Глава тринадцатая: Дэнзо

Переулок изобилия был завален всевозможной всячиной, от которой разбегались глаза и иногда в разные стороны. Здесь продавалась и чрезмерно яркая одежда, и чужеземное оружие, и разнообразная еда. Это место напоминало замануху для доверчивых туристов. Если понятие о туризме вообще существует в Деосвольфе. Нашлось место и для откровенно странных товаров. Нелепые костюмы, походящие на шутовское одеяние. Причудливые музыкальные инструменты, видимо, смастеренные самими продавцами из подручного хлама и отломанных веток несчастного куста из ближайшего сквера. Были лавки, которые вовсе стояли пустыми, но лишь до тех пор, пока случайный покупатель не останавливался, чтобы расспросить хозяина из любопытства. Тогда на исцарапанном прилавке возникали, как из воздуха, стаканы с шариком, игральные кости, гадальные руны и карты, выпивка или бессмысленные талисманы, сулящие невероятную удачу владельцу. Глядя на то, как один бедолага с немым трепетом на лице покупает такой талисман, подозрительно похожий на разрисованный кусок булыжника с городской площади, я только покачал головой и прошел мимо. - Что мы ищем в этом царстве обмана и пустых кошельков? – протянул я, провожая недоумевающим взглядом прилавок смуглого торговца, уставленный клетками с ящерицами, выглядевшими как резиновые пищалки с вылезающими глазами. Вопреки суровому выражению лица, сам продавец внешностью ушел не намного дальше своих подопечных. Усмехнувшись, Эндерис проследила за моим взглядом, веселясь. - Не обязательно каждое мгновение жизни беспокоиться о наличии цели, – заметила ведьма. – Мы просто гуляем и ищем что-нибудь интересное. - Или с кем можно подраться, на худой конец, – лениво вставил Рэбеллион, шагая рядом и ловко перебирая в пальцах золотую монету, периодически подбрасывая ее. – Одним словом – развлечения. - В точку, – поддержала девушка, поправив вылезшую на лоб прядь пепельных волос. – Лично мне осточертели походы и выполнение чужих поручений. Мне хватило в свое время. Ведьма скривилась, приложив руку к горлу и изобразив удушье. Я понимающе кивнул, погудев. Однако накопившееся во мне любопытство не давало покоя. - Могу я как-нибудь расспросить тебя о подробностях? – глянул я на смотревшую чуть в сторону Эндерис. Ведьма бросила в мою сторону пронзительный и содержавший тихое предостережение взгляд. - Можешь, – спокойно произнесла она в ответ на мою осторожность, медленно моргнув. – Но не сегодня. Я не хочу. - Как скажешь, – миролюбиво пожал я плечами, отступив. Краем глаза я уловил, как Эндерис выразительно покосилась на меня. Она выглядела немного удивленной, что я не стал настаивать. В ее взгляде мелькнула тень одобрения. - Ну и... Какая часть моего прошлого тебя интересует? – с неохотой спросила заклинательница теней, выдержав непродолжительную паузу. - Все, что происходило до нашей встречи. Особенно, времена Вторжения. Эндерис помолчала, обдумывая мои слова. Даже Рэбеллион, слушавший нас в оба уха, перестал играться с монетой, зажав ее в кулаке. Наконец, Эндерис подала голос. - Хорошо, Нил. Как-нибудь я, может быть, отвечу на терзающие тебя вопросы, – она прищурилась. – Но не жди, что тебе понравятся полученные ответы. Я буду рассказывать, как оно есть. Без прикрас. Добившись согласия, я оставил ведьму в покое, решив больше к ней не приставать. Признаю, это бестактно цепляться к человеку с вопросами о его прошлом. А у Эндерис оно однозначно не выдалось легким, это понятно по ее отдельным фразам и самим ее способностям. Может ли маг вообще прожить беззаботную и легкомысленную жизнь, осознавая чем наделен? Я мало наблюдал силу Эндерис. Но успел понять, что это бремя. А между тем, минуя длинный деревянный стол, за которым играли в кости несколько пар шумных проходимцев, по-видимому, выпивших, мы услышали чью-ту отборную ругань и крики. Голоса раздавались приглушенно, но