Часть 7

Каменные стены города поднимались над долиной — массивные, серые, молчаливые. Башни светились огнями, а на зубцах можно было увидеть фигуры часовых. Наконец-то. – Я уже представляю ванну, стол с жареным мясом и вином, – вздохнул Карло, расправляя плечи. – А ещё лучше – чтобы кто-то вытирал мне ноги. К примеру, Тоша. – Вытру тебе ноги, если полезешь в грязь, – буркнула Тоша. — И вытру не полотенцем, а твоим же лицом. Нана хихикнула и подмигнула Тоше. – Я помогу. Мы можем сделать это вместе, ещё и с песней. - пробормотал Паст. – Наконец кто-то в этом отряде предлагает что-то конструктивное, – отозвалась Карри, поправляя кинжалы. — А я уже думала, что здесь одни ребята, только языком воюющие. – Эй! - возмутился Марбл. — Я не воюю языком. Я вдохновляю. Мои баллады способны остановить войну. Ну или хотя бы заставить врага наложить в штаны. – Это если он ещё слышит после нашего боя, – бросил Эцио, вглядываясь в горизонт. – Слушайте… что-то здесь не так. Я остановилась. Ветер сменил направление. Долина впереди была затянута дымкой, и из нее поднимался гул, похожий на вздох сотен голосов. Над землей ползла тень, а дальше движение. Что-то надвигалось. - Тьма, - прошептала я, сжимая рукоятку меча. – Она здесь. – И довольно многовато – Карло уже вытаскивал меч, его голос стал серьезным, лишенным шуток. – Чёрт, – ответила Нана. — И они не ждут приглашения. – К оружию! – заговорила я. - Подготовиться! — Да ну! Мы только пришли. - за возмущался Эцио. На стенах Тореля загремели трубы. Мы не успели даже постучаться в ворота – город уже увидел то, что мы видели. – Они приближаются! — кричал часовой со стены. – Откройте ворота! Упустите их! Ворота начали медленно расходиться. Из них выскочили всадники, командир в темном доспехе сорвал шлем и крикнул: - Вы с дороги? Ко мне вместе держим линию! – Мы с вами! – ответила я. - Держи левый фланг! – скомандовал Карло, уже двигаясь в сторону наступления. – Эцио, Марбл – дистанционно! Тоша, прикрывай! – Не говори мне, что делать, принц, – буркнула Тоша, уже вызывая огненные шары в воздухе. – Карри! – воскликнул Эцио, – покажи этим тварям танец смерти! – С радостью! — усмехнулась она и бросилась вперед. Нана пошла вслед за Карло, а я, подняв щит, стала между ними и уже вырывающимися из тьмы существами. – Вместе! – крикнула я. – Они не прорвутся! И мы сошлись с врагом. Металл звенел о металл. Земля дрожала. Песчаный ветер смешивался с криками. Мы встали стеной между Торелем и наваливающейся тьмой — голодная, вонючая, шепчущая. Первая волна – это были они. Гракхелы. Собаки, зараженные Тьмой. Большие, сломанные существа - псы с телом волка, голой черной кожей, тлевшей отсветом лилового жара. Глаза – красные, две пары. Костлявые спины, из которых торчали заостренные обломки ребер. Они не лаяли — они скрипели. – На землю! – закричала я, когда первый Гракхел прыгнул на нас. Я приподняла щит. Стук. Тяжелый, как тараном. Меч врезался в горло животного, и горячая темная жидкость облила мои руки. Пес затрепетал, захрипел и упал. – Они быстрые! – прокричал Карло, отрубая лапу другому. – Не просто быстрые! Они… чертовски воняют! – фыркнул Эцио, выстрелив стрелой прямо в череп очередному мутанту. – Не отвлекайся! — бросила Карри и, развернувшись, всадила оба кинжала в брюхо зверю, подползавшему к Марблу. – Спасибо! - воскликнул бард. - Я уже думал, что стану собачьим ужином! – Ты и так на ужин не годишься, – улыбнулась Карри, повернувшись на пятке. Собаки лезли за волной. Из леса ещё больше. Они извергались, словно их выталкивала сама земля. Тоша подняла руки и небо засветилось. Гром. Огонь свалился на лес. Десятки существ загорелись и завизжали, падали, валялись в пыли. – Огонь работает! – крикнула Нана, рассекая мечом ещё одного Гракхела. — Но их слишком много! Фея как только могла накладывала заклинания исцеления на всех ребят, лишь бы помочь. Я посмотрела вперед. И в тот же миг все