Глава 9

      Она сможет.       Она – Ледибаг.       Яростно притоптывая ногой, она смотрела прямо на противника. В её силах одержать победу. В её силах…       Щёлк! – Тьфу! – выплюнула Маринетт. – Боже мой… – фыркнула Аля, стоящая у кухонного островка и помогающая кормить неугомонных квами, пока её сидящая за столом подруга пыталась нарисовать хоть что-то дельное. – Это уже второй съеденный тобой карандаш за сегодня.       Неудачно попытавшись произнести "заткнись" сквозь кучу деревянных щепок во рту, Дюпэн-Чен взяла салфетку, сплюнула в неё всё инородное и выкинула в ближайшую мусорку. Взяла другой карандаш – похоже, сегодня придётся работать с 2H.       "Сюда бы подошёл ремень", – подумала она, тут же добавив задуманное к скетчу.       Она обещала себе, клялась начать шить ещё несколько дней назад, но так и не продвинулась дальше зарисовок. Уже подумывала снять свою кандидатуру, ибо по какой-то причине толком не могла сфокусироваться, вечно отвлекалась вне зависимости от обстановки.       Может, стоит использовать чёрный. Его-то невозможно испортить.       Закрасила корсаж жакета гораздо более мягким грифелем, чем могла бы, не раскуси она свой 3B, и подчеркнула молнию.       Чего-то не хватает. Может…       Бубенчик.       Громко простонав, Маринетт откинулась на спинку стула. – Аля, ты ведь смотрела репортаж о последней битве с акумой? – И сделала о нём пост в Ледиблоге, – ответила Сезар, бросив Сассу кусочек тофу, прежде чем повернуться к собеседнице лицом. – А что? – Ничего не показалось тебе… – похлопав руками по столу, Дюпэн-Чен огляделась и заговорщически наклонилась к подруге. – …Странным? – Страннее, чем обычно? – фыркнула та. – Нет. О чём ты?       Скрестив руки на груди, она прикусила внутреннюю сторону щеки. Неудивительно, что Аля не поняла – она, в конце концов, была просто зрителем. – В плане… ты не замечала, что Кот Нуар ведёт себя немного… странно? Нет? – Разве? – глаза Сезар расширились. – Мне казалось, он вполне себе… – Он так спешил! – стуча пальцами по руке, заметила Маринетт. – Обычно ему нравится сражаться со мной, но сегодня он с чего-то вёл себя так, словно был готов на что угодно, лишь бы побыстрее разобраться конкретно с этой атакой и уйти… – Атакой Месье Голубя. – напомнила Аля, заставив подругу надуться. – Битвы с которым он всегда ненавидел и с которых желал поскорее смыться. К тому же, разве у него нет аллергии на перь… – Это ещё не всё! – перебила она, и говорящая тут же замолкла. – Он… Аля, он ни разу за всю битву не назвал меня "Моя Леди". – Имеешь в виду… – начала Сезар, смотря на собеседницу так, будто у той вдруг выросла вторая голова. – Битву, которая длилась три минуты? Серьёзно? – Да, серьёзно! – выплюнула Дюпэн-Чен. – ни "Багинетт", ни "Клопа"... – О, так теперь он зовёт тебя "Клопом"? – усмехнулась Аля, заставив щёки подруги залиться алым. – Как мило. – Смысл в том, – наклонившись вперёд, Маринетт прижала указательный палец к столешнице, подчёркивая свою мысль. – Что что-то было не так. – Если здесь с кем-то что-то и не так, так это с тобой. – улыбнулась Сезар, поймав на себе полный замешательства взгляд собеседницы. – Конечно, меня там не было, но ничего из услышанного не кажется мне реально странн… – Речь не только про сегодня! – продолжала Дюпэн-Чен. – Всю… всю последнюю неделю он какой-то не такой! – Последнюю неделю… – повторила Аля себе под нос. – …А. Так поэтому ты вела себя так странно всё это время? Потому что думала о Коте Нуа… – Для меня нет ничего странного в том, чтобы думать о нём! Он мой друг! – шикнула на неё собеседница. – Я не говорила, что думать о нём – странно. – усмехнулась