Часть 13. Следствие вели...

За две недели отсутствия атмосфера в университете поменялась – это Анакса заметил сразу, едва ступив за порог. Студенты поглядывали на него с опаской, а коллеги почему-то отводили глаза в сторону. Он знал, что многими нелюбим, но подобную реакцию видел впервые. Однако значения тому не придает пока. Его взгляд случайно останавливается на стенде в фойе с объявлением о пропавшей студентке. — Гиацинтия? — Профессор подходит к стенду и читает его содержимое: неделю назад она так и не вернулась домой после занятий. Вероятно, сейчас Амфореус под пристальным наблюдением полиции. Это объясняет почему все вокруг такие напряженные. Анакса тоже невольно поддается общему настроению. Он смотрит на камеру в потолке и решает подняться в деканат, где об этом знают больше. — Добрый день, Гисиленса, — здоровается он с деканом фармацевтов и заходит в кабинет. Повезло, что сейчас никого не оказалось рядом. — Что известно полиции? — Добрым день не назвать… — вздыхая отвечает ему молодая женщина. — Даже не спросишь что с пропавшей студенткой? К слову, меня просили уведомить, если ты придёшь. Расследование зашло в тупик и сейчас ключевыми фигурами стали ты, Аглая и Кенида. И что удивительно, подозревают первых двух. Анакса недоумевающе вскидывает бровь. — Тебя, потому что она была твоим учебным ассистентом два года назад, — продолжает Гисиленса. — Ну и признаем, что ты в целом имеешь не лучшую репутацию. Есть версии, что вы были в конфликте или особенных отношениях. Аглая тоже попала под подозрение, потому что дала рекомендацию в клинику Охемы, хотя это должна была сделать я. Она связующее звено между университетом и Сумеречным Двором, где проходила практику Гиацина. К тому же полиции известно о борьбе за пост ректора. — Что насчёт Кениды? Почему её не подозревают? Гисиленса помрачнела. Она опустила ручку и откинувшись на спинку кресла, посмотрела в окно. — За ней наблюдают, потому что она последняя, с кем последний раз контактировала Гиацина. Но по камерам, они разошлись в коридоре. На этом следы пропавшей обрываются. Плюсом, у Кениды есть алиби – она ходила по магазинам! Об этом свидетельствуют и камеры по городу и чеки, и горожане. — А единственное слепое пятно доступно преподавателям высокого статуса… — закончил за неё мысль профессор. Он помнил, что в здании университета есть зоны, недоступные камерам наблюдения. Один из них причем вел к парковке, но это служебный вход и открывается лишь снаружи. А ключи есть только у деканов и тех, кто выше. — Давно пора приструнить Кениду, — сквозь зубы процедила Гисиленса. Она мало взаимодействовала с остальными преподавателями, но даже так неоднократно конфликтовала с Кенидой. — Это будет сложно, пока её несколько. И из комитета она всё еще не вышла. Тут больше пострадаете вы все, чем она одна. — Это то ладно, мы хоть живы будем. Но что с Гиациной? Она пересекла черту, навредив одному из моих студентов! — Думаю, она еще жива, — задумчиво ответил профессор. Он, конечно, тоже волновался, но если Кениде было важнее уговорить его продолжить работу по учениям Санктус Медикус, то стоило сохранить жизнь заложнице. Иначе всё потеряет смысл. — Это будет последняя её ошибка. Закончив краткую беседу с Гисиленсой, Анаксагор отправился в деканат лечебного факультета. Аглая смерила его презрительным взглядом, попросила пару студентов подождать снаружи и вместе с Триббиос сели напротив профессора. — Не ты ли говорил, что разберешься с ней? Мало было одной Астерии? Тут даже мои связи не помогут! — Полагаю, сейчас действует другой её клон, — задумчиво ответил Анакса. — Перед тем, как взять отпуск я намеренно оставил следы, по которым она могла выйти на меня, но их будто не заметили. Или, сказать вернее, даже не знала что означают подсказки. Уже и не знаю где действует оригинал, где клон и когда они подменяют друг друга. — А от скольких Кенид ты уже избавился? — поинтересовалась Триббиос. — Пять. — Сколько же у нее всего клонов… — помрачнела Аглая. Ей тоже доводилось единожды убить Кениду, но та на следующий день явилась в университет с