звуки стихли. Даже ветер перестал шелестеть. – Тихо… – прошептала я. - Что-то идет... Из леса медленно вышла тень. Деревья гнулись. Земля вздрогнула. И потом мы его увидели. Он был высотой с башню – существо, похожее на человека только силуэтом. Руки – к земле. Кожа — серая, как пепел, исцарапанная, потрескавшаяся. Грудь покрыта жильем, как старыми корнями. Из головы торчали два огромных ветвистых рога, между которыми светились четыре светло-белых глаза. А нижняя челюсть вырвана вниз, из неё торчали длинные клыки, даже в покое сжимавшиеся, как капканы. – Что это такое… – прошептала Мелоди. — Оно… оно не из этого мира… – Тьма показывает свою истинную суть, – сказала Тоша холодно. – Это не просто создание. Это посланник. – У него даже имя есть – сказал Карло, уже с поднятыми мечами. - Выгриск… Довольно иронично, ибо он точно выгрезёт кого-нибудь сегодня, – сказал Эцио, прицеливаясь. – Выгриск… – повторила я. – Хорошо. Тогда слушайте. Мы встали рядом, бок о бок. Ворота города сзади – открыты. За нами – солдаты, а если быть точнее их малая часть. Перед нами чудовище. — Держимся вместе. Карри, Эцио, Марбл – фланги. Тоша, огонь по ногам. Карло, Нана – на него. Мы справимся. – Держись ближе, Саку, – кивнула Нана. – Все вместе, – добавила я. И мы бросились вперед. Выгриск сдвинулся с места, и земля вздрогнула. Его шаги были медленными, но каждый как удар катапульты. Изо рта выливался густой черный дым, от которого мертвые тела псов вздрагивали… и поднимались. Они вставали – те, кого мы уже убили. Изуродованные, без глаз, с извращенными лапами, но живые. Еще живы. – Охренеть… – прошептал Эцио. – Саку, это уже не бой. Это мать его целый дьявольский ад. – Стоим! – закричала я. – Не позволяйте им прорваться! Гракхелы-мертвецы обступили нас. Карри, Марбл и Эцио бросились на левый фланг, стреляя и рассекая их с флангов. Мэлоди стояла ближе к воротам, поддерживая наших, лечила раненых стрелами света. Тоша подняла руки – с неба упала стена огня, разделяя существ. Земля начала трескаться под ногами, а на Выгриска посыпались молнии. Но он даже не остановился. С ревом он сделал рывок, и… в мгновение ока оказался перед Карло. – Осторожно! – закричала я, но уже было поздно. Огромная лапа с роговыми пальцами схватила Карло, прижала к земле. Принц пытался сопротивляться, нанес несколько ударов мечом… но Выгриск сломал двуручный меч, как треску. Затем раздался дикий хруст – Карло закричал. Его ребра, казалось, треснули прямо у нас под ногами. – НЕТ! – закричала Нана. Она бросилась вперед, обхватив рукоятку своего огромного меча. Я побежала рядом с ней. Выгриск поднял Карло над собой, как сломанную куклу. Ещё мгновение – и он раздавил бы его. - НАААА! – закричала Нана, прыгая. Её меч, покрытый светлым пламенем, врезался в левую руку чудовища, и та рассыпалась, как дерево, разбитое молнией. Выгриск взревел. Я успела подбежать – щит перед собой, меч к сердцу. Я ударила в его грудь – и клинок вошел, но поверхностно. Словно в дерево. Словно во что-то не испытывающее боли. – Сакууу! – прокричала Тоша. – Его сердце не в груди! У него два! – Что?! – крикнула я. – За рогами и в животе! — она подняла руки, и магический снаряд ударил по лицу Выгриска, на мгновение ослепив его. Я кивнула Нане. Мы одновременно тронулись. Выигрыш замахнулся другой рукой, пытаясь выбить нас, но Карри подпрыгнула сбоку и всадила кинжал ему в сустав. — От плюгавый, давайте, валите его, пока он обдолбаный! – крикнула Карри. Я прыгнула на обломок каменной кладки, потом на его спину, добралась до основания рогов. Там, между ними, было второе сердце — пульсирующее, черное, как сгущённый пепел. Я воткнула меч туда, что есть силы. Выгриск взвыл. В это время Нана ударила второй раз — точно в живот. Её меч пробил плоть и что-то хрустнуло. Чудовище начало распадаться. Тело – гнить в глазах, черная жидкость заливала все вокруг. Я спрыгнула, а Нана отпрянула в сторону, когда