Часть 10. В гостях у профессора (18+)

Стоило Анаксе зайти домой, как он тут же ринулся к аптечке – Астерию усыпили не снотворным, а дешевым и очень вредным наркотиком. Это было понятно сразу по запаху. Он быстро распознал его, потому что периодически на его столе оказывались трупы, убитые этим самым наркотиком. Он только надеялся, что студентка не пила и не ела ничего из того, что могли предложить ей её похитители. — Тебе не давали что-нибудь выпить или съесть в палате? Тебя накачали наркотиком, но в малых дозах он лишь вызывает сонливость. И всё же лучше принять меры предосторожности, чем… — пояснял профессор, передавая бутылёк с лекарством девушке. — Профессор, я хочу Вас, — неожиданно выдала она и, обняв мужчину за плечи, поцеловала его в губы. Анакса опешил настолько, что первые мгновения, не зная, как реагировать, просто замер. А Астерия, похоже, приняла это за зелёный свет и углубила поцелуй. — А-Астерия! — отталкивая от себя студентку, повысил он голос. — Слушаю, профессор, — как ни в чём не бывало ответила девушка, обратно прильнув к нему, пытаясь снова коснуться его губ своими. — Успокойся! Ты в состоянии аффекта! Это не то, чего ты хочешь! — Анакса поворачивает голову в сторону, избегая поцелуя, но студентка напрочь игнорирует его отказ и кусает шею. — Нет, это именно то, чего я хочу сейчас… Профессор не выдерживает и хватает Астерию за плечи со всей силой. Она болезненно вскрикивает, смотрит на мужчину недоумённо, будто не ожидала такой грубости. А он, пользуясь коротким мгновением спокойствия, толкает её в сторону ванной и снаружи запирает дверь. — Прими холодный душ, приди в себя. Я оставлю сменную одежду чуть позже. Ему не отвечают с той стороны, и он неуверенно тянется к ключу, но не решается открыть. Нет, нельзя позволить случиться этому недоразумению! Он преподаватель, она студентка его коллеги! Это неэтично, неправильно и незаконно! В итоге он уходит, оставив Астерию наедине со своими мыслями. Она молча смотрит в пол, пытаясь сдержать наворачивающиеся на глаза слёзы. В голове крутилось слишком много мыслей, сердце разрывалось от бури разных эмоций, но никак не могли вырваться наружу. Она не понимала какую форму придать этим нахлынувшим чувствам, чтобы успокоиться, разумно оценить ситуацию и избавиться от мерзкого и липкого страха, что будто медленно отравлял всё естество. Ей не остаётся ничего, кроме как принять душ и смыть с себя не только кровь, но и странное желание сблизиться с профессором. Холодная вода мигом остужает голову. Она сначала просто стоит под струями воды, полностью опустошённая после всего произошедшего, и приходит в себя, лишь когда слышит звук щелчка двери. — Полотенце и одежду купил по пути сюда, можешь свободно пользоваться, — не глядя передал Анакса и мигом скрылся. Астерия переключилась на тёплую воду и теперь, когда немного успокоилась, не могла скрыть смущения. Как так получилось, что она поцеловала того, кого пару месяцев ненавидела всеми фибрами души?! Всё лицо у неё горело то ли от стыда, то ли от внезапной смены температуры воды. Теперь даже выйти из ванны было слишком неловко. Она старалась как можно дольше задержаться здесь, пока не наберется смелости вновь встретиться взглядом с профессором. И извиниться. Но в нос ударил до боли знакомый запах ананасов, отчасти пробуждая аппетит. Взгляд падает на полку со средствами гигиены. Студентка отвлекается на них, изучая каждую баночку и тюбик. Гель для душа с ананасом, шампунь с ананасом, даже мыло с тем же ароматом! Похоже, профессору очень нравятся ананасы. Забавно, что и имя у него звучит сходно. Приглядевшись, она замечает множество средств против выпадения волос и невольно проводит по ним ладонью. Оказывается, мужчины с длинными волосами тоже переживают о них и ухаживают не меньше женщин. Открыв для себя новую сторону