитрий Александрович кивнул медленно, его ум работал быстро, анализируя каждое слово.       — Я работаю над... экспериментальной терапией, — сказал профессор, наклоняясь ближе. — Я помогаю студентам с травмами через нетрадиционные методы. Методы, которые включают сексуальное взаимодействие.       Максим поднял бровь, но его выражение не изменилось.       — Вы говорите о том, что вы трахаете своих студентов под видом терапии?       Профессор засмеялся, но его смех был холодным.       — Грубо, но точно. Да. Я обнаружил, что многие травмы сидят глубоко в теле, в сексуальности. И что единственный способ их разрешить — это через прямое взаимодействие.       Максим выпил стопку, его глаза никогда не покидали лицо профессора.       — И вы контролируете всё это? Вы единственный, кто доминирует?       — До сих пор — да, — ответил профессор. — Но я понимаю, что система может выиграть от... дополнительной силы. Кто-то, кто может принести другой подход. Кто-то, кто не боится идти дальше, чем я.       Максим улыбнулся наконец, и эта улыбка была хищной.       — Вы предлагаете мне присоединиться к вашей... терапии?       — Да, — сказал Дмитрий Александрович. — Я предлагаю вам возможность быть собой полностью, без страха суда или последствий. У меня есть коттедж за городом, где мы проводим сессии. У меня уже есть несколько студентов, которые участвуют. Настя — девушка, которая ищет одобрения через секс. Алексей — парень, который боится своей маскулинности. И скоро будет Лена — девственница, которая боится своего тела.       Максим слушал, и его дыхание стало немного тяжелее.       — И что вы хотите от меня?       — Я хочу, чтобы вы показали им настоящую власть, — сказал профессор. — Я хочу, чтобы вы показали им, что значит быть полностью подчинённым. Потому что я подозреваю, что вы можете идти дальше, чем я готов идти.       Максим кивнул медленно.       — Когда?       — Через две недели. Я дам вам адрес.       Они обменялись взглядами, и в этом взгляде было понимание. Два хищника, которые нашли общую арену, где они могут проявить свою природу.

Неделю спустя. Телефонный разговор.

      Максим позвонил профессору через неделю. Его голос был спокойным, но Дмитрий Александрович слышал нетерпение под поверхностью.       — Я думал о вашем предложении, — сказал Максим. — И у меня есть несколько вопросов.       — Конечно, — ответил профессор, сидя в своём кабинете в университете. — Спрашивайте.       — Насколько далеко я могу идти? Есть ли границы?       Дмитрий Александрович задумался.       — Единственное правило — никто не должен быть травмирован необратимо. Физически или психологически. Но в пределах этого... вы свободны.       — Хорошо, — сказал Максим. — Я буду там.

За день до приезда. Подготовка.

      Дмитрий Александрович собрал Настю, Алексея и Лену в коттедже накануне приезда Максима. Он объяснил им, что завтра приедет новый человек, который будет участвовать в их терапии.       — Его зовут Максим, — сказал профессор, глядя на них всех. — Он отличается от меня. Он более... прямой. Более жестокий. Но это часть процесса. Это часть вашего исцеления.       Настя кивнула, её глаза блестели от интереса. Алексей выглядел испуганным, но покорным. Лена была бледной, её руки дрожали.       — Я хочу, чтобы вы доверились ему, — продолжил профессор. — Доверились процессу. Даже если это будет больно. Даже если это будет страшно. Потому что на другой стороне этого — свобода.       Настя первая задала вопрос.       — А он... он будет делать то же самое, что и вы?       Профессор покачал головой.       — Нет. Он будет делать больше. Намного больше.       И в этот момент Дмитрий Александрович понял, что он сделал выбор, который изменит всё. Что приглашение Максима в этот дом было не просто добавлением ещё одного участника. Это было приглашением конкурента, хищника, который может в конечном итоге захватить контроль.       Но Дмитрий Александрович был слишком любопытен, чтобы остановиться. Он хотел видеть, что произойдёт, когда две силы столкнутся в этом пространстве. Хотел видеть, кто окажется сильнее.       И на следующий день чёрный «БМВ» подъехал к коттеджу, и Максим вышел из него, готовый начать.