взгляд Эндерис тут же изменился, блеснув узнаванием. Переглянувшись с нами, она жестом велела оставаться на месте, а сама устремилась вперед, шурша развевающейся мантией, и исчезла в толпе. Рэбеллион скрестил руки на груди, провожая девушку пристальным взглядом. - Давай отойдем в сторонку, – предложил дракон, ступая к паре закрытых прилавков и уводя меня. - Куда это она? – вырвалось у меня с недоумением. Рэбеллион лишь пожал плечами, словно ему наплевать. - Ей виднее, – откликнулся он, блеснув взглядом. – Судя по голосу, это один из типов, с которым Эндерис... знакома, скажем так. Мне неизвестны подробности. До наших ушей вновь донеслись чьи-то возмущенные возгласы и обрывки фраз, которые не получалось разобрать. Народ вокруг стал с опаской озираться, перешептываясь. Некоторые поспешили покинуть переулок. - Я следом, – не утерпел я, и уже шагнул навстречу звучавшим голосам, но дракон остановил меня, придержав за руку. - Вдвоем пойдем, – проворчал он. – Мало ли во что можно вляпаться. Миновав пару торговых лавок и завернув за угол, мы встретили застывшую с непроницаемым выражением лица Эндерис, а прямо напротив нее примерно такую сцену: одетый в яркие одежды человек бился в истерике около будки чистильщика обуви. Сам чистильщик ошарашенно смотрел на разодетого, напоминающего действиями взбесившегося попугая. - Нет, они все еще грязные! Грязные! – вопил визгливо человек-попугай, от возбуждения топая ногами. Его пестрый наряд так и колыхался в такт движениям. – Я заплатил тебе, ты должен сделать их чистыми! Ты должен! Пока разодетый попугай кричал, срывая голос, и едва не прыгал от злости, споря с чистильщиком, тщетно пытавшимся что-то донести до оппонента в те минуты, когда тот переводил дыхание, наблюдавшая на расстоянии Эндерис, сокрушенно покачала головой. - Я думала, он давно умер, – мрачно выдала она. – Жаль, что это не так. Чистильщик что-то резко ответил попугаю, отчего тот буквально сорвался на визг. - О небо и крылья!.. – бедняга Рэб, заткнул уши, застонав и сморщившись, как от проглоченного лимона. – Что это... такое? - Дэнзо, – едва не завыла Эндерис, чего я никогда прежде не слыхал от ведьмы. – Мы обучались вместе магии, а с началом Вторжения он подался в орден Полумесяца. Воевал не хуже меня вот только... – девушка многозначительно оглянулась на меня, в то время как Дэнзо истошно вопил на несчастного чистильщика. – Он полная гадина. Сначала портил жизнь всем на обучении, а после отрывался на поле боя. Да так, что я позавидую. - Например? – я невольно съежился, в попытке представить себе, что Дэнзо мог сделать. Выглядел он как полный чудак. - Сжигание целого города, – донеслось от Эндерис, нервно выдохнувшей. – Был выбор: обойтись малой кровью или уничтожить все. Дэнзо выбрал второй вариант, просто потому, что мог. Просто потому, что хотел выпустить свою магическую силу на волю. Позабавиться, как потом говорил он. Рэбеллион издал звук очень близкий к рычанию, и у меня что-то екнуло в животе. - Откуда он вообще взялся? – с презрением прошипел дракон, сверля острым взглядом еще одного мага. Если к существованию Эндерис ящер постепенно привыкал, то появление явного психопата, обладающего магией, огненного не обрадовало. Между тем словесная перепалка достигла пика. Дэнзо, утратив жалкие остатки терпения, схватил чистильщика обуви за ворот рубахи и принялся изо всех сил трясти. - Я заставлю тебя их вылизать, если захочу! – вскричал он в гневе. – И я захотел! Так, вот это перебор. Маг или бродяга, этот разноцветный огрызок не должен был позволять себе подобного. Я и Рэбеллион почти одновременно двинулись к будке чистильщика, намереваясь прекратить эту мерзкую сцену. - Оставь человека! – рявкнул Рэбеллион, и мне померещилось, как тепло вокруг него стало опасно нарастать. Дэнзо резко развернулся к нам, удивленно вздернув светлые брови и утратив всякий интерес