профессора, Астерии удаётся ненадолго забыть совершённое недавно на неё нападение и принять душ спокойно. Вытершись, она осматривает одежду, переданную Анаксой, и удивляется его продуманности. Пурпурное платье на лямках с поясом на талии для регулировки размера. Он мог выбрать первый попавшийся на глаза наряд, но, похоже, заморочился с выбором подходящего для неё размера, а такое платье идеально подойдёт, чтобы подкорректировать его под себя. Но долго умиляться тому Астерия не могла. Нужно было что-то надеть под него. Бросив взгляд вниз и обнаружив в пакете ещё и купальник, девушка прыснула со смеху. «Он не отличил купальник от белья? Хотя, ладно, тут тоже не придётся переживать из-за размеров». Одевшись, она медленно открывает дверь ванной, смотрит по сторонам в поисках профессора и, не увидев его, выходит в коридор. Но как бы она ни пыталась убедить себя в том, что произошедшее недавно не полностью её вина, а, как сказал Анакса, было состоянием аффекта, видеться с ним было по-прежнему очень неловко. В итоге она замирает на месте, сжимая и скручивая ткань платья. — Не стой столбом, иди сюда, — выглядывая из кухни, зовёт мужчина через какое-то время, отчего Астерия вздрагивает от неожиданности. Неуверенными шагами она всё же пошла к нему, остановилась на пороге и всё никак не могла поднять голову. Слишком стыдно. — П-простите… — тихо произносит студентка, всеми оставшимися силами пытаясь не убежать зарыться в подушку. — Мне очень жаль, что я… что я…. Простите! — Не бери в голову, — мягко отвечает ей Анакса, расставляя на столе посуду. — Твой организм просто пытался справиться с пережитым стрессом. Вы должны были проходить это на прошлых курсах. Астерия смутно припоминала, как им рассказывали, что некоторые индивиды справляются со стрессом немного непривычно. Но сейчас она вспомнила лишь то, как некоторые однокурсники посмеивались, когда среди пунктов был указан секс, наркотики, добавив туда и рок-н-ролл. Воспоминания не дали ничего полезного. — Не стой у двери, садись и поешь, — вернул привычный строгий тон профессор. На столе была лишь миска с порриндж и стакан сока. Хотя по странному зеленоватому цвету не кажется соком. Непонятная микстура. Студентка предположила, что всё было приготовлено для того, чтобы её ослабленный после двухдневной голодовки желудок не напрягался. — А Вы что, не будете? — не оценила Астерия то, что порции были лишь на одного. Да и неловко есть одной. — Я… — профессор задумчиво посмотрел на стол. — не голоден. Ешь сама. — Нет, я так не могу. — Можешь. — Могу, но не хочу. Я… позвольте мне Вам что-нибудь приготовить в качестве компенсации? — попыталась схитрить девушка, за что получила недовольный взгляд Анаксы. — Я не смогу прожить и дня спокойно после этого, если хоть как-нибудь не заглажу вину. Вы мне уже помогли дважды! Моя совесть не позволит даже сделать один глоток, — надавила она, и мужчина, горестно вздохнув, отступил. — Только после того, как выпьешь лекарство, — указал он на стакан. Всё-таки то был не сок. — Он поможет скорее выздороветь. Астерия послушно выпила всё за один залп, скривилась от неприятного вкуса, согнулась пополам, пытаясь не вырвать эту гадость, и, лишь полностью проглотив, выпрямилась, глядя на Анаксу. По виду кажется довольным. Чёрт. Даже стыд отступил на второй план, возвращая привычную неприязнь к нему. Впрочем, даже хорошо, что он вернул этот высокомерный вид, из-за чего атмосфера между ними кажется такой же, как прежде, более привычной. Студентка, пользуясь тем, что она сейчас довольно энергична, несмотря на накопившуюся усталость, открывает первый попавшийся шкафчик в поисках продуктов, но, обнаружив его совершенно пустым, открывает второй, где ситуация совсем не отличается. — Я закажу все нужные продукты, что тебе нужно? — доставая телефон из кармана, предлагает