Вторая глава – УКОРЕНЕНИЕ

– А вот и не одно и то же! Мы с ними разного оттенка зелёного!– У зелёного нет оттенков! Зелень есть зелень, пережечь бы вас всех!..Спор одного из энтов с командиром отряда, потерявшего почти всех своих бойцов по вине сорвавшегося энта Утро началось затемно. Не привыкший столько спать организм проснулся ещё до рассвета. За широким окном, обнаружившемся в нашей комнате на шестерых – это же как нужно вымотаться, чтобы не заметить его наличие! – стоял предрассветный сумрак, неподалёку горел фонарь, отбрасывая косую световую полосу на стену. Остальные пятеро ещё спят – самое время осмотреться. Все три двухэтажные кровати стоят на расстоянии от стен и друг от друга. Стена возле двери занята длинной вешалкой со всеми необходимыми этажами: от предназначенного для головных уборов до полочки для обуви. Что до длины… нас тут шестеро и, по всей видимости, там должны располагаться шесть комплектов одежды, надеваемой перед выходом. Зрение меня никогда не подводило и сейчас в полумраке достаточно чётко виднелись стоящие у боковой стены высокие шкафы. Шесть штук. Очевидно, для остального снаряжения, кроме «выходного» комплекта одежды. На последней свободной стене – занятую окном не считаем – расположились светящиеся стрелки часов. Тихо спустившись, вблизи разглядел деления с цифрами, прямо на стене. Сурово, однако. Присмотревшись, различил ещё и оставленные кем-то пометки. От руки, а не как явно трафаретные цифры часов. «Подъём, включают свет», «Отбой, тушат свет», «Завтрак, будь одет», – такого рода записи. Что ж, спасибо тому, кто их здесь оставил. После внимательного изучения надписей я уже знал по какому режиму живёт база. Судя по стрелкам, до подъёма оставалось немного, и я поспешил вернуться в постель. Ни к чему привлекать лишнее внимание. Единственное, что помню из окончания вчерашнего дня – это то, что здесь, в этой комнате, одни новобранцы. Значит, мы новая, только сформированная группа. Жить будем здесь же, с кем поселили. Вывод: нужно подружиться или хотя бы установить ровные отношения. Вот после подъёма расскажу всем про часы и заработаю баллов в их глазах. Конечно, хотелось бы возглавить эту группу, но нельзя. Командир всегда на виду, чего мне нужно избегать. Признаться, ожидал от подъёма чего-то большего, но произошло ровно то, что написано на стене: включился свет. И всё. Ни сигнала, ни дежурного, будящего солдат, как в старых военных фильмах. Мои соседи заворочались и четверо укрылись с головой, а ещё один сел и недоумённо моргал, пытаясь понять, что происходит. «Может, пора вставать?» – ненавязчиво озвучил предположение я. Меня послали, причём сразу несколько голосов, нашёлся и кто-то потребовавший выключить свет. Беря пример с того, который сидел, я тоже сел и спустил ноги на лесенку, позволяющую добраться до кроватей верхнего яруса. Несколько минут тишины – и меня начинают одолевать нехорошие предчувствия. Стрелки на часах всё ближе к отметке завтрака с рекомендацией одеться к этому моменту. Начинаю слезать… и тут двери распахиваются как от пинка и в комнату заходит наш вчерашний куратор. Или не наш? Что-то плохо помню, но вчера точно его видел… А, это тот, который подходил ко мне после боя, спрашивал почему не смотрю на тела, покрытые мхом! Осмотрев нас с проснувшимся и остальных, ещё спящих, мужчина усмехнулся. Вдохнул поглубже и начал: – Кто встал – молодец! – гаркнул ничуть не хуже вчерашней наставницы. Наверное, тут манера преподавания такая. – Остальным тоже встать и одеться! К этому моменту вы должны быть уже готовы идти на завтрак! – под его крики зашевелились и остальные, выползая из постелей. Мы, с проснувшимся раньше, ускорились и первыми встали в указанное место. В стороне от двери оставалась ничем не занятая площадь, как оказалось, именно для этого. – О, как хорошо, вы уже одеты! – оказалось, соседи тоже попадали спать, не раздеваясь. – На будущее: форма должна быть чистой и свежей! Висеть на вешалке и только утром надеваться! Сегодня вам простительно. – под его речи остальные четверо тоже стали в строй. И как-то так получилось, что все они оказались за мной, а я – перед куратором. Хотел же не выделяться!.. – А теперь в столовую за мной, шагом марш!.. Маршировали мы не очень. Я ещё старался подражать куратору, печатающему шаг, а следующие за мной пятеро явно ещё не до конца проснулись и осознали, где они и что нужно делать. Нам ничего не сказали, а доведя до столовой, жестом