Котёнок по имени Нокс

Отдел подготовки мракоборцев. Осталось около тридцати человек. Самые стойкие, самые упёртые. Но так даже лучше. Но в этом был свой плюс — за два месяца все уже знали друг друга чуть ли не до фамильных проклятий. В этом месяце должны были объявить лучших курсантов. Система тут была странная — вроде бы ты уже числишься работником, но по факту всё ещё студент. Впрочем, у этой двусмысленности были и плюсы. Министерство, как всегда, выдавало меньше, чем обещало. Каждому, кто доживал до третьей недели, платили пятнадцать галлеонов — формально за «участие в процессе». А тем, кто попадал в ежемесячный Топ — доплачивали ещё десять. Это и называлось «стипендией». Формально — мотивация. По факту — унижение. Даже с бонусами выходило жалко. На сквибскую пенсию, если честно, и то жилось веселее. Министерство поначалу казалось ей пугающим местом — всё блестело, гудело, все куда-то шли, бросали взгляды через плечо. Но спустя пару месяцев появились свои знакомства — в основном, конечно, среди своей «стаи». Свои — это не друзья. Это те, с кем ты пережил общий позор на тренировке, у кого перехватывал чай, пока твой не остыл, и те, кто тебя прикрывал, когда ты роняла палочку под ноги Скримджеру. Со старшими мракоборцами общение не заладилось. Они смотрели на курсантов так, будто перед ними стадо больных пиявок. Даже не враги — просто помеха. Зато у Мирры начали складываться… рабочие отношения с Люциусом Малфоем. Она подрабатывала у него — писала доклады, служебные отчёты, вычитывала длиннющие протоколы, которые никто больше читать не хотел. Люциус, хоть и оставался каменным, стал относиться к ней чуть теплее. Возможно, дело было в том, что она не лебезила, не строила глазки, а просто работала и иногда шутила, вела разговоры. Иногда, забитой важными делами, белокурой голове, было нужно просто расслабиться под неспешную болтовню. Платил Малфой хорошо, не обделял, если бы не он, Мирра не знала, на что жила бы, ведь эта подработка приносит ей в два, а то и в три раза больше, чем стажировка. Жизнь постепенно налаживалась. На тренировках Мирра удивляла сама себя — физически она крепла. Вейд бы никогда не подумала, что мракоборцу нужно гораздо больше, чем просто уметь махать палочкой — сюда входили лошади, фехтование, стрельба из лука, рукопашный бой, прыжки с высоты и невероятное умение сохранять равновесие в самых нестандартных ситуациях. В огромном зале, больше похожем на пустующий стадион, тренировки были жёсткими, но необходимыми. Иногда на балкон выходили старшие проверяющие — в числе которых и сам Руфус Скримджер, внимательно наблюдавший за каждым движением, что-то нотируя. " — Умереть здесь — лучший способ не умереть потом» — постоянно твердили наставники. И в этом правда был смысл: проиграть и опозориться здесь, лучше чем умереть где-то там.

