Часть 6

Мы остановились в небольшой ложбине среди Южных Земель — холмы здесь начинали понемногу сползать в низины, становясь зелёными волнами, укрытыми ковром сухой, выгоревшей травы. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкий янтарный цвет. Где-то неподалёку журчал ручей — редкая роскошь для здешних мест — и его звук приятно успокаивал. В воздухе витал аромат шалфея, пыли и лёгкий дым от нашего костра. Карло первым нарушил тишину: — Может, останемся тут ещё на день? — буркнул он, оборачиваясь через плечо. — Муж той девицы наверняка ещё рядом. И, кажется, он теперь ненавидит не только Марбла, но и всех нас скопом. — Ну… Марбл сам виноват, — фыркнула Нана, скрестив руки. — Целовать чужую жену посреди улицы — это даже для него как-то слишком. — Я, между прочим, спасал ситуацию! — возмутился бард, поправляя ворот рубашки. — Она кричала. Я подумал, если поцелую — замолчит. — Интересная логика, — хмыкнула Тоша. — А если бы она загорелась, ты бы её лизнул? Я лишь прикрыла лицо рукой. — Марбл… если ты ещё раз решишь «спасти» кого-то таким способом, предупреждай. Я хотя бы отойду подальше. — Это была сила искусства! — попытался оправдаться он. — Ну, или вина. Скорее вина. — И почти летящей в тебя секиры, — добавил Эцио. — Он же не заметил, что у неё за спиной стоял муж. С топором. Мы устроились лагерем на пересечении троп. Южные Земли, несмотря на свою дикость, стали временным приютом. Тишина разлилась между нами, пока мы сидели у костра и смотрели на карту, разложенную поверх сумки. — Так что теперь? — Мэлоди развернула свиток с чернилами. — Долина Рек? Восточные Рубежи? «— Может, просто домой?» — устало подумала я. В этот момент Карри, рылась в рюкзаке и неожиданно воскликнула: — Эй! Тут что-то есть… — Она возле себя вытащила небольшой, аккуратно воткнутый в землю лист. — И не пахнет гнилью. Уже странно. — Ну хоть не проклятие, — буркнул Карло. — Или очень аккуратное проклятие. - сощурив глаза посмотрел на это. Карри осторожно развернула пергамент и начала читать вслух, пока мы с интересом склонились ближе к огню. — “Если вы действительно желаете перемен — начните с этого. Работорговцы, действующие неподалёку от Восточных Рубежей, готовят крупную партию рабов. Среди пленных — эльфы, крестьяне и… благородные. Ниже список. Освободите их — и один из них присоединится к вам.” Я нахмурилась и перегнулась через её плечо, чтобы взглянуть на строчки. Чернила были чёткими, аккуратными. Подписи — будто писаны рукою писаря, не просто крестьянина. Карри продолжила, перелистывая страницу: — “Количество: 73 человека. Из них — 28 эльфов, 32 крестьян, 12 ремесленников и… один барон. Имя: барон Рудольф Астей из Долины Рек. Под охраной. Ценность: высокая. Потенциал — союзник.” — Барон? — переспросила я, вбирая услышанное. — Один из дворян. Если он действительно жив, и если его освободить… — …он может убедить других знать перейти на нашу сторону, — закончил за меня Карло и добавил: — Особенно если у него есть связи. А у баронов обычно есть. — Это ловушка, — спокойно произнесла Тоша, бросив на нас скептический взгляд. — Слишком удобно, чтобы быть правдой. — Но если это правда… — Мэлоди сжала ладони, прижав их к груди. — Они все страдают. Столько жизней… — Значит, идём, — твёрдо сказала я, сжав свиток. — Даже если это ловушка — они получат не тех, кого ждали. А мы получим союзника. Тем более, наши раны уже зажили. Карри прищурилась с хитрой ухмылкой: — И, возможно, я получу ещё один повод пофлиртовать с Эби, когда вернусь с очередной “героической миссии”. — Сначала спасём людей, — сказала я, поднимаясь. — Потом можно будет и флиртовать. Ветер донёс запах пыли с Восточных Рубежей. Мы уже знали, куда держать путь. Путь через долины оказался не таким уж утомительным — особенно после того, как позади остались равнины Южных Земель. Воздух здесь был свежий, напоённый ароматом влажной травы и смолы от сосен. Листва шелестела в такт нашим шагам, а высокие холмы, словно исполинские волны, поднимались и опускались вдоль тропы. — Красота, — выдохнул Марбл, раскинув руки, будто собирался обнять весь лес. — Прямо как мои былые поклонницы: зелёная, влажная и