Анакса. Астерия даже не удивляется этому. Еще в прошлый визит было понятно, что дома он не особо часто бывает, соответственно и продуктами тоже не закупается. Ей даже стало интересно, готовит ли он хотя бы в редкие выходные для себя. — Оливковое масло, белая фасоль, морковь, помидорчики, лук и… может еще лимон? Вам ведь нравится горькое? — Не сказал бы. — Но у Вас при себе всегда минимум одна баночка «Уксуса васаби». Что это, если не любовь к горькому? — В отличие от кофе бодрит гораздо лучше, — безучастно ответил профессор, одновременно заказывая продукты на дом. Астерия же, задумавшись над его ответом, пригляделась к мужскому лицу. Выглядит очень усталым и немного напряжённым. Причём это была усталость не одного тяжелого дня, а той, что копилась на протяжении долгих дней, недель, может даже месяцев. — Отдохните, я всё сделаю! — Это тебе следовало бы отдохнуть, — строго произнёс Анакса. Он задумчиво посмотрел на часы и ухмыльнулся. — Чтобы к 10 ночи отправилась спать. Возражения не принимаются. Ты сегодня уже достаточно натворила. Девушка хотела ему возразить, но от последних слов стало снова неловко, и ей пришлось послушно принять условия. Времени пока было достаточно – еще 3 часа до «комендантского часа». — Курьер прибудет через полчаса, а пока поешь. У меня еще дела, если понадоблюсь, буду у себя в кабинете. Это там же, где в прошлый раз я тебе передал книги, — уходя, уведомил профессор. Астерия проводила его взглядом и всё же села за стол. Оставшись одна, она немного расслабилась, пока не услышала в коридоре голоса. «Разве профессор Анакса не жил один?» – подумала она и осторожно приблизилась к источнику звука. Пара женских, один мужской. Из любопытства она приоткрыла дверь и смогла разглядеть только одну женщину с пылесосом и перчатками. — …Да, мы тоже удивились, что Вы нас так внезапно вызвали. Но раз уборка прошла раньше запланированного, то и дел оказалось меньше, — говорила она. Анакса ей что-то тихо ответил, вручил деньги и, сопроводив наружу, закрыл входную дверь. Теперь было понятно, зачем он звонил клининговой компании по пути домой. «Значит, уборкой занимаются специальные службы. Ну, в одиночку выдраить такой большой дом действительно трудно, с учётом загруженного графика!» — мысленно подытожила Астерия, открывая для себя новую сторону преподавателя. Она бы тоже не отказалась от такой услуги в будущем. «Хотя Доротея и так взяла на себя большую часть бытовых обязанностей. Стоит ли мне давать ей больше карманных денег за это?» Следующий час прошёл для девушки незаметно: она успела и съесть свою кашу, и дождаться курьера с продуктами, и теперь, стоя перед плитой, не могла понять, как к этому пришла. Она в доме профессора Анаксы, которого терпеть не могла совсем недавно, и готовит ему ужин как жена, потому что так пыталась искупить вину за поцелуй. Происходящее сейчас выглядело настолько абсурдно, что она и не вспоминала о похищении и даже позабыла страх за собственную жизнь. — Это самый странный способ избегания травмы… Нет, это другая травма! Суп уже был приготовлен, и теперь оставалось только позвать профессора. Накрыв стол, как он прежде, она оглядела своё творение, но не решалась подняться наверх. Пока Анаксы не было рядом, она смогла немного расслабиться, обдумать всё и успокоиться полностью, но теперь стыд новой волной накрывал её. «О Титаны, дайте мне сил и смелости!» В итоге она позвала профессора, стоя в коридоре, не открыв дверь, и, получив согласие спуститься, поспешила вернуться на кухню. Он пришёл не сразу, задержавшись на несколько минут, а увидев суп, отчего-то скривился в лице. — Вам не нравится фасолада? — спросила Астерия, переживая, что все её усилия были тщетными. — Нет, нравится, — с таким же недовольным тоном ответил мужчина, что студентке стало обидно. Вернее, она, конечно, благодарна, что