к затихшему чистильщику. Как только ворот его рубахи был отпущен, чистильщик, пугливо озираясь, скрылся из виду. - А вы еще кто?! – воскликнул он, тряся сжатыми кулаками. Его руки начал обвивать странный белесый свет. – Неважно! Я все равно вас... Эндерис появилась из-за нас, плавно выйдя вперед и встав между нами, загораживая нас с Рэбом и обрывая Дэнзо на полуслове. Ее руки оставались расслабленными, но кончики пальцев засияли темно-фиолетовым, почти черным, светом. Вокруг ведьмы стали собираться тени, словно разлитая лужа жидкости, угрожающе мерцая. - И ногтем не вздумай их трогать, Дэнзо, – Эндерис говорила до того ледяным тоном, что у меня мурашки пробежали по коже. – Иначе ты превратишься в дурное воспоминание для этого города. Глаза мага приобрели форму двух черных пуговиц, а рот искривился в непонятную линию, то ли насмешливую, то ли от гнева. - Тень всегда идет по пятам, не так ли, дорогая Эндерис? – Дэнзо наконец определился с выражением лица, нацепив ядовитую улыбку. – Сколько не беги, она все равно догоняет. Как досадно. В глазах Эндерис засверкала чистая ярость. Всего на миг, но этого хватило, чтобы ее рука поднялась и плавающие тени начали собираться в плотный сгусток. За какие-то незначительные доли секунд, Эндерис полностью застыла, мелко задрожала, а затем с усилием опустила руку, позволяя теням уйти назад в землю. Колдунья шумно выдохнула. - Я не поддамся, – холодно ответила девушка, высоко задрав острый подбородок. – Лучше сам беги и догони этого бедного чистильщика обуви. Прикончи его магией, и тогда у короля появятся веские основания обратить на тебя внимание. Ты больше не на поле боя. Лицо Дэнзо вспыхнуло. Он впился в каждого из нас обжигающим взглядом, задержавшись на мне. Тут его мимика, не знавшая судя по всему ни минуты покоя, переменилась от ядовитой злости к скептическому любопытству. Он недоверчиво прищурился, проскользив взглядом по мне и в особенности левой руке. Проклятье. - Меченный, значит... – пробормотал маг, озадаченно хмыкнув. – Тогда понятно, почему дракон и ведьма так стараются спрятать тебя. Я изумленно фыркнул, стиснув меч на поясе. Что он несет? И только сейчас осознал, что все это время Рэбеллион потихоньку закрывал меня своим плечом. Да и Эндерис вышла так, чтобы уменьшить обзор для Дэнзо. Будто бы этот псих мог в любой момент выпалить в меня, скажем, молнией. Просто со злости. Эндерис опередила меня с ответом. - Браво, браво, – закатила ведьма глаза. – Твой разлагающийся рассудок все еще напоминает ум мага. Частично, – последнее слово девушка специально подчеркнула, едко усмехнувшись. Зыркнув на нее диковатым взглядом, Дэнзо не отреагировал, вернувшись ко мне. - Думаю, главе ордена будет очень любопытно узнать подобные сведения, – сильнее прищурился он, криво заулыбавшись. – Первый меченый за многие годы! Как... интригующе. - Только попробуй! – сжав кулаки, рванулся к магу Рэбеллион, но хитрый маг вспыхнул желтым светом и исчез, словно сгоревший бенгальский огонь. Призрачным эхом улочку наполнили отголоски его смеха. Рэбеллион громко и не совсем по-драконьи выругался, ударив по стене пустой лавки, а Эндерис осталась стоять с нечитаемым лицом, изредко бросая на меня взгляд. Сам же я сморщился, осознавая, что влип в очередную, мать ее, историю. Опять. - Только стычки с орденом мне и не хватало для полного счастья, – саркастично выдохнул я, покачав головой. Чувствовал я себя скверно. Ужасно. – Как можно заметить метку через чертову куртку? - Он почуял, – Рэб раздраженно потер переносицу. – Такое бывает. Некоторые маги замечают больше, чем другие. Улавливают колебания энергии. А тут еще и я рядом оказался. Он банально сложил два и два. - Пойдем отсюда, – напомнила Эндерис, перехватив пару любопытных взглядов прохожих. – Просто пошли. Обменявшись короткими кивками, мы всей троицей двинулись прочь, оставляя будку чистильщика