***

Пятничный вечер пах пыльной свободой. Вейд позволила себе кофе и какое-то пирожное — чисто как знак уважения к собственному существованию. Всё. Домой. Нужно было ещё заглянуть в магазин, но делать это на районе не хотелось: продавцы там будто соревновались, кто подсунет тухлятину ловче. Однако после одного громкого скандала — с угрозами, руганью и ударом кулаком по прилавку — продукты ей стали отпускать… чуть менее гнилыми. Так, на полшажочка свежее. Поэтому сегодня она пошла чуть дальше, в сторону унылого супермаркета Tesco. Медленно, почти с ленью бросала продукты в тележку, шепча себе: только самое нужное, только по акции. Цены вгоняли в ступор, а выбор — в тоску. Но возле полки с кофе Вейд остановилась. Тут она экономить не собиралась. Кофе она любила. И умела варить. К кофе конечно взяла творог со сметаной, и сахар нужно не забыть. Это было единственное удовольствие, в котором она себе не отказывала. Даже если на ужин — гречка с горчицей. Путь домой занимал около получаса пешком. Киинув на пакеты облегчающее «Левиора», она шла медленно, разглядывая окна, дома, редких прохожих и лужи, в которых уже отражалась вечерняя жёлтая тьма. И вот, как всегда, прямо у подъезда, её поджидала Табита Скёрл. Старая, как сама печаль, вредная, как комар в ухо, и упёртая, как гвоздь в стене. Устроив возле дома приют из всех котов округи (собак она не любила, и сама лично ганяла), а именно двадцати восьми, она еще и вечно придиралась. То заглянет в квартиру Вейд, без стука, с фразой «Ну, как живётся — в паутине и сраме?», то расскажет другим старушкам, как молодежь нынче спит до обеда и топит котов в унитазе. Один раз вообще обвинила Вейд в убийстве рыжего кота по кличке Лорд. Кот, к слову, через два часа пришёл целый и невредимый, и устроился спать на своём привычном месте под балконом, даже не извинившись. Мирра не ругалась, сбрасивала всё на возраст и… Возможно причиной мировой было то что старуха Скёрл жила в квартире рядом. Вейд старалась. Носила бабке молоко, мыла пол в тамбуре, котов подкармливала супом, гостей не водила, музыку не включала. Жила — как тень. А Скёрл всё равно была недовольна. Такой уж характер. Вот и сейчас она стояла у двери, прижав к себе жирную кошку по кличке Люля. Люля сонно смотрела на Вейд одним глазом, будто взвешивала: нападать или нет. А это Люля любила, караулила в кустах возле двери и набрасивалась на ногу. — Доброй ночи, миссис Скёрл, — вежливо сказала Вейд, хотя внутри уже морально закрывала за собой дверь. Табита скривила лицо и помотала головой, явно готовясь сказать что-то язвительное и мерзкое. Девушка выдохнула и уже приготовилась. Но вдруг… дернулась, рывком приподняла старый вязаный шарф и вытянула из-под него маленький, мявкающий комок шерсти. — На, — коротко бросила она, протягивая котёнка, — держи. Мирра моргнула. Только этого сейчас не хватало. — Простите… что? — Я сказала — держи! Пока не обосрался, — прошипела Скёрл, почти пихая кота ей в руки. — Пять штук родила, падла, этот самый дохлый. Задохнется у меня, а ты хоть молоко имеешь, — Люля на такое загарчала и с раздражёным «мяу» спрыгнула с рук Табиты. — Я… у меня нет… — Вот именно, — отрезала старая, — ничего у тебя нет, кроме ведьмовских замашек да унылого лица. Ему с тобой в самый раз, — Вейд уже не удивлялась, сначала испугалась что старуха знает о том что она волшебница, а потом успокоилась, потому что скорее всего это было частью оскорблений одинокой девушке. Котёнок, меж тем, смотрел на Мирру мутными глазами, как будто извинялся за то, что стал разменной монетой в очередном приступе бабкиной неадекватности. Он был тёплый, трясущийся, и от него пахло чем-то знакомо-детским — молоком, шерстью. — Как его зовут? — тихо спросила она. — Ещё не умер — значит, пока никак. Придумаешь, если доживёт. И не вздумай мне его обратно нести! — бросила Скёрл уже через плечо и звякнув связкой ключей открыла ввходную дверь. — А если он умрёт? — крикнула Мирра проскакивая