указали на уже накрытый стол – тоже на шестерых, как и большинство в обозримом пространстве, но имелись и сдвинутые по два – предупредив, чтобы сильно не наедались, ведь после завтрака строевая подготовка. Куратор ушёл и все принялись за еду. Я – потому, что помнил сколько времени отводилось на завтрак, остальные – наверное, от голода. И правильно, нас явно собираются учить. Легко не будет. Лучше бы я ошибся… Плац под открытым небом наконец позволил вдохнуть здешнего воздуха полной грудью. Вкуснее, чем в родном городе, но это радовало только первые десять минут. Потом нам сказали, что строевая подготовка длится два часа и соседи заранее взвыли. Незнакомый командир, зато все знакомые новобранцы и ещё несколько отрядов явно опытных бойцов. По тому, как они маршировали, видно. Ходить после еды полезно, но не столько же времени! Высказывался про себя. Понимаю, это для выработки дисциплины и навыка реагировать на приказы без участия мозга, а всё равно не весело. Но делать надо, нашего мнения не спрашивали. Отходив строем положенное время – под конец начав более-менее попадать в ногу, не зря вместе с нами занималось несколько опытных отрядов – все новобранцы получили перерыв и попадали на лавочку, стоящую здесь, очевидно, именно для этих целей. Маршировавшие вместе с нами бойцы косились с долей презрения, ведь они-то не падали, а спокойно стояли и обсуждали что-то в своём кругу. Ещё один фактор мотивации для молодых бойцов… интересно, только я это понимаю? Когда время отдыха вышло, за нами пришли уже «наши» кураторы, разобрали отряды по подразделениям – из дальнобойных оказались только мы, наша шестёрка, остальные поделились примерно поровну между штурмовиками и поддержкой. Наученные вчерашней наставницей, молчали, пока не спросят, зато, когда пришли в отдельный небольшой зал и получили разрешение!.. Не стал лезть вперёд со своими вопросами – вряд ли кто-то спросит действительно интересное – занялся изучением помещения. Прислушивался, конечно, но не особо. Как и ожидалось, нужного мне никто не спросил. А может и спросил, но часть вопросов куратор отсекал простым: «Об этом узнаете на теории». Из более-менее полезных мелочей мы узнали, что шестёрка – стандартный размер малой группы, а две шестёрки – дюжина – уже полноценный отряд. Когда-нибудь и у нас может появиться вторая полудюжина – такие спарки создавались на постоянной основе, чтобы сработаться. Пока остальные общались с куратором, я обнаружил, что помещение является тиром. Вскоре после этого нас всех отправили на стрельбы. И опять пригласили группу более опытных бойцов. Снова этот соревновательный эффект! А если кто потеряет веру в себя из-за таких «соседей»? Очевидно, тут считали, что слабый духом не записался бы добровольцем воевать с зеленухами… Мишени в виде этих самых зелёных рисовал явно не мастер, но все важные точки присутствовали. Отстрелявшись из, кажется, всех существующих видов огнестрельного оружия, я заметил, что куратор ушёл. Может, вернётся к окончанию чтобы нас забрать – мы должны провести в тире время до обеда – а может совсем оставил на «старших товарищей». А я так и не успел спросить! Оказалось, что кроме меня, ещё один из «старших» тоже справился с задачей и теперь отдыхал в соседнем помещении, через прозрачную стену наблюдая за успехами своих. Он смотрел с ожидающим видом. Я и спросил, начав с удивительного оружия. Ответом стало краткое объяснение о секретных правительственных разработках, ведущихся с самого начала войны с зеленухами. После «старший» дал несколько советов какое оружие выбрать новичку против определённых целей. Я запоминал, впитывал как губка полезнейшие данные, чтобы рассказать своим и воспользоваться уже в следующем бою. Стоп, что? «Своим»? Уже считаю эту пятёрку своими? Похоже, так. Никто из них не проявлял лидерских качеств, а главный над шестёркой должен быть из этой самой шестёрки и, если не найдётся сам, начальство назначит наобум. Власть в руках того, кто не хочет и не может… Моргнув, вспомнил, что разговариваю с ценнейшим источником информации и засыпал того вопросами. На что-то тот отвечал, как наш куратор: «На теории объяснят», где-то давал ценные советы, но больше всего мне запомнились его слова о расширении отрядов. При особой опасности дюжине в усиление придают ещё одного бойца… тут он сделал странное лицо, будто думая говорить или нет, но всё же сказал. Раньше получившееся число называлось чёртовой дюжиной, а теперь – «Энтова дюжина». Есть, мол, такие, энты… «Нет, это не я должен рассказывать», – как будто спохватился. И, чтобы не сказать больше ничего лишнего, ушёл, игнорируя мои настойчивые расспросы, кто же такие эти энты. «Сделай вид, что я тебе этого не говорил», – попросил напоследок. Я кивнул. Да что такого запретного он затронул?! Чужие бойцы один за другим заканчивали свои задания и, посмотрев результаты, уходили. Моим потребовалось больше времени… Снова «моим»! Кажется, я всё же хочу их возглавить… Последний из покидающих тир бойцов, чуть задержался, чтобы дождаться, когда мы все соберёмся, и сказал, что мы можем идти в столовую. Рановато, но покормят. Оказалось, что не только мы такие голодные, явившиеся пораньше. Не половина утреннего количества, но всё равно много народу. Часы на стене – такие же, как в нашей комнате, но без пометок – наверное, это стиль базы – показывали, что до обеда ещё полчаса. Тогда почему здесь столько людей?! Не ответ, но подсказка нашлась в словах разносчика еды, расставляющего перед нами обед: «Ещё одни… Тоже пришли полюбоваться на красу неземную?» – на уточняющие вопросы отвечать не стал, вообще больше ничего не сказал. Получается, все эти бойцы собрались здесь на что-то посмотреть? Или на кого-то? Что может быть такого интересного?.. Мысли буквально выключились, а в голове остался один только лёгкий звон, когда я увидел. Увидел её. Казалось бы, откуда на военной базе взяться девушке, да ещё такой красивой?.. В тот миг, когда она прошла мимо, этот факт волновал меня меньше всего. Удачно занятое место у прохода позволило даже уловить её запах: что-то травянисто-цветочное и очень приятное. Голова сама собой повернулась следом, а глаза постарались запечатлеть как можно больше этой красоты. Действительно, неземная… Белоснежная кожа, серо-голубые глаза, светло-русые волосы – она выглядела как богиня, сошедшая в мир людей. – Эй, парень! Да, ты! – негромко донеслось от соседнего стола. Насилу оторвав взгляд от великолепной фигурки, глянул на окликнувшего. – Не смотри на неё. – строго велел совершенно незнакомый тип. К сожалению, когда я обернулся, очаровательной незнакомки уже и след простыл. Куда можно так быстро деться? Снова глянул на отвлёкшего уже зло. – Вот-вот, и я о том же. Не смотри на неё, очарует. – видя в моих глазах злое недоумение, он расщедрился на пояснение: – Я тоже однажды увидел эту красотку и теперь не могу перестать приходить на неё посмотреть. Она приходит раньше, не все могут вырваться в это время… Уже более внимательно осмотрев присутствующих, я увидел их взгляды. Судя по тому, что все они направлены в одну сторону, именно там находится объект всеобщего вожделения. Откровенно-голодные, жадные взгляды, кто-то даже ёрзал по скамейке, но большинство просто смотрело. О, все эти мужики точно не поесть пришли, девушка пленила множество бойцов, став объектом их грёз и тайных мечтаний. Внутри что-то всколыхнулась, вскипело: как смеют они так на неё смотреть! Это что, ревность? Волевым усилием подавив несвоевременно вспыхнувшие собственнические чувства к совершенно незнакомой девушке, заметил за собой куда более ярко выраженную симпатию. Пришлось ещё и порывы тела осаживать. Чтобы не увидели, насколько я заинтересован. – Новобранец, да? – отозвался на мой недоумённый взгляд тот самый боец из-за соседнего стола, который говорил не смотреть на это воплощение девичьей прелести. Да откуда эти восхищённые эпитеты берутся вообще?!. – Ещё не рассказывали об энтах? – отрицательно качаю головой, делая удивлённый вид. Ведь и правда ничего не знаю, кроме названия. – Она не человек, а энт. – с грустной улыбкой объясняет самозваный просветитель. – Не для тебя и не для меня этот цветочек. – при попытке выяснить что же это всё-таки за энты, я наконец получил ответ, правда фанатичный блеск глаз собеседника доверия не вызывал. – Энты – это люди, которые не умерли после поражения зеленухой, а переродились. Собственно, они уже и не люди вовсе. – быстро и сбивчиво заговорил он, оглядываясь по сторонам, будто выдавал ужасную тайну. – Они лучше всех справляются с зеленухами. Их используют, когда люди совсем не справляются. Но они очень опасны! Могут сорваться и начать убивать в любой миг! – Не каркай! – дал ему подзатыльник сосед. Очевидно, командир их шестёрки, ведь тот никак не ответил. – Так вот… – и как ни в чём ни бывало вернулся к разговору со мной. – Смотри, возвращается! – я тут же повернулся, чтобы