Глава 8

      Гермиона на секунду замерла, словно её поразил электрический разряд. Она смотрела на него, пытаясь понять, что он только что сказал. – Подожди... то есть ты знаешь, кто это? Драко... что? – мысли роились в её голове, но никак не могли выстроиться в целые предложения. Её мозг, всегда такой логичный и организованный, сейчас отказывался работать в обычном режиме.       Малфой сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Да, я уже видел его раньше, – повторил он. – Сначала мне показалось, но сейчас я точно уверен... Это ему я проиграл бизнес отца. Я узнал его по шраму на лице...       Гермиона ошеломлённо смотрела на него, не зная, что и сказать. Её разум отказывался принимать услышанное. – Но... почему он напал на нас? Что ему нужно?       – Понятия не имею, – Драко пожал плечами. – Я даже не знаю, кто он такой, – он прошёлся по комнате, нервно потирая переносицу.       То время, когда бизнес отца перешёл к Драко, выглядело в его памяти как серое расплывчатое пятно, словно кадры из плохого фильма, который он всеми силами старался забыть. Тогда он только начал пить, и, к своему стыду, начал употреблять запрещённые вещества, чтобы окончательно сбежать от реальности. Он понимал, что был не в себе, что его поступки были иррациональными и деструктивными. Но в тот момент ему было плевать на всё. Малфой думал, что забыл с кем имел дело, ну, или, по крайней мере, его мозг отчаянно пытался заставить его так думать, ведь за все эти годы он никак не мог вспомнить имя и лицо этого человека. Он помнил лишь туманные образы и размытые силуэты, но ни одной конкретной детали, которая могла бы идентифицировать его. И сегодня благодаря выбросу адреналина он наконец вспомнил. Как оказалось, была одна деталь, за которую мозг парня всё же зацепился, словно за спасательный круг. Это был огромный шрам, тянувшийся полосой по всему лицу того человека. Драко сжал кулаки, и его лицо исказилось от гнева.       – Мы должны что-то предпринять, – произнесла Гермиона, её голос был твёрдым и решительным. Она не могла сидеть сложа руки, пока рядом находится опасность. – Должна же быть хоть какая-то зацепка... – Она быстро прошлась по комнате, пытаясь упорядочить свои мысли.       – И что же ты предлагаешь? – Спросил Драко.       Она снова задумалась, потирая подбородок. – Мы можем поискать информацию о людях с такими шрамами, – продолжила она. – Может быть, в архивах есть какие-нибудь сведения о преступниках или тёмных волшебниках, которые соответствуют этому описанию...       Парень скептически посмотрел на неё. – Ты думаешь, это сработает? – спросил он. – У нас даже нет доступа к архивам и личным данным.       – Зато я знаю, у кого есть! – Ответила она с торжествующим видом.

***

      Через два дня Гермиона, собираясь на вечеринку по случаю ожидания малыша Поттеров, оглядывала себя в зеркало, оценивая свой внешний вид с критическим вниманием. Она надела платье, которое купила, как ей казалось, целую вечность назад, в том самом маггловском отделе, где работает Драко. На удивление, платье действительно ей очень шло. Девушка взяла свою палочку и легонько взмахнула ей, колдуя лёгкие волны на своих волосах. Затем она аккуратно заколола их невидимками с обоих сторон. Сочетание волшебного и маггловского – всё как она любила. Вздохнув, Грейнджер посмотрела на часы. Время поджимало, и ей нужно было спешить. Она ещё раз бросила взгляд на себя в зеркало и слегка улыбнулась своему отражению. Девушка взяла в руки подарок и аппарировала, оставив за собой лишь шлейф духов.       – Гермиона! – Радостно приветствовала Джинни, подбегая и заключая её в крепкие объятия. – Наконец-то! – Как ты себя чувствуешь? – спросила она, с тревогой глядя на подругу. – Тебе стало лучше? Мы так переживали.       