непредсказуемая. — И с шишками, — буркнул Эцио, пнул кочку и повёл плечом. — Это уже после тебя. — А я думала, ты приберёг это для таверн, — добавила Карри с ухмылкой, закрутив прядь волос. — Ну, ты и природу покоряешь? — Она сама ко мне тянется! — театрально ответил бард, протягивая руку к берёзе. Та, правда, не ответила. Я шла впереди, глядя на горизонт. Далеко впереди уже виднелись силуэты предгорий — там, за ними, и находился лагерь работорговцев. Но путь ещё был долгим, и нам нужен был отдых. А ещё — моральная поддержка. И немного тепла. Позади раздался тихий смешок — Нана что-то шептала Тоше. — И всё же, — сказала она игриво, — не устаёшь ты такая красивая быть? Даже в мантии. Прямо как заколдованная воительница. — Заколдованная, — усмехнулась Тоша, не отводя взгляда от тропы. — Но заклинания у меня, знаешь, смертоносные. — Ой, я не сомневаюсь, — проворковала Нана, подтянувшись ближе. — Только не направляй их на меня, ладно? — Только если ты не продолжишь так говорить, — хмыкнула Тоша, на её губах мелькнула лукавая улыбка. — Ну всё, — проворчал Эцио, — эти двое щас прямо тут палатку разобьют. — Дайте людям любовь! — воскликнула Мэлоди, захлопав крыльями. — Любовь — это магия! — Особенно если кто-то ляжет не в свою сторону у вогнища, — пробормотала я, но с лёгкой улыбкой. — И всё же, когда они успели…? — я начала вспоминать. — Забыла как мы в таверне ночевали все? — подметил Карло. Мы смеялись, пока шагали — шумно, искренне, как это бывало нечасто в последнее время. И в этой лёгкости был свой смысл: ведь мы шли спасать тех, кого уже списали со счетов. Возможно, в последний раз, прежде чем тьма снова напомнит о себе. И когда за очередным поворотом показался каменный мост через реку, я крепче сжала рукоять меча. — Пора, — тихо сказала я. — К табору — идти ночью. Но сейчас ещё можно немного посмеяться. Потом будет не до этого. Ночь спустилась на долину, как тяжёлое покрывало — густая, звёздная, безлунная. Мы шли почти без слов. Лишь шорох листвы под сапогами да редкие перешёптывания сопровождали нас по узкой тропе, петляющей между чёрными силуэтами деревьев. Я шла впереди, ведя всех, ориентируясь по картам и по памяти. Где-то впереди, за старым ущельем и заросшим оврагом, прятался лагерь. Там, среди рабов, находился тот самый барон Долины Рек — если мы его освободим, он сможет убедить других дворян стать на нашу сторону. — Потрясающая тишина, — прошептала Мэлоди, зависая чуть в стороне. Её крылья светились бледным золотистым светом, но ми сразу же притушили свет, обмотав фею тонкой тканью. — Как будто перед бурей. — Это и есть буря, просто мы — её начало, — пробурчал Эцио, осматриваясь. Его лук уже был в руках. — Вон там, — прошептала Тоша, указывая вперёд. — Видите? Сигнальный факел. Значит, охрана не спит. Мы замерли на склоне, чуть выше лагеря. С этого места открывался вид на низину — в центре несколько шатров, по периметру — деревянные заборы и сторожевые вышки. Несколько костров мерцали оранжевыми пятнами, отбрасывая тени на землю. За оградой — клетки. Люди. Ельфы. Рабы. Я почувствовала, как сжались пальцы на рукояти меча. — Времени мало, — сказала я. — Слушайте внимательно. Мы разделимся. Карло и Нана пойдут с севера — они прорвутся через караульный вход. Эцио и Марбл — по деревьям, снимите часовых, кто сможет видеть вас сверху. Тоша, Карри и Мэлоди — со мной, пробьёмся через центр и откроем клетки. Когда начнётся суматоха — спасаем как можно больше и уходим. Ни геройств, ни долгих речей. — Кто-нибудь из вас когда-нибудь думал, — прошептал Марбл, проверяя стрелы, — что всё это как репетиция спектакля. Только вот публика — кровожадная. — А ты просто не забывай, кто здесь главный режиссёр, — хмыкнула я. — И не импровизируй. — А жаль, я уже придумал монолог для финального броска, — пробормотал он. Нана тихо рассмеялась, поправляя меч за спиной. Тоша провела пальцами по рунам на посохе — они мягко загорелись, а Карри прошлась взглядом по темноте, что-то бормоча о «гадкой погодке». Я посмотрела на всех – разных, ярких, неидеальных. Но именно таких я и хотела бы видеть рядом, когда стоим перед битвой. — Готовы? — спросила я, и шёпотом прокатилось: «Да». А потом — тишина. И мы двинулись вниз. К табору. К правде. К ещё одной битве за тех, кого никто не слышит. Я затаилась в высокой траве у подножия холма, чувствуя, как сердце стучит в груди — ровно, но сильно. Впереди раскинулся лагерь работорговцев: деревянные заграждения, клетки, в которых сидели уставшие люди и ельфы, костры, у которых грелись стражники. — Сигнал через двадцать ударов сердца, — прошептала я. — После выстрела Марбла — начинаем. Фея сжалась рядом со мной, глаза её мерцали тревогой, но руки не дрожали. Тоша стояла чуть позади, посох в руке, пальцы чертили магические знаки в воздухе — заготовки заклинаний. Щелчок. Свист. Стрела Марбла прорезала тишину — и попала точно в шею часового на башне. Он не издал ни звука, только повалился вниз, как мешок. — Вперёд, — скомандовала я. Мы рванулись вперёд, как молнии, рассекая ночь. Я первой оказалась у ворот и с разворота нанесла удар по замку, выбив его. Карри проскользнула внутрь раньше всех, ловко вырубая охранника, что только успел подняться. Из тени раздался яростный боевой крик — Карло и Нана уже прорвались с другой стороны. В их ударах не было пощады — только точный гнев. — Вскрывайте клетки! — крикнула я, перерубая цепь на воротах. — Мэлоди, помоги им! Фея кивнула и взмыла вверх, тихо шепча заклятие — замки один за другим раскрывались, и рабы выбегали из клеток в панике и слезах. — Сакуджейн! — послышался голос Тоши. — Слева! Подкрепление! Я развернулась и встретила мечом двух новых противников. Один удар, уклонение, разворот.  Глухой удар обжег мне плечо. — Всё нормально! — крикнула я, стискивая зубы. Позади меня Карри и Тоша прикрывали подход к клеткам. Заклинания взрывались с яркими вспышками, ослепляя и валя врагов на землю. Эцио с Марблом — словно тени, двигались беззвучно, убирая часовых один за другим. Я заметила, как Нана сражается в паре с Карло — синхронно, без слов, как будто каждый знал, где будет другой. И хотя двое уже имели царапины и синяки, они не отступали. — Барон! — крикнул кто-то из освобождённых. — Он здесь! Я метнулась к последней клетке, эфесом меча сломала замок — изнутри вышел седовласый человек с острым взглядом. — Барон Долины Рек? — спросила я. — Да. И если вы не шутите — я в вашем долгу, — коротко ответил он. — Потом отблагодарите, — отрезала я. — Сейчас — бежать. Мы вывели всех. Остатки врагов дрогнули, а затем начали отступать. Они не ожидали такого отпора. И мы не дали им времени на перегруппировку. Когда последний человек пересёк предел лагеря, я только тогда позволила себе выдохнуть. Всё болело. Плечо, нога, бок. Но мы сделали это. — Все живы? — спросила я, оглядываясь. — Почти, — криво усмехнулся Эцио, прижимая бок. — Но мы красивы, как никогда. Марбл, перевязывая разбойнику руку, подмигнул фее: — Мэлоди, если я умру — скажи миру, что я умер героем. — Ты даже не поцарапан, — буркнула она, но с лёгкой улыбкой. Увидев возле клетки какой-то деревянный сундук, я позвала Эцио к себе. — Сможешь его открыть? Было бы очень славно. — с надеждой во взгляде разбойник подошел к деревяшке. — Да как два пальца об землю. — Эцио «колдовал» своими инструментами в руках, и за мгновение услышался щелчок. — Отлично! Спасибо большое. — с улыбкой поблагодарив, я начала исследовать его. — Всегда пожалуйста. — он подмигнул и ушел к остальному отряду, оставив меня на одну. Мои глаза нашли три документа, один с количеством людей, второй с подтверждением маршрута и… третий с подписью королевы… Меня будто бы ошпарило, и мои руки отпустили пергамент. — Карло, Нана, подойдите сюда… — Отдав им в руки документ, я начала перебирать в голове всё. Судя по их лицам они были тоже в явном шоке. — Хочу напомнить… работорговля в нашем королевстве запрещена… - я подала голос. — Твою ж мать… - первое что выдал Карло. — Вот это да. Она сама себе могилу роет. Значит плюс к компроматам на неё. Я села на поваленное бревно и позволила себе несколько секунд тишины. Мы освободили их. Барон — с нами. А значит, у нас теперь есть шанс. — Двигаемся дальше на рассвете, — сказала я. — У нас впереди много работы. Но сегодня… сегодня мы победили. Солнце клонилось к закату, заливая дорогу