Сезар, и ответом ей послужил громкий стон. – Странно ведёшь себя именно ты! – Неправда! – Маринетт, ты так и не сказала мне, что не так. – вздохнула Аля. – Понимаю, ты волнуешься, но всё, что я услышала в твоих словах – то, что вы очень эффективно сразились с Месье Голубе... – Кто сказал, что что-то не так? Я такого не говорила! – Что? – изумлённо моргнула Сезар. – Я за него рада! – воскликнула Дюпэн-Чен, сказав полную правду, ибо это она и есть. Самая правдивая правда из всех правд. – …Хорошо, теперь я совсем тебя не понимаю. – пробормотала Аля, в ответ награждённая сухим смешком. – Что-то мне подсказывает, что ты мне не всё договариваешь. – Ладно, хорошо, постараюсь яснее. – вытащив второй стул, Маринетт положила на него ноги, устраиваясь поудобнее. Подруга её, в свою очередь, в ожидании облокотилась на кухонный шкаф. – Первое, сегодня он торопился. – она подняла один палец, затем второй. – Второе, за всё сражение ни разу не назвал меня ни одним из тех милых прозвищ… – Разве они тебя не раздражали? – легко заломила бровь Сезар. – "Моя Леди" – никогда. – усмехнулась Дюпэн-Чен, игнорируя ухмылку на губах собеседницы и поднимая третий палец. – Третье, пару дней назад он пришёл в номер только где-то после двух ночи… – В этом есть что-то необычное? – спросила Аля. – В плане… Ты, например, никогда не спишь в это время... – Ну, я, он… – растерялась Маринетт. – Для него это чуть менее характерно! – Значит, ничего необычного. – сделала вывод Сезар, в ответ получив только закатанные глаза. – Четвёртое, – вверх поднялся ещё один палец. – Вчера он абсолютно не пытался со мной обняться, и мне пришлось стать инициа… – Подожди! – воскликнула Аля. – Ты ведь говорила, что вы не обнимаетесь, пока не заснёте! – Ну… – покраснела Дюпэн-Чен. – Я… Я… Всё меняется! Хорошо? – Мари-нетт! – смеясь, пропела её подруга. В комнате вдруг стало безумно жарко. – В каких вы с Котом Нуаром отношениях?! – Платонических! Платонические друзья, которые платонически обнимаются! – прошипела она. – И профессионально! Не имеет значения! А что имеет, так это то, что он не стал инициа… – Он тебя оттолкнул? – Конечно нет, но… – Может, просто устал.       Покачав головой, Маринетт подняла пятый палец: – Пятое, после битв он вечно ведёт себя так, словно ему куда-то надо… – Например… – сощурилась Сезар. – …На работу? Или встречу с друзьями… – Или свидание! – громче обычного воскликнула Дюпэн-Чен, убрав ноги со второго стула и для выразительности ударив кулаками по столу. – О… о… ооооооо. – протянула Аля, вдруг засмеявшись так, словно всё вдруг поняла, хотя на деле не поняла ничего. – Я знаю, что ты скажешь! – защищалась Маринетт, указав на собеседницу пальцем. – Скажешь, что я ревную… – Это твои слова, не мои. – по-дурацки ухмыльнулась Сезар, ударившись кулачками с Триккс. – Но это не так! Говорю же, я за него рада! – С чего ты вообще взяла, что он в отношениях? Мне это кажется очень… – Я не говорила, что он с ней встречается, я говорила про свидание. – прошипела Дюпэн-Чен. – Конечно она ему не девушка, иначе он бы не делил со мной постель… – Она... – еле слышно повторила Аля. – Кто "она"? – Его дев… Подружка! – фыркнула Маринетт, откидываясь на спинку стула. – Его… Его милая, идеальная, маленькая подружка. – Ну, теперь понятно. – усмехнулась Сезар. – Расскажи мне побольше об этой его "подружке". – Он рассказывал мне о ней на прошлой неделе. – с сухой ухмылкой вздохнула Дюпэн-Чен. – Болтал о ней без умолку, о том, какая она, мол, "талантливая" и "умная", как он всегда её замечает, потому что она "освещает пространство вокруг" – спародировала она голос напарника, показывая