её пытаются даже обманом утешить, но, видя ТАКОЕ лицо, возникает ощущение, будто она помои приготовила. И это при том, что в своих кулинарных способностях девушка совсем не сомневалась. — Тогда… приятного аппетита. Я пока умоюсь перед сном, — отворачиваясь от Анаксы, сказала она и поспешила покинуть его – не хочет видеть, с каким отвращением он будет есть то, чего не хочет. Если уж решит выкинуть, то пускай делает это вне её поля зрения. В ванной она смотрит на своё отражение в зеркале и проводит ладонью по щекам. Такой нездоровый вид. Нужно переживать о подпорченном здоровье, а не о всяких глупых профессорах. Но взгляд падает на новую щётку, купленную Анаксой вместе с платьем на ней, и она опять думает о нём. — Ыа-а-а! Определитесь уже, добрый Вы человек или всё-таки нет? — вспылила Астерия. Он кажется заботливым и внимательным человеком, но этот образ не вяжется с тем убийцей в заброшенной больнице. Как можно вести себя одновременно и привлекательно, и отталкивающе?! Она пытается убедить себя, что его личность, разумеется, не описать одним словом и нельзя дать характеристику, которой бы он следовал круглые сутки, но, сколько бы ни пыталась понять, что он за мужчина такой, только больше ломала голову. «Нужно расспросить его о том, как нашёл меня. И заодно что с расследованием. Доротея наверняка обращалась в полицию. Надеюсь, за это на него не повесят ещё и ярлык похитителя». Закончив умываться, Астерия направилась на кухню, но профессора там уже не было. Стол и раковина пустовали, посему она теперь и не могла узнать судьбу супа. Оно и к лучшему. Она поднимается на второй этаж, а уже на лестнице она встречает того, кого искала. — Ночевать будешь в моей комнате, кровать только там, — сказал Анакса и направился обратно наверх – показать дорогу. — А как Вы меня нашли? Ещё и раньше полиции. И надо было бы сначала им сообщить, что я уже найдена и жива. — Твоя младшая сестра помогла, а с полицией я уже разобрался. Расследование закрыто, можешь быть спокойна, — не оборачиваясь ответил он и открыл дверь одной из комнат. — Если вы про мою локацию, то как так получилось, что Вы обогнали полицию? Насколько мне известно, судмедэксперт не занимается поисками пропавших, — попыталась выведать она побольше. Интуиция подсказывала, что он знает явно больше и скрывает много опасного. — Меня ведь похитили, чтобы выйти на Вас? Анакса наконец поворачивает голову в сторону студентки, окидывает её безучастным взглядом и тяжело вздыхает. Как бы он ни пытался скрыть свою причастность, избежать женской проницательности он всё же не сумел. — Да. Скажем так, я отказал влиятельным людям в сотрудничестве, они пытались завербовать меня силой и даже не гнушались использовать грязные методы достижения цели. — Поэтому Вы уволили Гиацину с поста ассистентки? — вспомнила она давние беседы с подругой. Два года назад она время от времени выражала беспокойство из-за смены деятельности и печально вздыхала, вспоминая, как была помощницей профессора. Астерия тогда не придала этому особого значения, поскольку не знала причину их разрыва. Вероятно, Гиацине тоже угрожали чем-то и, чтобы уберечь её от этих влиятельных шишек, было принято решение разорвать все связи. А уже Аглая помогла ей обустроиться в клинике Сумеречный Двор. — Даже об этом догадалась, — нахмурился профессор, приложив ладонь к повязке на глазу. Стало интересно, потерял ли он зрение из-за этого же отказа работать на кого-то. Сами истории о том, как специалистов из именитых заведений пытались привлечь к работе силой не новы. Ценные знания и навыки всегда притягивали внимание власть имущих. И теперь фантазия Астерии подкидывала картины того, как профессора пытали, держали в заточении, пытаясь убедить работать на них. — Получается… взрыв лаборатории в той заброшенной больнице – Ваших рук