Глава 4. Договор.

      Я с удивлением поняла, что свой вопрос произнесла вслух. Вдруг резко отпрянула, удивлённая собственной реакцией. Повисло неловкое молчание, в котором было слышно только наше дыхание.       Ториэль не двинулся с места. Он не обернулся, но его плечи под моей ладонью внезапно напряглись, будто он нёс на них невыносимую тяжесть. — Ты спрашиваешь, что нас связывает? — его голос прозвучал приглушённо и глухо, словно доносился из глубокой пещеры. — Меня... связывает с тобой предательство. Моё собственное.       Он медленно повернулся, и в его синих глазах бушевала буря из боли и ненависти — к себе, к миру, к сложившимся обстоятельствам. — Мою жену и дочь убили люди. Их не стало в ту самую войну, о которой я тебе рассказывал. После этого во мне осталась только пустота, холод и одна мысль: я ненавижу их. Всё человеческое. Я поклялся уничтожить это.       Он замолчал, его взгляд стал отречённым. — А потом... мне стала являться Элитрис. В видениях она показывала мне тебя. Твой образ, твой свет... Он стал единственным, что согревало ледяную пустыню моего сердца. Я... влюбился в призрак. В сон.       Его пальцы с такой силой впились в край стола, что кости побелели. — И тогда мы решили атаковать поселение полукровок на окраине леса. Я возглавил тот рейд. И там... там я увидел тебя. Настоящую. Ты сидела на берегу озера, запрокинув голову к луне, и была... прекрасней, чем в любом из моих снов. Ты была живым воплощением того видения. И в тот же миг я узнал. Узнал от пленного, что твой отец — человек. Существо, уничтожившее мою семью.       Ториэль поднял на тебя взгляд, полный ужасных мук. - Богиня послала мне спасение в облике дочери убийц моей семьи. Моя клятва мстить и моя клятва следовать за ней... они разорвали меня на части. Украсть тебя для Арвелуса было самой простой частью. Сложнее было... не прикоснуться к тебе. Не позволить этому безумию поглотить меня целиком. Вот что нас связывает, Исмираэль. Проклятие.       Молча я старалась дышать, ведь от откровений Ториэля воздух вышибло из лёгких. Я полукровка. У меня есть дом. Но почему к своему похитителю я не чувствую ненависти или ужаса? - Что нужно Арвелусу от меня? Зачем ты меня выкрал? — уняв дрожь в голосе, спросила я. — Он считает, что полукровки — ключ к выживанию эльфов, что в вас больше эльфийского, чем людского. Все, что нам нужно было в поселении - набор женщин для того, чтобы сделать их наложницами — В его голосе прозвучало отвращение. — Я ненавидел этот план, но... его доводы о вымирании нашего народа были сильнее. Однако два дня назад люди напали на наш аванпост и освободили пленниц. Зачем — не знаю до сих пор. Но во время побега ты сорвалась с водопада. Я ринулся за тобой, но внизу... не было ничего. Ни тела, ни крови. Ты будто растворилась в тумане. А на следующее утро я нашёл тебя на том камне — живая и невредимая. Эсталь считает, что тебя спасла сама богиня, ты явно с ней связана, ведь видения с тобой вижу не только я. - Что это за богиня? - тихо спросила я. Ториэль отвёл взгляд к синеватому огоньку под потолком, и его черты смягчились, наполняясь благоговейным страхом. —Элитрис... Её имя значит «Ткущая Свет». По легендам, в начале времён она сплела из лунного света и первозданного мрака саму ткань этого мира. Легенды также гласят, что она является на грани гибели целых народов, чтобы указать путь к спасению. Но её спасение... оно никогда не бывает лёгким. Оно требует жертв и искупления. Она явилась мне, показав тебя. А затем спасла тебя от верной смерти. Это значит лишь одно — ты не случайная пленница, Исмираэль. Ты — часть замысла, который мы не в силах пока объять. - Значит, Элитрис спасла меня от смерти... — тихо прошептала я. Внутри меня расплылось теплое,почти пугающее чувство благоговения. Я жива лишь по воле богини. Я должна понять и исполнить её волю, чего бы мне это ни стоило. А может, я «не должна», а меня заставили? — циничная мысль скользнула и растворилась, не в силах противостоять осознанию чуда моего спасения. — Это сложно, за пару дней понять и вникнуть в своё прошлое и наше будущее, но я постараюсь тебе помочь.       Мою руку, покоившуюся на плече Ториэля, накрыла его тёплая и сухая ладонь. Он сжал мои пальцы и на мгновение прикоснулся к ним губами. В этом жесте была не только благодарность, но и что-то беззащитное, чего я в нём ещё не видела. — Смотри, — его голос прозвучал приглушённо, будто они с свитком были старыми союзниками, — это решит судьбу не только нашего леса. Мы готовили его больше века и не имеем права отступить. План Арвелуса провалился слишком быстро и легко... Может, потому, что в него никто не верил по-настоящему. Мы устали от войны. От смертей. Эльфы... мы хотим просто жить.       В его глазах стояла такая боль, будто имя каждого павшего было выжжено на его душе.       Я развернула свиток. Текст был разделен пополам. Строчки, написанные с одной стороны размашистым человеческим почерком, а с другой — изящной вязью эльфийских знаков, говорили не о войне, а о мире. О границах. О праве полукровок на выбор. О ночи, когда лунный свет должен был скрепить договор, способный перевернуть всё.       Я подняла на Ториэля взгляд. —Ты рискуешь всем. —Мы уже всё потеряли, — тихо ответил он. — Теперь пришло время что-то вернуть.