за ней вслед. — Тогда сожги. Только не во дворе, тут опять тётя Лариса начнёт истерить, — донеслось из темноты. «Мерлин, за что ты так со мной» подумала измучено Мирра держа в одной руке крутящегося в ладони котёнка, а в другой пакет. Зайдя в квартиру девушка плотно закрыла дверь, наложила пару запирающих, и занеся продукты на кухню села разглядывать котенка. Чёрный, с заплывшими глазками, и не особо понятно девочка это или мальчик, совсем крохотное создание. — От поехавшая, — прошептала Вейд, крутя в руках котенка, — Тебе хоть две недели есть? А? — котёнок запищал, и Мирра погладив его прижала к себе. Котов ранее она не имела, была только такса Джена дома, и то, любила она исключительно маму. Поэтому налив в крышку от банки немного розведеного с кипятком молока, она оставила мохнатого возле неё, тот сразу смекнул что к чему. С туалетом было сложнее, немного повозившись с трансфигурацией она сделала что-то на подобии лотка, туда порвала газету, и пару раз пошкребла рукой в лотку перед котёнком, в надежде что он поймёт. Нокс, а именно так охрестила его Вейд, спал всю ночь тихонько с ней. Пару раз он пискнул, но и то, просто просился на кровать. К счастью суббота выходной. С утра придумав для себя не хитроумный завтрак, а именно кофе с творогом, Мирра честно дала ложку сыра коту, тот жадно проглотил, казалось даже не жуя. Потом по уборка, но так, для отвода глаз как говориться. Чашку в раковину, быстренько подмела и заколдовала тряпку, чтобы та натирала пол, вещи в стирку, потом ещё одну тряпку чтобы та натёрла окна. Кот шипел при виде магии, смешно взьерошивал шёрстку. Быстро накинув джинсы и майку Вейд выбежала с подьезда. Нужно было коту что-то от блох и какой-то корм. Конечно тратиться на это не очень хотелось, от слова совсем. В зоомагазине девушка ужаснулась с цен, она и представить не могла что простое средство от блох столько стоит, за корм вообще лучше промолчать, но всё-таки взяла на первое время питание для котят «KittyWeek», а дальше уже пускай привыкает к питанию «со стола». Нокса выкупать как оказалось было проще простого, он особо и не сопротивлялся, но фена боялся, поэтому в ход пошла палочка. Несложное заклинание — и воздух вокруг кота нагрелся, будто лёгкий тёплый ветерок Потом капли от блох, и только потом корм. На балконе, в вещах прежних владельцев она нашла немного коцнутое блюдечко, что и стало новой мисочкой для Нокса.

***

Так прошло ещё две недели. Работа. Дом. Кот. Кот, к слову, подрос, теперь казался ещё смешнее, лапы были несуразно длинными, хвост трубой, а уши как два лакатора. — Вейд, пошли, — Грюм схватил девушку за локоть, и хромая вывел девушку из кабинета, та растеряно пошла за ним. Когда осталось всего 23 человека, им поставили нового наставника из старших авроров, а именно Алостора Грюма. Он был немного, на первый взгляд, поехавшим, но в целом оказался очень класным. Заведя Мирру в кабинет, и плотно закрыв дверь он кивнул девушке на кресло. Сказать что та испугалась это ничего не сказать. — Не бойся ты, чай будешь? — глаз бешено вертелся и оглядывал Вейд. — Нет, спасибо. — Будешь, — грымнул он, и вызвав домовика приказал ушастому принести чаю. Сам он сел за стол, ровно напротив Вейд. — Как тебе здесь? — Хорошо, всё очень нравиться. Скажите пожалуйста, что-то произошло? — два испуганных жёлтых глаза уставились на Грюма. «Точно что у совы» — подумал мракоборец. — Нет. Всё хорошо, — в этот момент с хлопком появился ельф с подносом на руках, осторожно выставляя на стол небольшой чайничек и две чашечки. — Я хотел поговорить с тобой о Снейпе. — Снейпе? — девушка откровенно удивилась, брови поползли вверх. — Именно. Северус Тобиас Снейп. Он же вёл у вас зелья? — ответа Алостор и не ждал, он знал его, — Оборви лучше это общение. — Откуда… — она не успела закончить, но покраснела раньше нужного это точно. — И не первый раз видел. Но вчера стало последней каплей, — Грюм налил чая, немного разлил на стол. На лце подчинённой