Гриффиндорка на мгновение замялась, подбирая слова. Она уже и забыла, что ей пришлось прикрывать своё в последнее время «скрытное поведение» выдуманной болезнью. Она надеялась, что Джинни не будет задавать слишком много вопросов. Девушка знала, что рыжеволосая будет слишком волноваться, если узнает об угрозе, нависшей над ней и Драко, поэтому она решила вначале поговорить с Гарри. – Всё хорошо, – ответила она, стараясь придать своему голосу непринужденности. Гермиона натянула улыбку, надеясь, что её ложь прозвучит правдоподобно. – Мне стало намного лучше.       Джинни с сомнением посмотрела на неё, но, видимо, решила не настаивать. – Ладно, – произнесла она. – Я рада, что ты пришла. Мы так соскучились, – она взяла Гермиону под руку и повела её в гостиную, где уже собрались все гости.       Девушка с облегчением выдохнула, понимая, что ей только что удалось избежать неудобных вопросов. Но она всё ещё чувствовала себя неловко, обманывая своих друзей, ей хотелось как можно скорее рассказать им правду. Она прошла в гостиную, обнимаясь со всеми и обмениваясь приветствиями. Мероприятие проходило в доме Поттеров, который они недавно приобрели в тихом и уютном городке Сент-Олбанс. Этот городок, расположенный недалеко от Лондона, славился своей богатой историей и живописными пейзажами. Похоже, молодожены искали уединения и спокойствия, и Сент-Олбанс стал для них идеальным местом. Гарри и Джинни постарались создать уютное семейное гнёздышко, где каждый уголок дышал любовью и заботой. Дом, который они обустроили, был воплощением их мечтаний и стремлений.       После приветствия Гермиона вместе с семейством Уизли направилась к саду, который примыкал к дому. Она не могла не улыбнуться: несмотря на то, что за окнами царила зима, в саду вовсю цвели яркие цветы. Волшебные светящиеся гирлянды, мягко покачивались на ветру. Маленькие светлячки, словно живые драгоценности, порхали между кустами. В глубине сада, у небольшого пруда, украшенного светящимися кувшинками, Девушка увидела своих давних друзей – Полумна Лавгуд, как всегда, выглядела необыкновенно, на ней было платье нежно-лавандового цвета, а в волосах сверкали крошечные лунные камни. Невилл Долгопупс, стоя рядом с ней, как всегда, смущённо улыбался, но в его глазах светилась радость от встречи.       – Гермиона, привет! – воскликнула когтевранка с безмятежной улыбкой. Она подбежала к Грейнджер и заключила её в нежные объятия.       – Я тоже очень рада вас увидеть! – ответила Гермиона, с теплотой обнимая сначала Полумну, а затем Невилла. Они стояли какое-то время вместе, обсуждая последние новости. И девушке даже пришлось выслушать «интересную» историю от Лавгуд о том, как она долго искала свои туфли, которые спрятали мозгошмыги.       – Дорогие гости! – прозвучал голос Гарри, усиленный «Сонорусом». Он стоял рядом с Джинни, сияя от счастья. – Этот день для нас очень важен, и мы рады, что сегодня рядом с нами наши самые близкие люди. Мы очень рады, что вы решили разделить с нами этот торжественный момент нашей семейной жизни!       Волшебные бокалы, невесомо парящие в воздухе, тут же наполнились мерцающим напитком – игристым вином с лёгким ароматом лесных ягод. Все гости подняли свои бокалы, и в тишине на мгновение воцарилось ожидание. Гарри, посмотрев на Джинни с такой любовью, что у Гермионы даже защемило сердце, начал свой тост: – Я хочу поднять этот бокал за мою любимую жену. Без неё не было бы этого праздника, не было бы нашей семьи и нашего малыша. Джинни, ты – моё счастье, моё всё! Я тебя очень люблю!       Рыжеволосая девушка, глядя на своего мужа, едва сдерживала слёзы. Она прошептала ему в ответ слова любви и нежно поцеловала. Все гости заулыбались, аплодируя этой прекрасной паре. Гермиона, наблюдавшая за ними, чувствовала искреннее тепло в груди. Она была так счастлива за своих друзей, за то, что они нашли друг друга и построили такую прекрасную семью.       После трогательного тоста Гарри настала очередь родителей Джинни. Молли, с глазами, полными любви и гордости, начала свою речь. – Дорогие наши дети, – произнесла она, её голос дрожал от волнения. – Мы с Артуром так счастливы за вас обоих. Видеть, как растёт ваша любовь, как вы создаёте свою семью – это самое большое счастье для нас. Желаем вам всего самого лучшего, и пусть ваш дом всегда будет наполнен смехом, теплом и любовью!       