дело? — вспомнила она ещё и новости о том, как на окраине города произошла трагедия. Погибших не было, но начавшаяся после него пандемия вызывала широкий интерес публики. Зародились даже легенды, что за распространением вируса стояла команда исследователей, у которых и случился неудачный эксперимент. — Довольно вопросов. Иди спать, — бросил Анакса, оставляя студентку одну в спальне. Обычно он велит ей не спать. Астерия смотрит вслед мужчине и, оставшись наедине с собой, продолжает переваривать в голове всё связанное с профессором. Даже узнав немного больше о нём, студентка так и не поняла, как к нему относиться. Её раздражает его высокомерная и еретическая натура, привлекает заботливая и чуткая сторона; пугает то, что он имел дело с опасными людьми в прошлом, и отчасти испытывает сочувствие к нему – одинокий, покалеченный и вынужденный всегда быть покинутым из-за охоты влиятельных людей. Она устало садится на кровать, осматривая комнату, будто пытаясь найти ответ в его убранстве. Но тут всего лишь кровать, шкаф и прикроватная тумбочка с маленькой картиной в раме на ней. Приблизившись, девушка осматривает фотографию – на ней красовались юный Анакса и девушка с похожей внешностью. Для матери слишком молода, посему, вероятно, это его родня. «Так у профессора есть сестра. Какая красивая», — подумала она, глядя на девушку. Впрочем, сам Анакса тоже выглядит прекрасно. Тут у него оба глаза целы, взгляд полон доброты и нежности, да и внешне кажется более здоровым. Особенно по рукам видно, что он был спортивно сложен. Сейчас же он кажется хрупким и слабым, что становится обидно от таких внезапных перемен. «Что же Вам пришлось пережить, чтобы измениться до неузнаваемости?» Размышления постепенно стихают, глаза смыкаются, и Астерия медленно погружается в сон, обнимая фотографию. Но уснуть не получается, сколько бы она ни ворочалась по кровати. Ей всё время кажется, что она всё ещё связана в палате заброшенной больницы, а впереди её ждут долгие часы и дни пыток. В какой-то момент эта же палата заполняется кровью, и чей-то обезображенный труп тянет к ней руки, прося спасти. — Умру либо я, либо ты, либо ты, либо я, — пытается она сама себя утешить, но сколько бы ни повторяла эти слова, страх никуда не исчезает. Она поднимается в холодном поту и пытается отдышаться. «Так, я не в палате, я в безопасности. Всё уже позади», — словно мантру продолжает Астерия повторять, однако сердце всё ещё бешено отбивает удары в груди. Она не выдерживает этого и решается на отчаянный шаг! — Профессор? — обращается она к мужчине, которого нашла на диване в гостиной. Он просыпается сразу и поднимает голову в сторону голоса. — Можно я рядом лягу? — …Нет, — не сразу отвечает он, явно глядя на студентку недовольным лицом. Это видно даже в полумраке. — Ну… Мне страшно… — стыдливо признаётся Астерия, но не желает отступать. Оставаться одной сейчас гораздо страшнее. Профессор тяжело вздыхает, встаёт включить свет, и теперь, когда светло, студентка забывает и о страхе, и о стыде, увидев довольно необычный наряд. АНАКСА В ПИЖАМЕ ГЕОЗАВРА! Эта картина была столь неожиданной, что она в шоке застыла на месте, не зная, как реагировать. А мужчина тем временем совершенно не смущался своего вида и, достав из шкафа плюшевого геозавра в половину роста, передаёт её студентке. Между ними повисло неловкое молчание… — Возьми, — первым нарушает тишину Анакса, всучив игрушку в женские руки. — А… э… Спасибо? — всё ещё пребывая в состоянии удивления отвечает она ему и, прихватив с собой геозаврика, поднимается обратно наверх. Ситуация была настолько абсурдной, что она уже не видела смысла искать утешения у профессора и просто легла с игрушкой. От него пахло ананасами, и, что удивительно, уснуть с ним удалось довольно легко и быстро. До самого утра ничто не потревожило её