уже было не смущенее, а скорее злость. — И вчера я вас видел, — он будто дразнил девушку, зная что та ему ничего не может ответить. — В общем, завязывай это всё, — чуть нервно закончил он. — С чего бы это? — Мирра откинулась на кресле и скрестила руки на груди. — Мерлин, он тебе не рассказывал, — Грюм рассмелся, это было пугающе. — Он Пожиратель, деточка, — процедил Грюм, криво улыбаясь так, будто во рту у него был не чай, а крысиный хвост. Он спокойно отпил из чашки, и в этой невозмутимости было что-то пугающее. — От гад, — продолжил он, будто самому было противно. — А ты, дурёха… почему не проверила? Он помолчал, наблюдая, как она съежилась. Щёки пылали, взгляд упал на чашку. Грюм не торопился. Он вообще никогда не торопился — особенно, когда знал, что его слова бьют куда больнее, чем любое проклятие. — Его, конечно, оправдали, — сказал он, уже тише, почти с насмешкой. — Может, он и вправду был неплохим. Кто ж его знает. Но ты бы знала, сколько нам пришлось повозиться, чтобы его взять. Ох… Он покачал головой, будто смахивая старые, неприятные воспоминания. — Он был в ближнем круге, девочка. Не какой-то там мальчик на побегушках. Элита. Для него разнести отряд из пятерых хороших, даже отличных бойцов было как разминка. Даже из лучших наших — никто не устоял. Только… не убивал. Из авроров, по крайней мере. И есди бы он сам не пришёл сповино, вряд ли бы взяли его. Это и спасло его от Азкабана. Он опустил чашку, а его вращающийся глаз замер, уставившись на неё так, будто прожигал сквозь кость. — Бывших, Вейд, не бывает. Пожиратель — это не работа. Это… клеймо. Он присутствовал при пытках. Он рассказал Тёмному Лорду пророчество Поттеров. Он спасал упырей. Грюм шумно выдохнул и прищурился. — Я не идиот. Видел, как лезешь на него. Мирра вспыхнула, как петарда в коридоре. — И что теперь? — выплюнула она, — Убить его? Он же оправдан. — Она поёжилась в кресле. — Твоё дело, Вейд, — отрезал Грюм, вставая. — Но выбирай себе компанию по статусу. А сгинешь где-нибудь между его подвалом и его совестью. Если она у него вообще есть. Его оправдал Дамблдор, сделал двойным агентом, может это и впрямь так, но я не верю не одному пожирателю. Вейд хотела было что-то сказать, жёсткое, отрезать все оскорбления от Снейпа, но тихо промолчала. Вышла с кабинета она в такой же тишине, её чашка на столе осталась не тронута, и домовик молча забрал посуду. Она и не думала что истерический профессор был способен на такое, он казался только внешне опасным. Хотя особо, Вейд, не растроилась по этому поводу, да, факт шокирующий, но по больше части было всё равно, Волан-де-Морта больше нет. Он пал, как и должен был. Те, кто творил ужас, либо сидят в Азкабане, либо давно исчезли. А Снейп… Он остался. С раздражением, колким голосом, с глазами, в которых — если долго смотреть — можно утонуть. Она ведь и правда думала, что он опасен только на вид.

***

— Не зайдёте на кофе? — с улыбкой, чуть неуверенной, но тёплой, спросила Вейд. Её голос прозвучал легко, почти как заклинание, неуловимо тонкое. Будто бы час назад между ними не было того накала. Снейп чуть приподнял бровь. Во дворе покачивалась старая качеля. Несколько бездомных котов, облепивших ступеньки подъезда, лениво наблюдали за происходящим, будто были старыми судьями в мантиях из пыли и шерсти. Снейп сделал шаг назад. Его взгляд скользнул по окнам, где мелькали чьи-то тени. — А на котика посмотреть? — Вейд чуть наклонила голову, будто задавала вопрос не просто ему, а и всем звёздам над их головой. — Нокс, — добавила она. — Чёрный, наглый. Весь в вас. Может быть вообще тёска! Северус задержал дыхание. На мгновение. Еле заметно. — Не стройте из себя дуру, — процедил он, без особой злобы, скорее… по инерции. — Меня от этого мутит. Но шаг назад он не сделал. И не ушёл. — Кофе у меня хороший, — мягко добавила Вейд. — Без сиропов. Без глупостей. Только арабика и кот с ушами как у ельфа. Он уже давно предал себя этими всеми встречами, так