пальцами кавычки. – Как он "хотел бы быть ближе" к ней, как она ему "очень нравится", какая она "смешная"… – Он, я смотрю, только о ней и говорил, а? – …а потом рассказал мне, как она в него влюблена! – прошипела она. – Подожди, серьёзно? – вытаращила глаза Аля. – И что, сказал, что это взаимно? – Нет! Он даже не понимает, что нравится ей! Сначала начал расхваливать её смелость, потом вдруг упомянул, что она, вообще-то, необъяснимым образом "пугается" и "краснеет", как только он рядом! – …А. – Не похоже было, что Сезар согласна с её доводами – от этого у неё скрутило живот. – Мне просто кажется это… странным. – Откинувшись на спинку стула, тяжело вздохнула Маринетт. – Вот и всё. Когда до него дойдёт, что она в него влюблена – всего лишь вопрос времени. Может, она вообще признается, или, наоборот, он ей, и тогда… – И тогда? – мягко переспросила Аля. – …Мне, наверное, придётся привыкнуть ложиться в одиночку. – пожала плечами Дюпэн-Чен, крепко обнимая саму себя. – О, милая… – вздохнула её подруга с сочувствием в глазах. – Понимаю, как это, должно быть, больно… – Больно? – ахнула она, поворачиваясь лицом к Сезар. – Думаешь, она сделает ему больно? – Чт… – отшатнулась та. – Что? Я не это имела в… – Хорошо, что ты упомянула об этом. – вскочила со стула Маринетт, начиная взволнованно расхаживать из стороны в сторону. – У меня не было достаточно доказательств, чтобы предположить такой исход, но, на деле, я тоже о таком думала… – Подожди… – …Потому что Кот Нуар – чудесный парень, и он заслуживает счастья, а если кто-то собирается его ранить, то мой долг, как хранительницы и его партнёрши… – Маринетт… – …Защитить его от любого, кто может попытаться им воспользоваться! – Боже правый… Прямо как с Адрианом. – Что? – удивлённо моргнула Дюпэн-Чен. – Ровно так же ты себя вела, когда узнала о "подруге" Адриана. – покачала головой Аля. – И тогда я даже понимала твою реакцию, но… – Так ты согласна! Их ситуации схожи, и им обоим рано или поздно сделают боль… – У нас нет причин думать, что в случае Кота Нуара всё закончится плохо! – заметила она. – Похоже, что та девушка тоже ему нравится! Маринетт, больно будет только тебе, если… – С чего бы? – заломила бровь Дюпэн-Чен. – Потому что у тебя, очевидно, есть какие-то неразрешённые чувства к Коту Нуа… – Пффф… Что? Я… Я… Нет! – громко рассмеялась она. – Он мне как… как… лучший друг! Такой же, как и ты… – Какие-то подавленные чувства к Коту Н… – Нет у меня к нему никаких чувств! – выплюнула Маринетт. – Если, конечно, под "чувствами" ты не подразумеваешь крайний профессионализм и платоническую привязанность! – Не нужно этого стыдиться! Честно говоря, это было очевидно с самого начала… – Что именно?! – не успокаивалась она. – То, что он тебе нравится! Не платонически! Маринетт, вы постоянно флиртуете и каждую ночь спите вместе… – Боже мой, – простонала она, делая шаг назад. – Ты ошибаешься! Мне, конечно, будет немного грустно, если у него появится девушка, так как в таком случае он станет проводить меньше времени со мной, а он мой друг, и я, естественно, хочу проводить с ним время, как с другом, но это не значит… – О, Маринетт… – вздохнула Сезар с такой жалостью в глазах, что её собеседнице захотелось рвать на себе волосы. – Знаешь что? – вдруг фыркнула Дюпэн-Чен, хватая со стола свой дурацкий скетчбук, не обращая внимания на то, как остальные карандаши скатились со стола и с характерным звуком ударились об пол. – Разговор окончен! Мне всё ещё нужно сделать дизайны. – Я не хотела тебя расстроить… – И не расстроила! – процедила она сквозь зубы, разворачиваясь на пятках и уходя в свою комнату. – Всё в порядке!