в гордом одиночестве. Возможно, ее хозяин и вернется, когда наберется смелости. Но лично я бы не стал. *** В трактире царил уютный полумрак и приятно пахло едой. Это не было придорожным пристанищем пьяниц и сомнительных личностей, как отчаянные наемники и те, кто прячет свои лица от посторонних глаз. Нет. Это было ухоженное и чистое помещение, достаточно просторное и на удивление спокойное. Только негромкая мелодия доносилась до слуха от пары играющих музыкантов. Их инструменты, – скрипка и лютня, – вытягивали низкие, протяжные звучания, наполняя атмосферу трактира ощущением, подобным возникающему при встречи раннего заката в теплый, слегка душноватый вечер. Далекий, чарующе красный, практически огненный цвет, разливается по округе, перебегая по траве поля и одиноким деревьям, ознаменовывая окончание дня. И ты просто стоишь и смотришь. Пение инструментов убаюкивало даже бдительную охрану у входа в трактир. Солдаты опирались на алебарды, через силу заставляя себя сохранять бодрость. Расположились мы за тихим столом в самом углу под светильниками, особо не притронувшись к поданным блюдам. Музыка немного расслабляла, нагоняя сонливость, но ее силы не хватало. Встреча в переулке оставила неприятный осадок. Хуже всех выглядела Эндерис, с мрачно-сосредоточенным видом ковыряясь вилкой в своей тарелке. Она что-то крутила в мыслях, но все никак не заводила разговор. Я иногда поглядывал на девушку, проверяя ее, а когда, отводя взгляд, вопросительно оглядывался на Рэбеллиона, лениво попивающего из большой кружки, то ловил его примерно с тем же, что и у меня выражением лица. Янтарные очи дракона тоже пытались разобрать загадку Эндерис. Один ли факт встречи с Дэнзо так влияет на настроение ведьмы? Положив вилку и отодвинув тарелку, девушка вдруг посмотрела на меня так, что я чуть не поперхнулся. В ее голубых глазах мелькнула крошечная искра, тут же погаснув. - Я решила, что стоит поведать тебе о части своего прошлого, – промолвила Эндерис, пристально глядя на меня и ловя каждое незначительное изменение в мимике. – Ты много слышал о магии, но ты понятия не имеешь с чем рискуешь столкнуться. - Разве наша первая встреча не успела намекнуть мне сполна? – изогнул я бровь, вспоминая как при знакомстве Эндерис заточила меня в ловушку из своих живых теней. Ведьма криво усмехнулась, что вышло скорее кислой миной, чем проявлением сухого веселья. - Есть вещи, куда опаснее пары щупалец из-под земли, – вздохнула девушка, собираясь с духом. Сейчас по ее виду было трудно оценить степень беспокойства, но похоже, ведьма волновалась. – Я хочу предостеречь тебя. Тебе следует знать, на что способны маги. Особенно, раз про тебя узнал такой человек, как Дэнзо. Помолчав, Эндерис наполнила пустую кружку элем, который всегда предлагают в любом из трактиров, и пододвинула ее ближе ко мне. Я вопросительно поднял взгляд на колдунью, ожидая пояснений. - Смотри в эль, – спокойным голосом произнесла она. – Я покажу тебе. - Осторожнее, – предупредил Рэбеллион, чуть подавшись вперед и насторожившись. – Нил еще юн. Неизвестно как неподготовленный разум отреагирует на чары. - Не так уж я и юн, между прочем... – подчеркивание моего возраста задело. В конце концов, много ли мальчишек пережили бы то, с чем я столкнулся? Однако мое возражение пропустили мимо ушей. Мне оставалось только недовольно просопеть. - Я помню, – ответила ведьма, покосившись на дракона. – И если что-то пойдет не по моему плану, то сразу прерву их действие. Самое главное, Нил, сохраняй спокойствие. Все, что ты увидишь дальше – иллюзия. Я тяжело сглотнул, ощущая противное покалывание в ладонях. - Я сам напросился, не так ли? – попытка пошутить вышла неубедительной и потому я добавил серьезным тоном: – Я готов взглянуть, если ты мне доверяешь. Эндерис задержала на мне взгляд, значение которого мне не удалось растолковать. Она медленно кивнула