что терять особо нечего. Но отдать должное, Мирра никогда его не торопила. Северус был человеком вдумчивым, любил подолгу подумать над чем-либо, обдумывать действия на три шага вперёд. Он был стратегом до мозга костей. Конечно, когда вынуждала ситуация — действовал молниеносно. Но ценил возможность выбора. А Вейд… она всегда её ему давала. Она уже отвернулась, не дожидаясь ответа, и стала возиться с ключами. Магнит то и дело не срабатывал на старом домофоне, а кнопки чтобы ввести код заедали. Локон выбился из-за уха и неприятно прилип к лицу. Спиной она почувствала как тот всё же подошёл, стоял в метрах полтора от неё. Тренировки не проходили даром. Чутьё у мракоборца, должно быть как у кота. Северус бы никогда не рискнул зайти так к кому-то мило на чай, и вообще не понимал смысл «гостей». Приёмы да, иногда посещал. У Малфоев ни одного не пропустил, особенно с рождения Драко. А так, по гостям не ходил, кофе не пил, чаи не ганял, и сам же этих гостей не принимал. И сейчас, так безраздумно стоя за спиной у своей бывшей студентки, Северус не узнавал себя. «Что, постарел? Сдал позиции» насмешливо прошептал голос внутри. Но достав палочку он приложил кончик к двери, а то щёлкнув сама открылась, сопровождаясь Миррным «Ой, а я недодумалась». В подьезде мерехтела лампочка, казалось лучше бы её вообще не было. И без того нервничавшему сейчас Снейпу, это мерехтение в глазах не предавало уверенности. Краска облупливалась со стен, казалось что одним махом руки можно было снять зеленый фасад в подьезде. Хоть и внешне он никогда не подавал виду, но часто любил понервничать, поизводить сам себя. Девушка тихонько кинула через плечо что нужно на второй этаж, и резво ускакала по ступенькам вверх. Квартира оказалась тесной и скромной. Было видно, что Мирра стесняется — торопливо разувалась, что-то бормотала, водила рукой по стене в поисках выключателя. Свет, наконец, щёлкнул. Он тоже нагнулся, чтобы снять ботинки. И тут из-за угла, с визгом и угрожающим шипением, выскочил котёнок. Чёрный комок шерсти и обиды пронёсся мимо, задев мужчину хвостом. Шипел, рычал, прыгал перед ним боком, золожив неприлично большие уши. Снейп резко выпрямился, едва не потеряв равновесие, одновременно стараясь не задеть животное. Мирра вскрикнула, споткнулась о собственный кроссовок, подхватила Нокса на руки и засуетилась: — Прости-прости-прости! Ты первый гость, ой, вы, — тораторила девушка. Кухня — вернее, крохотная кухонька — на удивление была в полном порядке. Мирра мысленно поблагодарила саму себя за ту порывистую уборку пару дней назад. Тогда ей жутко не хотелось этим заниматься, но что-то, видимо, предчувствовало. Пока кофе осторожно закипал в турке, девушка суетилась, словно под чарами. Ошпаривала чашки, проверяла огонь, при этом краем глаза следила, чтобы не перелилось, и даже зачем-то протирала подставку. Снейп между тем, не утруждая себя стеснением, подошёл к подоконнику и взял пару листов документов. Это были незаконченные черновики — заготовки к официальным сводкам, на каждом листе скрепкой были прикреплены пометки Малфоя. Его аккуратный, язвительный почерк бросался в глаза: уточнения по событиям, личные замечания, краткие вердикты Визенгамота. Всё — строго, сухо, но насыщенно. Северус хмыкнул. «И как это Люц ей доверил?» Он огляделся. Квартира была скромной до аскезы. Ничего лишнего. Всё на своих местах — не по педантичности, а скорее по необходимости. Ни одной дорогой вещи, ни одной попытки впечатлить. Было ощущение, что здесь живут… между делом. Он помнил Вейд иной: шумной, язвительной, почти дерзкой. И сейчас не укладывалось в голове, как она могла поселиться в таком месте — в одном из обветшалых районов Сохо. Тем временем, котёнок — тот самый, которого звали Нокс — восседал на столешнице, с выражением откровенного неодобрения. Его хвост нервно стегал по дереву, а взгляд был направлен точно в сторону Снейпа. Рычание — негромкое, но угрожающее — становилось всё более