Артур, с неизменной добротой, добавил: Я горжусь тем, что Гарри стал частью нашей семьи. Ты, Гарри, замечательный человек и прекрасный муж. А ты, Джинни, наша любимая девочка, будьте счастливы и помните, что мы всегда будем рядом!       Следом, по очереди, каждый из братьев Уизли поздравил молодую пару. Все они хором заявили, что будут отличными дядьками. А Джорд добавил, что уже готов учить племянника или племянницу всяким шалостям, чем вызвал дружный смех и негодование Молли.       И вот, наконец, наступила очередь Гермионы. Её сердце замерло, кажется, все слова, заготовленные ей ранее повылетали из головы. – Дорогие Гарри и Джинни, – начала она, её голос был немного дрожащим. – Я не знаю, как выразить словами, насколько я рада за вас обоих. Я была рядом с вами на протяжении стольких лет, и я видела, как росла ваша любовь, как вы поддерживали друг друга в самые трудные моменты. Вы – пример настоящей, крепкой семьи, где любовь, доверие и уважение – это не просто слова, а основа ваших отношений. Я знаю, что вы будете самыми лучшими родителями, какими только можно быть. Я очень горжусь вами, мои дорогие друзья. И я обещаю, что всегда буду рядом, чтобы поддерживать вас и вашего малыша, – Грейнджер закончила свою речь и подняла бокал, глядя прямо в глаза лучшей подруге.       После трогательных слов и поздравлений, гости один за другим начали вручать свои подарки. Было много умилительных презентов: от вязаных носочков ручной работы от Молли до миниатюрной метлы от братьев Уизли. Гермиона подарила будущему малышу зачарованного плюшевого медвежонка. Игрушка была не совсем обычной. Мишка был зачарован так, что мог чувствовать эмоции ребенка, умел рассказывать сказки, петь колыбельные песни. А ещё игрушка была наделена защитными чарами, которые обеспечивали спокойный сон ребёнка.       Девушка, наблюдая за всеобщим весельем, чувствовала, как внутри неё нарастает какое-то беспокойство. Она постоянно поглядывала на Гарри, пытаясь найти подходящий момент, чтобы сказать ему кое-что важное, но каждый раз отбрасывала эту идею, понимая, что сейчас совсем не время отвлекать его от этого волнующего момента. «Нельзя красть его радость», – думала она, нервно поправляя прядь волос. Внутреннее напряжение росло, и Гермиона невольно потянулась за очередным бокалом вина. Она осушила его одним глотком, и тут же наполнила бокал снова. Она удивлённо отметила, что в последнее время слишком часто пила. «Прямо как Малфой», – невольно пролетела мысль, и на её лице появилась легкая, почти незаметная ухмылка. «Интересно, как он там?».       Гриффиндорка попыталась сосредоточиться на происходящем вокруг. Она заметила, что большинство гостей уже сгорают от нетерпения узнать пол будущего Поттера. Да и сама Джинни, хоть и пыталась сохранять спокойствие, выглядела так, будто ещё секунда – и она упадёт в обморок. Гарри, в свою очередь, крепко сжимал руку своей жены.       Внезапно после того, как Грейнджер успела насладиться порцией салата с жареным картофелем, в воздухе материализовалась волшебная шкатулка. Она плавно и невесомо подлетела к сидящим в центре стола Джинни и Гарри. Шкатулка была сделана из тёмного дерева, украшенного серебряными узорами, которые мерцали в свете волшебных огней. Все гости замолчали, обратив свои взгляды на маленькую коробочку. Супруги переглянулись, и в их глазах читалось волнение и предвкушение. Напряжение достигло своего пика. Гермиона понимала, что сейчас произойдёт нечто важное, что изменит жизнь её друзей навсегда.       Гарри, глубоко вздохнув, повернулся к Джинни и, посмотрев ей в глаза, тихо произнес: –Готова? – девушка в ответ лишь слегка кивнула.       