Выгриск упал на колени… и, словно срубленное дерево, развалился. – И это все? — прохрипел Карло, лежа возле исцелявшей его Мелоди. — А я уже подумал, что сдохну, как герой… – Ты умрешь, но явно не сегодня, – улыбнулась Нана, склоняясь к нему. — У меня ребра вдавились внутрь… может, кто-то ещё поцелует, чтобы быстрее зажило? - булькнул он. – Только не я, – буркнула Тоша. — Я спасаю мир, а не мальчиков. – Главное что ты жив, а ты ещё шутить хочешь. От болван. - присела я возле принца, вкладывая меч в ножны. Город Торель ещё стоял. Но мы все знали: это было далеко не последнее сражение. Солнце уже стояло низко. Его лучи пробивались сквозь дым и пепел, висевший в воздухе над полем боя. Мы стояли посреди развалин. Тела Гракхелей, обломки деревянных заборов, куски черного камня – все смешалось в мертвую мозаику. – Они уходят… – прошептала Мэлоди, глядя на горизонт. Темнота действительно рассеялась. То, что не умерло, убежало. Солдаты города стояли молча. Кто-то сидел на земле, сжимая меч. Кто-то держал раненого собрата. Несколько десятков из сотен... только уцелело. Кровавый плащ одного из капитанов был в крови и пепле. Он подошел к нам, оперся на копье и низко поклонился. – Вы… вы спасли Торель. Если бы не вы… – Мы спасли друг друга, – ответила я. — Это была общая битва. – Но если бы не вы… – капитан вздохнул. - Ваш друг жив, да ведь? - с надеждой кинул на него взглядом. — Я ещё жив, спасибо, — сдавленно сказал Карло, сидевший на стене. Его лицо было бледным, но улыбка все ещё нагла. – Правда, как только встану, собираюсь снова упасть. Ребра, знаете ли… – У нас есть внутренний госпиталь в нижнем дворе, – сказал капитан. – Возьмите его туда. И… мы выделим комнаты для вас. Вы наши гости. А мы — должники. - Я предпочитаю слово "поклонники", - вмешался Марбл, смахивая с себя пепел. – Но «должники» звучит солидно. – Проведите их! - скомандовал капитан. Нас вели сквозь ворота, которые ещё держались, хотя и были обжарены. Люди смотрели на нас с уважением и страхом. Кто-то крестился, увидев Тошу. Она молча шла впереди, не сводя глаз с обломков сзади. В больнице Мэлоди сразу принялась за дело. Её руки светились мягким золотым сиянием, когда она касалась груди Карло. – Щекотно, – улыбнулся он, хотя дышал с болью. — Но если это лечит, продолжай дальше. – Тихо лежи, дурачок, – бросила Нана, стоя рядом с ним. Мы все разместились в одном большом каменном зале с деревянными балками. Там были кровати, миски с водой, бинты… всё, что могло пригодиться. Наконец – безопасность. Хотя бы ночью. Я села у окна и посмотрела на небо. Среди вечерних туч проступала первая звезда. – Мы еще стоим… Позади раздался знакомый голос Карло: — Саку, если меня завтра кто-нибудь снова схватит, пусть будет красивая девушка, а не рогатый урод. Хорошо? Я улыбнулась, не оборачиваясь. – Извини, это не мне решать. - улыбнулась я. Но я думаю твои желания сбудутся. Увидим как оно. Ночь была на удивление тихой. После криков, стали, пламени и тени – тишина казалась почти чужой. Город спал, покрытый дымом и испугом. Только в окне нашей комнаты горел одинокий фонарь. Я сидела у стены, не раздеваясь. Щит стоял у двери, меч – рядом, как всегда. Не могла расслабиться. Тоша мыла руки от засохшей крови, Нана разглядывала ушиб на бедре. Марбл что-то тихо насвистывал, сидя на подоконнике. – Думаешь, вернутся? – спросила Карри у Эцио, свернувшись клубком на своей койке. – Возвращаются всегда, – пожал он плечами. — Вопрос когда и с чем. – И с кем, – добавила Тоша. – Это уже не просто звери. Карло лежал в углу, обмотанный бинтами, но бодрился: – Ну, если что – опять спасете меня. Я у вас любимый пациент, да? – Нет, – бросила Нана. – Но ты – самый шумный. – Все равно вы меня обожаете, – хмыкнул он, но я заметила, как он дрогнул, когда попытался вернуться.  