покой. Жаль только, вставать пришлось рано. Утром её разбудил Анакса. Видя его в домашней светло-бирюзовой футболке, Астерия потёрла глаза, не сразу поняв, как перед ней оказался её научрук. — Мне приснился кошмар, где Вы были в пижаме геозавра, — выпалила она спросонья и начала медленно вспоминать, где она, как оказалась дома у профессора и почему он смотрит на неё как на величайшее недоразумение человечества. — Это был не сон, — почему-то признаётся мужчина как ни в чём не бывало. — Вставай. Как позавтракаешь, отвезу тебя домой, и уже оттуда пойдёшь в университет. — Лучше сразу отведите! Если Доротея приготовит сама себе завтрак, то отравится! — всполошилась Астерия и взглянула на свой разряженный телефон – не работает. — Пять утра, — открывая шторку окна, сообщает профессор и уходит из спальни. Она еще может успеть приготовить завтрак и себе и младшей сестре и теперь уже не столь спешно приводит себя в порядок. Закончив умываться, она с Анаксой сразу выходят из дома и садятся в машину. Он всё еще в домашней одежде и становится непривычно от такого его вида. И пока он водит, студентка заинтересованно осматривает его перебинтованное предплечье, не сильно бросающуюся на глаза татуировку каких-то знаков-кругов ниже на запястье и, что более удивительно, подкаченные руки в целом. А под одеждой кажется совсем хрупким. «Ладно после вчерашней фотографии готова поверить, что какая-никакая, а мышечная масса у него имеется. Хотя, если еще и вспомнить как он вместе с Учителем Кратером первыми выполнили бег с препятствиями, то и удивляться не стоит. Но это всё равно удивительно!» — Если кто-то спросит где пропадала, лучше не рассказывай. Аглая уже в курсе обстоятельств, так что можешь не переживать из-за пропусков. И еще: диплом проверю через неделю, чтобы в этот раз исправила все недочёты, — напутствовал профессор после того, как высадил студентку у многоэтажного дома и уехал обратно к себе. И правда, не стоит рассказывать о похищении, что ей пришлось ночевать у преподавателя и уж тем более о том, что там было! «Кошмар! Обычно в подобных историях виноваты озабоченные преподаватели, но в этой озабоченной была только я!» — ужаснулась Астерия домыслам, пока поднималась на 4 этаж. Собравшись духом, она постучала в дверь и, услышав топот за ней, немного приободрилась. — БАЛ-ДА! — слышит она с порога тёплое приветствие Доротеи и получает по лицу подушкой. Конечно, больно ей от этого не было, но всё равно стало неприятно. — Кто два часа раздавал советы как бороться с педофилами, маньяками и вообще с неадекватами, а потом сам же угодил в их лапы?! — С каких пор осуждают жертву за то, что стала жертвой?! — в ответ вспылила Астерия и с трудом избежала еще одного удара подушкой. — Ты оставила меня одну! Именно тогда, когда тётушки с дядюшкой нет рядом! Кто говорил, что не хочет терять ещё одного близкого человека? — не унималась младшая, но уже более не пыталась избить сестру – руки предательски задрожали. — … Прости… — почувствовала укол совести старшая. Она обняла Доротею и погладила ту по голове. — Еще и таким убитым голосом говоришь, что не придёшь домой. О чем я должна была думать? Я уж думала, что тебя увели в больницу зашивать раны и ставить протезы! — … Ого… — только и смогла выдавить Астерия столь неожиданному откровению. — Прости-прости! Мне правда жаль. Я была в не лучшем виде, но цела и здорова. Просто… тебе было лучше не видеть того, что тогда было. «А уж того, что сделала дома у профессора – тем более!» — Всё равно балда! Дура тупая! — еще раз зарядила подушкой по лицу старшей Доротея и приготовилась избивать её дальше, но живот внезапно заурчал на весь коридор, объявляя перемирие. — Давай приготовлю оладушек в качестве компенсации? — предложила студентка и получила только злобный взгляд. Значит, согласна. Она направилась на