Они оба одновременно прикоснулись к шкатулке, произнося при этом известное только им двоим заклинание, и как только их пальцы соприкоснулись с поверхностью, шкатулка начала вибрировать. Внезапно её створки медленно начали отходить друг от друга, а изнутри начал вырываться поток яркого света, который сначала был белым, но затем начал постепенно меняться. Все вокруг затаили дыхание, не в силах отвести глаз от происходящего. Свет становился всё интенсивнее, и, наконец, он окрасился в голубой. По саду пронёсся вздох восхищения. Голубые клубы дыма заполнили воздух, а из шкатулки вверх взлетели сотни маленьких светящихся бабочек. Гарри и Джинни посмотрели друг на друга, и на их лицах расцвели счастливые улыбки. Их глаза светились от радости, и рыжеволосая, не сдержавшись, прижалась к своему мужу, обнимая его изо всех сил.       Но вдруг Артур Уизли, немного растерянно, нарушил всеобщее ликование. – А что означает голубой цвет? – вдруг спросил он, склонив голову набок.       Наступила небольшая пауза, прежде чем Молли, с улыбкой и лёгким упрёком в голосе, воскликнула: – Артур! Ну что ты такое говоришь?! Голубой цвет означает, что у них будет мальчик!       В этот момент на столе появился огромный двухэтажный торт, украшенный розами и бабочками, но главное, что его начинка, сама по себе окрасилась в нежно-голубой цвет.       Внезапно Рон, с широкой улыбкой, выкрикнул: – А имя... вы уже придумали имя? Я буду только рад за Рона младшего!       – Рона младшего? – сказал Гарри, с добродушной насмешкой. – Прости, Рон, но у нас другие планы.       Джинни, мягко улыбнувшись, взяла руку Гарри и, посмотрев на всех гостей, произнесла: – Мы назовём его Джеймс.

***

      Гермиона вернулась в свою квартиру около двенадцати ночи. Она была полна впечатлений от вечеринки, и в её голове всё ещё звучали смех друзей, волшебная музыка и тёплые слова поздравлений. Она думала, что Драко уже давно спит, поэтому стараясь не шуметь, тихонько закрыла дверь и, уперевшись на косяк, начала стягивать с себя туфли, когда вдруг почувствовала спиной, что за ней наблюдают. – Ты ещё не спишь... – произнесла она полушёпотом, заметив Драко на кресле.       – Нет. Честно признаться... мне было очень скучно без тебя, – ответил он, его голос был мягким и тёплым.       Гермиона слегка покраснела, смущённая его откровенностью. «Как он умудрился заставить её покраснеть меньше, чем за минуту?».       Малфой, внимательно рассматривал её, его взгляд сосредоточился на платье – Тебе очень идёт, – проговорил он.       – Спасибо, – пробормотала она, смутившись ещё больше.       – Как всё прошло? – искренне поинтересовался Драко.       Гермиона улыбнулась, предвкушая возможность поделиться своими впечатлениями. – Всё было замечательно, – начала она, отбрасывая туфли в сторону и подходя к нему. – Там был сад... знаешь, как в сказке... с цветущими растениями, хотя на улице зима, и волшебные гирлянды... А ещё там была зачарованная шкатулка... такая таинственная и красивая... – Она начала рассказывать с большим энтузиазмом, жестикулируя руками и стараясь передать все эмоции, которые она испытала. – А из неё выходил дым... сначала белый... а потом... – Её глаза заблестели, и голос стал более эмоциональным. – А потом она начала искрить ярко голубым цветом! В общем... у них будет мальчик! – Гермиона закончила свой рассказ на взволнованной ноте.       – Мальчик, значит, – задумчиво произнес слизеринец.       Девушка села на край кровати, чувствуя лёгкую нервозность. – Да, они хотят назвать его Джеймсом... так звали отца Гарри – сказала она, стараясь передать всю трогательность этого момента.       Драко кивнул, задумчиво глядя куда-то в сторону. – Передай и от меня в следующий раз Поттерам поздравления, – произнёс он, стараясь говорить как можно более искренне, и тут же добавил, как будто сам только что осознал, что это прозвучало, как что-то странное. – А ну да... – как будто это было вообще возможно, Драко Малфою поздравлять Поттеров.       – Мне удалось поговорить с Гарри... – начала гриффиндорка, стараясь говорить спокойно.       