ещё раз найти взглядом эту девушку. – Лучше бы ты не смотрел, парень. Но раз смотришь, то смотри на её волосы, видишь зелёные пряди? – я заторможенно кивнул. Действительно, несколько прядей отличались цветом и при внимательном рассмотрении оказались зелёными. Значит, она и правда энт? Но куда более удивительна информация, что после поражения зеленухой существует некоторая вероятность выживания! Пусть и с такими интересными последствиями… Умные мысли – и вообще все мысли без исключения – вылетели из головы стоило ей поправить волосы, откинув их волну за спину. До пояса… Это движение вызвало слитный вздох у всех присутствующих, и я с удивлением обнаружил свой голос среди остальных. Похоже, эта девушка и правда обладала какой-то гипнотической силой, очарованием или другим подобным талантом. Иначе как объяснить то, что меня к ней настолько тянуло, что я с первого взгляда… Нет, нет и нет! Это невозможно! Всё это чушь про любовь с первого взгляда! Так не бывает!.. Но как же прекрасно её лицо с этим холодным выражением, будто мы все лишь пыль под её ногами!.. Во второй раз угомонить взбунтовавшееся тело оказалось сложнее, как и обуздать фантазии, изгнав из сознания нарисованные воображением картины не самого приличного содержания. Уж кому-кому, а потенциальным соперникам не стоило показывать столь однозначных сигналов симпатии к объекту всеобщего обожания. Если эта прекрасная незнакомка на всех действует так же, как на меня, то и они могут приревновать, а я здесь слишком мало и знаю явно недостаточно, чтобы устоять, если кто-то из «старожилов» вздумает притеснять меня, а то и всю нашу группу. И наставникам-кураторам по такому поводу не пожалуешься. И всё же… Эта девушка, кто она? Верно ли разговорчивый сосед понимает энтов? Просто не верится, что такая красота может причинить кому-то вред! Плавные изгибы фигуры, её лицо, светло-русые волосы с зелёными прядями… казалось бы, любое упоминание зелени должно вызывать отрицательную реакцию, но нет. Ей шёл зелёный. Эти тонкие росчерки, похожие на длинные узкие листья, лишь добавляли очарования, а серо-голубые глаза на фоне светлой кожи делали похожей на прекрасную статую. Такую же холодную и далёкую, но такую желанную… – Так что наш максимум – любоваться издалека. – напомнил о себе забытый сосед через проход, всё ещё жаждущий диалога. Или просветить. Есть такие люди, которым это нравится. – Хоть табличку вешай: «Не для людей!» Так не поможет же! – горькая усмешка. Его слова помогли очнуться. Мне сейчас не до девушек, будь они хоть трижды красавицы, каких мир не видывал! Пусть предыдущие мои девушки не идут ни в какое сравнение с этой, здесь шансов нет никаких, это до меня донесли предельно чётко. Да и некогда мне, нельзя отвлекаться и забывать для чего я здесь! Даже на эти волнующие изгибы и округлости во всех нужных местах… Да как же выбросить её из головы?! Обед только начинался, нужно поесть, тело требовало забросить внутрь хоть что-то, побольше и поскорее. На то, чего ещё оно требовало, я старался не обращать внимания. Хорошо, что не пришлось вставать сразу, отклик оказался весьма ярким. Думаю, оконфузился бы не только я – вон сколько народу ерзает, пытаясь устроиться поудобнее. «Прекрати!» – ору на себя мысленно. Сейчас это совершенно лишнее! Никак нельзя поддаваться невесть откуда взявшимся чувствам! «То самое» чувство не возникает вот так, буквально «по щелчку», а даже если это и оно, мне сейчас правда не до него! Не тогда, когда я в шаге от цели!.. Чтобы перестать наконец думать о слишком красивой девушке и окончательно успокоиться, с силой прикусил костяшку пальца. Боль отрезвила и помогла сосредоточиться на действительно важном: зелёные пряди, зелень, зеленуха… Мозг включился. Вернулись умные мысли. Люди могут выжить после поражения зеленухой, но превращаются в энтов. Это может быть ключом к моей цели!.. Но поесть всё равно надо, а то опять задумался. Наскоро побросав в желудок всё, что перед нами расставили ещё полчаса назад – уже холодное, но всё равно вкусно, а главное много! – как раз успел к тому моменту, как доели остальные из нашей группы. Оставшиеся пять минут заняло обсуждение красотки – на них тоже подействовало очарование. После обеда снова ходили строем, полчаса. Своеобразная забота о бойцах: никаких нагрузок сразу после еды, но и рассиживаться не дадут, вдруг сало завяжется? А бойцу положены одни мышцы!.. После «прогулки» нас отвели в спортзал и… Начали