кухню, надевая фартук. Доротея ушла в свою комнату, но затем вернулась уже без подушки и села за стол. Хоть и в обиде, но всё равно захотела остаться рядом и убедиться, что с сестрой всё в порядке и можно более не переживать. — В общем, меня спас профессор Анакса, — начала она рассказывать, продолжая готовить завтрак. — Он сказал ты ему подсобила? Хорошо, что мы после того педофила отслеживали локации друг друга. Пригодилась не совсем там, где был нужен по изначальной задумке, но здорово помог. Оказалось, наш профессор в прошлом работал в той заброшенной больнице. Помнишь, несколько лет назад его еще по новостям крутили, а в сети гуляли слухи о том, что именно оттуда и вырвался вирус. Хоть зарядка моего телефона и села незадолго до того, как я оказалась в той больнице, он всё же смог узнать где я. Знаешь почему? — Почему?.. — тихо спросила младшая сестра, словно ей вот-вот поведают страшную тайну. — Потому что профессор имеет тёмное прошлое! Прямо как в твоих детективных комиксах, своими исследованиями он привлёк внимание опасных людей. И именно они были причастны к моему похищению! И по классике жанра, его вызвали в место, где он раньше работал, пригрозили моей жизнью и пытались заставить работать на них, чтобы и дальше создавать монстров в пробирке! Но их замысел не удался, а меня спасли. — А платье откуда? — не могла понять Доротея почему с такой хорошей концовкой произошедшего её сестра так и не вернулась домой, так еще и в новом наряде. Не может быть, чтобы она… — Ну, у меня не было сменки рядом, пришлось покупать. — Поверить не могу, что ты переспала с ним после такого… Я была лучшего мнения о тебе, — разочарованно выдала младшая сестра и теперь отказывалась поднимать голову. — ЧТО?! НЕТ! — уронив с рук вилку и поварёшку, удивилась Астерия. — Как тебе такое вообще пришло в голову?! — А о чём мне еще думать, когда тебя спасли без проблем, ты не ранена, не выпотрошена, но ты всё равно не вернулась домой, а на тебе внезапно новый наряд, пахнешь какими-то сладкими фруктами и выглядишь так, будто не спала всю ночь? — Ыа-а-а! Всё было не так! Я… меня… Меня накачали наркотиками! — решила скрыть она правду, хотя так и было отчасти. — Я… была немного не в себе и боялась тебе навредить. А профессор у нас не только преподавать горазд, но и лечить, так что помог мне. Ну и раз я два дня просидела без душа и прочих прелестей комфортной жизни, то нужно было сменить одежду. Доротея подняла виноватый взгляд, начала кусать ногти от переживаний, услышав о наркотиках, но так и ничего не сказала – слова не лезли дальше кома в горле. — Я уже в порядке. Не беспокойся. Мне дали отвратное, но, судя по всему, очень хорошее лекарство. Просто устала после всего произошедшего. Так мне еще и на пары нужно идти, — утешила сестру Астерия и, подойдя к ней, погладила по голове. — Разве нельзя пропустить денёчек? Мне классрук разрешила не ходить два дня в школу после встречи с педофилом. Почему и тебе нельзя также? — обнимая, негодовала младшая. — Сегодня последний день собеседования с преподавательским составом насчёт будущих планов – я не могу его пропустить. Если у нас хорошие знания и навыки, то университет отправит рекомендацию в одну из клиник, чтобы помочь найти работу. Мне важно его получить. — Ох уж эта взрослая жизнь, — печально вздохнула Доротея и, отпрянув от сестры, принялась помогать ей накрывать стол. — И не говори, столько забот! Сёстры снова помирились, спокойно позавтракали и попрощались перед уходом в учебное заведение. Только Астерия испытывала легкую вину за то, что соврала, но рассказывать все мрачные стороны её похищения уж точно не будет. Не сейчас, когда у обеих близятся экзамены, в городе опасно, а их дни наполнены разного рода напряжения. Когда всё уляжется, быть может, она признается во всём, а пока достаточно и этого.