Блондин тут же напрягся, и его взгляд стал более серьёзным. – О чём?       Гермиона сделала глубокий вдох и выпалила: – Я рассказала ему, – короткая пауза, – всё...       – Всё? – Драко слегка напрягся от того, что именно она могла рассказать Поттеру.       Всего пару часов назад, Грейнджер, и вправду, наконец решилась и выложила Гарри всё, что произошло с ней в последнее время. Она рассказала ему о встрече с Малфоем, о том вечере откровений в баре, о нападении на них, а также, как вишенка на торте – о том, что парень теперь живёт у неё.       Реакция Гарри, конечно же, была неоднозначной. Ей показалось, что, если бы не радость от сегодняшнего вечера и выпитый алкоголь, его эмоции были бы ещё ярче. Но одно можно было сказать точно – он был в шоке.       – Гермиона, и как долго ты планировала скрывать это? – спросил Поттер.       – Я... просто не могла найти подходящего момента, – тихо ответила она.       – Подходящего момента? – Он издал короткий смешок. – Может ты рассказала бы мне, когда, ну... э... не знаю... вышла бы, к примеру, за него замуж или кого-то из вас убили? – Возразил он.       Девушка невольно поморщилась от его слов. – Гарри! Не преувеличивай!       – Сколько мы с тобой знакомы, Гермиона? – спросил он, заставляя Грейнджер чувствовать себя ещё более неловко.       Она не понимала, это был риторический вопрос или её друг действительно хотел знать на него ответ.       – Ты могла бы сразу мне обо всём рассказать... нам рассказать, – добавил гриффиндорец, намекая скорее на Джинни, чем на Рона.       – Я боялась, что вы не поймёте... – прошептала Гермиона, её голос был полон раскаяния. Девушка почувствовала, как в её глазах появляются слёзы. Она знала, что Гарри всегда был её опорой, и что она обидела его, не поделившись с ним своей проблемой.       – Гермиона... – Гарри тяжело вздохнул. Это было единственное, что он сказал.       В этом был всегда весь Гарри – вспыльчивый, но легко отходчивый. Она знала, что ему нужно время, чтобы всё обдумать. Она всегда давала ему это время, особенно когда они о чём-то спорили.       Гермиона взглянула ему прямо в глаза, и, произнесла с твёрдостью в голосе: – Гарри, мне нужна твоя помощь...       Поттер, нахмурившись, покачал головой, как будто не был уверен, что хочет это слышать. – Джинни меня убьёт! – Выдал он, и в его голосе прозвучало нескрываемое беспокойство.       Грейнджер в ответ на его слова, печально улыбнулась: – А потом она убьёт меня...

***

      Девушка ощутила на себе взгляд Драко. Она видела в его глазах нетерпеливое ожидание.       – И как он отреагировал? – повторил слизеринец свой вопрос.       Гермиона вздохнула, словно пытаясь собраться с мыслями. – Он был... ошеломлён, –ответила она, стараясь подобрать наиболее точное слово. – Я думаю, ему понадобится время, чтобы всё переварить. Но, самое главное, он согласился помочь. И обещал поискать в архивах Министерства какую-либо информацию о том человеке.       Парень нахмурился. – У него есть доступ?       Гриффиндорка кивнула, стараясь разрядить атмосферу. – Конечно, он же начальник аврората, – ответила она с лёгкой улыбкой.       – И он вот так просто согласился помочь? – пробормотал Драко, приподняв одну бровь.       Гермиона снова вздохнула. – Гарри всегда был таким, – сказала она, смотря прямо в его глаза. – Он может вспылить, но он всегда готов на всё ради своих.       Они молчали какое-то время и блондин, нарушив это молчание, тихо прошептал: – Хорошо, – его голос был хриплым, а взгляд, которым он смотрел на неё, был полным каких-то невысказанных эмоций.       Девушка, с лёгкой улыбкой, почувствовала, как внутри неё разливается тепло. Она понимала, что это «хорошо» от Драко означает многое. – Хорошо, – тихо повторила она.       Это было не просто слово, а обещание. Обещание быть честными друг с другом, несмотря на все сложности. Обещание бороться вместе, независимо от того, что им приготовит судьба.