давать кем только сегодня не обещанную теорию. Сопровождал наш куратор, которого я помнил ещё со своего первого боя, он же и рассказал, что это передовая методика экспресс обучения бойцов. Не мы на ней первые, но предыдущие показали высокие результаты и от нас требуется не ударить в грязь лицом на экзаменах. А революционность методики – в совмещении теории с тренировками. Вот боец, например, отжимается: повторяющиеся действия, не затрагивающие мозг, который в этот момент думает, как он устал и как хочется отдохнуть. Чтобы он об этом не думал, а занимался полезной деятельностью вроде запоминания информации к нам и приставлен куратор, который будет рассказывать о быте базы и прочем, что нужно знать новобранцу, только ставшему бойцом. Перерывы и в упражнениях, и в теории, разумеется, будут. Но потом. А сейчас всем слушать!.. Так началось наше первое теоретическое занятие. И первое, о чём мы узнали, оказалось уровнями боевой тревоги. Помнится, вчера – подумать только, всего сутки назад, а кажется будто неделя прошла! – наставница оценила атаку зеленух как «Хруст» и добавила, что это волна средней силы. Отталкиваясь от этого, куратор объяснил, что существует всего три уровня угрозы, от слабого к сильному: «Треск», «Хруст» и «Щепки». А названия такие из-за того, что само лесничество подсказывает какой силы собирается атака. Если так называемая воротная щель всего лишь трещит при открытии – многого можно не ждать: несколько деревней, десяток шиповников и, как всегда, неизвестное количество споровиков. На «Хрусте» мы присутствовали, слышали и видели объём работы. «Щепки» же… при открытии воротной щели натурально вылетают щепки, а хруст стоит такой, будто пытается протиснуться что-то заметно шире это самой щели. По уровню угрозы это ещё страшнее того, чему мы стали свидетелями и в чём участвовали. Бывает, что страшнее на порядок. «Ещё увидите», – прозвучало ну очень обнадёживающее. А я подумал, что именно в таких случаях пригождаются энты. Наверняка, о них нам тоже расскажут, но, по всей видимости, не сейчас. Дальше куратор говорил о «Расщепителях», это отдельные особи, ни на что не похожие, все разные и с неизвестными способностями, эти существа способны в прямом смысле слова расщепить оборону. Куратор искренне пожелал нам никогда не встретиться с этим подвидом зеленух. Вводное теоретическое занятие закончилось. С обеда прошло достаточно времени, уже можно приступать к физическим нагрузкам, чем мы и занялись. Те самые простые и монотонные действия, не загружающие мозг. И сопровождаемые следующей частью теории, к которой мы приступили спустя четверть часа. Этого промежутка хватило на восстановление способности усваивать информацию. Разработавший эту систему казался гением. Час делился на четыре четверти: первая – только тренировка, вторая – тренировка и теория, третья – только теория, четвёртая – перерыв. Так мы не успевали уставать ни от физической нагрузки, ни от умственной. И этот цикл повторялся несколько раз. Сколько именно – сказать сложно. Четыре или пять. Бойцам-штурмовикам, рубящимся в первых рядах, требовалось усиливать всё тело. Мы же – дальнобойное подразделение – нуждались по большей части в улучшении точности стрельбы, крепких руках и ногах – может возникнуть необходимость побегать. На это и делался упор в наших тренировках. И общее укрепление организма никому не помешает. Всю вторую половину дня укрепляли, параллельно с получением теоретических знаний. Просветительские лекции от куратора частично повторяли слова наставницы перед боем, но в расширенном варианте и с более специализированными подробностями. И не только это, нам ещё о многом рассказали. В первую очередь об одежде. То, что подмечалось само собой, но не получало должного внимания. Отличия, позволяющие по форме определять звание. Пусть общий цвет един, на ранг указывало множество заметных деталей. Правда, только если знаешь куда смотреть. Вот чтобы мы знали и не путали рядовой состав со старшим командным, нам это и рассказали. И даже показали на примерах. Вчера, сразу после боя, я только и заметил, что необычность в форме, не более. Не отошедший от адреналина боец – не самое внимательное существо в мире. Следующий «кусочек теории» оказался посвящён интересующему меня вопросу о телах, куда-то стаскиваемых после боя. Нас увели на распределение и узнать не удалось. Остальных больше интересовал факт существования энтов. Куратор начал рассказ с пояснения