и велела мне взяться руками за кружку. Я повиновался. Ее ладони мягко легли поверх моих. Ведьма закрыла глаза, глубоко вдохнув. - Теперь смотри, – едва различимо прошептала девушка и умолкла. Обменявшись с Рэбеллионом быстрым взглядом в поиске поддержки и получив медленное моргание в ответ, я сделал, как говорила Эндерис. Могу ли я доверять ей? Думаю, что да. Но могу ли я доверять тому, что ожидает меня впереди?.. Неспроста Эндерис не спешила раскрывать детали своего прошлого. Она не лгала мне, но и будто бы не хотела, чтобы я раньше времени становился причастным. Набрав в легкие побольше воздуха, как перед нырянием на глубину, я уставился в слегка подрагивающую поверхность золотистого напитка. Ничего не видно. Пена да всплывающие пузырьки. Я продолжал смотреть, до боли напрягая зрение и чувствуя как Эндерис прижимает мои пальцы своими. Это было выражением и ее намерения, и негласной защиты. Мы просидели так минут пять, как подсказывало мое ощущение. Стоило мне подумать, что идея с видением не сработала, как жидкость стала искажаться и вздрагивать. Мой взгляд тут же приковался к кружке сильнее прежнего. По спине волной пробежали мурашки. Последнее, что я успел уловить, это напряженное ерзание Рэба рядом со мной. А затем пространство захлестнула сплошная пелена. Мне почудилось, что меня уносит прочь. Что я тону в глубокой мутной реке и течение забирает меня против воли. Засасывает и поглощает мою суть. Цвета сменяли друг друга как в тошнотворном калейдоскопе. Вспышка за вспышкой, не успевавшие собраться в определенный образ, который задержался бы. Пятна, туман и только смутное понимание, что это еще не конец. Эта мысль была до того слаба, что походила на остаточный запах или отголосок эха. Это призрак прошлого. Чужого прошлого, становящегося явью в моем сознании. Ослепительный взрыв яркого света, и я оказываюсь парящий в пространстве, как во сне. Это я, и не я одновременно. Наблюдатель, которого нет. Я перемещаюсь в воздухе над полем. Поле битвы. Небо залито оранжевыми и серыми тонами, пылая. Издалека разносятся крики солдат и лязг металла. Грохот. Мое внимание привлекает несколько вспышек света внизу, чуть левее места моего появления. Меня подталкивает вперед неведомая сила и я переплываю словно замедленная камера в кино. Эндерис. Она стоит, окруженная воинами Серебряных, нацеливших на нее острие оружия. Но на лице колдуньи нет и намека на страх. Недобрая, полная превосходства улыбка искривляет ее губы. Волосы и мантия развеваются от ревущего ветра. Глаза глядят холодно и расчетливо, но со странным огоньком в глубине. Предвкушение. Сила. Осознание, что она уже выиграла, как только вражеские воины окружили ее, рассчитывая на легкий бой. Но нет... Это будет не бой. Это будет уничтожение. Руки Эндерис из видения плавно поднимаются кверху, вырывая из самой почвы темные сгустки пульсирующей энергии. Они собираются в вытянутые извивающиеся щупальца, мгновенно обвивая ошеломленных воинов Серебряных. Тени давят их тела с отвратительным хрустом, без труда сминая доспехи, а некоторых швыряют и бьют о землю, пока они не затихают на веки. Эндерис сухо хмыкает, когда все кончается, окидывает бездыханные тела молчаливым взглядом, и шагает дальше, уже собирая в сжатых кулаках новые сгустки теней. Ее взгляд острый и сосредоточенный, как у рыщущего хищника. Она идет, минуя множество убитых и разбитые повозки. Каждого Серебряного, которого Эндерис замечает на своем пути, тут же пронзают сформированные тени, не хуже копья. Они падают без звука и тени послушно возвращаются к заклинателю, готовые атаковать вновь. Видение обрывается намного резче, чем возникло. Меня вытаскивают из вязкой пелены, как котенка за шкирку. Я ошарашенно озираюсь по сторонам, часто дыша и с трудом понимая где нахожусь. Откинувшись назад, я упираюсь в стену и взгляд утыкается в потолок трактира. Бешено