отчётливым. Выглядел он смешно, был похож на маленького чёртика. Мирра, не подавая виду, поставила турку на подставку, дождалась, пока гуща немного осядет, и, разлив по чашкам, прыгнула на высокий стул напротив. Подтянула к себе одну ногу и с интересом посмотрела на мужчину: — А вы котов боитесь? Снейп посмотрел на неё, как на малолетнюю дуру. Одна лишь бровь приподнялась — медленно, с ленивым презрением. Мирра усмехнулась, молча кивнула: «Ясно. Всё с вами понятно». Наклонилась к полу, где рычал Нокс, и, не предупредив, ловким движением посадила кота ему на колени. Раздался странный звук — смесь шипения, глухого «тцц!» и, кажется, короткого ругательства. То ли кот шипел, то ли Снейп. Было неясно. Мужчина резко выпрямился, словно его ударили током. Нокс вцепился когтями в его брюки и зафиксировал позицию, не намереваясь никуда уходить. Морда зверя была угрожающе смешной. Он сидел, застыв, и только правая рука медленно, по сантиметру, отодвигала кружку с кофе подальше от зоны поражения. Мирра не выдержала и рассмеялась. Тихо. Искренне. Ей слишком нравилось когда с него спадала эта грозная маска, и на миг, он уже был не мистером Снейпом, а Северусом. И кот, зараза, вдруг замурлыкал. Разговор шёл своим чредом. Сегодня вечер был более особеным чем обычно, ведь казалось, что на каких-то пару процентов, но зельевар говорил больше. Но в какой-то момент Мирра всё чаще стала поглядывать на его предплечье. Нет, не страх, банальный интерес. Манжеты, как назло, были плотно застёгнуты. Ткань сидела безупречно — ни складочки, ни малейшего шанса, что что-то случайно задерётся. — Вы слишком внимательно смотрите на мои рукава, — вдруг произнёс Снейп между слов. У Мирры перехватило дыхание. — Простите? — Просто наблюдение, — его голос был всё тот же: вежливый, чуть ленивый, но с тем тоном, за которым всегда скрывалось нечто ядовитое. — Люди начинают разглядывать одежду собеседника, когда не могут задать вопрос в лоб. Или когда… надеются увидеть что-то. Он сделал паузу. Совсем короткую, но в этой тишине — почти оглушительную. — Не волнуйся, Вейд. Всё самое интересное у меня давно спрятано не под рубашкой, а поглубже. Где ты всё равно не достанешь. Мирра не знала, смеётся он сейчас или угрожает. Снейп умел играть словами так, что у неё иногда щекотало за грудиной. Страх? Нерв? Влечение? Непонятно. — Я… я не понимаю, — промямлила она, и сразу же захотелось врезать себе за эту фразу. — Не ври мне, — отрезал он. Тон был всё тот же — тихий, почти спокойный. Но в этом «тихом» чувствовалось больше напряжения, чем в сотне криков. — То, что тебе рассказали правда. Он слегка склонил голову, будто изучая её лицо. Два удивлёно больших, светло карих глаза, как у совы. Он до сих пор считал Мирру «неправильной», точнее само её присутсвие в его жизни являлось таковым. — Я не прошу, чтобы ты доверяла мне, Вейд. Но если ты решишь, что я — только то, что ты услышала от Грюма… Он на секунду замолчал, а потом добавил: — Тогда просто скажи мне об этом в лицо. Она не ответила. Только смотрела. — Что уставилась? — спросил мужчина. На этот раз грубо, с ехидцей, за которой будто бы пряталась… обида? — Метку показать? И прежде чем она успела остановить его, Северус без лишних движений расстегнул манжету правой рукой, и задрал ткань, оголяя бледную кожу. Сердце Вейд застучало где-то в ушах. Будто она ребёнок который крупно облажался и про это узнали. Снейп повернул руку, подставив предплечье. На коже — выцветший, знак. Метка. Та самая. Тот самый ужас, о котором ей рассказывали на лекциях по истории Второй войны. — Смотри, — сказал он тихо. — Смелости же тебе не занимать, мракоборец, — последнее слово вернуло Мирру в чувство, ведь звучало как откровенное оскорбление. Пару длинных секунд молчания. Снейп сидел непоколебимо. Он весь словно застыл. На лице маска безразличия, но его выдавали подрагивающие пальцы на левой руке, буд-то он ждал чего-то. — Ну и? — Мирра, будто стряхнула оцепенение, взяла в руки