***

      Ещё через несколько дней Гермиона, как и обещала, созвонилась с Гарри.       Драко внимательно следил за реакцией девушки. Он видел, как меняется её выражение лица во время разговора, и не мог не волноваться.       – Хорошо, спасибо тебе, Гарри, – произнесла Гермиона, и по её мимике парень сразу понял, что ничего хорошего она не услышала.       После того, как она закончила разговор и положила трубку, Малфой, не выдержав, подошёл к ней. – Ну? – нетерпеливо спросил он.       Гриффиндорка отрицательно покачала головой. – Он ничего не нашёл. Сказал, что попросит своих сотрудников поискать в других отделах, – разочарованно произнесла она.       Драко с досадой вздохнул. Он понимал, что поиски информации – дело нелёгкое, но всё равно чувствовал разочарование от того, что надежда, пусть и небольшая, не оправдалась.       Они приняли обоюдное решение сократить их походы куда-либо до минимума. Однако, когда Гермиона предложила Драко на время прекратить ходить на работу, начался настоящий спор. Она настаивала на том, что его безопасность важнее, чем работа, но слизеринец был не согласен.       – Я не могу просто сидеть дома! – воскликнул он, и в его голосе прозвучало раздражение. – Я должен работать, я должен что-то делать!       – Драко, это небезопасно! – не унималась она.       – Если я буду сидеть дома, то это будет означать, что я сдался! – ответил он. – Я не собираюсь прятаться!       Гермиона нахмурилась. Она знала, что Драко упрямый, и что его очень сложно переубедить. Они уже, итак, долго спорили, приводя всё новые и новые аргументы, но ни один из них не хотел уступать. Казалось, этот их спор мог длиться бесконечно.       – Ладно, хорошо, ты прав, – проговорила девушка, и её голос был полон усталости. Она опустила глаза, понимая, что ей придется смириться с его решением. – Только будь осторожней, – тихо добавила она.       Драко, увидев её обеспокоенное выражение лица, почувствовал, как что-то дрогнуло в его сердце. Он не привык, чтобы о нём так беспокоились, и это ощущение было для него одновременно странным и приятным. – Грейнджер, я смогу за себя постоять, – он усмехнулся.       Гермиона продолжала сверлить его взглядом, намекая на его безответственность.       – Я обещаю быть осторожным... ради тебя, – добавил он, особенно выделив последние два слова.