Ногард только искренне рассмеялась. Тень боли пробежала по лицу Маретти. Он старался не показывать этого, но я видела. Ночь тянулась медленно. Мы говорили тихо, смеялись по-дружески, и только Мэлоди молчала больше обычного. ⸻ Утро принесло запах золы и первого тумана. Я очнулась от того, что фея стояла возле Карло, сосредоточенно склонившись над ним. Её лоб был нахмурен. – Что-то не так? – спросила я, вставая. – Магия не работает, – прошептала она. – Температура… он весь горит. Я подошла. Карло был в бреду, губы шевелились, но слов не разобрать. Его рубашка прилипла к телу, и лоб был влажным от пота. – Это не обычная рана, – сказала Тоша, посмотрев на него. – Эта тварь оставила что-то внутри. Магия Мэлоди лечит только живое… но не заразное тьмой. – Мы не можем потерять его, – сказала Нана тихо. – Что делать? – Я знаю, где растет мхи-сердечник, – сказала Найт. — Растение, сбивающее лихорадку даже от магических заражений, и помогает заживать ранам. Я видела его в лесу, когда мы подходили к Торелю.  – Хорошо, тогда я пойду поищу его. - выдвинув свою кандидатуру я сделала шаг вперёд. – Я иду с тобой, – воскликнул Марбл, уже надевая ботинки. — Без принца некому будет шутить с половиной группы. — А без тебя некому будет болтать без остановки, — улыбнулась Карри, но подмигнула ему тепло. Я схватила плащ, меч, и мы с Марблом вышли в предрассветный лес, где на каждом шагу скрывались воспоминания о вчерашнем бою. Но жизнь Карло была важнее ужаса. Лес встретил нас холодной росой и запахом влажной земли. Солнце только начинало пробиваться сквозь верхушки деревьев, и всё вокруг казалось чуть призрачным. Тени ещё лежали густо, будто не спешили уходить после ночи. Я шла первой, держа меч в ножнах, но рука всё равно касалась рукояти — привычка, от которой не избавиться. Марбл шёл следом, осторожно ступая по корням и сухим листьям, при этом умудряясь болтать: — А ты уверена, что эти “мхи-сердечники” выглядят как сердечки? Или это просто название такое… поэтичное? — Это мох с алыми прожилками, — бросила я через плечо. — Растёт у подножий старых деревьев, ближе к воде. — Прекрасно, значит, ищем мох у корней, а не у леших. Хоть бы раз, чтобы не было угрозы жизни при походе за растениями… Он сделал неосторожный шаг, поскользнулся на влажном мху и с глухим “ой!” шлёпнулся прямо на бок. Я остановилась, развернулась и подошла ближе. — Живой? — спросила я, с трудом сдерживая усмешку. — Моё достоинство пострадало больше, чем тело, — простонал он и протянул руку. Я подала свою. Он ухватился и с шумом поднялся, стряхивая листья с плеч и бедра. — Спасибо, миледи. Ради тебя готов падать хоть каждый день. — Только не делай это у врага, — ответила я. — Пошли. Времени мало. Мы шли ещё с четверть часа, пока тропа не разделилась. Лес стал гуще, тише. — Разделимся? — предложил Марбл, оглядываясь. — Так быстрее. — В пределах слышимости. Кричи, если что. Он кивнул, и мы разошлись. Я свернула влево, пробираясь через густой кустарник. Мох должен быть где-то здесь… У старого дуба у подножия холма. Солнце пробивалось сквозь ветви, рисуя узоры на земле. Я как раз склонилась у одного дерева, когда сзади раздался шорох — не природный. Я резко обернулась, но уже было поздно. Кто-то бросился на меня из тени, сжимая рукоять катаны. Рефлекторно я выхватила меч, успев отбить удар — метал ударил по металу. Передо мной стояла женщина в тёмном плаще, с капюшоном, скрывающим лицо. Её движения были отточены, как у убийцы. Она не говорила ни слова — только атаковала снова, быстро, без пощады. Я отступила, заняв оборонительную стойку. — Тебе не кажется это слегка недружелюбным тоном? Нападаешь со спины как крыса.  