***

      Она не могла отвести от него глаз.       Кот Нуар бежал, перепрыгивал с крыши на крышу, а Ледибаг просто плелась за ним, не пытаясь сравняться или обогнать, как обычно делала во время патрулей.       Вместо этого она наблюдала.       Наблюдала за тем, как он, как всегда на высоте, крутил эти ненужные, однако до жути завораживающие сальто, подпрыгивал и вертел жезл в руках со столь же ненужным и милым задором. Думала, делал ли он это всегда, или только когда знал, что она смотрит.       Остановился на одном из зданий, убрал шест за спину и окинул взглядом находящийся внизу парк. Она, в свою очередь, приземлилась неподалёку, сохраняя дистанцию в несколько метров и вновь позволяя себе украдкой пройтись по нему глазами.       "Он тебе нравится! Не платонически!" – гудели, не переставая, в голове слова Али, и она невольно прищурилась, оценивающе глядя на напарника.       Что ж, хорошо. Может, чем-то он её и привлекал, но нет смысла придавать этому особое значение. Всех привлекал Кот Нуар. Объективно красивый, милый, с чарующим обаянием и глупой, неотразимой кошачьей мордой – Баг давно это поняла. Тело его облегал чёрный кожаный костюм с ушками и хвостом, оставляющий очень мало пространства для воображения, да и ей ли не знать, сколько усилий он вкладывал в свою внешность даже в гражданском обличии (столько же, сколько Адриан Агрест – супермодель в прямом смысле этого слова). Однако это не делало её влюблённой – просто не слепой.       И даже то, как она блуждала взглядом по его телу, прикусывая губу и стараясь запечатлеть в памяти каждый изгиб, не означало, что Аля права. – Ты в порядке? – спросил Нуар, поворачиваясь к ней и едва не заставляя её выпрыгнуть из костюма от неожиданности. Ей очень хотелось надеяться, что её не поймали. – А… Что? – выдавив небольшой смешок, она встретилась с ним глазами, тут же почувствовав, как к щекам приливает жар, а сердце сжимается от проявленной им заботы. – Весь сегодняшний патруль ты была позади. – заметил он, окинув её оценивающим взглядом. Под касанием его взора она, кажется, забыла, как дышать. Даже, быть может, вспотела, несмотря на ночную прохладу. Спустя пару секунд он подался вперёд, сверкая озорством в кошачьих зрачках и нахальной улыбкой. – Что? Нравится вид?       Это была шутка. Ледибаг хорошо его знала, и он, безусловно, шутил. Так же, как и обычно, причём конкретно эти слова она слышала уже около сотни раз в абсолютно разных ситуациях, но сейчас они, вообще-то были правдой, и не исключено, что то было им понято. – Прости, котёнок, – выйдя из оцепенения, проворковала она, легонько щёлкнув по его колокольчику. Возможно, именно такие их разговоры Аля назвала "флиртом". И была не права. Потому что происходящее – обычное подтрунивание друг над другом, а то, как от любого её прикосновения краснеют его щёки и расширяется улыбка? То, как ей это нравится? Не имеет веса. – Ты не так интересен, как думаешь. – солгала она. – И в чём тогда дело? – спросил он, выпрямившись, подперев подбородок двумя пальцами и глядя на неё своими глупыми, дерзкими, полуприкрытыми глазами. – Уже устала? Не терпится оказаться в моих объятиях, Клоп?       …Но что если это и был флирт? Она прекрасно знала, что как только он вступит в отношения, им придётся перестать делить кровать, но придётся ли заодно сменить тон друг с другом? Продолжит ли он шутить и давать ей прозвища, как сейчас? Останется ли у него вообще время на то, чтобы бродить с ней по крышам?       Ей не хотелось, чтобы что-то из этого исчезало, но чувство того, что их дуэту осталось немного, наотрез отказывалось её покинуть. Нужно было ценить проводимые с ним минуты как можно сильнее, ибо та девушка может признаться в любой момент, и тогда всё точно порушится.       Всё напряжение между ними, которое строилось годами, просто… сойдёт на нет… и исчезнет. Безвозвратно.       Напряжение. С каких пор между ними напряжение? Не то чтобы ей доводилось слышать о "платоническом напряжении".       Голос Али продолжал упорно звенеть в висках, и она не менее упорно продолжала его игнорировать. – Полагаю, у меня был тяжёлый день. – вильнув бёдрами, протянула Баг, поддерживая зрительный контакт, вероятно, чуть дольше необходимого, но не находя в себе сил оторвать глаз. – Однако, что-то мне подсказывает, что тебе хочется забраться в постель так же, как и мне.       