мёдово-золотистим светом. Мы двигались очень медленно — барон Долины Рек ехал верхом, поникший, уставший, но с каждым шагом всё больше напоминая благородного человека, каким когда-то был. Его спина уже не казалась такой согбенной, а глаза — не такими пустыми. Лошади ступали осторожно по мшистым тропам, что вели вдоль тихого ручья. Деревья шептали над головами, а птицы спевали последние куплеты дня. Где-то далеко выл волк — или просто ветер шутил в горах. — Слушайте, — Карло потянулся и лениво улыбнулся, — я, конечно, не эксперт, но барон наш и вправду благороден. Даже из клетки вышел с таким видом, будто на чай опаздывает. — Главное, чтобы он не забыл, кто его вытащил, — буркнула Тоша, не оборачиваясь. — А то благородные часто память теряют, как только оказываются в безопасности. — Не все, — вмешалась Нана, улыбаясь. — Он мне кажется хорошим. И… настоящим. Кстати, Тоша… — Она повернулась к эльфийке и, будто невзначай, добавила: — А тебе идёт этот свет заката. Красивее его только ты сама. Тоша хмыкнула, но уголки губ дрогнули. — Тебе что, солнце в голову ударило? — Может быть, — ответила Нана игриво, — но если и ударило, то по самому приятному месту. — Прекратите, — проворчала я, стараясь не улыбнуться. — Найдём место для лагеря. Уже сумерки. Мы остановились у небольшой поляны. Деревья здесь отступали, уступая место мягкой траве и старому камню, на котором я и присела, потянув плечи. Барон молча благодарил нас взглядом и опустился рядом, тяжело вздыхая. Тоша уже разжигала небольшой огонь, тихо напевая что-то. Эцио и Марбл разбирали еду, а Карри, как всегда, вертелась рядом. Я смотрела на своих друзей и чувствовала, как сердце сжимается от гордости. Они были разные, громкие, иногда невозможные, но мы были вместе. И впереди — поместье, где, нас будет ждать новый союзник. И, без сомнения, новые испытания. Вечернее солнце мягко ложилось на землю, заливая долину золотистым светом. Мы въехали в имение барона, уставшие, но с каким-то странным чувством облегчения — за нашими плечами была трудная победа и опасный путь. Каменные стены поместья были обвиты плющом, и вокруг царила тишина, что только изредка нарушалась пением вечерних птиц . Во дворе нас уже ждали — пара слуг отвела лошадей, и барон пригласил нас в дом, где накрыли ужин. Мы сели за длинный деревянный стол: кто-то ел молча, кто-то негромко переговаривался. Карло налил себе вина и, улыбнувшись, сказал: — Ну что, господа герои, кто бы мог подумать, что мы ещё и шантажисты по совместительству? — Мы — не шантажисты, — сухо ответила Тоша, отодвигая бокал. — Мы собираем доказательства для справедливости. Большая разница. — Особенно если знать, кому эти доказательства попадут в руки, — пробормотала Нана, оглядываясь на меня. Я кивнула. Мы ещё не решили, что делать с компроматом. Но он был весомым — доказательства того, что королева лично одобрила работорговлю… Это могло обрушить трон. Мэлоди потянулась, сонно прикрывая рот ладошкой: — Я всё равно рада, что спасли этих людей… и барона тоже. Он кажется добрым. Барон, сидевший рядом, с благодарностью кивнул: — Без вас нас бы уже давно не было. Моё поместье всегда открыто для вас, леди Бладмор. Я склонила голову в знак благодарности. Хоть ненадолго, но здесь мы могли отдохнуть. Марбл напевал тихо под нос, прислонившись к стене. Карри, проходя мимо, хлопнула его по плечу: — Только не сочиняй балладу про то, как ты случайно спас барона, напугав всех своим пением. — А почему бы и нет? — фыркнул он. — Это почти правда. Я усмехнулась. Было хорошо слышать их голоса. Они спорили, шутили, перебрасывались фразами. Я посмотрела в окно на сад, где начинали расцветать ночные цветы. Завтра мы решим, куда двигаться дальше. А сегодня… Сегодня у нас был мир. Солнце только начинало подниматься над дальними холмами, окрашивая небо в розово-золотистые оттенки. Утренняя роса ещё держалась на ветвях деревьев, а воздух был свежим и немного сырым. Мы сидели во дворе имения барона — наконец-то немного отдыха после того, что мы пережили. Но расслабляться было рано. Опасность только начиналась. Я стояла у каменного забора, держа карту, которую я изучала ещё с вечера. Остальные