зачем стоять над покрытыми мхом товарищами. Полчаса – тот срок, после которого всё становится ясно. Мысленно проститься с товарищем и позволить себе надежду на его возвращение – вот зачем. Вдруг кто-то из укрытых моховым ковром шевельнётся и мох, желтея, осыплется? Так появляются энты. Остальные же… растворяются. Превращаются в удобрение, как говорила наставница. Звучало ужасно. Разумеется, об этом не знают за пределами таких вот баз! Как и об энтах, их появлении на свет и гибели. О последнем и нам не сказали, позже, мол, а то у вас черепа треснут от обилия новой информации. Мне упорно казалось, что причина в другом, в нежелании шокировать новобранцев слишком большим количеством потрясений сразу, но я оставил эти мысли при себе. Всё равно узнаю, рано или поздно. А дальше рассказывали про поле боя. Сразу не обратил внимание, но территорию действительно как будто кто-то перекопал. Оказывается, это всё взаимосвязано и перекапывают там специально. Всё из-за корней – чтобы их подрезать. Лесничество, как любая зелень, имеет корни. Персонал базы интересовали те, которые росли параллельно поверхности почвы. По корням определяли атаки зеленух. Их рост ускорялся по мере приближения волны и люди научились прогнозировать атаки достаточно точно. А подрезали… чтобы зелёным доставалось меньше удобрения. За тем же и тела собирали, пока они ещё более-менее прочные, что можно перемещать… на базе имелись теплицы – вот туда. Эта информация пришлась на третью четверть часа, так что никто ничего себе не повредил от таких новостей. Зато некоторых явно затошнило. Все вспомнили, что на завтрак и обед подавались вкуснейшие овощные блюда – теперь понятно откуда берутся овощи в таком количестве на военном объекте. Размер теплиц вряд ли велик, значит, это такая урожайность… от того самого удобрения. Игнорируя нескольких зеленеющих бойцов, куратор продолжил рассказ. Тут имелась крайне любопытная философия, что все, кто стали удобрением продолжают помогать остальным, оставшимся в строю бойцам. Выращенные таким образом овощи на порядок полезнее обычных, к тому же несут в себе волю к сражению тех, кто пал. Отказываться нельзя. Занятная сказочка. Разумеется, я это только подумал. Ничего из этого – кроме энтов – для меня не новость. Что же до красивой легенды… всё просто. Не будь её – народ не стал бы есть овощи и начальству базы пришлось бы тратиться на закупку куда большего количества продовольствия, а так база – и наверняка не только наша – в некоторой степени на самообеспечении. К тому же, слова о полезности – чистая правда. Все растения вблизи лесничеств, по всем пунктам лучше, а уж питающиеся особым удобрением – и подавно. Даже люди, просто живущие поблизости, замечают положительное влияние. Тут тебе и чистый вкусный воздух – в чём я убедился, когда смог его вдохнуть – и заболеваний меньше, и дети здоровее… От зеленухи и польза есть. Но нападения заставляют защищаться. Оборудовать базы, рисковать жизнями… Никто не знает причины их атак. Как и того, почему нападают только в одном месте, а с остальных сторон можно хоть под самым забором жить – ничего тебе не сделается. Много предположений звучало в своё время, но подтвердить так ничего и не удалось. Это просто факт. Но народ, конечно, всё равно боится, никто под самым лесничеством селиться не рискнёт… Пока я думал, куратору удалось убедить всех есть такие полезные овощи. Легенда работает. «Выдумайте то, во что им будет приятно верить! Главное, чтобы жрали!» – так и слышу какого-нибудь начальника. Возвращаясь к корням… очевидно, лесничество должно так питаться: корни прорастают, чтобы впитать удобрение, в которое превратятся люди. Затем и растут. Неагрессивные, но людям не нравится, что какие-то там растения собираются ими питаться. Во время боя копать корешки некогда и за это время они вырастают на приличную длину. Но удобрения им всё равно не достаётся – люди-то своих уносят, чтобы «скормить» теплицам. Но бывает, что бой затягивается и тогда лесничеству что-то всё же достаётся. Уносят только тех, кто ещё сохраняет общую форму. После теории нас снова ждала тренировка, а в следующий раз куратор заговорил о полезности зеленух. Что-то новенькое! Деревень, бегучее бревно с несоразмерно маленькой кроной, оказывается, очень полезная штука. Вся влага сосредоточена в конечностях и немногочисленной листве, а вот древесина удивительно сухая и вместе с тем неохотно горит. По длительности и жару – даже лучше