аккуратную чашечку. — Чем ты хотел меня напугать? Блеклой татуировкой? Ну да, мне было интересно. И что с того? — проговорила она немного вызывающе, с тем самоуверенным оттенком, за который её раньше частенько отчитывали. Она ожидала, что он отступит. Или хотя бы отдернется, закроется, уйдёт в глухую оборону, как делал это раньше. Но нет. Снейп молча опустил руку на стол — открыто, прямо, так, чтобы она видела. Чтобы больше не оставалось сомнений. «До чего ж он упёртый», — Мирра уже с трудом сдерживала смешок. Столько пафоса. Столько молчания. «Ну и чего ты добиваешься, Северус Тобиасович?» — За руку взять? — вскинула бровь девушка и, прежде чем он успел среагировать, с почти наглой улыбкой легонько схватила его ладонь, обхватила пальцами. Кожа была тёплая. Не ледяная, как она всегда ожидала. Он даже не дёрнулся — наоборот, чуть приподнял бровь, будто в немом: «Серьёзно? Вот так?» — Вейд, вы… — Ужасно не тактовная, — закончила она и засмеялась сжимая его ладонь. — С ума сошла, — пробормотал он почти ласково. — Не презиреш? Снейп не замечал когда переходил то на «Ты» то на «Вы». Когда как. Поправил волосы, и глянул на Нокса. Всё сейчас было как-то слишком неловким. — Нет, — фыркнула Мирра. И принялась говорить за кота, поглаживая длинные пальцы. Снейп замер. Не от прикосновений, к эому он привык с её стороны, а от тона, как она спокойно вела себя… после этого. После метки. Без жалости. Без ужаса. Просто — как будто так и должно быть. Это было хуже, чем её прошлые флирты, где она переигрывала, до ужаса развратничала и ловила реакции. Сейчас это была — откровенность. И почему-то именно она пугала сильнее всего. Время неумолимо клонилось к полночи. Котёнок успел поесть и теперь развалился на подоконнике — прямо на стопке с документами. Кофе заваривался уже дважды, теперь пришла очередь чая. — Простите за невежливость, но у меня есть один вопрос, — вдруг сказал Северус. Мирра чуть качнула головой, скидывая короткую куртку — или то ли рубашку. Одежда едва доходила до талии, плотно обтягивая тело. Надеть её или снять было задачей не из лёгких, но это была часть униформы: ткань защищала от ранений, была плотной, но удивительно податливой — не сковывала движений. — У вас хорошая, обеспеченная семья, отец уважаемая личность… — начал он осторожно, будто подводя к вопросу. — …который выгнала меня из дома, — спокойно закончила Мирра. И, посмотрев ему прямо в глаза, добавила: — А вопрос, я так понимаю, почему я живу здесь? — Он кивнул. Руки сжал в замок на коленях. — Ну вот наверное и ответ. Меня выгнали из дома, за то что я поступила в аврорат, — Вейд постаралась улыбнуться, но у этой через чур емоциональной особы, получилось криво. Зельевар пожалел сто раз что спросил, но это и впрямь его интересовало. — Что думает мама, я не знаю. — Мирра пожала плечами, не глядя на него. — Поссорилась я только с папой. Скорее со мной теперь запрещено общаться всей семье. Иначе я просто не могу объяснить то, что ни одного письма со дня ухода я не получила. Снейп слегка нахмурился. — Может, он не хотел, чтобы вы уходили? А вы просто вспылили… — предположил он, слишком спокойно, будто обсуждал погоду. Мирра вскинула на него взгляд, в котором что-то мигнуло — смесь боли и злости. — Да какой там! — выпалила она. — Он орал на меня так, будто я прокляла всю семью! А брат… — она на миг сбилась, будто сама не ожидала, как глубоко это болит. — Брат маленький ещё, стоял рядом и всё слышал. Всё. А я — как дура, даже не смогла ответить. Только стояла и плакала. Снейп хотел было что-то сказать, но не успел. — Гад! — с яростью закончила она. — Я не хочу с ним говорить. Вообще. Никогда! — Вы преувеличиваете, — сухо бросил он. Она уставилась на него в упор. Молчание повисло гулкое, тяжёлое. А потом она встала. — Думаешь, преувеличиваю? Не давая ему опомниться, Мирра подошла ближе, задрала футболку — резко, почти демонстративно. Северус инстинктивно отвёл взгляд, но всё равно краем глаза