бьется сердце, отдавая в голову и виски тяжелым гулом. Звуки стали приглушенными. - Тише, тише, – кто-то крепко стиснул мне плечо, почти приобняв, и легонько потряс. – На вот, выпей. Никак не выходило отдышаться. Переведя плывущий взгляд, я наткнулся на Рэбеллиона, озабоченно смотревшего на меня и пододвинувшего кружку с элем ближе ко мне. Зыркнув в сторону напитка, я замотал головой. - Нет, – выдохнул я, с усилием беря тело под контроль, чтобы не разводить ненужных сцен. Рэб молча пожал плечами и убрал кружку, напоследок похлопав меня по спине. - Ты молодец, птенчик, – одобрительно произнес дракон. – У многих, кто участвовал в подобных вещах, касаемых магии, возникали последствия. Начиная истериками и заканчивая полной утратой рассудка. Даже у взрослых мужчин, видавших не одно кровавое сражение. Вызов видения не самое сложное занятие, но это не делает его менее опасным, чем любая другая магия. Всегда есть риск. Восстановив дыхание, я что-то пробормотал в знак согласия и посмотрел на Эндерис. Девушка сидела неподвижно, уставившись в стол. Я кожей ощутил ее переживания. Не могу сказать, какие именно, какую конкретно эмоцию я почувствовал, но это было что-то давящее и грузное. Как грозовая туча. Отчасти придя в себя, я с усилием поморгал, прогоняя жуткие картины увиденного сражения. Вторжение... Значит, это было давно. Легче ли от этого факта? Несильно. И что самое поганое, Эндерис продолжала молчать, не поднимая глаз. Обычно собранные и насмешливые черты ее лица, потускнели, выдавая старое чувство вины. И непонятную боязнь. Словно часть Эндерис ожидала, что я сейчас встану и уйду прочь. - Эндерис, – позвал я девушку. Та не шелохнулась. Я стиснул зубы. - Эндерис! – настойчивее позвал я. Она дернулась. – Эндерис, не молчи, скажи хоть что-нибудь. Мы с Рэбеллионом все еще здесь! Колдунья издала прерывистый вдох, быстро заморгав. Затем она резко поднялась, громыхнув скамейкой и застыла, сжав кулаки. Секунда, две... Сейчас Эндерис либо даст волю эмоциям и начнет все крушить, либо просто уйдет из трактира. Эти ничтожные доли времени показались мне целой вечностью, и даже Рэбеллион, сидящий рядом, впился глазами в заклинательницу теней, напряженно ожидая ее дальнейшей реакции. Взрыв или маленький всполох? Она берет себя в руки, опустив веки и глубоко вздохнув. Еще глубже и дольше, чем перед нашим сеансом. Она немного стоит без движений. Ее пальцы постепенно расслабляются, и Эндерис спокойно опускается на место, хмуро сдвинув брови. - Я... не горжусь тем, что делала во времена Вторжения, – голос девушки стал хриплым и тихим. Поискав глазами, она взяла кружку и без особых церемоний отпила. Затем, опустив ее на стол и пристукнув, пару раз кашлянула. - Нил... – ее голос частично стал прежним, но глаза глядели с грустью. – Я знаю, как это звучит и как оно выглядит. Я не оправдываюсь, и не стала бы. Магию трудно сдерживать. Еще труднее сдерживать ее, когда ты теряешь над собой контроль. В те времена я и не старалась, если честно. Я видела угрозу. Я видела возможность выпустить силу и гнев. И я это делала. За нашим столом стало неприятно тихо. Доносящаяся до нас легкая музыка теперь казалась пустым звуком. - Здесь мы схожи, – негромко подал голос Рэбеллион с неожиданным сочувствием. Дракон пытался утешить колдунью. – Оба обладаем страшной силой, и оба ждем возможности проявить ее. Сбросить, как тяжелый камень с шеи. А потом, осознав последствия, мы сожалеем о содеянном. Эндерис посмотрела на дракона таким взглядом, который вроде бы ничего и не говорил, но в то же время заменял с десяток слов. Смятение, раздражение, согласие, вина, понимание, благодарность. Слишком сложная гамма, чтобы разбирать ее. И неоднозначная. Нас прервал резкий шум у входа. В тихий трактир начали вваливаться люди в доспехах с эмблемами городской стражи, явно выискивая кого-то. Пара стражников заметили нашу