Нож метнулся в мою сторону. От которого я конечно увернулась, слегка повернув голову в сторону. Лезвие катаны свистнуло в воздухе, но я уже подставила щит. Удар разбился о него, искры бросились в сторону. Я ответила коротким, жестким выпадом меча – по диагонали, слева. Она отбила, но шагнула назад. Наши глаза встретились. – Хорошая реакция, – холодно сказала она. – У тебя не руки солдата. Ты явно дворянка. У кого училась? – У боли, – ответила я, немного наклонив голову. — И в ненависти к измене. Мы снова сошлись. Звуки боя глухо отдавались в деревьях. Я наносила точные, тяжелые удары, заставляя её отступать. Катана была быстрой, но я жесткой. Её утонченность против моей силы. Молодая девушка с катаной в руке. Каре обрамляло лицо с холодными серо-голубыми глазами. Выглядела так, будто вышла из другой культуры — другая осанка, другая одежда… и в глазах — сталь. – Ты двигалась лучше, чем большинство, – произнесла она с легким оттенком удивления. – Но все равно недостаточно тихо. – От меня не прячутся, – ответила я, став в боевую стойку. - Назовись. - Сагири Сингэн. – Она слегка наклонила голову, не сводя с меня глаз. – И я пришла за ним. – За кем? – За тем, кого ты зовешь Марблом. Того, кто когда-то был другим… и убежал. Изменил всё, чем был. И изменил мне. Она бросилась вперед — быстро, почти бесшумно. Её катана с глухим лязгом опять встретила мой щит. Я почувствовала удар аж в плечи, но удержалась. Она была искусна. Очень. Но я более опытная. – Если хочешь к нему – придется пройти через меня, – пробормотала я и контратаковала.  « -Повелась.» Мой меч с силой ударил её в сторону – она едва успела выставить лезвие поперек. Металл по металлу – сноп искр. Сагири завертелась, нырнула вниз, пытаясь сбить меня с ног. Но я уже была за её спиной, прижимая её левым плечом к дереву. – Ты не плохая. Но ты ещё ребенок, – сказала я спокойно, сжимая его запястье. – Ты не убивала, когда знала, что враг не встанет. А я убивала. Она сорвалась с места, попыталась уйти, но я уже держала инициативу. Уловка, подсечка, движение щитом — и она упала на колени, со сбитым дыханием, а мой меч уже был у её шеи. – Сейчас ты скажешь, что я ничего не знаю. Что он оставил тебя, что вы росли вместе, что он предал вас. – Я медленно дышала, не отводя взгляда. – Но я знаю вот что: человек не убегает просто так. Если он ушел, значит, на это была причина. Сагири впервые растерялась. – …Он был моим! Я должна служить ему, защищать, быть рядом! А он оставил все… оставил меня! Я опустилась, схватила её руки и мгновенно провернула так, что она оказалась скрученной лицом к земле. Я усадила коленом на её спину, прижимая руки к почве. Катана лежала в нескольких шагах. – Ты не ищешь его, – прошептала я. – Ты ищешь прошлое, которого уже нет. – Отпусти… – Её голос задрожал. – Пожалуйста… – Если ты не успокоишься – в следующий раз я не буду сдерживаться. И не дам ему увидеть тебя в живых. – …Марбл… Глухой, дрожащий голос, и я на мгновение почувствовала… не гнев в ней. А боль. Я медленно отпустила руки. Сагири осталась лежать, не поднимаясь, смотрела вниз. Я не подошла к ней поближе. — Если хочешь видеть его — приходи, если не будешь держать в руке оружие. И не обвиняй других в собственной боли. Развернувшись, оставила её в тени деревьев, и двинулась назад, держа меч наготове, на случай, если она все же решит ударить из-за спины. Она не ударила. Я стояла у сломанной ветки, когда услышала шаги – легкие, почти робкие. Обернулась и увидела Марбла. Волосы взлохмачены, стрела в руке, лицо обеспокоено. – Саку? Я услышал шум… все хорошо? — Он подошел ближе, заметив сидящую на коленях фигуру под деревом. — Что… Его голос оборвался. Он замер. - ...Сагири? Девушка медленно подняла голову. Ее глаза встретили его – оливковые, наполненные болью и какой-то смесью злобы и растерянности. Она поднялась, держа руки опущенными. Катана осталась там, где упала. – Ты всё же смог стать кем-то другим, – сказала она тихо. — Новое имя… новые друзья. Барды, маги, рыцари. А я? – Ты… – Марбл шагнул вперед. — Я не думал, что ты ещё меня ищешь. — Ты сбежал. И оставил нас всех. Оставил меня, - её голос задрожал. – Мы же присягали. Я присягала… Я стояла немного в стороне, держа руку на мече, но не вмешивалась. Это было не моё прошлое. – Я был