тоже уже собрались — Карло жевал что-то из хлебного мешка, Эцио чистил свой лук, Мэлоди, как всегда, болтала без остановки, а Нана бросала взгляды в сторону Тоши, которая делала вид, что не замечает её, но едва улыбалась. – Нам нужно решить, куда дальше, – сказала я, просматривая карту. — Если пойдем на север, попадем в город, где сильно влияние церкви. Возможно, узнаем больше о том, что они затеяли. Но… Я умолкла. Мы все знали, что церковь была неприветлива. И даже не это пугало – с каждым днем ​​я все сильнее чувствовала, что что-то темное распространяется в королевствах. Нечистое. И начало – именно там, в их святынях. – Если церковь нас заметит – будет беда, – добавила Тоша мрачно, переложив посох через плечо. – Особенно мне. Мне достаточно только вида, чтобы собрать толпу фанатиков. — Но ведь они не знают, кто мы на самом деле, — улыбнулась Мэлоди. — Если будем аккуратны, нас не узнают. — Конечно, если только Карри снова не станет флиртовать с дежурной служанкой, — буркнул Марбл, и вся группа разразилась смехом. – А я что? Я только работала! – Карри невинно взмахнула руками. — Да и служительница… Мне кажется, я ей понравилась. – Понравилась настолько, что она охранников на тебя вызывала, – бросил Карло, улыбаясь. После нескольких шуток мы снова стали серьезными. Я посмотрела на всех и сказала: — Мы должны держаться в стороне от церкви, по крайней мере, пока не узнаем больше. Если там действительно есть следы тьмы, мы должны это выяснить. Но не привлекая к себе внимания. И не дай нам судьба снова оказаться в центре проповеди. Я свернула карту и вдохнула свежий утренний воздух. – Итак, отправляемся в город Торель. Там есть монастырь и старые связи моего отца. Возможно, кто-то из них ещё не потерял смысла. – И если потеряли – мы поможем найти, – буркнул Эцио, закинув мешок за спину. Мы отправились в путь, осторожно, держась тени, с надеждой в сердце и тенью на плечах. Форт Торель вырастал из-за горба  медленно, словно исполин, просыпающийся после долгого сна. Крепостные стенки темнели на фоне неба, вымощенные старым камнем, местами треснувшим, но все ещё внушающим почтение. У ворот стояли часовые в серебристых накидках с гербом – черная башня на желтом фоне. Над городом кружили птицы, ветер приносил аромат коры, грязи и горячего металла. Мы остановились на холме, чтобы перевести дух. – Ну что, Торель, – сказала я, – встречай своих героев. – Ты только посмотри на эти стены, – Карло растянулся в улыбке. — Я бы назвал их «каменные объятия», если бы не факт, что они выглядят, как сейчас обвалятся. - Каменные объятия звучит как твой стиль знакомств, - пробормотала Тоша, опершись на посох. - О, не возражаю! – засмеялся он. — Но эти объятия слишком холодны даже для меня. Нана поправила меч смеясь: – Может, мы не будем флиртовать с крепостными стенами? Нам ещё с охраной разговаривать. – Я, кстати, могу флиртовать и с охраной, – хмыкнула Карри. — Особенно если они красивы и не слишком умны. – Тогда я оставлю это тебе, – вмешался Эцио. — Мой шарм действует только на часовых, имеющих чувство юмора и два промилле в крови. Мэлоди тем временем ходатайствовала у Марбла, который снова за что-то споткнулся и чуть не упал. – Осторожно, Марбл! - всплеснула руками фея. - Я всего лишь... проверял почву, - пробубнел тот, снимая пыль с плаща. — Вдохновение, как известно, рождается из грязи… – И ты в нем, похоже, цветешь, – прыснул Эцио. Я невольно улыбнулась. Это был мой отряд. Мой мир среди руин. И что бы ни ждало нас в этом городе — я знала: мы справимся. Мы медленно двинулись вниз, и ворота Тореля открылись перед нами. – У меня плохое предчувствие, – тихо прошептала Нана, проходя рядом. – У тебя всегда плохое предчувствие, когда мы входим в города, – сказала Тоша. — Может, это потому, что в последних двух тебя пытались арестовать?  – Ты преувеличиваешь. Всего один раз, милая. - Второй раз просто не успели. Но может быть успею я. - нагло улыбнувшись она посмотрела на Ногард. Я выдохнула и сжала рукоятку меча. Внутри меня что-то дёргалось — знакомое ползшей вглубь души тенью. Мы вошли в Торель — город-крепость, пахнущий железом, предательством и чем-то… тёмным.