угля! Всё, что можно запитано от этого источника, излишки продают. Как будто специально для удобства людей так сделано… нет, понятно, что для защиты мелких зеленух от огненных и взрывных пуль, но люди успешно пользуются. Идеальный источник тепла и энергии. Познавательная получилась тренировка. Несмотря на то, что физической подготовке уделялась только половина времени, по завершении занятия из зала мы буквально выползали. Казалось бы, не так уж много сделали, а всё равно устали. Почти квадратные от новых знаний головы не помешали нам добраться до столовой. Ужиная, первое время ничего не слышали и не видели вокруг себя. Утолив первый голод и чуть переварив объём информации, влитый в наши головы куратором, обратили внимание на необычную атмосферу, царящую в столовой. Пусть видели только завтрак и обед, всё равно казалось, что это внештатная ситуация. Мои бойцы – ладно, значит мои – озирались, пытаясь понять, что происходит. Я же ускорился, чтобы раньше доесть. В столовой появились необычные личности. Народ притих, предчувствуя разборки. Никто не ошибся, вошедший боец – командир дюжины, судя по отметкам на форме – на чём свет стоит ругался на бегущего за его широким шагом гражданского. Учёного, как стало понятно из громких обвинений. Старался сдерживаться, но вскоре и его слышали все… Неприятная сцена получилась… причём неприятная даже для меня. Стоило понять, что речь идёт о спятившем и убитом энте, меня ожгло ужасом от мысли, что это могла быть она, девушка с обеда. Когда разобрался, что не она, таким облегчением окатило! Это-то мне и не понравилось. Не время для чувств! Дослушав спорщиков до конца – хотя какой там спор, одни обвинения с оправданиями – мне многое стало ясно. Вечером, незадолго до ужина, произошло очередное нападение зеленух. Мы ничего не слышали, находясь на противоположном от лесничества краю базы. Атака ранга «Щепки», о сложности которых рассказывал куратор. Новобранцы распределены и должны стать настоящими бойцами, прежде чем их снова выпустят в бой. Тем более, такой бой… Нет, сначала обучение, причём качественное, так проку больше будет. Всё это понятно. Про учёбу высказался и тот командир, орущий на учёного. Мол, это они плохо выдрессировали «подотчётных монстров», что те творят подобное. Вот мы и узнали, как они погибают… Энт сорвался. Как оказалось, такое бывает, пусть и редко, а вот в чём это заключается – пока неясно. Тот энт действовал по своему усмотрению, а не согласно правилам или приказам – в этом-то и обвинялся учёный, который, уже порядком доведённый, не приглушая голоса отвечал: «Так он же вас спасал!» – что командир парировал утверждением: «Да если б не его выходка, жертв было б меньше!». Они препирались ещё какое-то время, в итоге учёный вздохнул и ушёл. Злой как тысяча чертей и едва удержавшийся от рукоприкладства, командир рухнул за пустой стол… и стал скорее растерянным. Благодаря куратору мы знали, что за каждой группой закреплён свой стол, одинарный или сдвоенный, если у командира дюжина, а не шестёрка. Этот сидел за двойным. Это что же, только он и выжил?! Но не прошло и пяти минут как рядом с неподвижным командиром сели ещё двое – судя по их виду, случилось что-то действительно ужасное, просто так на людей не наматывают столько бинтов. Неужели это следы буйства энта? Ещё чуть посидев в притихшей столовой, командир, так и не притронувшись к еде, ушёл. Наверное, неправильно радоваться подобному, но возможность расспросить этих двоих меня обрадовала. При своём командире бойцы точно не стали бы отвечать, а так шанс есть! Учёные, «дрессирующие» энтов… Наверное, про дрессировку, как и про чудищ, командир сказал в запале. Следы местного НИИ – именно то, что мне нужно! От новобранца вопросы ожидаемы, этим я и собирался воспользоваться. При попытке подсесть, глянули на меня недружелюбно. Один, тот, что выглядел покрепче, тут же встал и ушёл – сразу показывая, что не настроен на общение. И своей походкой заставляя задуматься о том, что зеленухи не калечили и не ранили, а сразу убивали. Второй остался. Угрюмо взглянул на меня, замершего в нерешительности, и кивнул на место рядом. Он оказался почти моим ровесником. Ещё не успел обрасти мышечной массой под стать бывалому бойцу, значит из недавних новобранцев – наверное, берегли свежее пополнение, потому и выжил – он лучше других понимал меня и моё любопытство, наверняка написанное на лбу крупными буквами. Или просто хотел выговориться, ведь