Да. Здесь определённо было какое-то напряжение.       Усмехнувшись, он откинулся назад, смотря на неё с широкой улыбкой, красными, тёмно-розового оттенка щеками, и ей ни за что не хотелось бы, чтобы это заканчивалось. Чтобы он переставал краснеть. – Беру свои слова назад, Моя Леди. Ты, похоже, в лучшем настроении, чем обычно.       Отлично. Он всё ещё называл её прозвищами, что, вероятно, означало, что в одном Аля была права: судить по трём минутам – такая себе идея. Хотя по-прежнему не было известно, когда он сделает это в последний раз, так что наслаждаться происходящим надо так сильно, как это только возможно. – О, правда? – спросила Ледибаг, сократив расстояние до того, чтобы едва касаться его тела своим и чувствовать тепло, исходящее от его грудной клетки. Чужие глаза расширились, но назад он не сделал ни шага – ей удалось ощутить его дыхание на своей коже, стоило прильнуть чуть ближе. – А что насчёт тебя? В каком ты настроении?       Он едва видимо занервничал, и, Боги, ей нравилось видеть его таким смущённым. Облизнул губы, когда она со странным интересом опустила глаза и сдержала желание сделать то же самое. Сглотнув, поймал её вернувшийся к нему взгляд, и, похоже, начал потихоньку приходить в себя – на место вернулись прежняя ухмылка, полуприкрытые веки, а сам он подался вперёд, сохраняя меж их лицами не больше миллиметра. – Что я могу сказать? Когда тебе хорошо – мне тоже.       Ладно, может напряжение между ними было не совсем платоническим. Каким, в таком случае, – вопрос, найти ответ на который ей не под силу. – Значит, ты со мной согласен? – прошептала она, глядя прямо ему в глаза и едва ощутимо проводя рукой по его торсу, необъяснимо наслаждаясь сорвавшимся с его губ вздохом. Обхватила пальцами висящий на шее колокольчик и немного с ним поигралась – интересно, правда ли он работал как застёжка. Может, это ещё одна вещь, которую стоит выяснить, пока не стало слишком поздно. – Хочешь направиться в номер, котёнок? – Как пожелаешь, Моя Леди. – промурлыкал он. – Не заставляй меня ждать. – проворковала Баг, снимая с бедра йо-йо и закидывая леску на соседнюю черепицу быстрее, чем ему удалось среагировать.       Она мчалась над городом, зная, что её напарник по-прежнему позади. Приземлившись в лишённой света комнате, потянулась к ближайшему выключателю – загорелся стоящий с её стороны ночник. Сердце её колотилось, дыхание, кажется, тяжелело.       Как только до неё донёсся звук стука чужих подошв о ковёр, повернулась к нему – он пялился на неё широко раскрытыми глазами – глупые кошачьи зрачки расширились, а щёки не стали бледнее ни на йоту. Не сделав ни движения, кроме того, как зацепить жезл за спиной, он умудрялся выглядеть так мило, что её сердце грозилось вырваться из грудной клетки, и…       Ладно. Может, Аля была права. Платонического в их с Котом Нуаром напряжении было мало.       Как, впрочем, и романтического.       Легко ему улыбнувшись, Ледибаг провальсировала вокруг фигуры Нуара, пока не оказалась между ним и окном. Скользнув ладонями по его груди, оттолкнула – он тут же поддался, сделав пару шагов назад и присев на край постели. Взглянул на неё своими большими, прекрасными глазами – о, она была от него без ума. – М… моя Леди, – прохрипел он. – …Честно говоря, я… не могу сказать, насколько серьёзны твои намерения…       Сев к нему на колени, оседлав, она с лёгкостью его заткнула. Обвила руками шею, мазнув носом по щеке, наслаждаясь исходящим от него теплом.       Если происходящему между ними суждено завершиться, если их напряжению придёт конец, то хотя бы попрощаться им стоит с музыкой. – А ты хочешь серьёзности, Chaton? – прошептала она, чувствуя судорожный вздох, вырвавшийся из его груди. – Или такое позволено только Баг-из-твоих-грёз? – О… – сглотнул он, и она с гордостью задумалась о том, смогла ли бы та, другая девушка, смутить его так же, как сейчас. Руки его скользнули ей на бёдра, и касание отразилось электротоком, пробежавшимся по её позвоночнику. На чужом лице вдруг расцвела улыбка. – Предпочитаю мечтам реальность, Моя Леди.       И этого было достаточно. Впившись своими губами в его, она схватила его за щёки, притягивая ближе – облачённые в чёрный пальцы сильнее впились ей в кожу.       