угрозой раскрытия главной тайны Амфореуса. Именно по этой причине конфликтующие с ней преподаватели не решаются действовать опрометчиво – Кенида всё равно будет на шаг впереди и выставит наполовину правдивые и наполовину ложные обвинения, сохранив честь, как сейчас, в ситуации с Гиациной. — И раз она так открыто воюет с нами, то, похоже, имеет еще несколько козырей. — А что сказал Ликургус? Разве это дело не снижает твои шансы занять пост ректора? — перевёл тему профессор. — Он сказал, что вмешиваться не будет. Полагаю, тоже в курсе подпольной деятельности Кениды, — ответила Аглая. — Потребовал только не привлекать к университету лишнее внимание. Триббиос нервно сглотнула. Хоть ректор и выразил лояльность, но чётко дал понять, что первый, кто раскроет тайну Амфореуса, отправится за решетку в лучшем случае. В худшем о виновнике больше никогда не вспомнят, не узнают его судьбу и не найдут тело. И теперь выходило, что она, Аглая, Анакса, Керидра оказывались на одной стороне чаши весов против Кениды, которая может изменить исход их битвы с помощью клонов. — К слову, зайди в следственный отдел, — попыталась дева Янусополиса сменить нагнетающуюся атмосферу. — Насчёт дела Гиацины. Мэр города, Господин Вельт, обещал, что окажет нам поддержку. — Хорошо, чуть позже я еще свяжусь с вами, — бросил Анакса и покинул деканат. Идя по коридору, он продолжал думать о том, как обезопасить студентов, не раскрыть истинной сущности Амфореуса и избавиться от её главной опухоли. Кенида действовала слишком открыто, смело, но хорошо подчищала следы. Это не в её стиле. Что-то было не так. Он явно упускал одну очень важную деталь… Но пока не мог понять какую именно. Мысли об этом прервались, как только он зашёл к полиции. —О, уважаемый профессор Анаксагор! — улыбнулся высокий парень с синими глазами и светлыми волосами. — Вы наконец вышли в люди. — Капитан Ландау, — поприветствовал его в ответ Анакса. — Не стоит, зовите просто Гепард. Мы обязаны Вам и Вашему криминальному бюро с делом наркобаронов. Профессор поднял голову и невольно сравнил его с Фаэноном. Оба похожи внешне, мягкие по характеру и такие же высокие. Куда эти дети так растут? Пока он сравнивал тих двоих, в кабинет зашли передать документы, и Гепард быстро вернул серьёзное лицо, с каким и надо работать. — Кхм, нам просто нужны некоторые детали по делу исчезнувшей Гиацинтии. Нам нужны данные вашей совместной работы, переписки и всё, что могло бы убедить, что… кхм... вы не состояли в особых отношениях или вражде. Прошу оказать содействие. Анакса бесстрастно поделился всем, чем мог, расспросил некоторые подробности и только после покинул здание. Из всего, что он узнал, Гиацину вывели через слепую зону. Вероятно, Кенида и её клон действовали сообща: один создавал алиби, специально появляясь только под камерами, ходил за покупками, пока второй выехал через парковку. И раз автомобиль Кениды не был до сих пор замечен в городе, значит… — Окраина города, заброшенные кварталы, — пришёл он к выводу. Сейчас многие камеры в прилежащих к окраине районах нерабочие или сломаны. А если добавить сюда еще и недавнюю профилактику отключения электричества. Кенида не просто действовала осторожно, она готовилась к этому очень долго и согласовала план с событиями, которые дали бы ей ускользнуть незаметно с жертвой. Тревожило лишь одно: что он сделал с Гиациной, раз она не сопротивлялась. Он ведь ясно объяснил ей, что нельзя связываться со старухой. Телефон в кармане завибрировал, прерывая размышления. На экране высветился незнакомый номер. Он неохотно ответил. — Дорогой Анаксагор, долго ли собираешься прохлаждаться? — прозвучал неприятный, но до боли знакомый голос. — Твоя ассистентка тебя заждалась! «Нет, профессор, не приходите, это ловгм… мм… мхм….» — послышался еще один голос на фоне. — Жду тебя в старой лаборатории, — сообщила Кенида и сразу сбросила трубку. Даже ответить не дала. — Тц, специально не даёт времени подготовиться, — не может сдержать гнева мужчина. Он быстро набирает номер Аглаи, пока садится в машину и мысленно готовится к худшему раскладу…