начал сам: «Лучше бы они не возвращались!» – так и сказал. На осторожный вопрос: «Кто?» с ненавистью прошипел «Энты!» – и стал заговорил. О том, что я уже знал, как они ждут возвращения товарищей, надеясь на чудо. На самом деле никакого чуда нет, даже если человек «возвращается» – это уже не он. Больно видеть и сторониться тех, кого знал, но это уже не друг-знакомый-товарищ, а энт – чудовище, только притворяющееся человеком. В нём тоже говорила обида, поэтому я постарался переключить внимание на другое и спросил, что же там произошло. Сначала сказал, а только потом подумал, что это бестактно, он тоже переживал потерю, пусть и не так сильно, как его старшие коллеги, знавшие свою дюжину дольше. Но боец только кивнул и начал рассказывать. Похоже и впрямь хотелось поделиться пережитым. Немногие выжили из групп, оказавшихся рядом… их трое и ещё несколько бойцов залечивают раны в лазарете, но те из другого отряда. Дальнейший рассказ прояснил непонятные моменты. Потери за этот бой вышли действительно большими, но не только сорвавшийся энт повинен в случившемся. Зеленухи изменили тактику, что случалось довольно редко. Их новым оружием стали гранаты. Я сразу вспомнил свои мысли о том, что лесничество – та же военная база и, как и мы, тренирует солдат и разрабатывает меры противодействия. «Оно нас тоже изучает! Правы были научники!» – заявил боец, сжимая кулак как бы в подтверждение своих слов. На бинтах, перетягивающих тыльную сторону ладони, проступило кровавое пятно, но он этого не заметил, поглощённый собственным рассказом. Конечно, речь шла не о настоящих гранатах, но изобретение зеленух работало сходным образом и ничуть не хуже. Споровик, обернутый затвердевшей лозой шиповника… кусты весьма точно метали эти конструкции по скоплениям людей. За падением «гранаты» следовал взрыв, с разлётом шипов. И куда большей силой, чем удары плетьми. Но главное: иглы пачкались в спорах и несли заражение любой царапиной. Новый способ заражения – вот что изобрели зеленухи! Путь ещё более ужасный, чем через дыхательные пути. Там хоть вдохнул – и всё, а тут пострадавшие испытывали боль, хоть и недолго. А ещё отнималось горло – ни сказать, ни крикнуть. Единственное, что спасло людей от полного истребления – это то, что смертоносные подарочки имелись по одному на куст и не у всех шиповников. Это, да ещё и энт, который, похоже, сознательно пожертвовал собой ради спасения людей. Первая граната, разорвавшись между недоумевающих бойцов, унесла жизни полутора десятков в зоне поражения. Больше никто не умер только потому, что энт, сообразив первым, преобразовал своё тело почти целиком и дотянувшись до всех остальных шипастых «гранат», перехватил их и швырнул обратно. Но правила написаны не просто так и столь крупное преобразование закономерно привело к срыву. С этого момента именно он стал самой большой проблемой людей, шиповники не могли создавать новые «гранаты» прямо на ходу. Запреты для энтов писаны их же собственной кровью. Чем больше энт превратит своей плоти в дерево или плети – тем выше вероятность срыва. И оказалось, что энты, по крайней мере обезумевшие, способны выращивать шипы даже лучше, чем у шиповников. Длиннее и острее… На шипы тот энт и нанизал своих сослуживцев. Всех, кто оказался близко – насмерть, остальных просто ранил. Итого плюс ещё две десятка трупов. Могло быть больше, но научники не так давно разработали по-настоящему действенное оружие против своих подопечных. Пули с огненной начинкой хороши против зеленух, но энт – на большую часть человек, а мясо горит хуже дерева, они на порядок более живучи… Новые пули, пяток ружей с которыми по технике безопасности всегда направлены на энта на поле боя – сумели остановить того практически сразу. Только отряд оравшего сегодня командира оказался ближе всех, потому и пострадал так сильно. Естественно, его это возмутило… И людей жалко, и энта, который пытался спасти своих, не смотря на такое вот к ним отношение… Всё есть как есть. Дослушав, поблагодарил бойца за рассказ, взамен поделившись теорией о разумности зеленух – раз такое изобретают и явно перенимают приёмы. Был послан. Пусть и в довольно грубой форме, зато куда надо. «Не ты первый такой умный. Пусть научники объясняют» – научниками полубрезгливо именовали учёных. У них и об энтах можно больше узнать – добавил он, заметив мой интерес. Отлично, теперь у меня есть официальная наводка и повод заявиться в НИИ! Завтра же и займусь!