***

      Пока парень был на работе, Гермиона не теряла времени. Она с головой ушла в домашние дела, стараясь заполнить пустоту и отвлечься от тревожных мыслей. Новостей от Гарри так и не было. Девушка пыталась не паниковать, но с каждым днём её надежда таяла. Либо тот человек, и вправду, искусно скрывался, либо его вовсе не существовало и Драко что-то напутал. Она даже подписалась на рассылку журнала «Ежедневный пророк», в надежде хоть что-то узнать, хоть малейшую крупицу информации о таинственном человеке, который за ними охотился. Но всё было безуспешно. С момента нападения прошла ровно неделя, и за это время не произошло ничего необычного. Всё шло своим чередом, словно ничего и не было. В моменты, когда Драко возвращался с работы, она старалась выглядеть спокойно, но ей было очень сложно скрывать свои переживания.       Вечером после того, как Малфой вернулся, а девушка завершила свои домашние дела, они оба устроились перед телевизором, по которому шёл какой-то документальный фильм. Гриффиндорка открыла пачку чипсов и с удовольствием начала их уплетать.       Драко, наблюдая за ней с лёгкой брезгливостью, нахмурился. – Как ты можешь есть эту гадость? – спросил он, и его голос был полон недоумения. Он смотрел на то, с каким удовольствием девушка хрустит чипсами, и не мог понять, что она находит в этой солёной субстанции.       Гермиона, не отрываясь от своего занятия, посмотрела на него с хитрой улыбкой. – А ты попробуй, – подначивала она его, протягивая ему пачку. – И сам не сможешь остановиться.       Блондин закатил глаза, но всё же взял один чипс из пачки. Он недоверчиво посмотрел на него, а затем, с сомнением, отправил в рот. Несколько секунд жевал, стараясь понять, что же такого необычного нашла в нём Гермиона. А затем, невольно, потянулся за вторым, а затем за третьим.       Гриффиндорка, наблюдая за ним, тихонько засмеялась. Она знала, что рано или поздно Драко не сможет устоять перед их притягательностью. Парень, увлечённый процессом поглощения чипсов, даже не заметил, как пачка почти опустела. Он с удивлением посмотрел на неё, а затем на Гермиону, которая смотрела на него с довольной улыбкой.       – И что, не гадость? – спросила она, с весельем в голосе.       Малфой, притворно нахмурившись, ответил: – Ладно, признаю, в этом что-то есть, – он пожал плечами. – Но ты всё равно ешь слишком много всякой гадости, – добавил он.       – А ты употребляешь слишком много гадости, – шутливо бросила она. Однако, в тот же момент поняла, что её слова могли задеть Драко. Улыбка сразу сошла с её лица, и она посмотрела на него с беспокойством. Она вспомнила о его зависимостях и поняла, что это было не самое удачное замечание.       – Один-один, Грейнджер, – произнёс слизеринец, отвернувшись.       На экране телевизора началась реклама какого-то современного, сверхнадёжного сейфа немецкого производителя. Драко, стараясь сменить тему, небрежно бросил: – Интересно, кто первый изобрёл сейфы: магглы или волшебники? – он задал этот вопрос, как будто действительно интересовался этим.       Гермиона, погружённая в свои мысли, не сразу поняла, что он произнёс. – Извини, что ты сказал? – переспросила она, стараясь сосредоточиться.       Парень, с лёгким раздражением, повторил суть вопроса: – Я спросил, кто первый изобрёл сейфы: магглы или волшебники?       Грейнджер вдруг резко подскочила с дивана, словно её ошпарили кипятком. – Ну конечно! Сейфы! – воскликнула она, и её глаза засверкали от внезапно осенившей идеи.       Блондин смотрел на неё с полным непониманием. – О чём ты? – спросил он.       – Сейфы, Драко! – снова повторила она.       – Что сейфы? – парень совершенно не понимал её логики.       – Ну сейфы... где обычно есть сейфы?       Драко пожал плечами: – В банке?       Она энергично закивала головой, подтверждая его догадки. – Именно! В банке!       – И что? – Малфой всё ещё ничего не понимал.       – Как давно ты посещал хранилище своего отца в банке? – внезапно спросила Гермиона.       Драко задумался, и затем, нахмурившись, ответил: – Я точно не помню, наверное, в последний раз, когда Люциус был ещё жив.       Грейнджер, схватившись за голову, воскликнула: – Гоблины могут что-то знать! –Девушка начала ходить по комнате, обдумывая идею.       Он удивлённо наблюдал за её действиями. – И ты думаешь, гоблины нам что-то расскажут? – Спросил парень с лёгким скепсисом.       Гермиона остановилась и посмотрела на него. – Нам нет, – уверенно ответила она. – А вот если туда придёт кто-нибудь, к примеру, из Министерства... то весьма может быть...       Слизеринец на мгновение замолчал, обдумывая её слова. Он понимал, что в этом есть логика.       Девушка взяла в руки свой телефон, прошлась пальцами по клавишам и набрала нужный номер. – Алло, Гарри...