заметил — вдоль живота, чуть сбоку, проходил длинный, ровный шрам. Уже светлый, почти заживший. Но всё равно — ужасно чужой на её молодом теле. — Это он. Посохом, — коротко сказала она. Мужчина и без этого бы понял что посохом, или палочкой. Раны от магических ранений заживают намного дольше. В этом он разбирался хорошо. Сколько пожирателей он спас по приказу Тёмного Лорда. — Можно? — негромко спросил он, чуть наклонившись вперёд. — Валяй, — отозвалась она сдержанно. Он осторожно коснулся края шрама. Кожа там была плотнее, твёрже. Типичный след от магического удара. Не бытовое ранение. Не случайность. «Урод», — пронеслось у него в голове. И это слово он оставил. — В Мунго не обращались? — он говорил спокойно, почти отстранённо. — Шрам останется. Повезло, что вы молодая. Да и не глубоко задело. — Он кончиками пальцев провёл вдоль рубца и надавил. — Больно? — Нет, — ответила она тише. И вдруг смутилась. Покраснела. Села обратно, дёрнув футболку вниз. — Прости, — выдохнула она. И злость, мгновенно вспыхнувшая раньше, теперь столь же быстро сменилась на грусть. Вейд стало по-человечески жаль. Да, наглая, да, самоуверенная, временами даже раздражающая — но сейчас в ней вдруг проступило что-то совсем другое. Он и представить не мог, сколько всего навалилось на её, ещё девичьи плечи. Теперь ясно почему так держится за работу, как отчаянно старается не вылететь, как проглатывает характер Малфоя — лишь бы остаться на плаву. Денег, скорее всего, почти нет. И ведь наверняка скучает по дому. Как бы ни сложилось — семья остаётся семьёй. Северус неожиданно поймал себя на мысли, что и сам, несмотря на свои «почтенные» двадцать пять, всё ещё скучает по матери. Прошло уже десять лет с её смерти, а всё казалось, что если бы она была рядом — всё сложилось бы иначе. Он был совсем ребёнком когда всё то заварилось. — Я наверное пойду, — вежливо сказал Северус и встал с месте. — Спасибо, кофе и впрямь делаете хорошо, в отличии от зелья невидимости, — последнее он сказал намного тише, но знал что Мирра услышала. — Ооо нет, я себя только успокоила что все забыли, — засмеялась девушка и стыдливо прикрыла глаза рукой. Тогда она взорвала котёл, облилась зельем, и она покрылась разноцветными прыщами. Вейд стояла опёршись на дверь туалета, скрестив руки на груди, хвост растрепался окончательно. От домашнего ввиду её отделяли плотно облепившие ноги брюки. Северус присев озувался, иногда зыркая на девушку с под спавших на лицо волос. На улице пустился дождь, застучав по окнам. Девушка хотела было уже предложить зонт, но резко одёрнула себя, вспоминая что из них двоих, трансгресировать не умела только она. Заспанный Нокс сидел возле ног девушки, то ли провожая, то ли намекая ей что он не против переместиться в комнату на одеяло. — Досвидание. — Да, хорошего вечера, спасибо что заскочили, — ответила по доброму Мирра, и подошла к двери. Снейп застыл, уже взявшись за ручку. Казалось, он собирается что-то сказать, но в последний момент передумал. Плечи чуть напряглись — и в ту же секунду он почувствовал, как Мирра осторожно коснулась его. Она провела ладонью от талии вверх, к плечу, не спеша. Как будто проверяла: уйдёт или нет. А потом — вторая рука, и он почувствовал, как она встала ближе, на носочки, несмело прижимаясь. Рука механично легла девушке на спину, чуть ниже лопаток. Мирра потянулась, поцеловала осторожно, почти не касаясь. По-детски, но с каким-то своим упрямством. Не спрашивая разрешения, не раздумывая, как он на это посмотрит. Он поддался. На долю секунды. Потом сам чуть склонился, прижимая к себе аккуратно, сдержанно. Поцелуй получился коротким. Тёплым. Почти осторожным. Ни к чему не обязывающим, но при этом очень личным. Когда она отстранилась, всё ещё держа его за плечи. — Всё, иди, — тихо сказала она. — А то я начну думать, что ты тут ночевать собрался. — Ещё чего не хватало, — фыркнул он, и опустив руку со спины вышел не оборочиваясь, только хлопок за дверью раздался.