***

Анаксагор, вернувшись домой, еще некоторое время стоял у двери, обдумывая всё произошедшее за сутки. У него и без того была насыщенная жизнь, но за последние 12 часов произошло слишком много неожиданного. Причём, среди них было и одно приятное. Его губы растягиваются в улыбке, когда он вспоминает приготовленную Астерией фасоладу и сжимает сердце. После смерти сестры вся еда начала казаться ему безвкусной или отвратительной. Он пытался приготовить сам, но даже так блюда не стали вкусней. В итоге, он стал пренебрегать приёмами пищи, иногда вводил инъекциями все нужные организму элементы и продолжал работу. Так бы продолжалось еще, если бы студентка внезапно не удивила его. Вначале он нахмурился из-за нахлынувших о сестре воспоминаний, от которых стало болезненно. И всё же он решился попробовать суп. И не зря. Горечь долгих лет внезапно сменилась теплотой. Он даже захотел попросить Астерию приготовить еще, но смутился. Пока он под прицелом опасных людей им не следует сближаться. Да и, как и говорил он сам себе ранее, это неэтично и не педагогично! В то же время одна из его коллег не разделяла своих чувств с этикой. Встретившись в университете с Кенидой, они обменялись враждебными взглядами, но продолжили идти каждый своей дорогой. Анаксагор пообещал себе: однажды он раз и навсегда разделается с этой женщиной. Нужно лишь найти доказательства её вины и преступления. И попытаться сохранить их, а не дать ей возможность подчистить за собой, как днём ранее.

***

(Флешбэк)

Развязав верёвки с рук и ног Астерии, профессор поднимает её, пытается привести в чувство и только теперь чувствует исходящий от неё запах лаванды. Воспоминание о недавнем расследовании наркоманов в криминальном бюро заставляют его нервничать. Но долго переживать ему не дают – в палату врывается Кенида и направляет пистолет на студентку. — Анаксагор, это твой последний шанс! Продолжи исследования Санктус Медикус, иначе пожалеешь. Каждый, кто хоть немного приблизится к тебе, будет обречён на погибель, как эта девчонка! Может Гиацинтию тебе и удалось уберечь, но в этот раз всё будет иначе! — Как я говорил в прошлый раз, людям не постичь бессмертия титанов, Золотая Эпоха прошла, — отказывает ей профессор, прижимая Астерию к себе и поднимается на ноги. Второй рукой он тоже направляет мушкет на Кениду и без предупреждения стреляет первым. Противнику удаётся избежать пули за колонной. — Если ты создашь бессмертное тело здесь и сейчас, я отпущу тебя! Я даже подготовила 12 образцов! — не унималась старуха, пытаясь застрелить студентку. Её даже не беспокоило то, что этим она могла задеть и Анаксу. — … Запах крови был от этих образцов? — насторожился мужчина. — И чем же эти 12 человек заслужили смерть? — Каждое исследование, способное сдвинуть медицину, требует жертв! Думаешь, если бы не концлагеря, добились мы таких высот? Не проводи люди прошлого чудовищные эксперименты, знали бы мы строения тел? Анаксагор, это всё ради ПОЗНАНИЯ нового! Ты ведь такой же… — Если новое требует таких жертв… — он выстреливает в голову Кениды и та, не успев уклониться, падает наземь. — …то я отказываюсь от него. Ты забыла главный девиз врачей: «Не навреди». Он смотрит на труп и тяжело вздыхает, ибо знает, что еще встретит Кениду. Он убивал её не раз, но та каждый раз возвращается. Было понятно, что она имеет свою подпольную лабораторию, где приводит незаконные эксперименты, где клонирует себя каждый раз, но до сих пор не может главного – оригинала, с которого всё и началось. — Профессор? — очень некстати приходит в себя Астерия и Анакса вынужден отложить все планы по поиску оригинала Кениды…