ребенком, – Марбл опустил глаза. – Ты видела, как они вели себя. Как заставляли нас быть не людьми – оружием. Я не выдержал. И не хотел, чтобы ты стала такой же. Сагири вздохнула, горько. — А вместо этого я бегала за призраком десять лет. Тренировалась, чтобы когда-нибудь догнать тебя. Чтобы быть сильнее. Чтобы когда встретимся, ты больше не смог убежать. — Ты не должна была этого делать. Ты всегда была свободна. – Не была, Марбл. Ты стал моим обетом. Моей единственной целью. И когда ты… исчез… я потеряла себя. Наступило молчание. Тихая, давящая, как густой туман. Я не отводила глаз ни от неё, ни от него. – Сагири, – Марбл заговорил мягко. — То, что было, осталось позади. Я уже не тот парень. Я ошибаюсь, лажаю, вечно вмешиваюсь в проблемы… Я бард, как видишь. Но я свободен. И счастлив. Ибо впервые я с принимающими меня людьми, а не лепит нового «Марбла». Она сжала кулаки. – А эта… – её взгляд скользнул на меня. – Она что, заменила меня? – Она спасла мне жизнь, – ответил он серьезно. – Но она не заняла твоё место. Ибо в моем сердце, ты не была просто воином. Ты была… родной. И я благодарен за то, что ты жива. И что мы снова встретились. Сагири вздрогнула. А потом просто села на землю. Без пафоса, без меча – как обычная усталая девушка. – Я… не знаю, что теперь делать. Я подошла поближе, взгляд суровый, но не враждебный. – Ты можешь и дальше идти одна. А можешь остаться. И, возможно, впервые в жизни – выбрать свой путь. Не тот, что кто-нибудь навязал. А собственный. Сагири молчала. Впервые за этот разговор не спорила. – Подумай, – добавила я уже тише. — Захочешь, ты найдёшь нас в городе Торель. Мы оставили её под деревом, а Марбл ещё несколько секунд оборачивался, не сводя с неё глаз. А потом, наконец, двинулся за мной, и мы исчезли в зеленом свете леса. Мы молча шли по узкой тропинке назад, время от времени оглядываясь. Сагири осталась позади, а во мне всё ещё пульсировал адреналин после боя. Марбл шел рядом, удивительно молчаливый. Только его глаза снова и снова скользили в сторону, откуда мы только что пришли. – Она сильная, – наконец сказал он. — И упряма, как прежде. – И целится в сердце, если что-то не так, – хмыкнула я. — Но я её не виню. Мы вышли на небольшую лужайку, озаренную мягким светом утра. Солнце ещё не поднялось полностью, но уже пробивалось сквозь вершины деревьев. Я остановилась внезапно, вглядываясь в низкий куст у реки. — Постой… это же… — я присела, осторожно коснулась мелких листьев. – «мхи-сердечник». Именно эта трава! – Точно? – Марбл упал на колени рядом, глаза загорелись. — Мэлоди описывала именно такие алые прожилки. Я быстро сорвала несколько стеблей вместе с мхом, завернула в кусок ткани из своей сумки. - Это поистине чудо, - пробормотал Марбл, - или я наконец заслужил немного удачи. – Не тормози, – сказала я, уже вставая. – Если не успеем – Карло будет сгибаться от боли и снова начнет шутить о смерти. А этого никто уже не выдержит. – Я ему сам голову сломаю, если он начнет шутить, – усмехнулся Марбл и мы побежали. Мы неслись по тропинкам, как охотники за собственным спасением. Сердце колотилось от напряжения, а ноги болели после боя, но я не останавливалась. Не тогда, когда один из нас лежал с поломанными ребрами, горячкой и на грани смерти, другие верили, что мы вернемся с надеждой. Когда мы наконец вышли в город, утренний свет уже заливал землю. Оставшиеся солдаты разводили костер, но их лица напряглись, когда увидели нас. – Мэлоди! – крикнула я еще издалека. – Мы её нашли! Фея выскочила из здания, ещё в халате и с растрепанными волосами. – О, боги! Наконец-то! – Она схватила траву из моих рук и побежала в сторону Карла. А мы с Марбл только выдохнули, опустившись на землю. - Теперь... можно немного отдохнуть? - прохрипел Марбл, вытирая лоб. – Только на мгновение, – сказала я. — Потому что дальше будет ещё труднее. Но в сердце, несмотря на усталость, было тепло. Мы успели.