Технически, они уже целовались, но это было кучу лет назад, и впоследствии оказалось стёрто из их памяти. А сейчас это было реально, и они оба это запомнят, и это был не просто чмок, а нечто, полное страсти. Нечто жадное, жаждущее – наслаждаясь вкусом его губ, тем, как он отчаянно целовал её в ответ так долго, как только мог физически, она всё равно понимала, что никогда не отличалась особым терпением.       Отстранившись от нехватки воздуха, Баг вновь его толкнула – теперь уже спиной на постель. На секунду позволила себе насладиться его видом, прекрасным в своей беспорядочности: опьянённый её касаниями, красный, с приоткрытым ртом и смотрящими прямо на неё расширенными зрачками.       Эта девчонка может его заполучить. Но Ледибаг сделает это первой.       Ей хотелось его поддразнить, но понимание того, что её это будет мучать не меньше, оказалось сильнее. Вместо этого, забравшись на него, и подметив, как он запрокидывает голову, дабы встретиться с ней лицом, она вновь прижалась к чужим губам своими.       О, ей более чем нравились тихие вздохи и звуки, издаваемые им во время поцелуя, но как только ладони его скользнули по её бокам, она почувствовала, что хочет большего. Воспользовавшись моментом, провела руками по его груди, схватилась за бубенчик, и…       Чёрт. Фальшивая застёжка. Этого она ему не простит.       Проигнорировав стон, сорвавшийся с его губ, стоило ей отстраниться, она потянулась к выключателю, избавляясь от единственного источника света. – Детрансформируйся. – прошептала Баг, зная, что не сможет сделать этого первой. Вернувшись в предыдущую позицию, прошлась пальцами по его рёбрам, ожидая, когда такой ненавистный сейчас костюм исчезнет и ей удастся ощутить его кожу. – Спрячь когти. – прохрипел Нуар, и она прикрыла глаза, избежав ярко-зелёного света, на пару секунд волной окутавшего его тело. Как только номер погрузился обратно во тьму, жадно припала своими губами к его, запустив руки ему под футболку, и…       Точно. На ней по-прежнему была явно мешавшая трансформация. Оторвавшись от него только чтобы произнести слова её снят… – Я люблю тебя.       Она замерла. – …Что? – Я люблю тебя. – повторил он, щекоча дыханием её губы. И она по-прежнему могла его почувствовать, они по-прежнему практически целовались, так что ей не было понятно, зачем говорить очевидную ложь. Наверняка эндорфины или начало дурацкой шутки из двух частей, потому что иначе в этих словах не было смысла. Только если он имеет в виду платонические чувства. Только… – Я в тебя влюблён.       Замершая, она не могла найти в себе сил пошевелиться. Сил хотя бы подумать. Стук собственного сердца всё ещё гулом отдавался в её ушах, но теперь в этом не было ничего хорошего, и ей даже захотелось разрыдаться, потому что происходящее становилось очень неловким, а она и представить себе не могла, что должна отве… – Эти чувства никуда не уходили, – сдавленно выдохнул Кот, и ей вдруг показалось, что слова ударили её прямо под дых. Они противно липли к коже, и она отпрянула от его лица, ибо больше не могла этого вынести. Руки его потянулись к ней и мазнули по предплечьям, словно желая остановить. – Со дня нашего знакомства, я… – Ты ведь не серьёзно. – прохрипела она, потому что шутка – единственное объяснение. В комнате и без того было жарко, а сейчас весь этот жар превратился в духоту. Конечно, ей было известно о том, что ранее, когда они были младше, он был в неё влюблён, но это было столько лет назад, и она была уверена, что те чувства угасли со временем, так что происходящее сейчас – просто бессмыслица… – Серьёзно. – голос его был так полон эмоций, что ей почти показалось, что он плачет. Да и сама она, впрочем, была на грани. – Я так сильно, безумно в тебя влюбл… – Прекрати! – сползая с его тела, и, в последствии, с матраса, задыхаясь, попросила Ледибаг. Благо, что света в номере не было, потому что видеть его лицо сейчас ей хотелось в последнюю очередь, как и, наоборот, быть видимой. Сделала пару шагов назад, пока не ударилась о стену спиной, и услышала шум простыней, говорящий о движении. Движении, как она надеялась, не в её сторону. – Н... не надо. – Ледибаг…       Схватив с бедра йо-йо, она вышла через окно.