Глава 7: Призраки истины

Институт Нью-Йорка жил в состоянии напряжённой тишины. После новости о том, что Валентин, возможно, жив — тревога повисла в воздухе, как грозовое облако. Люди передвигались быстрее, взгляды стали более настороженными. Стражи усилили патрули, а Алек и Джейс заперлись в тактической комнате на несколько часов. Кассандра сидела в архиве, перелистывая старые записи, рукописи, всё, что касалось Валентина и артефактов. Она записывала имена, даты, сопоставляла маршруты. Но всё равно ощущала, как из-под пальцев ускользает логика. Артефакт исчез, но если он и правда в руках Валентина, это значит — всё переплетено: её отец, его смерть, Vetro di Sangue… и война. Дверь в архив скрипнула. — Ты не спишь? — Алек. Тихий голос, немного хриплый. Она обернулась. Он выглядел уставшим: волосы взъерошены, под глазами — усталость. Но в его присутствии всё внутри неё будто выпрямлялось. Она почувствовала, что сердце делает один ненужный лишний удар. — Как и ты, — ответила она, откладывая перо. — У нас обоих слишком много мыслей для сна. Он прошёл внутрь, оглядел разложенные материалы. Его взгляд упал на карту, где она обвела точки появления артефакта. — Ты всё ещё ищешь ответы? — А ты бы перестал? Алек пожал плечами. Он опустился на край стола и посмотрел на неё. — Я бы продолжал. Но иногда ответы опаснее самих вопросов. — Боишься, что я увижу то, чего не стоит знать? — Боюсь, что ты увидишь правду — и она сожжёт тебя заживо. Он смотрел на неё пристально, слишком пристально. Между ними повисло молчание. Наконец она встала, прошла мимо него к полке, словно отгородившись. Она боялась этого взгляда. Он видел в ней больше, чем она позволяла. — Я справлюсь. Я не ищу мести. Я ищу справедливости. Есть разница. — Ты всё ещё носишь этот кулон, — тихо сказал он. Она дотронулась до цепочки на шее. Маленький стеклянный шарик с застывшей каплей крови внутри. Последняя кровь отца. — Это напоминание. Чтобы не забыть, зачем я здесь. Чтобы не потерять себя. — Иногда, Кассандра… — он замолчал, не договорив. — Что? — Иногда ты напоминаешь мне меня самого. До того, как всё усложнилось. До того, как всё стало… политикой. Он встал, подошёл ближе. Они стояли лицом к лицу. Она чувствовала его дыхание. Чувствовала напряжение между ними, как невидимую струну. — Что-то изменилось? — спросила она шёпотом. Он отвёл взгляд, будто испугавшись собственной слабости. Вместо ответа он резко развернулся и направился к двери. — Завтра — тренировочный полигон. 9 утра. Не опаздывай. И он ушёл. ⸻ Утро было дождливым. В тренировочном зале пахло металлом и потом. Джейс и Иззи уже тренировались. Кассандра вошла в спортивных леггинсах и с хвостом, ловко закрученным на затылке. Алек стоял у стены, проверяя лук. — Ты пришла, — заметил он, не поднимая взгляда. — А ты думал, я проигнорирую? — Я думал, ты слишком упрямая, чтобы пропустить возможность доказать что-то. — Возможно. Он бросил ей тренировочный меч. Она поймала его на лету. — Сегодня — ближний бой. Не магия. Не луки. Только сталь. — Как скажешь, командир. Бой начался резко. Он атаковал, она отбивалась. Он был быстрее, точнее, но она — гибче, хитрее. Они двигались, как тени, в ритме, который понимали только двое. Мечи звенели, дыхание становилось резче. С каждым ударом она чувствовала, как напряжение между ними возрастает — не физическое, а внутреннее. Подспудное. Слишком личное. Он сбил её с ног, и в следующее мгновение оказался сверху, прижав её запястья к полу. Они замерли. В зале было тихо. Слишком тихо. Даже Джейс с Иззи перестали драться, заворожённо наблюдая за ними. Кассандра смотрела в глаза Алека. В них горел огонь — не гнев, не раздражение. Что-то другое. — Ты зол? — прошептала она. — Да, — коротко. — Почему? Он резко встал, отступая на шаг. — Потому что я не понимаю, кто ты. Ты не просто охотник. И не просто чужестранка. Ты вмешиваешься в то, что не касается тебя. И ты сбиваешь меня с толку. Она тоже поднялась. Сердце колотилось. — Может, ты не хочешь, чтобы я тебя понимала? Он ничего не ответил. Развернулся и вышел, оставив её одну посреди зала. В воздухе всё ещё витало напряжение. И лишь Иззи, подойдя сзади, прошептала ей на ухо: — Поздравляю. Он впервые так смотрел на кого-то, как не на врага. Но это и страшно, Кэсси. Потому что Алек умеет любить — но он боится любить то, что не может контролировать.