компанию, сидящую в углу, и, обменявшись короткими кивками, направились прямо к нам. Позабыв обо всем увиденном в эле, я напрягся, инстинктивно стиснув меч. Все переключились на приближающуюся к нам стражу. Народ оживленно зашептался. - Ты, – латная перчатка указала на меня. – Закатать рукава! Живо! Толпившиеся у нашего стола стражники нерешительно направили на нас алебарды, опасливо поглядывая то на удивленную Эндерис, то на стиснувшего зубы Рэбеллиона. Ситуация... - По какому поводу, стесняюсь спросить? – угрожающе процедил Рэб, приподнимаясь с места. Дракон обвел испепеляющим взглядом стражу. – Он вместе с нами, если что. Со мной! Обращавшийся стражник зыркнул на дракона, едва различимо сглотнув, и продолжил чуть сбавив тон. - Приказ ордена, ничего не можем поделать, – почти оправдываясь, пробормотал он. Затем возвратился ко мне. – Показывай руки! Прекрасно догадываясь, благодаря кому всполошилась стража и чем сейчас все закончится, я покорно поднял ткань куртки, обнажив левую руку и показав запястье с драконьей меткой, тускло сияющей под кожей. Глаза стражников расширились, как блюдца, и я с трудом удержался, чтобы не закатить свои. Откашлявшись, обратившийся к нам как будто вышел из кратковременного транса. - Именем ордена Полумесяца ты арестован, чужеземец, – перчатка стражника махнула, подзывая остальную стражу ближе. – Встать. - Вы не имеете права! – возмутилась Эндерис, вставая на мою защиту. – В чем орден обвиняет его?! Арестовать может только король! - С недавних пор – не только Его Величество, – понизив голос ответил стражник, отступив чуть в сторону. – В любом случае, парню придется пойти с нами. Иначе будет хуже всем. Эндерис вспыхнула, но промолчала, понимая, что спорить со стражей бессмысленно. У них есть приказ. Что они могут возразить?.. Рэбеллион только недовольно всхрапнул, раздраженно прихлопнув ладонью по столу. А я... мне оставалось подчиниться, потому что сопротивление сейчас только усугубит мое положение. Да и дракона с ведьмой я не хотел подставлять. Я поднялся с места и медленно вышел на освободившееся место, не совершая резких движений. Стража тут же сомкнулась вокруг меня, будто бы я преступник. - Меч, – протянул руку стражник, ожидая послушания. Скривившись, я отцепил от пояса оружие и с кислой миной протянул ему. Ненавижу оставаться с пустыми руками. - Последний вопрос, – подала голос Эндерис, прозвучавший с нескрываемым вызовом. – Кто отдал распоряжение? Стражник нехотя развернулся, крепче стиснув в руке мой меч. По его лицу пробежала тень. - Верховный маг ордена, Дэнзо Феленн, – вполголоса произнес мужчина, наполовину обернувшись. – Но вам я этого не говорил. Меня вывели из трактира на шумную улицу и повели по городу. Никто из стражи, за исключением того мужчины, не проронил ни слова. А вот прохожие то и дело озирались на нас, тыкая в меня пальцем. Неприятно. Я что, так похож на осужденного?.. Сохраняя невозмутимость на лице, или считая, что у меня это хорошо получается, я шел. В мыслях вертелся только один заевший вопрос – что делать? Нужно что-то придумать, нужно что-то придумать... А может и не нужно? Что, если я буду вести себя смирно и спокойно дойду до крепости ордена? Я не был уверен, что ведут меня именно туда, но других вариантов я пока не знал. Уж точно не во дворец к Аркхиму, потому что это глупо. Меня утешало то обстоятельство, что Рэбеллион вряд ли подчиняется ордену Полумесяца. Вспоминая рассказ, что король и орден не всегда достигают согласия, я не так сильно паниковал. Рэб разозлился. Я видел это. Значит, дракон не станет молчать и наверняка доложит Аркхиму. Вопрос состоит в том, насколько трудно будет вытащить меня в том случае, если мой арест решат продлить. Дэнзо что-то замышляет. Не сбавляя шага, я покосился на драконью метку под рукавом куртки, ощущая всей кожей нарастающий противный холодок. Что он задумал?..